загрузка...

УДК 159.938.М. М. КАРНЕЛОВИЧ ПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКГНОСТИ: ИСТОРИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Проблема человека как субъекта деятельности и жизнедеятельности имеет в отечественной психологии богатую традицию, начало которой было положено С. Л. Рубинштейном в его философско-психологической концепции бытия человека в мире [5]. Существенный вклад С. Л. Рубинштейна в развитие категории субъекта состоит в рассмотрении онтологического плана субъекта; определении таких понятий, как «са- модетерминация», «субъект-субъектный подход», «субъекто- генез»; постановке дискуссионных вопросов о полисубъект- ности; дифференциации индивидуального и коллективного субъектов. С. Л. Рубинштейн также определил связь категории субъекта с общефилософскими понятиями творчества и свободы человека.
С. Л. Рубинштейном выделены такие качества субъекта, как целостность, активность, способность к развитию и самосовершенствованию, к самоопределению, способность к сознательному действованию и преобразованию действительности, способность вставать в особое созерцательное отношение к миру (к бытию). В концепции бытия в мире человек выступает как творец своей жизни и несет за нее ответственность, которая (наряду с инициативой) относится к высшему уровню активности: «ответственность человека не только за то, что он делает, но и за то, чем он будет, станет, за себя самого, за то, что он есть, поскольку то, что он сейчас есть — это в какой-то предшествующий момент его жизни было тем, что он будет» [5, с. 86]. Вышеуказанные идеи С. Л. Рубинштейна могут рассматриваться как истоки психологии субъекта.
Одна из первых попыток осмысления концепции Рубинштейна и выявления в ней роли субъекта принадлежит К. А. Абуль- хановой-Славской, явившейся последовательницей школы выдающегося ученого. К. А. Абульханова-Славская дифференцирует три типа субъектов: субъект психической деятельности, субъект конкретной деятельности, субъект жизнедеятельности; последний из означенных типов является объектом пристального научного интереса исследовательницы. Ею рассматриваются пять основных критериев существования личности как субъекта [1, с. 14 — 16]: субъект выступает как организатор, координатор, регулятор объективных жизненных форм и отношений, способный их строить и изменять; субъект обладает способностью разрешать противоречия между целями, ценностями, притязаниями, способностями, с одной стороны, и системами жизни с ее обстоятельствами и конкретными ситуациями — с другой.
Заслуга К. А. Абульхановой-Славской состоит в разработке субъектной парадигмы в психологии, интегрирующей субъектно-деятельностный, субъект-субъектный и субъектно-эпистемологический подходы [1]. Феномен субъектности в рамках означенной парадигмы проявляется в способности человека использовать свои возможности и жизненный опыт для разрешения жизненных проблем и задач, отвечая на вопрос, как, каким способом можно решить ту или иную проблему; субъектность выступает как высший уровень направленной на самосовершенствование личности; наконец, субъектность характеризуется стремлением к подлинности своей жизни, проявляющемся в жизненной стратегии, отвечающей смыслу жизни человека. Исследователь формулирует тезис о том, что «становясь субъектом, личность выступает в новом качестве», что означает «создание ею третьей действительности», в которой происходит «взаимодействие личности с ходом и обстоятельствами ее жизни... с другими людьми», причем сама эта личность при этом выступает как «воплотившая себя в формах жизни», что позволяет ей «переживать свою жизнь во всей полноте» [1, с. 16].
Таким образом, К. А. Абульхановой-Славской впервые было подчеркнуто, что субъектом является конкретный человек (хотя может быть и группа людей), отвергнуто стремление свести понятие субъекта только к эпитету, источнику активности, и утверждалось, что эта категория характеризует то, как субъект осуществляет действие, как осознает мир в зависимости от его социальной позиции, его социальных определений, его социальной сущности.
Еще одним представителем школы С. Л. Рубинштейна, внесшим существенный вклад в развитие категории субъекта, является А. В. Брушлинский, с именем которого связано возникновение нового направления — психологии субъекта. В концепции исследователя субъект является интегратором всех свойств человека, целостно включает в себя качества и личности, и индивида, и индивидуальности [3]. Существенным вкладом в разработку проблемы субъекта явилось решение
А. В. Брушлинским дилеммы о субъекте как свойстве, присущем каждому, или качестве, которого достигают лишь избранные люди. Согласно позиции исследователя, каждый человек является субъектом, однако это — онтологическое качество, и на каждом этапе развития человек находится на определенном уровне преобразовательной активности.
