загрузка...

УДК 159.О. Ю. СТРИЖИЦКАЯ СУБЪЕКТИВНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ КАРТИНЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ

Изложены современные представления о соотношении субъективного переживания времени и его вкладе в жизненный путь человека. Субъективное переживание времени можно называть одним из центральных психических явлений, обеспечивающих регуляцию и самоде- терминацию психического развития. Показано, что взаимопроникновение этих двух процессов обеспечивает сложную систему регуляции внутренней картины жизни и ее событийной насыщенности. Неоднозначность и сложность самого феномена переживания времени и его внутреннего отражения позволяет говорить о нем как об основе формирования картины жизненного пути. Показано, что субъективное переживание временной перспективы нестабильно, оно тесно связано как с внутренними, субъективными факторами, так и с объективной реальностью и является своего рода ее отражением.
Ключевые слова: временная перспектива, жизненный путь, индивидуальное развитие.
Понимание механизмов психического развития человека, его становления как личности, индивидуальности и субъекта деятельности представляет собой одну из сложнейших задач психологии. Идя по пути развития, саморазвития, самоактуализации и самосовершенствования, человек испытывает на себе воздействие внешних факторов, а также преломляет их, исходя из внутрипси- хических предпосылок. Однако психическое развитие человека не сводится лишь к противостоянию биологического и социального. Несмотря на то, что с возрастом роль субъектных характеристик и субъективных факторов возрастает, тем не менее жизненный путь человека представляет собой сложное взаимовлияние объективных событий, происходящих в жизни человека, и субъективного преломления этих событий. Среди возможных механизмов, отражающих предпосылки формирования картины жизненного пути, определенную роль можно отвести проблеме субъективного переживания времени.
Восприятие времени неоднозначно, неодинаково не только различными людьми, но и в зависимости от разного состояния и многих других факторов одного и того же человека. Хотя время является интегральной частью человеческой жизни, оно остается непредсказуемым и неуловимым.
Сложность изучения категории времени заключается в том, что она одновременно является и объективной, и субъективной величиной. Время является не только явлением, отражаемым психикой, но и физическим явлением, имеющим свои особенности и закономерности. Однако даже в рамках физики нет единого мнения о природе данного явления.
Важность и значимость изучения отношения ко времени определяется тем, что на всем протяжении онтогенеза временной фактор выступает важнейшей детерминантой в становлении и развитии личности, является одной из составляющих регуляционных возможностей человека и одним из важнейших компонентов, определяющих психическое равновесие человека, его успешную социализацию (Б. В. Зейгарник), включение в деятельность, профессиональное становление и построение стратегий жизни [1].
При восприятии и оценке продолжительных отрезков времени (час, день, месяц, год и т. д.) с большим числом психологических событий к чисто психофизиологическим особенностям восприятия добавляются различные сложные психические процессы и механизмы, такие как воображение, мышление, память и т. д. Именно здесь выделяется понятие «переживание». Такое переживание времени многие исследователи называют «психологическим временем».
Психологическое время претерпевает изменения в течение жизни и является интегрирующей частью процессов психологического развития. Так, в разные периоды жизни человека интенсивность и качество переживаний могут быть разными. Например, в период позднего возраста психологическое время может вступать в противоречия с ритмами окружающего мира и требовать реорганизации прошлого, настоящего и будущего индивида.
На всем протяжении жизненного пути каждый индивид организует отражение собственной истории, в равной степени как и из опасения относительно возможного будущего, вырабатывая тем самым матрицу прошлых и возможных «Я».
Современные исследователи сходятся в том, что временная перспектива образована объектами и событиями, существующими на репрезентативном (когнитивном) уровне поведенческого функционирования (Дж. Нюттен, М. А. Холодная). Объекты такой репрезентации не привязаны к настоящему. К. Левин определил временную перспективу как существующую в настоящий момент целостность видения индивидом своего психологического будущего и своего психологического прошлого.
Следует отметить, что, хотя большинство концепций рассматривают жизненный путь в целом, тем не менее исследователей издавна привлекает конструкт будущего как психологического, так и «реального». Вероятно, это связано с тем, что, будучи наиболее вероятностным конструктом, «будущее» вносит элемент неопределенности в личностную организацию пространства жизни. Кроме того, конструкт будущего обладает характеристикой нереализо- ванности, а значит, обратимости в психологическом плане. Таким образом, психологическое будущее является полем реализации различных планов на ментальном или когнитивном уровне.
