Алкоголизм и наркомания

Наблюдения за холотропными состояниями вполне согласуются с психоаналитической теорией, которая рассматривает алкоголизм и пристрасте к наркотическим средствам в тесной связи с маниакально-депрессивными расстройствами и суицидом.
Но они в значительной степени различаются относительно природы вовлеченных психологических механизмов и уровня психики, на котором они работают. Как и индивидуумы с суицидальными склонностями, алкоголики и наркоманы переживают большое число змоциональных напастей, таких как подавленность, общая напряженность, тревога, чувство вины, низкая самооценка, и испытывают сильную потребность убежать от зтих невыносимых чувств. Как мы уже убедились ранее, психология депрессии и суицида по-настоящему не может быть обьяснена, исходя из оральной фиксации, то єсть из толкования, предпоженного Фрейдовским психоанализом. Несомненно, то же самое верно и по отношению к алкоголизму и наркомании.
Ведь сам ой главной психологической характеристикой алкоголиков и наркоманов и их самой глубокой мотивацией к принятию опьяняющих средств является не столько их потребность вернуться к материнской груди, сколько еще более глубокая и страстная жажда пережить блаженное безраздельное единство безмятежной внутриматочной жизни. И как мы уже видели ранее, возвратные переживання обоих состояний имеют внутренние сверхчувственные измерения. Таким образом, за алкоголизмом и наркоманией скрыта глубочайшая сила: не распознанное и неверно направленное страстное сгремление к превосхождению. Ибо подобно суициду, зти рассгройсгва вызываются трагическим заблуждением, основанным на недосгаточном понимании собственных бессознательных движущих сил.
В наших психоделических и холотропных исследованиях те алкоголики и наркоманы, у кого оказалась такая возможносгь и кому выпал счасгливый жребий досгичь в переживаний благоприятных БПМ-4 или БПМ-1, часто говорили нам, что зто были именно те состояния, которых они так жаждали, а совсем не ощущения наркотического или алкогольного опьянения. Но до тех пор пока они не пережили дородового или родового удовлетворения, они дейсгвительно не знали, чего же они ищут, и их томление имело очень смутные очертания.
Чрезмерное потребление алкоголя или наркотических средсгв почему-то выступает как подобие суицидального поведения. Ведь зачасгую алкоголизм и наркомания описывались лишь как замедпенный и расгянутый во времени вид самоубийсгва. Но зто потому, что характерний для зтих двух групп пациентов базовый механизм такой же, как и в ненасильсгвенной разновидносги самоубийсгва. Он отражает бессознательную потребносгь отменить собьггие рождения и вернуться в матку, к сосгоянию, сущесгвовавшему перед началом родов. Ибо алкоголь и наркотики имеют свойсгво подавлять разнообразные болезненные змоции и ощущения и вызывать сосгояние рассеянного сознания и безразличия по отношению к собственным прошлым и насгоящим трудностям. И зто сосгояние несет в себе некое поверхносгное сходсгво с сознанием змбрион а и переживанием космического единства.
Однако сходсгво вовсе не означает тождесгва, так как между алкогольним и наркотическим опьянением и сосгояниями превосходящего, ко всему прочему, имеются и некие основополагающие различия. Потому что алкоголь и наркотики притупляют ощущения, затуманивают сознание, нарушают умсгвенную деятельносгь и вызывают змоциональную анесгезию. А состояния превосходящего, напротив, характеризуются сильним повышением чувственного восприятия, отрешенностью, ясностью мышления, обилием философских и духовних прозрений и необычайным богатством чувств. Опьянение алкоголем и тяжелыми наркотиками представляет лишь жалкое подобие мистического состояния, несмотря на некоторые общие с ним черты. Но все-таки и зтого сголь смутного сходсгва, по-видимому, достаточно, чтобы соблазнить н арко мано в на саморазрушительное злоу потребление наркотиками.
Сгремление через попытку воспроизведения внутриутробного положення избежать болезненных змоций, связанных с БПМ-2 и соответсгвующими СКО, кажется наиболее общерасп ростр аненным побудительным механизмом, лежащим в основе алкоголизма и наркомании. Однако я работал с алкоголиками и наркоманами, чьи симптоми указывали на то, что они находятся под влияниєм БПМ-3, но все же пытаются найти для своих затруди єни й фармакологическое решение. Было ясно, что зти случаи вовлекают какой-то иной механизм и требуют другого обьяснения. О казалось, что при рождении зтих людей применялась сильная анесгезия, причем, у некоторых из них независимо друг от друга происходили убедительные прозрения, в которых именно зто обсгоятельсгво связывалось с их
присграсгием к наркотикам или алкоголю.
Конечно, подобное обьяснение имело огромный смисл.
