5. МЕДИЦИНСКИЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.

1. Соматическая патология в форме острых хронических заболеваний обнаруживается у значительной части суицидентов; причём на первом месте — заболевания органов дыхания, затем — пищеварительного тракта, опорно-двигательного аппарата и травмы. Обращает на себя внимание тот факт, что 28% лиц, совершивших покушение на свою жизнь, к моменту попытки имели листы нетрудоспособности по поводу соматических расстройств, и 45% в течение двух недель до суицида обращались к врачам-интернистам. 2.
Психическая патология. Среди покончивших жизнь самоубийством на учёте в пси-хоневрологических диспансерах состояло 12—19%. Среди совершающих суицидальные попытки 16—23% состоят на психиатрическом учёте и ещё около 10% нуждаются в постановке на учёт. Следовательно, 1/3 часть суицидентов подлежит лечению и наблюдению в ПНД. По диагнозам они распределяются следующим образом (в порядке убывания удельных весов): - шизофрения, - хронический алкоголизм (без психозов), - психопатии, - непсихотические расстройства в результате органических заболеваний ЦНС и соматогенных заболеваний, - реактивные психозы (преимущественно реактивные депрессии), - умственная отсталость, - неврозы, - аффективные психозы, - алкогольные психозы, эпилепсия, - неалкогольные токсикомании, - органические психозы, - сосудистые психозы. Таким образом, среди контингента больных ПНД, совершающих суицидальные попытки, отмечается абсолютное преобладание лиц, страдающих шизофренией и хроническим алкоголизмом. Однако приведённое распределение суицидентов по диагнозам не отражает высоты суицидального риска при той или иной патологии, т. е. частоты суицидальных поступков в расчёте на одинаковое количество больных, учтённых в. ПНД. Такой расчет показывает иное распределение диагнозов по уровням суицидальных попыток: на первые места выступают реактивные депрессии, неалкогольные токсикомании, психопатии и аффективные психозы. При остальных нозологических формах уровень суицидальных попыток значительно ниже (так при шизофрении он в 5—6 раз ниже, чем при реактивных депрессиях и токсикоманиях). В целом, суицидальный риск среди больных, состоящих на учете в ПНД (несмотря на то, что их количество не превышает трети всей совокупности суицидентов) в 35 раз выше, чем в общей популяции населения, при шизофрении — он выше в 32 раза, при МДП — в 48 раз, при реактивных депрессиях — в 100 раз. Необходимо подчеркнуть, что контингент больных, учтенных ПНД, не соответствует реальной распространенности психических заболеваний в населении. Более полно выявляются и учитываются диспансером эндогенные психические заболевания и иные психозы. Поэтому вычисленный для них суицидальный риск по данным ПНД приближается к истинному показателю. Что же касается непсихотических фopм с низкой выявляемостью (психопатии, неврозы и др.), то определение их истинного суицидального риска на материале ПНД не представляется возможным. На этот вопрос отвечают специальные эпидемиологические исследования. Приведем лишь собственные, катамнестически проверенные данные, касающиеся распределения по диагнозам общей совокупности суицидентов (как учтенных, так и не учтенных в ПНД): - психопатии, патологические развития личности, психопатические реакции (24%), - алкоголизм (без психозов) (19%), - реактивные состояния (14,5%), - непатологические ситуационные реакции практически здоровых лиц (13,5%), - шизофрения (11%), - акцентированные реакции в пубертатном периоде (2.5%), - психические нарушения в результате черепно-мозговых травм (2,4%), - алкогольные психозы (2,4 %), - неврозы (1,8%), - психические нарушения в результате соматогений, инфекций, интоксикаций (1,4%), - токсикомании (1,3%), МДП, циклотимия (1,3%), - психические нарушения сосудистого характера, в результате новообразований, дегенеративных заболеваний ЦНС (1,0%), - психические нарушения в инволюционном, предстарческом, старческом возрастах (0,9%), - олигофрении (0,7%), - психические нарушения в результате внутричерепной инфекции (0,6%), - эпилепсия (0,5%), - половые извращения (0,2%), - другие и неуточненные (1%). Таким образом, в составе 2/3 