Существует множество направлений исследования психологического времени: связь между биологическими часами и субъективным переживанием времени, когнитивное развитие концепции времени в младенчестве и детстве, влияние личностной позиции вместе с ситуативными факторами на концепцию времени, социальное значение, предаваемое времени в различных социокультурных группах. Организация темпорального опыта обычно рассматривается в связи с тремя временными зонами: прошлым, настоящим и будущим. Оценки и акценты, связанные с этими тремя составляющими временной перспективы, составляют временную ориентацию.
Сложность понимания «времени» заключается в том, что время - это неотрывное от конкретного предмета, конкретного события, конкретной сущности, конкретного существа живое свойство. Таким образом, время существует с психологической точки зрения в двух формах. С одной стороны, существует объективное, хронологическое («физическое») время, подчиняющееся общим физическим законам, необратимое, направленное из прошлого через настоящее в будущее. «Началом» и точкой отсчета такого времени является прошлое. С другой стороны, существует время субъективное, психологическое (индивидуальное), подчиняющееся другим законам, обратимое, контролируемое, направленное из будущего в прошлое. Таким образом, здесь точкой отсчета становится будущее.
Одним из наиболее перспективных современных подходов к изучению феномена времени с точки зрения психологии человека кажется выделение различных времен, а личность при этом рассматривается как интегратор этих времен.
Особенностью психологического времени человека является то, что на ментальном сосуществуют два направления движения: 1) из настоящего в будущее — планирование и прогнозирование будущего; 2) из будущего в настоящее — регулирование действий сегодняшних будущими планами. Оба эти направления могут рассматриваться как компоненты механизмов, предопределяющих формирование внутренней картины жизненного пути.
В ходе ряда исследований, проведенных в рамках школы К. А. Абульхановой-Славской, было обнаружено, что взаимодействие со временем носит не хаотичный характер, но имеет свои закономерности, что позволило выделить несколько типологий, раскрывающих механизмы психологического времени. Особенностью типологий, разработанных под руководством К. А. Абульхановой-Славской, является открытость, т. е. эти типологии ориентированы на описание не столько различий между типами, сколько механизмов их функционирования.
В их основе лежат три основных пространственно-временных ценностно-смысловых образования:
Жизненная позиция — результирующая достижений личности — «аккумулятор» прошлого опыта и потенциал будущего, отражает когнитивную способность личности, но не содержит готовности к реализации прогнозируемого.
Жизненная линия — динамический аспект, отражает характер движения: восходящий или нисходящий, прерывистый или непрерывный.
Жизненная перспектива — мотивационный аспект, характеризующийся возможностью реализовать задуманное.
Продолжая исследования в рамках концепции К. А. Абульхановой, Н. Ю. Григоровская предложила собственную типологию темпоральных особенностей личности. Она предложила 5 типов - 3 основных и 2 дополнительных.
В качестве основного механизма, определяющего тот или иной тип темпоральной организации личности, было предложено соотношение осознанного и неосознанного уровня временной организации. Одни типы личности с преобладанием неосознаваемого уровня временной организации более чувствительны к различным возможностям, не имеют жесткой или однозначной связи прошедшего, настоящего и будущего. Их открытость, проективность определяется динамичностью их смысловой сферы. Другой тип, с преобладанием сознательной организации времени, оказывается обладающим свободой отношения ко времени в силу того, что имеет собственные временные координаты отношения, владеет способностью планирования, рефлексии. Этому типу свойственна опытность и уверенность, что и обеспечивает его свободное отношение ко времени.
В результате исследования Н. Ю. Григоровской было обнаружено, что рассогласованность сознательной и бессознательной сфер темпоральной организации личности непосредственно отражается на функционировании личности, создавая такое «напряжение», которое сужает пространство ее активности до настоящего, блокирует перспективу будущего и обесценивает ее прошлое. Слаженность этих сфер, напротив, способствует большей гибкости личности, выступает в качестве ресурса. Такая личность осознает свою перспективность.
Человек обычно организует свою жизнь и мотивы в определенном «поле», актуальный радиус которого может быть измерен. В опасных и стрессовых ситуациях жизненная перспектива может сужаться до очень близко находящихся целей или объектов, а в период спокойной рефлексии она может расширяться вплоть до очень отдаленных моментов прошлого и будущего.
