6. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.

1. Понятие суицидального риска, как уже указывалось, применимо не только к отдельным группам населения, но и к отдельным индивидам. При индивидуальной диагностике суицидального риска необходимо, прежде всего, учитывать, влияние групповых факторов, в силу того, что каждый конкретный человек является носителем определенного набора групповых признаков (имеет пол, возраст, профессию, семейное положение; характеризуется наличием или отсутствием заболеваний и т.
д.). Однако, совокупность групповых факторов риска, какому бы точному шкалированию они не подвергались, еще не обуславливает суицидального поведения, а лишь создает определенную почву, повышающую его вероятность в ситуации конфликта. Поэтому применяемые в ряде зарубежных стран методы индивидуального прогнозирования суицида, которые основаны преимущественно на статистических, групповых моделях, во многих конкретных случаях «не работают», т. е. оказываются явно недостаточными, Для более точного предсказания суицидологического прогноза требуется тщательный анализ индивидуальных факторов. В каждом конкретном случае реальный риск суицидального поведения мы рекомендуем определять на основе сопоставления суицидогенных и антисуицидальных факторов личности. Это положение принципиально отличает предлагаемый нами подход от существующих методических приемов, построенных на одностороннем учете лишь суицидогенных факторов. 2. Индивидуальные факторы личности, имеющие суицидальную направленность, подразделяются (по мере их последовательного включения на пути от дезадаптации до суицидального поступка) на предиспозиционные, позиционные, статусные и интенционные. 1) Предиспозиционные суицидогенные факторы представляют собой «слабые», «угрожаемые» в отношении их недостаточности, неполноценности функционирования, механизмы психической деятельности, которая складывается из: мотивации; ориентировки в ситуации, ее оценки, суждения о ней; формулировки цели и задач; принятия решения; выбора средств осуществления деятельности и необходимых для этого форм контактов. Потенциально опасной в отношении суицида, приводящей к срыву тех или иных звеньев деятельности, является совокупность следующих условий: - сниженная толерантность к эмоциональным нагрузкам; - своеобразие интеллекта (максимализм, категоричность, незрелость суждений), недостаточность механизмов планирования будущего; - неблагополучие, неполноценность коммуникативных систем; - неадекватная личностным возможностям (заниженная, лабильная или завышенная) самооценка; - слабость личностной психологической защиты; - снижение или утрата ценности жизни. Сочетания всех названных условий, приводящих к дезадаптации, могут быть названы предиспозиционными суицидогенными комплексами. Методами их диагностики являются клиническое наблюдение, беседа и психологическое обследование (ассоциативные методики, тематический апперцептивный тест, метод Роршаха, методика незаконченных предложений В. А. Тихоненко). 2) Позиционные суицидогенные факторы — это «проигрышные», дезадаптирующие, суицидоопасные позиции, которые личность занимает в ситуации конфликта. Позицией личности называется интегральное, смысловое образование, выражающее систему отношений субъекта к наличной ситуации, мнению окружающих и к самому себе; содержащее в себе моральную оценку ситуации, прогнозирование ее исхода, а также определяющее тактику поведения. Риск возникновения суицидальных тенденций и поступков значительно возрастает, если субъект занимает в ситуации конфликта при наличии предиспозиционных суицидогенных факторов (см. выше) одну из следующих «проигрышных позиций» (вербальное выражение этих позиций для облегчения их диагностики приводится от первого лица): - «никто меня не понимает», «все против меня», «нет справедливости», «нет сил бороться»; - «я никому не нужен», «за что вы меня так мучаете?»; - «дальше будет еще хуже», «деваться некуда», «мне не вынести этого позора»; - «никогда не прощу себе»; - «никогда не вернуть того, что было», «все потеряно», «это — конец». Приведенные примеры можно было бы дополнить. Нетрудно заметить, что пять вариантов формулировок суицидоопасных позиций личности соответствует пяти смысловым типам суицидального поведения: протесту, призыву, избежанию, самонаказанию, отказу — и относительно независимы от конкретного многообразия причин и содержаний кон-фликтов. В этом их диагностическая ценность для суицидологии. 