ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ФРУСТРАЦИИ В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ


Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова Психиатрическая клиническая больница №12, г.Москва Виноградова М.Г., Кошелев В.В., Шабанова А.А.
Исследование социального функционирования больных в клинике пограничных расстройств является важной задачей в практике клинического психолога.
Сфера социальных контактов, включающая отношения с близкими, друзьями, коллегами, отражает благополучие эмоционального состояния человека, его толерантности к стрессовым ситуациям, степень социальной адаптации. Существующие отечественные исследования социально-трудового функционирования пациентов с шизотипическим расстройством (относимых к кругу пограничных состояний [3,4]), получающими помощь в условиях дневного стационара, показали, что трудовая деятельность больных сопровождалась частой сменой работы (не меняли работу только 9% больных), семейное положение 44,8% больных соответствовало статусу «холост» («в браке не состоял»), 18,6%-«разведен». Взаимоотношения с родственниками характеризовались как конфликтные у 15,2 % больных, неустойчивые у 23,4 % и как не поддерживаемые при наличии родственников у 5,5 % [7]. Таким образом, определение факторов социального благополучия пациентов является важной задачей в практической работе клинико-психологических служб для оценки степени социального функционирования, разработки соответствующих психо-коррекционных программ и методов оценки их эффективности.
В качестве модели ситуаций социального функционирования, которая может быть исследована в условиях патопсихологического эксперимента и учтена в дальнейших клинико-психологических мероприятиях, может быть рассмотрена фрустрация. Экспериментально-психологические исследования больных с тревожно-фобическими, ипохондрическими и астеническими синдромами показали, что фрустрация занимает существенное место в патогенезе невротических расстройств [5]. Фрустрация - это группа психических состояний, выражающихся в характерных особенностях переживаний, вызванных субъективным ощущением непреодолимости жизненных трудностей. Профили и особенности фрустрационных реакций, свойственные отдельному человеку, составляют одну из существенных характеристик эмоциональной сферы личности и оказывают некоторое влияние на особенности его поведения в реальных жизненных ситуациях. Поэтому изучение фрустрационных реакций входит в задачи клинико-психологической диагностики в области пограничных психических расстройств.
Одной из проблем исследования фрустрации в клинической практике является правомерность обобщения выявленных особенностей реагирования во фрустрирующих ситуациях на поведение в целом: на те трудности, которые испытывает пациент в повседневной жизни, характеристики его жалоб, способы поведения в сложных жизненных ситуациях, типы реагирования в определенных конфликтных ситуациях. Существуют исследования, в которых выявлена связь между определенными видами расстройств поведения (делинквентное поведение подростков, совершение респондентами насилия в семье [9,10]) и определенными типами реагирования в экспериментальном исследовании фрустрации (преобладание ответов с экстрапунитивным направлением агрессии). В то же время, в исследованиях, проведенных на выборках психически здоровых лиц, не удалось обнаружить соответствия между типами ответов в экспериментальном исследовании фрустрации и стратегиями реального поведения в ситуациях, моделирующих экспериментальные [12]. В исследованиях фрустрации у больных истерией удалось обнаружить соответствие между эмоциональным реагированием при взаимодействии с другими людьми и типами ответов в тесте С. Розенцвейга [4]. Приведенные данные свидетельствуют о трудностях распространения профиля фрустрационных реакций, полученного в экспериментальном исследовании, на поведенческие стратегии реагирования в сложных жизненных ситуациях, однако позволяют рассмотреть проблему изучения состояния фрустрации в клинической практике с точки зрения выявления особенностей паттернов эмоционального реагирования.
В проведенном исследовании были изучены реакции на фрустрацию у больных с шизотипическим расстройством личности (ШРЛ). Существующие исследования социальных сетей больных расстройствами шизофренического спектра (например, юношеской малопрогредиентной шизофренией) описывают ряд их особенностей по сравнению с социальными сетями здоровых лиц: сужение круга значимых людей, являющихся источником социальной поддержки, до близких родственников, меньшее число контактов, содержащих инструментальную и эмоциональную поддержку; отсутствие проблемнонеориентированной поддержки (ощущения того, что тебя любят); меньшая доля обменов поддержкой. Все это приводит к нарушению взаимосвязей в социальной системе больных [2], что впоследствии отрицательно влияет на уровень психологического комфорта и адаптивные возможности. Состояние фрустрации может быть использовано в экспериментальном исследовании в качестве модели межличностного функционирования, что позволяет изучить особенности межличностных трудностей больных с шизотипическим расстройством, которые возникают в разнообразных жизненных ситуациях, в том числе и повседневных.