Другим существенным основанием перспективы будущего выступают когнитивные процессы. Они обеспечивают формирование «темпоральных знаков» [11], на базе которых строится временная перспектива. Совокупность таких темпоральных знаков, присущих объектам сознания индивида, создает временную перспективу в его поведенческом функционировании. Данные многолетних исследований Дж. Нюттена и его коллег привели его к выводу о том, что объекты временной перспективы являются детерминантами, регулирующими поведение, а ее протяженность играет важную роль в выработке поведенческих планов и проектов. Определяя временную перспективу, мы обращаемся к объектам, существующим на уровне ментальной репрезентации. Определенные воспоминания и предвосхищаемые мотивационные цели могут вообще не приводить к открытому поведению, однако они могут оказывать ослабляющее или усиливающее воздействие на скрытое психологическое функционирование.
В зарубежных исследованиях изучение конструкта будущего основывается на концепции «перспективы будущего» (FTP — future time perspective) [17]. При этом перспектива будущего (FTP) рассматривается в качестве когнитивно-мотивационного концепта, поскольку происходит от постановки мотивационных целей и поскольку существуют мотивационные эффекты, обусловленные индивидуальными различиями в особенностях перспективы будущего. В дальнейшем для краткости мы будем называть этот концепт FTP.
Для того чтобы объяснить различия в особенностях перспективы будущего, ДеВолдер и В. Ленс выделили и развели два ее аспекта: когнитивный и динамический. Когнитивный аспект предполагает антиципацию более отдаленного будущего. Динамический аспект отражает валентность целей, т. е. их значимость для индивида. Было обнаружено, что люди с более длинной перспективой будущего придают больше значения усилиям в настоящем. Временная дистанция до подцелей может варьироваться от небольшой до длинной. Эти цели могут даже выходить за рамки жизненного пути. Длинная, или расширенная перспектива будущего создается путем постановки мотивационных целей в относительно отдаленное будущее и за счет развития долговременных поведенческих проектов для достижения этих целей. Перспектива будущего — это антиципация в настоящем будущих целей [16].
В темпоральной области этим «расстояниям» соответствуют интервалы времени, которые могут быть непосредственно прочувствованы через «проживание последовательности» событий. Характеристика глубины сопряжена с протяженностью временной перспективы, которая необходима для выработки долгосрочных проектов. Перспектива является результатом последовательного развития и предполагает наличие мыслительного представления о неограниченном хронологическом будущем, хотя одного такого представления недостаточно.
Тем не менее в последнее время перестало быть общепризнанным положение о том, что длинная временная перспектива благоприятствует эффективному, целенаправленному поведению. Для нормального человека будущее — вовсе не бегство от реальности настоящего; это мир его целевых объектов, направляющих и координирующих его деятельность в настоящем. Именно поэтому современные исследователи подчеркивают важность жизненных условий и личного опыта для построения временной перспективы и разработки каких-либо проектов будущего.
Не менее важной характеристикой временной перспективы является ее активность. В качестве полюсов данной характеристики выступают активная временная перспектива, с одной стороны, и действенная - с другой. При этом значение придается реалистичности событий, включенных в перспективу. Так, степень реальности объектов, образующих действенную временную перспективу, является важной переменной, влияющей на поведение. Темпоральный градиент определяет степень реальности - более удаленные в пространстве и времени объекты обладают меньшей степенью реальности и меньше влияют на поведение. Короткая временная перспектива является дополнительной переменной, снижающей степень психологической реальности удаленных объектов.
Как видно из вышесказанного, перспектива будущего, будучи ментальной репрезентацией, оказывает влияние как на будущее, так и на настоящее поведение. Дж. Нюттеном было обнаружено, что для того, чтобы перспектива будущего оказывала влияние на текущее поведение, необходимы два условия:
1. Определенная степень темпоральной интеграции, чтобы будущее виделось как продолжение настоящего и прошлого.
2. Установка на осуществление интернальных каузальных атрибуций, т. е. роль личной активности в достижении результатов.
В рамках психотерапевтической практики было обнаружено, что субъект с высокой степенью временной интеграции обладает временной компетентностью: «Индивид, обладающий временной компетентностью, видит темпоральную неразрывность и интеграцию событий. Его действия осуществляются в настоящем, но стимулируются и направляются целевыми объектами, находящимися в будущем» [11].