3) Статусными суицидогенными факторами являются те психические состояния и реакции, которые, возникая на основе соответствующих предиспозиций и позиций, несут в себе потенциальную угрозу суицида. Суицидоопасные патологические состояния в клинике психических заболеваний указаны в предыдущем разделе. Это аффективные (тревога, страх, депрессия, дистимия, дисфория), аффективно-бредовые и галлюцинаторно-бредовые синдромы. Что же касается лиц практически здоровых, а также занимающих промежуточное положение между нормой и пограничной патологией, то возникающие у них в экстремальных, конфликтных условиях суицидоопасные состояния и реакции следует выделять в особый класс, отличающийся, с одной стороны, от психопатологических синдромов, а с другой стороны - от оптимального диапазона нормальных переживаний. Этот класс представлен характерологическими акцентированными реакциями. Анализ наблюдений показывает, что в ситуации конфликта суицидальное поведение у одних лиц возникает на фоне своеобразных характеристик сознания и самосознания; у других при ведущем влиянии интенсивных эмоциональных переживаний; у третьих – вследствие доминирования идеи, подрывающей жизнестойкость индивида; у четвертых – в результате «трезвого» взвешивания всех «за» и «против». Встречаются также смешанные и переходные варианты. Таким образом, основанием для классификации суицидоопасных акцентированных реакций служит относительное преобладание в их структуре того или иного уровня психической деятельности. Рекомендуется классификация включает в себя следующие пять типов: 1) реакции эгоцентрического переключения, 2) реакции психалгии (душевной боли), 3) реакции негативных интерперсональных отношений, 4) реакции отрицательного баланса, 5) реакции смешанные и переходные. 1. Реакции эгоцентрического переключения. Как правило, это остро возникающие, кратковременные реакции на столь же острые конфликты (межличностные и внутриличностные), которые начинаются с аффективных переживаний, но быстро генерализуются, охватывая все уровни психической деятельности. Идея суицида появляется в сознании внезапно, не подлежит обсуждению, приобретая непреодолимую побудительную силу. Этап выбора вариантов решения практически «свернут» до момента. Сознание переключается на субъективные импульсы. Окружающая реальность изменяет свое смысловое содержание, воспринимаясь преимущественно с позиций возникшего суицидального мотива. Суицидогенный конфликт и его участники как бы уходят за пределы актуальности. Объекты, находящиеся в поле зрения суицидента, нередко приобретают значение средств самоубийства, выбор которых падает на первый подходящий предмет (веревка, бритва, кухонный нож, окно, ядовитые вещества и т.д.). Своеобразной трансформации подвергается и самосознание: охваченность суицидальным побуждением Предполагает отсутствие страха боли и смерти, телесные ощущения вытесняются из сознания. Период от зарождения суицидальных тенденций до их реализации может исчисляться минутами. В результате эгоцентрического переключения сознания недоучитываются обстоятельства покушения, которые нередко при глубине и истинности намерения покончить с собой совершается на глазах у окружающих, что позволяет им принять экстренные меры к спасению суицидента. Попытки прервать стремительно развивающийся суицидальный акт зачастую не приносят успеха, вызывая лишь появление агрессивных и усиление суицидальных тенденций. С момента же начала реализации последние резко ослабевают вплоть до полного исчезновения. Одновременно с этим в «исходное положение» возвращается сознание и самосознание, появляется критика к своему поступку, чувства раскаяния и стыда за совершенное при утрате или значительном уменьшении актуальности суицидогенного конфликта. Память на происшедшее сохраняется, однако объем ее, бывает, ограничен тем эгоцентрическим переключением, которому подверглось сознание. 