А. В. Брушлинским доказывается гуманистический характер категории субъекта, неразрывно связанный с творческим началом в человеке; разрабатывается проблема саморазвития человека, решение которой видится в том, что с возрастанием роли внутренних условий усиливается избирательность во взаимодействии человека с внешним миром и формируется специфическая среда его жизни.
Поставленные А. В. Брушлинским вышеозначенные проблемы психологии субъекта обусловили дальнейшее развитие отечественной науки, определили интегрирующую позицию категории субъекта в модели соотношения научных категорий субъектно-деятельностного подхода.
Школа Б. Г. Ананьева также оказала принципиально важное влияние на разработку проблемы субъекта в отечественной психологии. В работах основателя школы можно проследить две основные линии развития категории субъекта: первая связана с соотношением понятий субъекта и личности, вторая — с дифференциацией субъектов деятельности, общения, отношений, поведения [2]. В своих трудах Б. Г. Ананьев выявляет связи понятия субъекта с понятиями личности и индивидуальности, делая попытку их дифференциации. Анализ работ исследователя позволяет полагать, что роль интеграции всех свойств человека принадлежит субъекту деятельности, однако эту функцию сам Б. Г. Ананьев связывает с понятием индивидуальности.
В деятельностном подходе субъект выступает как сознающий, контролирующий и осуществляющий свою собственную деятельность, овладевающий процессами собственного поведения. Существенным вкладом основателя означенного подхода А. Н. Леонтьева в развитие категории субъекта явились предложенные им определения смысла и значения, которые легли в основу концепции смысловых образований, получившую свое дальнейшее развитие в трудах Д. А. Леонтьева и В. А. Петровского.
Для В. А. Петровского категория субъекта шире, чем понятие «субъект деятельности», что отражается в разработке им понятия «субъектности» — свойства самодетерминации бытия человека в мире: «в философии, как известно, для обозначения этого особого рода причинности используется термин «causa sui» — «причина себя» [4, с. 7]. Категория субъектности позволяет объединить категории деятельности и личности. К проявлениям субъектности человека, самодействия его как причины, ученый относит деятельность (в самом широком смысле этого слова), общение и самосознание.
Анализ различных индивидуально-психологических теорий позволил В. А. Петровскому выделить два класса концепций: в одном из них идея субъектности представлена имплицитно, в другом — выражена явным образом. Имплицитно идея субъектности представлена в таких категориях, как «Эго» (3. Фрейд), «потребность в самоутверждении» (А. Адлер), «доминирующее отношение» (В. Н. Мясищев), «основная жизненная направленность» (Б. Г. Ананьев) и др. В рамках этих концепций «субъект», выражаясь словами В. А. Петровского, «угадываемый под покровом рассмотренных категорий, лишь частично выявляет присущую ему силу «быть причиной себя», оказывается, таким образом, зависимым ограниченным субъектом» [4, с. 360]. Эксплицитно идея субъектности представлена в категориях «рефлектирующее сознание» (К. Ясперс), «рост личности изнутри» (К. Роджерс), «поиск смысла» (В. Франкл), «стремление к самоактуализации» (А. Мас- лоу) и др.; в этих концепциях речь идет об особой целостности, обладающей образом себя, динамически проявляющейся, растущей, свободно полагающей саму себя.
Наиболее глубоко В. А. Петровским разработана теоретическая концепция «отраженной субъектности» — особой категории психических явлений; понятии о смысловой форме репрезентации одного человека другому. Исследователем описаны и экспериментально выявлены феномены «идеального значимого другого» и «претворенного субъекта», при которых «отражаясь во мне, субъект выступает как «активное, действующее начало, изменяющее мой взгляд на вещь, формирующее новые побуждения, ставящее передо мной новые цели; основания и последствия ... значимы для меня ... имеют личностный смысл; ... первый открывается второму как ... источник нового для него смысла» [4, с. 158 - 161, 170 - 171]. Таким образом, феноменология субъектности в теории В. А. Петровского связана со смысловыми образованиями личности.