суицидентов, не состоящих на учете в ПНД, находятся разнообразные пограничные нервно-психические расстройства и непатологические ситуационные реакции практически здоровых лиц; доля последних составляет 13—14%. Возвращаясь к диспансерному контингенту, следует отметить, что суицидальный риск в группе больных, впервые поставленных на учет в текущем году, в 3,5 раза выше, чем в группе больных, ранее состоявших на учете. Учитывая, что распределение по диагнозам в двух сравниваемых группах примерно одинаковое (за исключением реактивных психозов), объяснить этот факт можно, во-первых, тем, что суицидальные попытки служат для психиатров поводом не всегда обоснованной, расширенной постановки суицидентов на учет ПНД (с последующим снятием с учета через 1—2 года), и во- вторых, тем, что суицидальный риск выше на начальных этапах психических заболеваний, в период наиболее резкого развития дезадаптации при недостаточной сформированности компенсаторных механизмов. Правомерность данного вывода подтверждена специальными исследованиями суицидального поведения больных шизофренией и маниакально-депрессивным психозом. Наиболее суицидоопасными оказались первые 3- 5 лет с момента начала шизофренического процесса и первые 3 депрессивные фазы МДП. Приведем краткие суицидологические характеристики отдельных нозологических форм. a) Суицидальное поведение при шизофрении может быть обусловлено: преимущественно психогенными реакциями в ответ на неблагоприятные средовые воздействия; — своеобразием личностных позиций и мировоззренческих установок больных; — психотическими расстройствами. Чаще других наблюдается первый вариант суицидальною поведения при вялом, малопрогредиентном течении процесса и в состояниях ремиссий при приступообразном течении.
Характерна относительная сохранность больных, критичность, «откликаемость» на ситуацию. Суицидальный риск выше при астенических и психопатоподобных типах ремиссий. Причины и мотивы суицидальных действий приближаются к таковым у практически здоровых лиц; преобладают мотивы «потери значимого другого» и осознание собственной несостоятельности в различных сферах деятельности. Второй вариант суицидального поведения наблюдается обычно при простой форме шизофрении с изменениями личности, синдромом «метафизической интоксикации», аутистически-пессимистическим мировоззрением, инакомыслием, дистимическими расстройствами; суицидогенные конфликты складываются в абстрактной, псевдореальной сфере; преобладают депрессивно окрашенные представления о бессмысленности жизни и бесперспективности бытия. При этом варианте в ряде случаев суицидальный риск оценивается как хронически высокий (суицидомания). Третий, психотическнй вариант суицидального поведения встречается при остром развитии аффективно-параноидных и галлюцинаторно-параноидных приступов, в том числе с императивными вербальными галлюцинациями суицидального содержания. Наиболее высокий риск суицидальных попыток и наибольшие трудности их предотвращения отмечаются при простой и психопатоподобной формах шизофрении, осложненных хроническим алкоголизмом. б) При маниакально-депрессивном психозе и циклотимии в депрессивных фазах встречаются принципиально те же варианты суицидального поведения (преимущественно психогенные и психотический). Суицидальный риск выше в случаях депрессий легкой и средней степени выраженности, «открытых» для влияния средовых воздействий и личностных установок больных. Преобладают мотивы, обусловленные реальными конфликтами, переживаниями собственной измененности, депрессивной деперсонализацией, ощущением душевной боли. В глубоких депрессиях суицидогенными являются бредовые идеи вины и ипохондрический мегаломанический бред Котара. Суицидальные попытки чаще совершаются при тревожно-тоскливом аффекте, на начальных этапах развития депрессивных фаз, у больных с астеническим, сензитивным и истероидным преморбидом. В целом, при МДП и циклотимии суицидальные тенденции обнаруживаются у каждого второго, а суицидальные попытки у каждого четвертого больного. в) Риск суицидального поведения психопатических личностей, как уже отмечалось, достаточно высок (25%). Среди суицидентов преобладают истерические (39%) и