ТОЛЕРАНТНОСТЬ И ИДЕНТИЧНОСТЬ: К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ

Вшивцева Л.Н., Россия, г. Ставрополь Проблема соотношения толерантности и идентичности имеет большое значение для современного общества, т.к. является средством разрешения проблемы соотношения единого и многого в рамках социальной формы движения материи.
В условиях полиэтничного и поликонфессионального российского социума проблема сохранения единства является одной из наиболее важных и актуальных.
По мнению Е.А. Кроткова понятие «толерантность» включает в себя несколько признаков-аксиом:
1) аксиома существенной инаковости (субъекты толерантности имеют социально значимые различия);
2) аксиома чуждости (настороженное или отрицательное отношение к тому, в чем субъекты различаются);
3) аксиома ненасилия (возможность отторжения Другого или отказ от нее);
4) аксиома стремления к миру (осознание необходимости нахождения «мирного» варианта решения проблемы);
5) аксиома гармонии в многообразии (стремление к поиску общего пространства жизненной идентичности);
6) аксиома активной обороны (право на решительный отпор попыткам разрушения этого общего пространства);
7) аксиома несамодостаточности (в конечном счете, толерантность детерминирована финансово - экономическими, социально-культурными и правовыми факторами) [1].
Первые три признака построены на бинарной оппозиции «свои - чужие», «мы-они», причем концепт «чужие», имеющий отношение к «они» может иметь как положительный, так и, в большинстве случаев, отрицательный смысл. Однако формирование толерантности идет путем «забвения» инаковости, конструирование же групповой идентичности осуществляется посредством отталкивания от «других». По мнению М.Б. Хомякова, «процесс формирования идентичности прямо противоположен процессу формирования толерантности. Действительно, в первом случае мы имеем сосредоточение на различиях - в культуре, мнении, поведении, тогда как во втором речь идет о временном забвении различий и сосредоточении на уважении другого человека «равного» субъекту толерантности» [2].
Однако, несмотря на то, что процессы формирования идентичности и толерантности прямо противоположны друг другу, само существование идентичностей вовсе не обязательно противоречит толерантности. Угроза интолерантности и конфликтности со стороны идентичности возникает лишь в случаях ее нестабильности и проблемности. Соответственно необходимо обеспечивать условия максимального благоприятствования развитию и стабилизации групповых идентичностей. Более того, интеграция общества должна быть основана на некоторых общих идентичностях [2].
М. Игнатьефф считает, что толерантность и идентичность - это несовместимые понятия: групповые идентичности выступают основной причиной интолерантности в обществе. «Дело в том, что идентичности формируются на основе «отталкивания» от «иного», и чем ближе это самое «иное», тем сильнее интолерантность, тем конфликтнее отношения, тем враждебнее настроена одна группа по отношению к другой. Не те общие элементы, которые объединяют людей друг с другом, определяют их восприятие совей идентичности, но именно те маргинальные «меньшие» различия, которые их разделяют» [3].
Следовательно, в решении проблемы соотношения толерантности и социальной идентичности можно выделить следующие два противоположных подхода. Сторонники первого подхода (М. Игнатьефф) настаивают на принципиальной несовместимости и противоречивости этих феноменов, сторонники второго (Дж. Ньюмен, Дж. Берри, М.Б. Хомяков) - на их единстве и взаимообусловленности в условиях полиэтничного и поликонфессионального социума в условиях глобализации.
Сторонники первого подхода, основанного на позиции противоположности социальной идентичности и толерантности, исходят их того, идентичность - это основной источник интолерантных установок в обществе. Толерантность в качестве принципа выдвигает требование временного «забвения» своего
47несогласия с тем или иным мнением или поведением и внимания к личности того, кто это самое мнение выражает, что может привести к размыванию и утрате социальных идентичностей, а это находит отражение в ассимиляции этнических групп меньшинства этнической группой большинства и формировании общей для всего населения групповой идентичности при толерантном отношении к меньшинству со стороны государства. «В рамках такого понимания соотношения социальной идентичности и толерантности современный национализм может рассматриваться как бунт идентичности против толерантности. Идентичность, соответственно, становится опасной для толерантного либерального общества и требует выработки определенной политики разрешения конфликта «противоположности». Сторонниками
указанного подхода выработаны две стратегии решения проблемы политика идентичности без толерантности и либеральная политика индивидуальной толерантности без учета факторов идентичности.
«Однако каждая из стратегий таит в себе «подводные камни». Политику идентичности без толерантности невозможно реализовать в современном обществе в условиях глобализации и мультикультурного разнообразия, плюрализма ценностей без обращения к силовому давлению и репрессивным мерам. Политика индивидуальной толерантности без социальной идентичности представляет собой лишь миф, невозможный для реализации, поскольку любое государство нуждается в том, чтобы иметь официальный государственный язык, государственный стандарт в образовании, общенациональные средства массовой информации и т.д. Таким образом, провозглашенный либерализм толерантных отношений в обществе в итоге оборачивается тщательно замаскированной тиранией большинства. Другое возражение в адрес политики индивидуальной толерантности без социальной идентичности связано с признанием потребности личности в определении своей принадлежности к социальной группе или сообществу, реализующей необходимость аффилиации (А.Маслоу)» [4].
Сторонники позиции единства идентичности и толерантности выдвигают тезис о том, что толерантность не приводит к ослаблению групповой идентичности, т.к. уважение к «иному» мнению, ценностям, поведению, вовсе не предполагает обязательного согласия с тем или иным «отклоняющимся» верованием, мнением, поведением и т.д. [5]. Дж. Берри считает, что только уверенность в своей собственной позитивной групповой идентичности может дать основание для уважения других групп и выражения готовности обмена идеями, установками или участия в совместной деятельности. На основе того факта, что позитивная групповая идентичность приводит к толерантности, а угроза этой идентичности - к нетерпимости, к этноцентризму, он приходит к выводу о том, что «не может дальше продолжаться такое положение вещей, что выживание определенных групп зависит от уровня их этноцентризма. Реальная уверенность в таком выживании может быть предпосылкой для толерантности, которая может стать антитезой этноцентризму» [6].
Сторонники второго подхода не отрицают тезис о том, что групповая идентичность может выступить причиной интолерантности в обществе. Однако это может произойти лишь в случае угрозы разрушения этнической культуры. Проявление интолерантности понимается как результат действия механизмов социально-психологической защиты ради сохранения позитивной этнической идентичности и тесно связанной с ней этнической толерантности. Н.М. Лебедева считает, что позитивность этнической идентичности и этническая толерантность-интолерантность могут выступать в качестве показателей (индикаторов) межэтнических отношений. При возникновении этнической интолерантности в действие вступают механизмы социальной перцепции, направленные на восстановление позитивной этнической идентичности, а вслед за ней и этнической толерантности [7].
Резюмируя, хотелось бы отметить, что в какой бы форме не выражалась соотношение толерантности и идентичности в условиях современного общества, ясно одно, именно они выступают индикаторами межэтнических отношений, и именно от того, какими темпами будет идти формирование позитивной гражданской идентичности и толерантности, зависит консолидация и сохранение нашего социума во всем его многообразии.
Литература:
1. Кротков Е.А. Анатомия толерантности: феноменологический анализ // Толерантность - мировоззрение современного общества: сборник научных трудов / под. ред И.Ф. Исаева. - Белгород, 2002. - С.30-45.
2. Хомяков М.Б. Идентичность, толерантность и идея гражданства // Гражданские, этнические и религиозные идентичности в современной России / под ред. В.С. Магун. - М., 2006. - С. 37.
3. Ignatieff M. Nationalism and Toleration // The Politics of Toleration. - Edinburg, 1999. - P. 77.
4. Соотношение толерантности и идентичности // http://www.zaoisc.ru/
5. Newman J. Foundations of Religious Tolerance. - University of Toronto Press, 1982. - Р.Berry J.W., Poortinga Y.H., Segall M.H., Dasen P.R. Cross-cultural psychology Research and applications. - Cambrige University Press, 1992. - P 34-37.
6. Лебедева Н. М. «Синдром навязанной этничности» и способы его преодоления // Этническая психология и общество. - М., 1997. - С. 104-115.
<< | >>
Источник: Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д Ушинского. ТОЛЕРАНТНОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ОПЫТ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ. 2011