Теоретико-экспериментальный поиск средств и условий становления человека во всей его полноте, во всех его духовно-душевно-телесных измерениях, отражает формирование в современной психологической науке гуманитарно-антропологической парадигмы (В. И. Слободчиков), интегрирующей традиции отечественной гуманитарной психологии (Б. С. Братусь, Д. А. Леонтьев, С. Л. Рубинштейн, В. П. Зинченко), идеи субъектно-деятельностного (К.
А. Абульханова, А. В. Брушлинский), динамического (Л. И. Анцыферова), бытийного (В. В. Знаков, З. И. Рябикина) научных подходов. Категория «субъектность» в означенной парадигме является одной из ключевых.
Согласно одному из основателей данной парадигмы
В. И. Слободчикову, субъектность обнаруживает себя в главной способности человека: «способности превращать собственную жизнедеятельность в предмет практического преобразования, что позволяет ему быть (становиться) действительным субъектом (автором, хозяином, распорядителем) собственной жизни» [7, с. 161]. Само возникновение и существование субъектности определено фундаментальным поворотом в живой природе, на котором свойство самоорганизации живых систем уступает место механизмам самоконтроля, само- детерминации, позволяющим встать в практическое отношение к собственной жизни, другому человеку, миру, обществу, истории, самому себе, овладеть и сознательно регулировать эти отношения.
Семантический анализ латинского слова «subject», произведенный В. И. Слободчиковым, доказывает, что означенное понятие образовано от «sub» - под, до, вне; и «ject» - акт, акция, действие. В слове «sub» автор выделяет два сопряженных смысла, обозначенных им как «совокупность ресурсов потенциально возможных действий» и «мощность, или потенциал возможного действия» [7, с. 87]. Соответственно, понятие «субъект» в такой расшифровке выглядит как «Субъект = Ресурс — Потенциал — Действие», где ресурс есть совокупность источников деятельности (потребности, мотивы, задатки), потенциал — воплощенный принцип соорганизации ресурсов (установки, смысловые образования, ценностные ориентации, одаренность), действие — акт, поступок, свершение (совокупность чувственно-практических, идеальных, символических, предметных и других акций).
В. И. Слободчиков четко различает «субъекта деятельности (действия)» и «субъекта собственной (здесь и далее выделено В. И. Слободчиковым) деятельности (действия)», только во втором случае речь идет о субъекте, «способном не только реализовывать деятельность, но и рефлектировать ее основания и средства во всей полноте ее нормативной структуры, т. е. способном ее строить, преобразовывать, проектировать, исследовать, управлять ею. И, самое важное, обратным, рефлексивным ходом (от целеполагания к выявлению и формированию новых ресурсов и потенциалов) становится возможным выстроить способы и средства самопреоб- разования и саморазвития человека в его деятельностном бытии» [7, с. 87 — 89].
Развивая идеи об онтологическом статусе категории субъектности как деятельностном освоении человеком собственного бытия, В. И. Слободчиков указывает, что уровень, масштаб и тип субъектности человека задается уровнем, масштабом и типом практикования человеком той или иной формы бытия; соответственно автор рассматривает субъектность в сознании (самосознание), субъектность в общности (самобытность), субъектность в деятельности (самодеятельность) как главные линии развития субъекта собственной жизни, в том числе — и как субъекта развития и саморазвития. Соответственно, на основании тезиса автора можно говорить и о субъектности в развитии человека (саморазвитие).
Исследователи подчеркивают взаимную направленность и взаимообусловленность субъектности одного человека от субъектности другого, связанную с реципрокным характером отношений. Субъектность существует как единство интра- и интериндивидного компонентов личности, или, выражаясь словами С. Л. Рубинштейна, «я не существую без другого; я и другой соприлежны...» [3, с. 77].
Мы разделяем идеи о том, что подлинный субъект не может не быть субъектом для самого себя и вместе с тем субъектом своего бытия для другого. Личностное, то есть «человеческое в человеке», определяется его способностью быть значимым другим для значимых других. Нашей научно-исследовательской позиции также близки идеи А. Н. Леонтьева, В. А. Петровского, Д. А. Леонтьева, Б. С. Братуся, Е. Н. Волковой и других ученых о том, что феноменология субъектности неразрывно связана со смысловыми образованиями, мотивационно- потребностной, ценностно-смысловой сферой личности.
