АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТОЛЕРАНТНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Иванова С.Ю., Россия, г. Ставрополь
Общее содержание понятия толерантности не исключает того, что в разных языках в зависимости от исторического опыта народов оно имеет различные смысловые оттенки и определяется по-разному.
Вместе с тем, каждое определение выражает сущность толерантности: требование уважать права других, быть такими, какие они есть, не допускать причинение им вреда, поскольку причинение вреда другому означает причинение вреда всем, в том числе и себе самому. И если понятие толерантности при его интерпретации, может вызвать разногласия, то сама необходимость взаимодействия с позиций толерантности разногласий не вызывает.
Рассмотрение феномена толерантности в перспективе ценностной ориентации человеческого существования позволяет понять саму толерантность в качестве одной из важнейших аксиологических форм, организующих совместную человеческую жизнедеятельность. Однако такое понимание еще не позволяет говорить о существе самой ценности толерантности. Лишь определив природу и исток терпимости, можно ответить на вопрос о ценности того опыта совместного бытия людей, который заключается и реализуется в самых разнообразных проявлениях толерантности.
В условиях «полилога» субъектов на социокультурном уровне толерантность предстает универсальной ценностью, которую необходимо символизировать в материале конкретных культур, чтобы наполнить значимым содержанием. Это возможно при выявлении начал, принципов в той или иной культуре, позволяющих осуществить символизацию; тем самым толерантность существует в виде моделей толерантности, производных от этих «начал» [6].
Аксиологические формы создают особое "пространство" культуры, "пространство" свободного выбора идеалов и ценностей, в котором реализуется свобода как суть человеческой природы. С этих позиций толерантность необходимо понимать не как незыблемое правило или готовый к употреблению рецепт, и тем более не как принудительное требование под угрозой наказания, а как свободный и ответственный выбор человека «ценностного толерантного отношения к жизни» [1]. В частности, для учителя это означает, что толерантность - это особое качество его «способа бытия», а не только требование профессиональной роли или коммуникативный навык. Толерантность, как ценность, есть один из модусов осуществления свободы в существовании человека среди других людей. Существо этого модуса состоит в том, что толерантность реализуется в совместном бытии людей как терпимость к чужому образу жизни, поведению, обычаям, мнениям, идеям, верованиям и т. п. Именно ориентация на ценность чужого, иного, другого и составляет существо толерантности как ценности. Иначе говоря, толерантность имеет своим основанием интенцию Другого [2].
Ценностно-смысловая система составляет основное содержание личностного измерения толерантности, в которой центральное место занимают ценности уважения человека как такового, ценности прав и свобод человека и равноправия людей по отношению к базовым вопросам, к выбору мировоззрения и жизненной позиции, ценность ответственности за собственную жизнь и признание таковой за каждым человеком и другие ценности демократического гражданского общества.
При изучении толерантности как устойчивой позиции в русле ценностно-смыслового подхода проблема эта предстает как проблема личностных установок, ценностей и смыслов, ибо именно они определяют с одной стороны внутренний мир личности, ее ощущения и переживания, с другой - являются регулирующими коррелятами, определяющими реальное поведение личности. Такой подход позволяет понять внутренние механизмы проявления толерантности и в других измерениях.
Различие позиций в интерпретации толерантности в некотором пределе может быть представлен как излишек толерантности к толерантности. Такой излишек является источником возникновения различных трактовок толерантности. Однако невозможность универсального определения еще не является тупиком для дальнейшего процесса осмысления проблемы толерантности. Рассмотрение проблемы толерантности также требует учета множественности способов ее проявления. Понять явление - значит, понять отведенное ему место в социальном процессе.
Пытаясь более строго определить понятие толерантности Дж. Экенниа противопоставляет толерантность и взаимное уважение (реализующиеся в диалогическом общении) плюрализму, зачастую вырождающемуся в бесконечные дебаты и столкновения [10]. А.Е. Зимбули, дифференцируя внутренние различия видов толерантности, связывает их с субъективной мотивацией, с формой выражения и с объективным результатом [3]. Некоторые попытки определения толерантности идут от противного: через анализ интолерантности [8], при этом исходят из предположения, что понятие греха и зла более детализировано в сознании человека, чем понятие добра. Поэтому интолерантность - установка, возникающая по меньшей мере столь же часто, как и толерантность.