Экспериментальное исследование реакций на фрустрацию. Проведенное исследование посвящено изучению особенностей реакций больных с шизотипическим расстройством в состоянии фрустрации.
Методика. Для исследования переживания фрустрации в ситуациях социального взаимодействия использовался вариант теста С. Розенцвейга, предложенный Санкт-Петербургским психоневрологическим научно-исследовательским институтом им. В. М. Бехтерева [4]. В связи с задачей выявления взаимосвязей между особенностями реагирования в ситуациях фрустрации и характеристиками когнитивных функций в исследовании применялся тест Д. Векслера. Для сопоставления особенностей реагирования больных ШРЛ в ситуациях фрустрации и параметров эмоционального интеллекта в исследование включалась секции C и G (оказавшиеся пригодными по результатам процедуры психометрической проверки надежности и валидности) теста MSCEIT V.2.0. (Mayer-Salovey-Caruso Emotional Intelligence Test).Также в исследование был включен опросник «Уровень субъективного контроля» для выявления взаимосвязи между особенностями реагирования в ситуациях фрустрации и склонностью приписывать причины происходящего собственной личности или внешним по отношению к субъекту обстоятельствам. Для исследования процесса восприятия, его обусловленности личностными характеристиками испытуемых в исследовании была включена методика Г. Виткина «Включенные фигуры» (Embeded figures test). Процедура проведения теста была модифицирована нами в соответствии с задачами исследования.
В данной статье мы подробно рассматриваем результаты экспериментального исследования, позволяющие обсуждать проблему изучения фрустрации в клинической практике.
Для обработки результатов использовалась статистическая программа SPSS У_13.0,включающая процедуры кластерного анализа, применение непараметрического коэффициента корреляции Спирмена, различия между группами анализировались с помощью U-критерия Манна-Уитни для независимых выборок.
Группы испытуемых. Исследование проводилось на базе ПКБ № 12 г. Москвы Экспериментальную группу составили 25 больных ШРЛ средний возраст 32,7 лет. С целью выявления специфики реагирования в ситуациях фрустрации в исследовании приняли участие контрольная группа и группа сравнения. Контрольную группу составили 41 человек, средний возраст 28,6 лет. Группа сравнения включала 13 больных истерическим расстройством личности, средний возраст 40,5 лет.
Результаты исследования
Выполнение теста рисуночной фрустрации С.Розенцвейга. В экспериментальной группе было обнаружено увеличение количества ответов по типу фиксации на препятствии (OD тип ответов, p<0,05) и уменьшение количества ответов по типу фиксации на самозащите (ED-ответы, p<0,05) по сравнению с результатами контрольной группы. По отношению к группе сравнения в экспериментальной группе выявлено уменьшение количества ответов по типу фиксации на самозащите (ED тип ответов, p<0,05) и увеличение количества ответов по типу фиксации на препятствии (OD тип ответов, p<0,05). Между испытуемыми контрольной группы и группы сравнения значимых различий в типах ответов в ситуациях фрустрации обнаружено не было.
Значимые различия были обнаружены в ответах в ситуациях препятствия между экспериментальной и контрольной группами (р<0,05). В экспериментальной группе наблюдалось увеличение ответов по типу фиксации на препятствии (OD тип ответов p<0,05) по отношению к испытуемым контрольной группы. В ситуациях обвинения для контрольной, экспериментальной групп и группы сравнения были также обнаружены значимые различия (р<0.05). В экспериментальной группе было выявлено увеличение количества ответов по типу фиксации на препятствии (OD тип, p<0,05) и значимо меньшее количество реакций по типу фиксации на самозащите (ED тип ответов, p<0,05) по отношению к результатам контрольной группы и группы сравнения.