Современное прочтение и дальнейшее развитие психологии субъекта мы находим в трудах Е. А. Сергиенко, активно разрабатывающей в настоящее время системно-субъектный подход к анализу субъектности и природы ее развития. Данный подход, по убеждению его автора, объединяет системно-эволюционный подход, теорию динамических систем и субъектно-деятельностный подход, что дает определенные преимущества на пути изучения целостного человека, анализа внутренних условий его «бытийной» активности, собственной деятельности [6]. С позиций системно-деятельностного подхода центром концептуальной схемы психологии должен являться субъект как автор собственной деятельности, общения, отношения, переживания; именно субъект на каждом этапе своего развития выступает носителем системности, раскрывающейся в его взаимодействии с миром; субъект становится системообразующим фактором создания сложной многоуровневой системы психической организации.
В своих трудах Е. А. Сергиенко развивает идею о том, что человек одновременно является и субъектом развития, и субъектом деятельности, и субъектом жизни, но разные ракурсы субъектности имеют разные уровневые описания, разные системные конфигурации проявления метасубъектности: «Все ипостаси субъектности существуют в разных формах и соотношениях в генезе человека, но их «вес» и соотношение существенно изменяются на протяжении его жизни» [6, с. 129].
Исследователь выделяет ряд функций субъекта как проявлений его субъектности, в понимании которых ее позиция схожа с идеями В. А. Петровского и В. И. Слободчикова. Когнитивной функцией субъектности является понимание как одновременно когнитивный и экзистенциальный феномен, включающий внутренние модели мира, и смысловые образования, опосредующие его выбор и интерпретацию окружающих событий и явлений. Регулятивная функция субъекта состоит в контроле поведения, который является основой саморегуляции. Коммуникативная функция субъекта может быть специфицирована через представление о субъект-субъектных и субъект- объектных взаимодействиях.
Необходимо отметить, что Е. А. Сергиенко подчеркивает неразработанность проблемы содержательно-структурных характеристик и условий развития субъектности на современном этапе развития психологии субъекта: «Задача, которая стоит ..., — раскрыть теоретически и эмпирически, каким образом организованы метауровни субъектности, их системноуровневый состав, детерминация и условия реализации» [6, с. 130]. Теоретическая и экспериментальная разработка, описание критериев и особенностей уровней организации и реализации субъекта (субъект жизни, субъект развития, субъект деятельности) определяют перспективы развития психологии субъектности как нового направления в отечественной науке.
К нашей исследовательской позиции близки отдельные концептуальные решения системно-деятельностного подхода, сближающие его с идеями гуманитарно-антропологической парадигмы, в частности междисциплинарный дискурс, обращение к внутренней активности, ценностно-смысловым образованиям, свободе выбора, воли и самореализации.
Проведенный нами теоретический анализ проблемы субъекта и субъектности в психологической литературе позволяет выделить сущностные характеристики рассматриваемого феномена.
Субъект — тот, кто становится причиной самого себя, преобразуя внешние условия во внутренние причины. При этом внешние условия — это не только и не столько предметный и социальный мир, сколько мир культуры, социокультурные образцы; внутренние условия — это не только психические свойства, состояния и процессы, но прежде всего смысловые образования (мотивы, смыслы, ценности и т. п.), которые побуждают, направляют и регулируют активность во всех ее ипостасях.
Субъектность представляет собой подлинное авторство собственной жизни, деятельности, проявляющееся в выборе пути саморазвития, осуществляемого через осмысление, рефлексию и выбор ценностей и мотивов своей деятельности, своего бытия.
Развитие субъектности возможно лишь в условиях подлинных субъект-субъектных взаимодействий, при которых каждый другой «транслирует» собственные смыслы и «отвечает» на смыслы другого.
Список литературы
1. Абульханова-Славская, К. А. Принцип субъекта в отечественной психологии / К. А. Абульханова-Славская // Психология. Журнал высшей школы экономики. — 2005. — № 4. — С. 3 — 21.