Ю.А. Шрейдер [7] формулировал как «закон Лотмана» положение о том, что в кризисные периоды определенные пласты культуры подвергаются давлению, снижающему их естественное разнообразие за счет исчезновения «крайних элементов», резко отличающихся от среднего уровня. Если рассматривать общественное сознание как «банк» возможных (ин)толерантных установок, разнообразие их в периоды кризиса тоже, вероятно, снижается. Но сам по себе кризис (или совокупность кризисов) еще не определяет рост или подавление толерантных установок. Так, в своем анализе общества постмодерна Э. Гидденс [9] связывает психологическую уязвимость «Я» современного человека с уже упомянутой выше онтологической безопасностью, а точнее, с ее оборотной стороной - «обреченностью» индивида на непрерывные выборы тех или иных систем экспертного знания, необходимых в отсутствие опоры вовне в виде веры, авторитета, традиции. Экзистенциальная тревога, пишет Э. Гидденс, становится устойчивым фоном жизнедеятельности индивида. Возникает вопрос, что лучше помогает справиться с этой тревогой - толерантность или интолерантность? Как толерантные, так и интолерантные социальные действия, вероятно, будут обеспечивать некоторое минимально приемлемое снижение тревоги. Предельная толерантность обеспечит принятие всего, что бы ни происходило; на другом полюсе оказывается тотальное неприятие всего, хоть на йоту отличающегося от «должного», т.е. предельная интолерантность. Более комфортная позиция, однако, не означает того, что в континууме толерантности/интолерантности задачам
социальной адаптации лучше будут служить «крайние» варианты толерантных установок, а не «золотая середина», некая оптимальная степень толерантности.
С точки зрения трансформации уровня толерантности общества, с одной стороны, имеется несомненный рост многообразия внутри социума, развивается дифференциация социальных связей, изменяются «политики гетерогенности» и «политики идентичности» [5].
С другой стороны, общество очевидно не заинтересовано в существовании крайних форм толерантности (в первую очередь, конечно, крайней интолерантности, но не только). Относительная предсказуемость поведения, имеющая своей основой малое разнообразие степени толерантности установок, - вот ближайший практический результат внедрения различного рода программ формирования толерантности в педагогические практики [4].
Важным моментом тематизации проблемы толерантности является вопрос о пределах терпимости, ибо без его решения невозможно теоретическое осмысление толерантности. Оперирование любым понятием предполагает определение объема его содержания, той части действительности, отражением которой оно является. В современной философской литературе вопрос о пределах терпимости является спорным в силу следующих причин:
1. Понятие толерантности настолько полимодально, что нет общепринятых определений. Поэтому неосторожное обращение с ним может привести к теоретическому и практическому произволу.
2. Понятие «толерантность» является оценочной категорией, для которой понятие «истины» как адекватного отражения объективной реальности неприемлемо. Между тем «истина» очень хорошо отделяет одно понятие от другого. Всякий нормальный индивид, безусловно, верит в истинность своей позиции. Но здесь и начинаются трудности, так как истина в известном смысле нетерпима: то, что «не мое» - не является истиной. Однако, это «не мое» на каких-то основаниях должно быть мной принято. В противном случае невозможно никакого сосуществования. Вопрос, казалось бы, решается просто в отношении общезначимо терпимого или общезначимо нетерпимого, так как в этом случае мы руководствуемся предзаданной истиной, полученной от наиболее общего субъекта - человечества. Например, общепризнанны как позитивные в любой культуре такие ценности как любовь, милосердие, сострадание, верность и т.д. Общезначимо неприемлемыми признаются предательство, ненависть, геноцид, расизм, и т.п. Но в силу абстрактности данных ценностей даже в отношении них трудно определить предел терпимости;
3. Вопрос о пределах толерантности усложняется тогда, когда ценности не являются общезначимыми. Трудно оценить с точки зрения «хорошо - плохо» такие социальные явления и социальные действия, как эвтаназия, аборт, сохранение жизни новорожденным с необратимо тяжелыми патологиями и т.п.;
4. Совсем непредсказуемыми в данном контексте являются ценности личностноокрашенные. Наверное, поэтому о вкусах рекомендуют не спорить.
Решение вопроса о пределах толерантности, напрямую связанное с определением ее объекта, способствует прояснению границ терпимости. Объект при этом не должен быть предельно широким, ибо абсолютизация толерантности неминуемо приводит к ее антиподу - интолерантности. Однако грань между толерантным и интолерантным настолько тонка, что зафиксировать её четко и одназначно не представляется возможным. Тем не менее, исходя из того, что круг нетерпимого, недопустимого всё же значительно уже по сравнению с терпимым, следует попытаться очертить его границы. При этом отметим, что есть два способа определить интолерантность, то есть границы толерантности, внутренний и внешний. Внутренне интолерантность будет определена в соответствии с системой ценностей каждого человека. Внешне интолерантность будет определяться с точки зрения непосредственно системы толерантности, как то, что делает применение толерантности невозможным. Так, всё что парализует и мешает существованию толерантного общества, выпадает из границ толерантности и тем самым становится интолерантным. Терпимость кончается тогда, когда возникает реальная угроза свободе, достоинству и самой человеческой жизни. Однозначно нетерпимым следует признать сегодня осуждение людей за их сущностные качества: расовые признаки, биологические или физиологические особенности, половые влечения. Но так было не всегда. Безусловно, данное утверждение эмпирично, основано на суждении и зависит от политического и исторического контекста. Следовательно:
1) толерантность должна являться самоцелью, а не инструментом, механизмом достижения гуманного сосуществования;
2) необходимо признать, что объект толерантности принципиально четко не очерчивается в силу своей аморфности, то есть он трансформируется в зависимости от социально-культурных и исторических факторов.