Ведь, как правило, рождение — зто первая значительная трудносгь, с которой ми сгалкиваемся в жизни и первое значительное по болезненносги и напряжению положение. Быть может, единсгвенным исключением из зтого правила могуг о казаться положення, при которых серьезные кризи сы происходят уже во время змбрионального сущесгвования. Чрезвычайное влияние ран них собьггий в жизни на последующее поведение было неоднократно зкспериментально засвидетельсгвовано зтологами, исследователями, которые изучали инсгинктивное поведение животных, извесгное как запечатление — «импринтинг» (І_огеп2, 1963; ТіпЬегдеп, 1965).
Следовательно, характер наших родов и тот способ, каким они проводятся, оказывают мощное воздействие на всю нашу дальнейшую жизнь. Если наши роды имеют среднюю продолжительносгь и трудность и ми появляємся на свет, успешно пройдя через них, зто при дает нам ощущение благоприятсгвования и уверенности по отношению к трудностям, с которыми ми сголкнемся в будущем. И наоборот, продолжительные и исгощающие роды зарождают в нас ощущение пессимизма и пораженчєства. Они создают впечатление о мире как нечто слишком тру дном, чтобы нам можно было успешно в нем действовать, и впечатление о нас самих как о беспомощных и ник чему не способи ЫХ.
Но если боль и трудности, связанные с нашими родами облегчаются или ограничиваются анестезией, то зто оставляет в нашей психике очень глубокий и отчетливый отпечаток: единственный способ иметь дело с трудностями — убегать от них в наркотическое состояние. Ведь, может статься, что сегодняшняя зпидемия наркомании, имеет месго именно среди тех индивидов, кто был рожден уже в пору, когда акушери при родовспоможении начали применять анестезию в плановом порядке, зачастую проти в воли рожающих матерей. И после того, как было основано Общество дородовой и околородовой психологии, чья работа основана на направлений, применяющем открытия, сделанные терапиями переживання и змбриональными исследованиями, применимые к практическим методам проведення родов, акушери все больше начинают осознавать, что рождение включает в себя нечто большее, чем просто телесные механизмы.
Ведь то, как проходят роды и послеродовой пер йод, оказывает глубокое влияние на змоциональную и общественную жизнь индивида и имеет важные последсгвия для будущего всего общесгва. Зго закладывает основу для любящих и альтруисгических отношений с окружающими людьми или, наоборот, основания для недоверия и захватиической установки по отношению к общесгву (Осієш, 1995). Зто же может оказаться решающим в предопределении того, будет ли данный индивид способен справляться с превратностями судьбы созидательным образом или же будет сгремиться убежать от трудностей существования через алкоголь или наркотики.
То, что и алкоголизм, и наркомания предсгавляют собой неправильнеє поиски превосходящего, возможно, может помочь нам понять исцеляющее и преобразующее воздейсгвие глубоких кризисов, о которых люди обыкновенно говорят, что «добрался до донышка». Ведь во многих случаях досгижение состояния полной змоциональной несостоятельности и краха становится поворотним пунктом в ЖИЗНИ алкоголика или наркомана. В связи же с нашим обсуждением зто, вероятно, может означать, что на самом деле индивид пережил смерть зго в качесгве сосгавной части перехода от БПМ-3 к БПМ-4. Ибо в зтот момент алкоголь и наркотики уже больше не способны предохранить его от сокрушительного натиска содержания глубинного бессознательного. И тогда прорыв движущих родовых сил приводит к переживанню смерти и возрождения, подчас предсгавляющего собой благоприятную поворотную точку в жизни алкоголика или наркомана. Последсгвия же подобных наблюдений для терапии будут обсуждаться нами на сграницахзтой книги позже.
Как и остальные змоциональные невзгоды, алкоголизм и наркомания имеют не только биографические и околородовые, но и надпичносгные корни. И наиболее важными среди них оказываются влияния со сгороны архетипической обласги. Особенно же зта сторона наркомании и алкоголизма изучалась терапевтами юнгианского направлення. И, по всей видимосги, среди архетипов, проявляющих свою особо значимую связь с алкоголизм ом и наркоманией, наиболее важную роль играет архетип риегдеіетіз— «вечного дитя», с его разновидностями Икара и Диониса (І_ач'іп, 1987). Многие люди, с которыми я работал, открывали также и кармическое содержание, каковое, по-видимому, было связано по своєму значенню с их присгарстием к алкоголю или наркотикам.
<< | >>
Источник: Станислав Гроф. ПСИХОЛОГИЯ БУДУЩЕГО. Уроки современных исспедований сознания. 2010

Еще по теме Алкоголизм и наркомания:

  1. О.П. Макушина ЧУВСТВО ВИНЫ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ СКЛОННОСТИ К НАРКОМАНИИ И АЛКОГОЛИЗМУ
  2. ПРАКТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ В РЕШЕНИИ СОЦИАЛЬНО-ЗНАЧИМЫХ ПРОБЛЕМ ОБЩЕСТВА (АЛКОГОЛИЗМ, НАРКОМАНИЯ, ВИЧ / СПИД, ДОМАШНЕЕ И СЕКСУАЛЬНОЕ НАСИЛИЕ, ИНФЕКЦИОННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ И ДР.)
  3. 3. Наркомания Наркомания и работа
  4. 2. Алкоголизм
  5. АЛКОГОЛИЗМ И доши
  6. Алкоголизм
  7. МОДЕЛЬ БОЛЕЗНИ АЛКОГОЛИЗМ
  8. Алкоголизм и Вата
  9. Алкоголизм и Питта
  10. Алкоголизм и Капха
  11. ВНУТРИЛИЧНОСТНЫЙ КОНФЛИКТ У БОЛЬНЫХ НЕВРОЗАМИ И АЛКОГОЛИЗМОМ
  12. АЛКОГОЛИЗМ