Результаты выполнения теста Д. Векслера. Значимых различий по уровню общего интеллекта и вербального интеллекта между испытуемыми контрольной и экспериментальной групп обнаружено не было. Значимые различия между группами испытуемых были обнаружены по уровню невербального интеллекта (в субтестах теста Векслера «Кубики Коса» (р<0,05), «Шифровка» (р<0.05)). Качественный анализ выполнения субтеста «Последовательные картинки» в контрольной и экспериментальной группах обнаружил различия. Характер ошибок при выполнении и особенности диалога с экспериментатором качественно отличались между испытуемыми контрольной и экспериментальной групп. Так, в контрольной группе ошибки были связаны с большей ориентацией на взаимодействие с другим человеком, который не присутствует непосредственно на картинках, но ориентация на которого приводит к изменениям поведения изображенного персонажа. Испытуемые экспериментальной группы ориентировались больше на формальные признаки (степень приближения-удаления изображения автомобиля на картинках, включение лампочки-знака поворота, движение или остановка).
В результате проведения корреляционного анализа значимых связей между оценками по вербальным и невербальным субтестам, а также общей оценкой интеллекта, и параметрами реакций в ситуациях фрустрации получено не было.
Результаты методики «MSCEIT V.2.0».
Для сопоставления особенностей реагирования больных с ШРЛ в ситуациях фрустрации и такими параметрами эмоционального интеллекта, как понимание и анализ эмоций, были проанализированы различия между результатами выполнения секций С и G теста MSCEIT испытуемыми контрольной и экспериментальной групп. Статистически значимых различий между контрольной и экспериментальной группами в частотах выбора вариантов ответов в секциях С и G обнаружено не было.
Обсуждение результатов исследования. Результаты проведенного исследования показали наличие особенностей реагирования больных с ШРЛ в ситуациях фрустрации. Специфические виды ответов больных с ШРЛ в выполнении теста С. Розенцвейга проявились в увеличении количества ответов по типу фиксации на препятствии (OD-ответы) и уменьшении количества ответов с фиксацией на самозащите (ED-ответы) по сравнению с испытуемыми контрольной группы и группы сравнения.
Данная специфика ответов, возможно, обусловлена общей направленностью шизотипической структуры личности на внутренний мир и избегание быть вовлеченной в ситуации социального взаимодействия. Это согласуется, во-первых, с типами ответов, полученными в группе сравнения, (увеличение количества ответов по типу фиксации на самозащите), отражающими специфику истерического расстройства личности-направленность во вне, в сферу социальных контактов. Во-вторых, с типами ответов в контрольной группе, где отмечается увеличение реакций по типу акцента на личностной реакции, активном выражении своей позиции партнеру по ситуации.
Важно отметить, что специфика типов реагирования на фрустрацию проявилась неравномерно в различных ситуациях теста С. Розенцвейга. Ситуации препятствия характеризовались увеличением ответов по типу фиксации на роли препятствия, вызвавшего переживание фрустрации.
Ситуации обвинения, помимо увеличения ответов по типу фиксации на роли препятствия, также характеризовались уменьшением числа ответов по типу фиксации на самозащите. Увеличение количества реакций фиксации на переживании фрустрирующего характера ситуации, как в ситуациях препятствия, так и в ситуациях обвинения, возможно, характеризует больных с ШРЛ как склонных уходить от контакта с партнером по ситуации, от участия в диалоге. Уменьшение количества ответов по типу фиксации на самозащите в ситуациях обвинения по сравнению с контрольной группой подчеркивает усиление тенденции реагирования по типу ухода от контакта с партнером по ситуации (так как ситуации обвинения предполагают еще большую степень вовлеченности в контакт с партнером по ситуации). Выявленная специфика ответов больных с ШРЛ в ситуации фрустрации соотносится с такими особенностями их эмоциональной сферы, как ощущение угрозы безопасности личности, что побуждает их на поведенческом уровне избегать диалога с окружающими людьми. Специфика реакций в ситуации фрустрации больных с ШРЛ может быть обусловлена влиянием многих факторов. В исследовании мы попытались выявить корреляции между различными компонентами общего и эмоционального интеллекта и особенностями реакций на фрустрацию. В результате исследования не было установлено каких-либо значимых