2. Реакции психалгии. Суть этих преимущественно аффективных реакций состоит в ощущении «душевной боли», возникающей на высоких степенях интенсивности отрицательной эмоции. При этом не происходит никаких трансформаций сознания, биологических потребностей и витальных проявлений; сохраняется способность к дифференциации внешних стимулов; не появляется «негативной» или «продуктивной» симптоматики. Наблюдается некоторое сужение мотивационной сферы, а также известное ограничение общения. Своеобразно, отлично от депрессий, изменяется переживание времени. Характерно стеничное поведение, поиск или переход к новым стратегиям поведения, направленным на избавление от страдания. Соответственно модальности аффекта психалгии делятся на тоскливые, тревожные, раздражительные. Целесообразно также выделять гипертимные и соматопсихические психалгии. В зависимости от структуры и динамики конфликтной ситуации, с одной стороны, и индивидуальных особенностей личности - с другой, психалгии могут развиваться остро, пролонгированно или по перемещающемуся типу. Психалгические реакции встречаются в широком спектре личностных вариаций и практически во всех возрастных группах. Их суицидоопасность чрезвычайно высока, причем значителен как риск покушений, так и риск завершенных самоубийств. После суицидальных попыток, совершенных в состоянии пснхалгии, хотя суицидальные тенденции и ослабевают достаточно быстро, но актуальность суицидогенных конфликтов продолжает еще некоторое время (дни или недели) сохраняться. Это обстоятельство обуславливает вероятность повторных покушений в случаях, если конфликтная ситуация не найдет адекватного разрешения. 3. Переживания негативных интерперсональных отношений. Качественное своеобразие этих реакций, несмотря на безусловное присутствие в них аффективного компонента, заключается в идеаторной сфере. Речь идет о таких состояниях, которые сопровождаются мучительной сосредоточенностью на представлениях и суждениях, направляемых резко изменившимся отрицательным отношением к субъекту высокозначимых для него лиц. Подобные реакции появляются в ситуации межличностных конфликтов, которым предшествовал период интерперсональной фиксации на «значимом другом» в пределах круга общения человека. Такие фиксации сопровождаются, как правило, «ценностным сужением», т. е. ярким доминированием в сознании выбранного объекта отношения и относительным снижением уровня иных ценностей. В ситуации конфликта возникает, так называемая, ценная реакция, когда, стремясь оторваться от источника боли, человек еще сильнее притягивается к нему. Таким образом, переживания отрицательных интерперсональных отношений обладают способностью поддерживать себя по типу порочного круга и трансформироваться в пресуицид. Следует отметить, что часть из них можно причислить к разряду криминогенных: некоторые суициденты сообщали, что их в большей степени влекло к устранению «объекта», чем к самоубийству, однако в последний момент срабатывал сформированный в процессе социализации механизм переключения гетероагрессии на аутоагрессию. При реакциях негативных интерперсональных отношений пресуицидальный период бывает более продолжительным, чем при реакциях эгоцентрического переключения и психалгиях. Встречаются как истинные, так и демонстративно-шантажные покушения, имеющие характер «призыва» или «протеста». Суицидентом принимаются меры к тому, чтобы источник, конфликта знал о его намерениях. После попыток к самоубийству суицидальные тенденции исчезают в тех случаях, когда ситуация изменилась в благоприятную сторону. Если же этого не произошло — продолжается манипулирование суицидальными проявлениями. 4. Реакции отрицательного баланса. Так следует квалифицировать суицидоопасные состояния, содержанием которых является рациональное «подведение жизненных итогов», оценка пройденного пути, определение реальных перспектив существования, сравнение положительных и отрицательных моментов продолжения жизнедеятельности. При наличии преимущественно внутренних конфликтов, объективно неразрешимых, и ограничений адаптационной деятельности, обнаруживающих явную тенденцию к по-степенному и необратимому усилению в будущем, в сознании личности выводится «отрицательный жизненный баланс» и принимается решение о самоубийстве. Подобные механизмы суицидального поведения наблюдаются, например, у лиц с неизлечимыми соматическими заболеваниями (рак, лейкоз), знающих о неизбежности углубления страданий и летального исхода; у одиноких лиц позднего возраста, критически оценивающих свое прогрессирующее физическое одряхление и нарастающую несостоятельность во всех сферах деятельности вплоть до самообслуживания и т.п. Важно подчеркнуть, что ни сам процесс «взвешивания» позитивных и негативных сторон, ни его результат — суицидальное решение — не испытывают при реакциях данного типа деформирующего влияния какой-либо психической сферы. Анализируя эти реакции, не удается выявить акцента на тех или иных психических функциях, как это имело место в предыдущих типах.