Исследования отечественных ученых также внесли значительный вклад в изучение перспективы будущего. На основании исследований М. Р. Гинзбурга [40] были выделены функции психологического будущего - обеспечение смысловой перспективы и временной перспективы личности.
Исходя из полученных данных, им были выделены структурные компоненты перспективы будущего: смысловое будущее (личностное проецирование себя в будущее), временное будущее (планирование). Будущее либо мотивирует, либо обессмысливает настоящее.
Особенностью работ М. Р. Гинзбурга является акцент на эмоциональном аспекте субъективного переживания будущего. Разработанная им и модифицированная В. Р. Манукян [10] методика «Эмоциональное отношение к будущему» является единственной в отечественной психологии валидной методикой для изучения эмоционального аспекта будущего. В его работах было показано, что мотивирующая сила смыслового будущего зависит от эмоциональной привлекательности будущего.
Недавние исследования показали, что перспектива будущего имеет половые различия как по содержанию: мужчины относят к будущему больше планов и страхов, касающихся профессиональной сферы, а женщины — социальной; так и по своей структуре: женщины ставят более сложные и разнообразные цели, нежели мужчины. Также было обнаружено, что если принято решение отложить удовлетворение сиюминутных потребностей, то значительно возрастает количество когнитивных стратегий, задействованных для достижения долгосрочной цели [15].
Таким образом, исследования показывают, что фрустрация (пусть и незначительная) актуальных нужд и потребностей оказывает активизирующее воздействие на когнитивные процессы, способствуя развитию новых стратегий и концепций поведения, благоприятствуя развитию человека в целом.
«Временная трансспектива» в возрастном плане демонстрирует обратное движение. Также наблюдается изменение эмоционального фона временной трансспективы и ее частей: у детей преобладает радость, у юношей наблюдается дифференциация прошлого и будущего — основной эмоцией является вера в свое будущее, в зрелом возрасте прошлое приобретает положительную эмоциональную окраску, а будущее связывается с тревогой и беспомощностью, у пожилых эта тенденция усиливается. Также с возрастом меняется начало временной перспективы — у молодых людей это детство, у пожилых — молодость.
Временная перспектива — проект будущего, где должны воплотиться в жизнь интересы и потребности человека, реализоваться смысл существования.
Одним из факторов, влияющих на субъективное переживание времени, является эмоциональное состояние человека. Чувствование и оценка времени людьми зависит от многих факторов и весьма неоднозначна. В пространственном масштабе эмоционально значимое отношение к своему настоящему, прошедшему и будущему времени при разных психических состояниях изменяется. Как психические расстройства различного генеза, степень выраженности симптомов аффективной патологии и личностно-типологические свойства влияют на интуитивное представление индивида о времени - эти вопросы до сих пор остаются мало разработанными.
Так, событие само по себе не обладает какой-либо силой до тех пор, пока оно не приобретает эмоциональную окраску, наполняясь при этом динамикой и энергией. При этом полюс эмоциональной оценки может в корне изменить влияние, оказываемое одним и тем же событием на поведение, самооценку и саморазвитие человека.
Е. Ю. Коржова [9] выдвинула предположение о том, что человек существует не сам по себе, а в неразрывной связи с жизненной ситуацией, в которой он находится. Способ взаимодействия с этой ситуацией определяет его судьбу. В самом общем виде ситуация - это естественный сегмент социальной жизни с вовлеченными в нее людьми, местом действия, сущностью деятельности и т. д. Таким образом, содержательную часть темпоральной организации личности составляют события, которые в свою очередь неразрывно связаны с жизненной ситуацией.
Н. В. Гришина [7] совершенно справедливо обращает внимание на то, что проблема ситуации - это, по сути, фундаментальная методологическая проблема соотношения объективного и субъективного, внешнего и внутреннего мира человека на протяжении всей жизни.
Несмотря на то, что в начале ситуационных исследований акцент делался на неразрывном единстве в ситуации внешнего и внутреннего, значительное распространение получил взгляд на ситуацию как на совокупность элементов среды либо как на фрагмент среды на определенном этапе жизнедеятельности индивида. Согласно такому пониманию, структура ситуации включает в себя действующих лиц, деятельность, ее временные и пространственные аспекты.
