ПСИХИАТРИЯ: ОБЩЕСТВО, ВРАЧ, БОЛЬНОЙ


Саратовский государственный медицинский университет имени В.И.Разумовского Подурова Е.В., Трубкина А.С., Углов М.Ю., Пахомова С.А.
Психические болезни известны с древности. На протяжении всей многовековой истории медицины они являли собой наиболее непонятный, и даже загадочный вид расстройств.
Упоминания о них мы встречаем уже в трудах античных мыслителей (Гиппократ, Гален, Асклепий, Аретей), где приводятся описательные характеристики различных нозологических форм и руководство к их «лечению» (1). Несмотря на это, истинное понимание этиологии заболеваний отсутствовало еще в течение длительного времени. Основу теорий того времени составляли положения гуморальной теории " равновесия жидкостей" и символика органов, восходящая к магии. Мифологическо-демонологическое представление о природе душевных заболеваний обусловило и специфические методы борьбы с ними - экзорцизм, волшебный сон и др. Неожиданные, порой устрашающие проявления этих расстройств настолько отличались от обычных соматических недугов, что привели к возникновению в раннем христианском мире жестокой дискриминации больных - большое число психически нездоровых людей погибло во времена преследования ведьм инквизицией. Негативное отношение к лицам с психическими расстройствами среди населения доходило до абсурда - даже те, кто должен был помогать пациентам бороться с недугами на деле сторонились их и жестоко с ними обращались. В этом отношении весьма показательными является замечание Келиуса Аурелиануса: "Кажется, врачи сами бредят, когда сравнивают больных с дикими животными, которых наказывают, лишая их еды и питья. Пребывая в том же заблуждении, они высказывают пожелание, чтобы эти больные были закованы в цепи. Они заходят так далеко, что рекомендуют подвергать больных телесным наказаниям с помощью плетей, полагая, что такое испытание должно способствовать восстановлению разума. Это отвратительное лечение только ухудшает состояние больных" (2).
С падением средневекового уклада изменилось и общественное понимание действительности. Освобождение от господствующей над умами людей христианской догматики принесло немалые изменения - человек почувствовал себя более свободным. Однако наступившие перемены на содержании душевнобольных сказались не лучшим образом. Для раннего капитализма безумцы и маргинальные группы стали источником помех и объектом полицейского преследования. В XVII в. психически больные помещались наряду с преступниками и бунтарями, отвергаемыми обществом, в воспитательные дома, приюты для бедных, работные дома, где содержались в нетерпимых условиях - общество пыталось всеми силами оградить себя и свой мир от самого факта существования психических заболеваний, не замечая и превращая душевнобольных в «невидимок» (3). Скудное финансирование не позволяло покрывать все расходы необходимые на их содержание, поэтому сумасшедшие дома часто превращались в своего рода «музей»: посетителей пускали для ознакомления с внутренним устройством сумасшедшего дома и его обитателями за небольшую плату в качестве дешевого развлечения. Сумасшествие представлялось большинству образованных людей недостойным, предосудительным безрассудством, постыдным животным проявлением, опасным заразным заболеванием. В лечение психических больных не последнее место занимали средства, причиняющие боль: втирание вызывающих жжение мазей, применение нарывных пластырей, прижигание каленым железом, а также терапия рвотными средствами. Всё это препятствовало становлению адекватного представления о функционировании психики человека не только больного, но и здорового человека, что явилось естественным тормозом для развития психологии, психиатрии и всей медицины в целом.
Такой подход подвергся критике с естественнонаучных позиций лишь в конце XVIII века психиатром-реформатором времен французской революции Филиппом Пинелем, которому приписывают историческое освобождение психически больных от цепей. Возникшая тогда же естественнонаучная модель психического заболевания получила свое дальнейшее развитие в трудах Э.Д. Эскироля, ученика Пинеля. Он писал: "Я посетил эти приюты злосчастья; несчастные, в интересах которых я возвышаю свой голос, подтвергаются обращению худшему, чем приступники, и живут в обстановке, достойной зверя. Я видел их покрытых лохмотьями, на соломе, которая служит для них единственной защитой от сырости каменного пола. Я видел их отданными на произвол настоящих тюремщиков, в узких кельях, зловонии, прикованных к стенам подвалов, где постеснялись бы держать тех хищных животных, на содержание которых в столице государство не жалеет затрат. Вот что я видел и во Франции и вот так содержатся больные почти повсеместно в Европе" (2).