возбудимые (30%) психопаты; далее следуют психопаты астенического круга и аффективные (по 11%). При этом тип суицидального поведения не является жестко связанным с радикалом психопатии. Так при истерической психопатии наблюдаются не только демонстративно-шантажные попытки, но и истинные (типа «призыва», «протеста», «избежания»); при возбудимой психопатии — не только суициды «протеста», но и «избежания», и «призыва». Наиболее широкий спектр причин и особенностей суицидального поведения отмечается у тормозимых психопатов (астеников, психастеников), кстати сказать, редко встречающихся в практике психиатров. Наибольшая вероятность повторных суицидальных попыток — у возбудимых психопатов. Отвлекаясь от конкретного клинического содержания (радикала) психопатий, целесообразно учитывать следующие, общие закономерности. Суицидальный риск выше: - в случаях «краевых» и мозаичных форм психопатий, при которых не наблюдается жестких, клинически завершенных шаблонов патологического реагирования (истерических припадков, соматических конверсий, массивных обсессий и ритуалов, легко реализуемой агрессии, паранояльных реакций); - на этапе формирования психопатической структуры (по сравнению с более отдаленными, клиническими завершенными этапами); - при длительной личностной переработке конфликтной ситуации без специфического для той или иной формы психопатии способа отреагирования, т. е. при отставленном психопатическом реагировании (по сравнению с быстрым включением психопатических шаблонов в ответ на средовые воздействия). Отмеченные особенности способствуют повышению суицидального риска при т. наз. органических психопатиях, формирующихся на почве органических поражений ЦНС различной этиологии. г) Принципиально те же закономерности относятся и к неврозам: чем менее сформированы, монолитны, стабильны и включаемы патологические формы защиты (истерические, обсессивно-фобические, ипохондрические и др. комплексы), тем выше суицидальный риск. По-видимому, ошибочное мнение о том, что неврозы и суицид несовместимы, питается как раз фактами малой вероятности суицидального поведения при клинически оформленных, глубоких и далеко зашедших неврозах. В заключение данного раздела отметим, что по целому ряду групповых признаков популяция лиц, кончающих жизнь самоубийством, отличается от популяции лиц, совершающих покушения. Соотношение между ними может быть представлено графически в виде двух сфер (меньшей и большей), но не расположенных одна внутри другой, а взаимопересекающихся.
<< | >>
Источник: СЕРГЕЕВ Г.В.. ДИАГНОСТИКА СУИЦИДАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ. МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ. 1980

Еще по теме 5. МЕДИЦИНСКИЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.:

  1. 4. ВЛИЯНИЕ НЕКОТОРЫХ ФАКТОРОВ НА УРОВЕНЬ СУИЦИДОВ И СУИЦИДАЛЬНЫХ ПОПЫТОК В НАСЕЛЕНИИ (ГРУППОВЫЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА).
  2. 6. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА.
  3. Адиатуллин А.В. МОДИФИКАЦИЯ «ОПРОСНИКА СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА». ПИЛОТАЖНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
  4. Психодиагностика суицидального риска по методикам Розенцвей Басса-Дарки
  5. Адиатуллин Адель Владимирович СВЯЗЬ ДЕПРЕССИИ И СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА
  6. Диагностика социальной дезадаптации и суицидального риска.
  7. Глава 9 НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ РАБОТЫ С СУИЦИДЕНТОМ. ОЦЕНКА СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА
  8. Бережная М.М. ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНОСТНОЙ СФЕРЫ У ЛЮДЕЙ, СКЛОННЫХ К АУТОАГРЕССИИ В ПЕРИОД РАННЕЙ ВЗРОСЛОСТИ (НА ПРИМЕРЕ СУИЦИДАЛЬНОГО РИСКА)
  9. ФАКТОРЫ РИСКА.
  10. Суицидальные факторы
  11. ЗАБОЛЕВАЕМОСТЬ И ФАКТОРЫ РИСКА
  12. Шаханская О.В. ФАКТОР БЕЗНАДЕЖНОСТИ ПРИ ОЦЕНКЕ СУИЦИДАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ
  13. НЕПОЛНЫЕ СЕМЬИ: ФАКТОРЫ РИСКА И ВОЗ-МОЖНОСТИ.
  14. Никулина О.А. ФАКТОРЫ РИСКА АДДИКТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ У НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ С СЕНСОРНЫМИ НАРУШЕНИЯМИ