Иную позицию занимают исследователи, утверждающие, что понятие «ситуация» в психологическом тезаурусе можно использовать только в случае ее понимания не как совокупности элементов объективной действительности, а как результат активного взаимодействия личности и среды. При таком понимании выделяются объективные и субъективные ситуации.
Идею целостности темпоральной организации личности продолжает причинно-целевая концепция психологического времени Е. И. Головахи и А. А. Кроника [6], в основе которой лежит положение о том, что любое событие в жизни человека влияет на жизнь и самосознание человека не само по себе, но в своей взаимосвязи с другими событиями. Рассматривая жизненный путь и события, его составляющие, как целостную систему, Е. И. Голо- ваха и А. А. Кроник ввели понятия «реализованность жизненных планов» и «психологический возраст». Эти понятия позволяют оценить осознанность жизненного пути, адекватность его оценки.
В исследовании Т. Ч. Зунга [8] было обнаружено, что соотношение психологического и хронологического возраста имеет свою возрастную динамику, так с возрастом люди склонны занижать свой психологический возраст, т. е. «чувствовать себя моложе», чем они есть на самом деле. В результате его исследования также были выделены показатели оптимальной картины жизненного пути: адекватное осознание человеком значимости событий своей жизни, незначительно заниженный психологический возраст, временная перспектива должна обладать большой продолжительностью, согласованностью и четкой дифференцированностью. Также было выявлено, что, независимо от возрастных групп, интеллектуальные способности слабо влияют на показатели психологического возраста.
В возрастном плане развитие психологического времени во взрослости можно представить следующим образом. В период ранней взрослости время становится структурированным, необратимым и направленным [18]. Именно в период ранней взрослости человек осознает, что время является личностным ресурсом, способствующим исполнению замыслов. Для средней взрослости характерно то, что человек начинает осознавать течение времени. Время становится основным ресурсом, и многие цели ставятся в настоящем или ближайшем будущем. Осознание временных ограничений усиливает потребность в контроле над временем [18]. В период поздней взрослости индивид достигает определенной ретроспективы всего жизненного пути. Поскольку пожилые люди обладают более широким представлением о направленности жизненного пути, им также приходится сопротивляться все большему расхождению личностных и социальных часов [18]. Одним из явлений, отмечаемых в период поздней взрослости, является замедление времени ответа [18]. Недостаточная синхронизированность социальных и личностных часов в период поздней взрослости может порождать смятение и чувство несоответствия. Рассматривая время в ретроспективном плане, создается впечатление, что с годами время течет быстрее. Это явление объясняется двумя путями. Во-первых, чем протяженнее становится период прошлого, тем быстрее течет настоящее. Во-вторых, события и переживания в детстве носят разрозненный характер и рознятся между собой. По мере взросления накапливается все больше паттернов, события становятся более последовательными и предсказуемыми [18].
Исследования подтверждают, что значение прошлого как хранилища опыта и знаний с возрастом увеличивается. Пожилые люди ищут смысл в своем прошлом и рассматривают его с позиций жизни в целом. Однако это не означает, что пожилые люди живут прошлым. Как было обнаружено, прошлое не обязательно занимает более значимое место в жизни пожилых людей по сравнению с настоящим и даже будущим. Р. Кастенбаум представил несколько типов отношения пожилых людей к прошлому [18]. «Обзор жизни» (LifeReview) — прошлое придает значение настоящему и жизни в целом — подразумевает такую реорганизацию жизненного пути, которая способствует завершению всех нерешенных проблем. «Валидизация» (Validation) — использование прошлого для подкрепления чувства собственного достоинства в настоящем. «Разграничитель» (Boundarysetting) — использование прошлого в качестве пограничной черты. «Сохранение прошлого» (Perpetuationofthepast) — когда человек принадлежит прошлому. «Проигрывание» (Replaying) — своеобразный механизм совладания — ситуации прошлого переживаются заново.
По мнению психологов, занимающихся развитием, период поздней взрослости и позднего возраста имеет исключительный адаптивный характер. Границы настоящего в данный период могут расширяться, и он характеризуется чувством безотлагательного противостояния проблемам «здесь и сейчас». Исследователи обнаружили, что 20 % исследуемой ими выборки было ориентировано на прошлое, 20 % — на будущее и 60 % — на настоящее [18]. Это и другие исследования опровергают предположение о том, что пожилые люди живут прошлым. Интересно также отметить, что значимость, приписываемая настоящему, остается относительно стабильной в течение жизни, в то время как меняется значимость прошлого и будущего. С течением времени люди оценивают прошлое более позитивно, будущее — менее позитивно (по сравнению с оценкой в более молодые годы) [15].