Клиническое исследование (применительно к приведенным примерам) исключает признаки соматогенной или инволюционной патологии. «Подведение баланса» предполагает высокий уровень критичности, четкость, и реалистичность суждений, сохранность личностного ядра, а поведение в пресуициде свидетельствует об отсутствии аффективной напряженности (то, что в зарубежной литературе обозначается термином «холодный» пресуицид). Подготовка к самоубийству носит тщательно скрытый характер; выбираются наиболее летальные способы суицида. В случае покушений, не закончившихся смертью, суицидальные, намерения сохраняются и с большим трудом подвергаются обратному развитию. 5. Существование смешанных и переходных реакций доказывает принципиальную общность вышеописанных типов, отсутствие непреодолимых границ между ними, наличие для них единых базисных механизмов. По мере перехода от первого типа к четвертому уменьшается степень генерализованности акцента, происходит его постепенная локализация в психической сфере, вплоть до исчезновения — при реакциях «отрицательного баланса». Соответственно уменьшается напряженность и острота пресуицидального периода, изменяется характер подготовки к суициду, а после покушения — закономерно обнаруживается тот или иной тип постсуицидальных состояний с разной вероятностью повторных попыток. Различия выявляются и в детерминантах суицидоопасных реакций — в содержательно динамических характеристиках конфликтов (обозначенных выше), в условиях и формах не патологической дезадаптации. Акцентированные реакции не имеют жесткой связи с ICM или иным типом личности, можно лишь говорить о преимущественных корреляциях с диапазонами личностных вариаций. Так, реакции эгоцентрического переключения чаще возникают у личностей с чертами возбудимости, стеничности, агрессивности; психалгии — при элементах эмоциональной неустойчивости, снижении толерантности к эмоциональным нагрузкам. Для реакций негативных интерперсональных отношений— существенно наличие ригидно-конформного радикала, фиксированность нравственных установок. Реакции отрицательного баланса имеют место при гармоничных личностных структурах со сложившейся рациональной системой защитных механизмов. Составляя преклиническую зону, акцентированные реакции (первые три типа) могут в ряде случаев трансформироваться в психопатологические клинические феномены: - реакции эгоцентрического переключения — в синдромы измененного сознания; - психалгии — в депрессивные состояния; - переживания негативных интерперсональных отношений — в обсессивные, сверхценные, реже — субпараноидные образования с микромасштабными идеями отношения. Причём в суицидологическом аспекте характерно и важно то, что в случаях включения патологических защитных механизмов суицидальный риск снижается. 4) Интенционные суицидогенные факторы (интенция — намерение) включаются с момента зарождения суицидальных тенденций и проявляются в степени их активности, вероятности реализации, а также истинности и серьезности суицидальных намерений. В разделе, посвященном классификации внутренних форм суицидального поведения, мы выделяли в их развитии ряд последовательных ступеней (антивитальные переживания — пассивные суицидальные мысли - суицидальные замыслы — суицидальные намерения), коррелирующих с высотой риска суицидальной попытки. Эта диагностическая процедура вполне осуществима в пресуицидальном периоде. Оценка же истинной серьезности суицидальной попытки, т. е. вероятности завершенного самоубийства, существенно корригируется и уточняется, как правило, в постсуицидальном периоде. Несмотря на ретроспективность такого анализа, он имеет несомненное практическое значение в отношении прогноза повторных суицидов (Д. Пирс, 1977). При его проведении необходимо обращать внимание на три момента: а) обстоятельства попытки; б) субъективные сведения суицидента; в) медицинские критерии серьезности покушения. Свидетельствами серьезности покушения, истинности суицидальных намерении являются: а) Обстоятельства попытки: - изоляция (отсутствие поблизости или в контакте с суицидентом окружающих лиц, а также малая вероятность прихода кого-либо); - время попытки (or 6 до 12 часов дня); - отсутствие алкогольного опьянения; - наличие суицидальных записок; - отсутствие суицидальных высказываний; - принятие мер, препятствующих обнаружению или вмешательству (например, запирание двери на ключ); - приготовления к смерти (смена белья и т. п.). - насильственные способы суицидальной попытки (падение с высоты, под транспорт, самоповешение, огнестрельные повреждения, колото-рубленые травмы). б) Субъективные сведения: - представления о высокой летальности выбранного способа; - желание умереть; - длительность пресуицида более суток; - сожаление, что остался жив (после покушения). в) Медицинские критерии: - высокая вероятность смертельного исхода в случае отсутствия медицинской помощи; - необходимость реанимационных