2. Ананьев, Б. Г. Психологическая структура человека как субъекта / Б. Г. Ананьев // Человек и общество. — Вып. 2. — Л.: ЛГУ, 1967. —
С. 246 — 334.
3. Брушлинский, А. В. Психология субъекта / А. В. Брушлинский; отв. ред. В. В. Знаков; ИП РАН. — СПб.: Алетейя, 2003. — 268 с.
4. Петровский, В. А. Личность в психологии: становление субъектности / В. А. Петровский. — Ростов н/Д: Феникс, 1996. — 420 с.
5. Рубинштейн, С. Л. Бытие и сознание. Человек и мир / С. Л. Рубинштейн. — СПб.: Питер: Питер принт, 2003. — 508 с.
6. Сергиенко, Е. А. Системно-субъектный подход: основания и перспективы / Е. А. Сергиенко // Психол. журнал. — 2011. — Т. 32. — № 1. —
С. 124 — 132.
7. Слободчиков, В. И. Очерки психологии образования / В. И. Сло- бодчиков. — Биробиджан: Изд-во БГПИ, 2005. — 272 с.
<< | >>
Источник: Сборник научных статей. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ЛИЧНОСТИ И СОЦИАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ. 2012

Еще по теме УДК 159.938.М. М. КАРНЕЛОВИЧ ПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКГНОСТИ: ИСТОРИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ:

  1. УДК 159.9.В.А. МАЗИЛОВ НЕРАЗРЕШЕННЫЕ МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ В ПСИХОЛОГИИ
  2. УДК 159.923.М.М. КАРНЕЛОВИЧ ОТРАЖЕНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ ОБЩЕНИЯ В СИСТЕМЕ «УЧИТЕЛЬ - РУКОВОДИТЕЛЬ» В РЕФЛЕКСИВНЫХ Я-ОБРАЗАХ ПЕДАГОГОВ
  3. УДК 159.О. Ю. Стрижицкая СУБЪЕКТИВНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ КАРТИНЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  4. УДК 159.О. Ю. СТРИЖИЦКАЯ СУБЪЕКТИВНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ КАРТИНЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  5. ГЛАВА ПСИХОЛОГИЯ ТРУДА: ИСТОРИЯ, СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ
  6. УДК 159.Н. В. Маланчик ПОНИМАНИЕ КУЛЬТУРНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ В ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ
  7. УДК 159.Е.А. БЕЛАН ПСИХОЛОГИЯ ОРГАНИЗАЦИИ АКТИВНОСТИ ЛИЧНОСТИ В ЖИЗНЕННЫХ СИТУАЦИЯХ
  8. УДК 159.Л. И. ВОРОБЬЁВА ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА ФИЛОСОФСКИЙ ФУНДАМЕНТ ПСИХОЛОГИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  9. УДК 159.Л. И. ВОРОБЬЁВА ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА - ФИЛОСОФСКИЙ ФУНДАМЕНТ ПСИХОЛОГИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  10. УДК 159.А. Н. ДЁМИН ИЗУЧЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ С ПОЗИЦИЙ ПСИХОЛОГИИ ЗАНЯТОСТИ
  11. УДК 159.А. Н. Дёмин ИЗУЧЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ С ПОЗИЦИЙ ПСИХОЛОГИИ ЗАНЯТОСТИ
  12. УДК 159.О. E. МАЛЬЦЕВА ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ МОТИВАЦИИ ЛИЧНОСТИ В ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ
  13. УДК 159.Л. Л. БОЧКАРЁВ, Ю. П. ТИМОФЕЕВ, Д. А. КОЗИН, В. А. ПАВЛОВ БИОГРАФИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ В ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ
  14. УДК 159.Л. Л. БОЧКАРЁВ, Ю. П. ТИМОФЕЕВ, Д. А. КОЗИН, В. А. ПАВЛОВ БИОГРАФИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ В ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ
  15. Карнелович М.М. ВОЗМОЖНОСТИ ВОЛОНТЕРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СТУДЕНТОВ-ПСИХОЛОГОВ С ДЕТЬМИ ИЗ НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ СЕМЕЙ