Будущее имеет различное значение в разные возрастные периоды. В период поздней взрослости и позднего возраста будущее неопределенно и включает в себя страх изменений к худшему и приближающейся смерти. Будущее переживается как «оставшееся время». Когда время воспринимается как ограниченное, как в позднем возрасте, цели, связанные с эмоциональной регуляцией, становятся более значимыми. В результате пожилые люди концентрируются на близких взаимоотношениях, которые обеспечивают немедленную социальную и эмоциональную поддержку более, чем на периферийных отношениях, служащих в основном долгосрочным целям. Одним из наиболее острых вызовов, появляющихся в этом возрасте, является ситуация приближающейся смерти. Как показывают исследования, пожилые люди действительно гораздо больше, нежели другие возрастные группы, думают о смерти, однако они гораздо меньше боятся ее. Некоторые ее отрицают, некоторые примиряются с ней, другие даже ожидают ее.
В возрастном плане происходят изменения в субъектно-личностном или содержательном аспекте трансспективы. По данным исследований Л. В. Бороздиной и И. А. Спиридоновой [4], в процессе онтогенеза возрастает значение такой категории, как «социальные контакты», причем происходит смещение акцентов от контактов в целом к контактам с узким, близким кругом людей («семья» и «дети»). Эти данные согласуются с зарубежными исследованиями, согласно которым в возрастном плане люди начинают в большей степени стремиться к близким контактам, обеспечивающих им эмоциональную поддержку и одобрение.
Также в возрастном плане происходит смещение точки отсчета в прошлом: если для зрелости характерен отсчет с момента детства, то в пожилом возрасте эта точка уже находится на начале профессиональной деятельности.
Особенность переживания будущего в зрелом и пожилом возрасте заключается в том, что содержанием его являются следующие поколения: в зрелости — дети, в пожилом возрасте — внуки; однако отсутствуют собственные планы на будущее. Это еще раз наталкивает на мысль о том, что в зрелом возрасте будущее как ресурс значительно недооценивается.
Таким образом, мы видим, что субъективные переживания времени имеют сложную, многогранную структуру. Жизненный путь личности — это не непосредственное отражение событий, происходивших, происходящих и планируемых человеком, он включает в себя как личностные особенности, преломляющие особенности восприятия, запоминания этих событий, так и особенности «чувствования времени» человеком. Эти особенности существенно различаются не только у разных людей, но и у одного и того же человека на различных этапах его жизни.
Список литературы
1. Абульханова-Славская, К. А. Время жизни и время личности / К. А. Абульханова-Славская, Т. Н. Березина. — СПб., 2001. — 299 с.
2. Аверин, В. А. Психология личности / В. А. Аверин. - СПб.: Изд- во Михайлова В. А., 1999. - 89 с.
3. Ананьев, Б. Г. Человек как предмет познания / Б. Г. Ананьев. - СПб.: Питер, 2002. - 288 с.
4. Бороздина, Л. В. Возрастные изменения временнойтрансспективы субъекта / Л. В. Бороздина, И. А.Спиридонова / / Психологический журнал. - 1998. - № 3. - С. 34 - 47.
5. Визгина, А. В. Проявление личностных особенностей в самоописа- ниях мужчин и женщин / А. В. Визгина, С. Р. Пантилеев // Вопросы психологии. - 2001. - № 3. - С. 45 - 67.
6. Головаха, Е. И. Психологическое время личности / Е. И. Головаха, Л. Л. Кронник. - Киев: Наукова думка, 1984. - 208 с.
7. Гришина, Н. В. Психология конфликта / Н. В. Гришина. - СПб.: Питер, 2008. - 544 с.
8. ЗунгТхайЧи. Самооценка психологического возраста: автореф. дис. ... канд. психол. наук / ЗунгТхайЧи. - СПб., 1991. - 22 с.
9. Коржова, Е. Ю. Психология жизненных ориентаций / Е. Ю. Коржова. - СПб.: Союз, 2002. - 334 с.