корреляций между типами реагирования в ситуациях фрустрации и компонентами общего и эмоционального интеллекта (в частности с пониманием и оценкой эмоций, вербальным и невербальным интеллектом). Обнаруженные различия между группами испытуемых по уровню невербального интеллекта (в субтестах Векслера «Кубики Кооса», «Шифровка», «Последовательные картинки»), которые могут быть обусловлены влияние фактора регуляции познавательной деятельности. Неспецифическим фактором, влияющим на особенности выполнения методик исследования, является изменение избирательности познавательной деятельности, ее опосредованности социальными факторами, которое было описано в экспериментах школы Ю.Ф. Полякова [1]. Испытуемые экспериментальной группы при раскладывании одной из последовательностей субтеста «Последовательные картинки» теста Векслера, предполагающего актуализацию присущего субъекту стиля предвосхищения и планирования поведения в различных видах ситуаций социального взаимодействия [8], ориентировались на формальные признаки; сталкиваясь с трудностями в раскладывании карточек, обращались к экспериментатору с репликой, отражающей их негодование, возмущение («Я не понимаю, в чем разница между карточками U и E, он везде удивлен, не вижу разницы, как их раскладывать»), вместо обращения за помощью и сотрудничеством. Подобное выполнение можно сопоставить с особенностями их реакций на фрустрацию в виде «фиксации на препятствии (OD-тип реакций). Успешность выполнения невербальных субтестов «Шифровка» и «Кубики Коса» зависит от многих факторов, одним из которых является направленность на соотнесение собственных действий с эталоном, который задан инструкцией экспериментатора. Так, при выполнения субтеста «Шифровка» более низкие баллы, полученные больными с ШРЛ, обусловлены не столько динамическим фактором (испытуемые экспериментальной групп успевали за отведенные 90 сек. зашифровывать такое же количество цифр, как и в контрольной группе), сколько качеством написания символов (изменение наклона и размера символов, неправильная стыковка линий в символе, лишние линии), что свидетельствует о снижении направленности на выполнение субтеста в соответствии с заданным экспериментатором образцом. При выполнении субтеста «Кубики Коса» испытуемые экспериментальной группы при столкновении с трудностями соотнесения частей внутри целого с эталоном не обращались за помощью к экспериментатору (как испытуемые контрольной группы), а отказывались от выполнения задания. Выявленные различия в выполнении невербальных субтестов теста Векслера отражают снижение социальной направленности больных с ШРЛ и могут быть сопоставлены с типами эмоционального реагирования в ситуациях фрустрации С. Розенцвейга (например, увеличение количества реакций по типу фиксации на препятствии).
Заключение. Проведенное исследование выявило особенности реакций на фрустрацию у больных с ШРЛ: увеличение количества ответов по типу фиксации на препятствии и уменьшение числа ответов с фиксацией на самозащите по сравнению с испытуемыми контрольной группы и группы сравнения. Специфика типов реагирования больных с ШРЛ на фрустрацию проявилась неравномерно в различных ситуациях теста С. Розенцвейга. Так, ситуации препятствия характеризовались увеличением ответов по типу фиксации на роли препятствия, вызвавшего переживание фрустрации. Ситуации обвинения, помимо увеличения ответов по типу фиксации на роли препятствия, вызвавшего переживание фрустрации, также характеризовались уменьшением числа ответов по типу фиксации на самозащите. Данный факт отражает тенденцию больных с ШРЛ к избеганию включения в диалог с партнером по ситуации, которая наиболее ярко выступает в случае ситуаций обвинения, где возможность ухода от контакта меньше, чем в ситуациях препятствия.
В результате исследования было обнаружено, что особенности реагирования больных с ШРЛ на фрустрацию не связаны с характеристиками вербального и невербального интеллекта, а также способностями к пониманию и оценке эмоций (как одними из компонентов эмоционального интеллекта). Важно отметить соответствие особенностей реагирования на фрустрацию некоторым характеристикам выполнения невербальных субтестов теста Векслера, связанным со снижением фактора социальной регуляции деятельности, а также описанным в литературе особенностям клинической картины больных с шизотипическим расстройством личности, их жалобам и испытываемым трудностям в сфере социальных контактов, особенностям взаимодействия с экспериментатором.