Толерантность в этом смысле есть «простой» эффект открытости человека миру, эффект уравненности сущего перед лицом бытия («Mitsein»). Аксиологическое измерение толерантности позволяет понять толерантность в качестве одной из важнейших аксиологических форм, организующих совместную человеческую жизнедеятельность и выступающей в качестве универсальной ценности человеческого существования.
Литература:
1. Асмолов А. Г. Толерантность от утопии к реальности // На пути к толерантному сознанию. М., 2000. - С. 7.
2. Голенков С.И. Феномен толерантности и проблема онтологических оснований социального // Толерантность и полисубъектная социальность. Материалы конференции. - Екатеринбург. 2001. - С.24-25.
3. Зимбули, А.Е. Почему терпимость и какая терпимость? // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 6, Философия, политология, социология, психология, право. - СПб., 1996. - Вып. 3. - С. 22-27.
4. Иванченко Г.В. Эволюционный смысл толерантности в культуре: теоретико -информационный подход // Социальная гетерология и проблема толерантности. Материалы круглого стола. - Екатеринбург, 2003. - С.50-86.
5. Трубина Е.Г. Рассказанное Я: проблема персональной идентичности в философии современности. - Екатеринбург, 1995; Керимов Т.Х. Социальная гетерология. - Екатеринбург, 1999.
6. Хомяков М. Б. «Толерантность как социокультурная проблема» // Толерантность и ненасилие. Материалы «Зимней школы». Ч. 2. - Екатеринбург, 2000.
7. Шрейдер Ю.А. Закон Лотмана в культурологии // Информационное общество: культурологические аспекты и проблемы. Тезисы докладов Международной научной конференции. - Краснодар, 1997. - С.29-30.
8. Drabarek, A. O nietolerancji // Annales Universitatis Mariae Curie-Sklodowska : Sekt. I. Philosophia-sociologia. - Lublin, 1994. - Vol. 19. 1994 [4]. - S. 67-77.
9. Giddens A. The The Consequences of Modernity. - Stanford: Stanford Univ. press, 1990.
10. Ekennia, J.N. Committed dialogue as a response to pluralism // Intern. philos. quart. - Bronx (N.Y.), 1996. - Vol. 36, N 1. - P. 86-95.
<< | >>
Источник: Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д Ушинского. ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ОПЫТ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ. 2011

Еще по теме АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТОЛЕРАНТНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ:

  1. ТОЛЕРАНТНОСТЬ К НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ КАК ФАКТОР УСПЕШНОГО ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
  2. Н. А. Гончарова, М. А. Никитина АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
  3. Н.В. Панина ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ КАК СПОСОБ ЖИЗНИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
  4. Т. Г. Стефаненко, Н.Г. Малышева, О.А. Тихомандрицкая ОБРАЗ РОССИИ В МНОГОПОЛЯРНОМ МИРЕ: КРОССКУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ
  5. ПЕРЕОСМЫСЛИВАЯ ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
  6. СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ АСПЕКТЫ ТОЛЕРАНТНОСТИ И ЭКСТРЕМИЗМА
  7. О НЕОБХОДИМОСТИ ВОСПИТАНИЯ ТОЛЕРАНТНОСТИ В УСЛОВИЯХ СОВРЕМЕННОСТИ
  8. К ВОПРОСУ ОБ ЭТНИЧСКОЙ ТОЛЕРАНТНОСТИ СОВРЕМЕННОГО ПОДРОСТКА
  9. ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ
  10. ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТОЛЕРАНТНОСТИ
  11. ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ТОЛЕРАНТНОСТИ К НЕ-ОПРЕДЕЛЕННОСТИ
  12. ТОЛЕРАНТНОСТЬ И ЕЕ ПОЗИЦИИ В СОВРЕМЕННЫХ НИДЕРЛАНДАХ
  13. А. В. Краева СОВРЕМЕННЫЙ ПОДРОСТОК: ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТИРЫ И УРОВЕНЬ ТОЛЕРАНТНОСТИ