мероприятий. Соответственно, признаки, противоположные перечисленным, свидетельствуют о несерьезности, неистинности, демонстративности суицидальных намерений. Более подробно следует охарактеризовать выбор способа суицида и принятие алкоголя перед попыткой. Выбор способа суицида обуславливается культурно-историческими моментами, представлениями о летальности способа, эстетическими критериями, витальными переживаниями (страх боли, крови), остротой пресуицида, серьезностью намерений и реальной обстановкой. Способы самоубийств и покушений отличаются по частоте их использования. При самоубийствах они распределяются в различных регионах страны следующим образом (2 варианта): А Б 1) Самоповешения; 1) Самоповешения; 2)Огнестрельные повреждения; 2)Падения с высоты; 3) Отравления; З) Отравления химическими 4)Падения с высоты; веществами; медикамента-ми; 5) Прочие. 4) Прочими При суицидальных попытках — иное распределение: 1) Отравления; 2) Самопорезы; 3) Самоповешения; 4) Прочие. Причем, если у женщин попытки отравлений встречаются в 2 раза чаще самопорезов, то у мужчин — соотношение обратное. По частоте использования перечисленных способов покушений больные, состоящие на учете в ПНД, не отличаются существенно от населения в целом. Сравнение двух распределений показывает, что лица, погибающие, от самоубийств, значительно чаще используют более насильственные, летальные способы (самоповешения, падения с высоты, самострелы), чем лица, совершающие суицидальные попытки; последние чаще используют отравления и самопорезы. Следовательно, выбор способа суицида косвенно, свидетельствует о серьезности намерений и риске завершенного самоубийства. Более половины самоубийств и суицидальных попыток совершается в состоянии алкогольного опьянения. Наличие опьянения к моменту попытки констатируется не только у определенной части больных хроническим алкоголизмом, но и в других диагностических категориях, включая практически здоровых лиц, ранее употреблявших алкоголь умеренно или эпизодически. Между приемом алкоголя и суицидальным поведением существует два основных типа соотношений. При первом из них алкоголь принимается до появления суицидальных мыслей. В состоянии опьянения вначале возникают конфликты, затем — суицидальные тенденции, которые в течение короткого и острого пресуицида достигают максимума и реализуются в суицидальных действиях. При втором типе алкоголь принимается после появления суицидальных мыслей с целью облегчить реализацию своего намерения. Пресуицид в этом случае более продолжительный, с меньшей аффективной напряженностью. Влияние алкогольного опьянения на высоту суицидального риска неоднозначно. С одной стороны, оно повышает вероятность суицидальных действий, облегчает их реализацию; с другой стороны, в большинстве случаев свидетельствует о недостаточной истинности и серьезности намерений; с третьей стороны — в силу ослабления критики и контроля над своим поведением может приводить к завершенным суицидам даже при явно демонстративных тенденциях. 8. Антисуицидальные факторы личности — это установки и переживания, препятствующие реализации суицидальных намерений. Антисуицидальные факторы складываются в определенную систему, куда входят: 1) интенсивная эмоциональная привязанность к значимым близким; 2) родительские обязанности; 3) выраженное чувство долга, обязательность; 4) концентрация внимания на состоянии собственного здоровья, боязнь причинения себе физического страдания или ущерба; 5) зависимость от общественного мнения и избежание осуждения со стороны окружающих; представления о позорности, греховности суицида; 6) представление о неиспользованных жизненных возможностях; 7) наличие творческих планов, тенденции, замыслов; 8) наличие эстетических критериев в мышлении (нежелание выглядеть некрасивым даже после смерти). Все перечисленные факторы подразделяются на две категории: 1) факторы, требующие для своего поддержания постоянной деятельности и дополнительных затрат энергии (такие, например, как наличие творческих планов и замыслов); 2) факторы, не зависящие от энергетических колебаний, не требующие дополнительной активности (такие, например, как ранее оформившиеся устойчивые представления о позорности суицида, или эстетические критерии). Понятно, что при состояниях снижения психической активности (астения, депрессия) прежде всего, выходит из строя первая группа факторов, в то время как факторы второй группы отличаются достаточно стабильным функционированием. Чем большим количеством действующих антисуицидальных факторов обладает субъект, тем прочнее его антисуицидальный барьер, тем менее вероятна реализация суицидальных тенденций, и наоборот. Выявить антисуицидальные факторы можно в процесс направленной беседы и с помощью специальной методики, разработанной в суицидологическом Центре. 