Несмотря на постепенное улучшение ситуации в сфере оказания помощи психически больным, сохранились свидетельства их продолжающейся дискриминации. Одним из наиболее мрачных эпизодов стало притеснение душевнобольных, имевшее место в фашистских государствах в середине XX столетия. В 1934-1945 гг. в ходе, так называемой эвтаназии, было уничтожено более 100 тыс. человек и, по меньшей мере, 300 тыс. человек были насильственно стерилизованы на основе "Закона об охране от наследственно больного потомства". Сегодня более молодое поколение психиатрических деятелей начинает пытаться перебороть идеологию психиатрии времен национал-социализма. Однако многовековая и отнюдь не радужная история психиатрии создала ей не самую лучшую репутацию среди обывателей.
Жестокие методы прошлого породили множество мифов, стали пищей для обсуждения в средствах массовой информации и почвой для рождения антипсихиатрического движения.
Только в 70-х годах ХХв. началось интенсивное создание психиатрических отделений в многопрофильных больницах, а с появлением нового коммуникативно-теоретического направления, объединяющего естественные и социально-гуманитарные науки, стало возможным понять психическое заболевание как сверхиндивидуальный социальный феномен и одновременно как жизненный путь, обусловленный обстоятельствами. В связи с развитием психосоматического подхода, врачи всё больше внимания уделяют внутренним переживаниям пациента. Данное направление является относительно новым и ставит перед наукой ряд вопросов, ответы на которые еще только предстоит найти. Главная трудность состоит в специфике психиатрической помощи и самих психических заболеваний, которые приводят к изменению не только соматического состояния, но и личности пациента.
Однако, несмотря на позитивные тенденции и оптимистические прогнозы развития психиатрической науки, упроченный веками стереотип, касающийся в основном способов лечения психических заболеваний, искоренить до конца явно не удалось. Естественный страх человека стать умалишенным приобрел весомое дополнение - страх быть госпитализированным в психиатрический стационар.
Следует помнить, что почти каждый пациент, это в прошлом здоровый человек (исключая людей с врожденной патологией). Являясь полноценным членом общества, общаясь со своим окружением, он впитывал в себя все те же суждения, идеи и мысли, что и большинство его современников. В своей работе мы задались вопросом, влияют ли сложившиеся в обыденной жизни стереотипы на восприятие пациентами психиатрической помощи? Что чувствует человек, попадая в стационар и становясь объектом психиатрической науки?
Для исследования отношения больных к оказываемой им помощи нами было проведено собственное исследование. В качестве диагностического инструмента нами был выбран «Личностный опросник бехтеревского института (ЛОБИ)», используемый для диагностики типов отношения к болезни. С его помощью возможно дифференцировать 13 типов реакций на заболевание описанных Личко А.Е. и Ивановым И.Я.: гармоничный, тревожный, ипохондрический, меланхолический, апатический,
неврастенический, обсессивно-фобический, сенситивный, эгоцентрический, эйфорический, анозогнозический, эргопатический и паранойяльный.
В исследовании приняли участие 10 человек, 2 женщины и 8 мужчин в возрасте от 19 до 52 лет (пациенты психиатрического стационара).
В структуре внутренней картины болезни у наших испытуемых ведущим оказался анозогнозический тип реагирования (40% пациентов), характеризующийся активным отбрасыванием всяческих мыслей о болезни, непризнанием себя больным. Остальные типы были представлены с примерно одинаковой частотой (10-20%).
Особое внимание мы уделили шкалам, которые непосредственно могли дать информацию об отношении пациентов к психиатрии (самочувствие, настроение, отношение к лечению и отношение к медицинскому персоналу и врачам).