Таким образом, приведенные экспериментальные данные позволяют рассматривать исследование реакций на фрустрацию в клинико-психологической практике как модель для изучения социального функционирования больных с ШРЛ и учитывать выявленные особенности в построении психо-коррекционных целей.
ЛИТЕРАТУРА -
Критская В.П., Мелешко Т.К., Поляков Ю.Ф. Патология психической деятельности при шизофрении. Мотивация, общение, познание. -М.: Из-во Московского университета, 1991. -
Поляков Ю.Ф., Казьмина О.Ю., И.Б. Крупышева. О социальной поддержке в системе межличностных взаимодействия здоровых испытуемых и больных юношеской малопрогредиентной шизофренией// Вестник московского университета, 1995, серия 14, №1, с.24-29.
3. Смулевич А.Б. Расстройства личности.-М.:Медицинское информационное агентство, 2007.
4.Тарабрина Н.В. Экспериментально-психологическая методика изучения фрустрационных реакций: Методические рекомендации. Л.,1984г.
5.Тарабрина Н.В., Широков В.Д. Экспериментальное изучение фрустрации при истерии/Клинико-психологические исследования личности. Ленинградский научно-исследовательский институт им. В.М. Бехтерева. 1971г.
6.Тиганов А.С., Снежневский А.В., Орловская Д.Д. Руководство по психиатрии. Т .1,2.-М.: Медина .-1999.
7.Шендеров К.В., В.А. Шевченко, В.В, Загиев, Г.И. Винидиктова, А.Б. Шмуклер. Контингент и задачи психосоциальной терапии больных шизофренией и расстройствами шизофренического спектра, получающих помощь в условиях дневного стационара//Социальная и клиническая психиатрия. 2007, №3, с.10-14. 2.
Sipps Gary J.,G William Berry and Eileen M. Lynch. WAIS-R and social intelligence: A test of established assumptions that uses the CPI. Journal of clinical psychology. 1987 Vol.43, No.5 3.
Peter Kuppens, Iven Van Mechelen. Interactional appraisal models for the anger appraisals of threatened self-esteem, other-blame, and frustration /Cognition & Emotion, Volume 21, Issue 1 January 2007 , p. 56 - 77.
10. Norman M.,Ryan, Lawrence J. The Rosenzweig Picture-Frustration Study
"extra-agression" score as an indicator in cognitive restructuring therapy for male perpetrators of domestic violence/Journal of interpersonal violence. Vol.23, 2008, p 561-566
11.S. Rosenzweig. Aggressive behavior and the Rosenzweig Picture-Frustration (P-F) Study/Journal of clinical psychology. Vol.32, No.4, 1976.
12. B. Mehlman, S.L.Whiteman. The relationship between certain pictures of the Rosenzweig Picture-Frustration Study and corresponding behavioral situation.
<< | >>
Источник: МАТЕРИАЛЫ XI международной научно-практической конференции. ПСИХОЛОГИЯ И МЕДИЦИНА: ПУТИ ПОИСКА ОПТИМАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ. 2011

Еще по теме ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ФРУСТРАЦИИ В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ:

  1. Механизмы психологической защиты в клинической практике и современные эмпирические методы их изучения
  2. ПРАКТИКА 2 (продолжение) Тема «Методики по клинической и медицинской психологии»
  3. Место и роль понятия субъекта в конкретных психологических исследованиях и практике
  4. ВОВК А.А. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ ФРУСТРАЦИИ ЛИЧНОСТИ
  5. ТЕОРИЯ, МЕТОДОЛОГИЯ И ПРАКТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ СЕМЬИ
  6. ГЛАВА 14. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НАУКА И ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
  7. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ УСПЕШНОСТИ КОММУНИКАЦИИ «ПРАКТИКОВ» И «ТЕОРЕТИКОВ»
  8. ВОЗМОЖНОСТИ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРАКТИК В ПСИ-ХОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ
  9. 4.3. Психологические и клинические механизмы преодоления страхов
  10. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
  11. Глава 3. ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАКТИКА
  12. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
  13. НЕЗАВИСИМАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА (INDEPENDENT PRACTICE)