4. Итак, при определении индивидуального суицидального риска в экстремальных ситуациях анализируются и сопоставляются два ряда факторов: суицидогенные и антисуицидальные. Диагностика суицидогенного ряда включает в себя выявление: 1) индивидуальных личностных факторов: - непосредственных (интенциональных) — суицидальных тенденций; - ближайших (статусных и позиционных) — суицидоопасных состояний и позиций личности; - предиспозиционных — суицидогенных комплексов лич-ности, форм и уровней дезадаптации. 2) Личностно-ситуационных факторов: - конфликтов; - суицидальных мотивов. 3) Групповых факторов риска: - социально-демографических; - прочих средовых; - медицинских. Диагностика антисуицидального ряда включает в себя выявление: 1) Факторов деятельности. 2) Факторов представлений. Следует учитывать, что подавляющее большинство из пе-речисленных факторов (за исключением лишь пола) в той или иной степени подвержено изменениям в течение жизни человека: меняются ситуации, уровни адаптации, позиции и реакции личности, мотивы поведения, возраст, семейный, профессиональный статус и т. д. Поэтому диагностированный у конкретного индивида в данных обстоятельствах уровень суицидального риска — низкий, средний, высокий — не может экстраполироваться на будущее. Отдаленный прогноз суицидального поведения — задача чрезвычайно сложная, требующая поиска дополнительных критериев. 5. Наконец, необходимо подчеркнуть, что в суицидологической практике определяется вероятность не только первичных, но и повторных суицидальных поступков. Риск повторной попытки наиболее высок в течение года после первичного покушения, особенно на протяжении первых 5—6 месяцев, и обуславливаются, как правило, неразрешенностью первичного суицидогенного конфликта. Процент повторных попыток в общей популяции населения (в течение года после первичной попытки), составляет 22—25%, а летальность их в несколько раз выше первичных покушений. По данным И. Оверстоуна (1973) попытка самоубийства увеличивает риск завершенного суицида для данного лица на ближайший год в 100 раз. Таким образом, из совершивших суицидальную попытку каждый четвертый повторяет ее, а каждый десятый погибает вследствие завершенного самоубийства. Следовательно, наличие суицидальной попытки в анамнезе является одним из наиболее значимых факторов риска повторного покушения и завершенного суицида. Тем более необходим дифференцированный подход, определяющий тактику ведения суицидента после попытки самоубийства. Мы рекомендуем проводить такую дифференциацию на основе анализа ближайших постсуицидальных состояний и их дальнейшей динамики (см. типологию постсуицидов во 11 разделе). Л 78360 Подп. в печ. 25/II-81 г Объем 3 п л Заказ 7 Тираж 3000 Типография ХОЗУ Миннефтепрома.
<< |
Источник: СЕРГЕЕВ Г.В.. ДИАГНОСТИКА СУИЦИДАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ. МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ. 1980

Еще по теме 6. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.:

  1. 4. ВЛИЯНИЕ НЕКОТОРЫХ ФАКТОРОВ НА УРОВЕНЬ СУИЦИДОВ И СУИЦИДАЛЬНЫХ ПОПЫТОК В НАСЕЛЕНИИ (ГРУППОВЫЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА).
  2. 5. МЕДИЦИНСКИЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.
  3. Адиатуллин А.В. МОДИФИКАЦИЯ «ОПРОСНИКА СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА». ПИЛОТАЖНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
  4. Психодиагностика суицидального риска по методикам Розенцвей Басса-Дарки
  5. Адиатуллин Адель Владимирович СВЯЗЬ ДЕПРЕССИИ И СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА
  6. Диагностика социальной дезадаптации и суицидального риска.
  7. Глава 9 НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ РАБОТЫ С СУИЦИДЕНТОМ. ОЦЕНКА СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА
  8. Бережная М.М. ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНОСТНОЙ СФЕРЫ У ЛЮДЕЙ, СКЛОННЫХ К АУТОАГРЕССИИ В ПЕРИОД РАННЕЙ ВЗРОСЛОСТИ (НА ПРИМЕРЕ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА)
  9. ФАКТОРЫ РИСКА.
  10. Суицидальные факторы
  11. ЗАБОЛЕВАЕМОСТЬ И ФАКТОРЫ РИСКА
  12. Шаханская О.В. ФАКТОР БЕЗНАДЕЖНОСТИ ПРИ ОЦЕНКЕ СУИЦИДАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ
  13. РЕАЛИЗАЦИЯ МЕТОДА «ОЦЕНКА РИСКА И ВОЗМОЖНОСТЕЙ» В ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ПРОФИЛАКТИЧЕСКОЙ РАБОТЕ С НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМИ ПРАВОНАРУШИТЕЛЯМИ
  14. НЕПОЛНЫЕ СЕМЬИ: ФАКТОРЫ РИСКА И ВОЗ-МОЖНОСТИ.
  15. Никулина О.А. ФАКТОРЫ РИСКА АДДИКТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ У НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ С СЕНСОРНЫМИ НАРУШЕНИЯМИ
  16. 2.2. Атрибутивный стиль как фактор риска формирования выученной беспомощности
  17. Ю.Н. Лукьянова ФАКТОРЫ РИСКА ПРОЯВЛЕНИЙ ПОВЕДЕНЧЕСКИХ ДЕВИАЦИЙ У ДЕТЕЙ С ЗАДЕРЖКОЙ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
  18. Полтавцева Н.С. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕТЕЙ-СИРОТ КАК ФАКТОР РИСКА ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