Сам факт госпитализации в психиатрический стационар является значительным стрессогенным фактором. Но пациенты, несмотря на это, отмечали вполне удовлетворительное (70%) и даже хорошее самочувствие и настроение (50%). 40% опрошенных отметили, что не позволяют себе предаваться унынию и грусти из-за болезни. При этом 90% больных признались, что обладают хорошим аппетитом и любят сытно поесть (50%), что в определенной степени также является благоприятным показателем.
Самым неприятным моментом в своем заболевании 40% назвали то обстоятельство, что другие люди стали их сторониться. Большинство лечение признавали необходимой процедурой и были готовы на крайние меры, лишь бы избавиться от своей болезни (40%). 30% отметили, что всеми силами пытаются противостоять болезни, сопротивляются ей.
В отношении врачей больные высказывались весьма уважительно, указывая на значимость профессии врача (40%). Внимание и уважение к больным главным во всяком медицинском работнике считают 60% пациентов.
Полученные данные на наш взгляд весьма показательно свидетельствует о том, что большая часть пациентов психиатрических стационаров, несмотря на нарушение критики к своему состоянию, понимают необходимость лечения и мотивированы на выздоровление, активно содействуют врачам в ходе терапевтического процесса. Понимая, что медики оказывают им помощь, они демонстрируют уважительное и доверительное отношение к людям медицинской специальности. Данная тенденция весьма отрадна - она является отражением происходящих положительных изменений, поскольку говорит о постепенном изменении отношения к психиатрической службе как больных, так и общества в целом. Все более и более улучшающееся отношение, и, соответственно, большее доверие в перспективе должны оказывать благотворное влияние на ход терапевтического процесса, улучшая качество и сокращая сроки лечения. Это отнюдь не значит, что современное положение дел лишено недостатков, однако свидетельствует о верном направлении привносимых в клинику изменений.
ЛИТЕРАТУРА
Каннабих Ю.В. История психиатрии. АСТ. 2002. - 560 с.
«История психиатрии». - http:// psychiatry. narod.ru
Фуко М. История безумия в классическую эпоху. СПб., 1997. 704 с.
<< | >>
Источник: МАТЕРИАЛЫ XI международной научно-практической конференции. ПСИХОЛОГИЯ И МЕДИЦИНА: ПУТИ ПОИСКА ОПТИМАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ. 2011

Еще по теме ПСИХИАТРИЯ: ОБЩЕСТВО, ВРАЧ, БОЛЬНОЙ:

  1. ОБЩЕНИЕ «ВРАЧ-БОЛЬНОЙ»: МЕДИКО-ЭТИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ
  2. ИНТЕГРАЦИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ В ОБЩЕСТВЕ (MAINSTREAMING (PSYCHOTICS))
  3. В.В. Николаева, Е.И. Первичко, Т.П. Загорец ОСОБЕННОСТИ ОТНОШЕНИЙ В ДИАДЕ «ВРАЧ-ПАЦИЕНТ» ПРИ СОМАТОФОРМНЫХ РАССТРОЙСТВАХ
  4. Рекомендуемая литература Ответ к задаче о пациентах и психиатрах
  5. ПСИХИАТРИЯ И КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ: ГРАНИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
  6. Холотропные состояния в истории психиатрии
  7. Западная психиатрия: неверные представления и настоятельная необходимость в их пересмотре
  8. Последствия современных исследований сознания для развития психиатрии
  9. Виницкая А.Г. Основные этапы театр-терапии в клинике динамической психиатрии
  10. Исаев Д.Н., Иванов Е.С. НАУЧНЫЙ ВКЛАД К.С.ЛЕБЕДИНСКОЙ В СПЕЦИАЛЬНУЮ ПСИХОЛОГИЮ И ДЕТСКУЮ ПСИХИАТРИЮ
  11. РЕБЕНОК И ОБЩЕСТВО
  12. ГЛАВА 8. ПСИХОЛОГИЯ И ОБЩЕСТВО
  13. ГЛАВА 8. ПСИХОЛОГИЯ И ОБЩЕСТВО