Еще по теме ТОЛЕРАНТНОСТЬ И ИДЕНТИЧНОСТЬ: К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ:

  1. 13.6. СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ СПОСОБНОСТИ И КАЧЕСТВА
  2. 11.1. СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ЧУВСТВО» И «ЭМОЦИЯ»
  3. ЩУКИНА М. А. ЛИЧНОСТЬ И СУБЪЕКТ: ПРОБЛЕМА СООТНОШЕНИЯ ПОНЯТИЙ
  4. Палей О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ «ЛИЧНОСТЬ» И «ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ»
  5. ТОЛЕРАНТНОСТЬ И ГРАЖДАНСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ
  6. Солнцева Н.В. СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «БОГ» И «РЕЛИГИЯ» В КАРТИНЕ МИРА СОЗАВИСИМЫХ
  7. СОЛНЦЕВА Н.В. СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «БОГ» И «РЕЛИГИЯ» В КАРТИНЕ МИРА СОЗАВИСИМЫХ
  8. Карасаева А.М., Еремеев Б.А. СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ЛИЧНОСТНЫЙ СМЫСЛ» И «СОЦИАЛЬНОЕ ПОЗНАНИЕ»
  9. ПРОБЛЕМА ТОЛЕРАНТНОСТИ В КОНТЕКСТЕ САМОПОНИМАНИЯ ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ
  10. И. Ш. Уруджева ЭТНИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ И ТОЛЕРАНТНОСТЬ КАК ФАКТОРЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
  11. К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ОБЩЕНИЯ И ПРЕДМЕТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  12. ПОНЯТИЕ «НАЦИЯ» КАК ОДИН ИЗ АСПЕКТОВ ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