10. Манукян, В. Р. Субъективная картина жизненного пути и кризисы взрослого периода: автореф. дис. ... канд. психол. наук: 19.00.13 /
В. Р. Манукян. - СПб., 2003. - 22 с.
11. Нюттен, Дж. Мотивация, действие и перспектива будущего / Дж. Нюттен. - М.: Смысл, 2004. - 608 с.
12. Обозов, Н. Н. Психодиагностика личности. Ч. 2 / Н. Н. Обозов. - СПб., 2000.
13. Регуш, Л. А. Психология прогнозирования: успехи в познании будущего / Л. А. Регуш. - СПб.: Речь, 2003. - 352 с.
14. Розенова, М. И. Психосемантические аспекты отношения ко времени: автореф. дис. ... канд. психол. наук: 19.00.01 / М. И. Розенова. - М., 1998. - 23 с.
15. Alea, N. Young and Older Adults' Expression of Emotional Experience: Do Autobiographical Narratives Tell a Different Story? / N. Alea,
S. Bluck, A. Semegon1 / / Journal of Adult Development, October 2004, - Vol. 11. - №. 4. - Р. 235 - 250.
16. Barnes-Farrell, J. How Do Concepts of Age Relate to Work and Off- the-Job Stresses and Strains? A Field Study of Health Care Workers in Five Nations / J. Barnes-Farrell, S. Rumery, C. Swody // Experimental Aging Research. - 2002. - № 28, - Р. 87 - 98.
17. Miller, R. A Model of Future-Oriented Motivation and Self-Regulation / R. Miller, S. Brickman // Educational Psychology Review, March 2004. - Vol.
16. - № 1. - Р. 9 - 33.
18. Sheldon, K. Doing One's Duty: Chronological Age, Felt Autonomy, and Subjective Well-Being / K. Sheldon, T. Kasser, L. Houser-Marko, T.Jones,
D. Turban // European Journal of Personality. - 2005. - № 19. - Р. 97 - 115.
Стрижицкая Ольга Юрьевна — кандидат психологических наук, старший преподаватель кафедры психологии развития и дифференциальной психологии Санкт-Петербургского государственного университета.
<< | >>
Источник: Сборник научных статей. ПСИХОЛОГИЯ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ, ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ, МЕТОДИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ ПРОБЛЕМЫ. 2012

Еще по теме УДК 159.О. Ю. СТРИЖИЦКАЯ СУБЪЕКТИВНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ КАРТИНЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ:

  1. УДК 159.О. Ю. Стрижицкая СУБЪЕКТИВНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ КАРТИНЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  2. УДК 159.И. П. ШКУРАТОВА СОБЫТИЕ КАК ЭЛЕМЕНТ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ
  3. УДК 159.И. П. ШКУРАТОВА СОБЫТИЕ КАК ЭЛЕМЕНТ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ
  4. УДК 159.923.М.В. КЛЕМЕНТЬЕВА РЕФЛЕКСИЯ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ КАК ПРЕДМЕТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
  5. УДК 159.А. А. БОЧАВЕР ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ КАК МЕТАФОРА РАССМАТРИВАЕТСЯ ПОНЯТИЕ «ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ» — КАК МЕТАФОРА, НЕРАЗРЫВНО СВЯЗЫВАЮЩАЯ ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ВРЕМЕНИ С ДЛИТЕЛЬНОСТЬЮ ПРОСТРАНСТВА.
  6. СУБЪЕКТИВНАЯ КАРТИНА ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ «КОНДЕНСИРУЕТ» ЖИЗНЕННЫЙ ОПЫТ ЛИЧНОСТИ.
  7. УДК 159.М. В. КЛЕМЕНТЬЕВА ИССЛЕДОВАНИЕ РЕФЛЕКСИВНОГО МЕХАНИЗМА САМОРЕГУЛЯЦИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  8. УДК 159.М. В. КЛЕМЕНТЬЕВА ИССЛЕДОВАНИЕ РЕФЛЕКСИВНОГО МЕХАНИЗМА САМОРЕГУЛЯЦИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  9. УДК 159.А. Н. ДЁМИН ИЗУЧЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ С ПОЗИЦИЙ ПСИХОЛОГИИ ЗАНЯТОСТИ
  10. УДК 159.А. Н. Дёмин ИЗУЧЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧНОСТИ С ПОЗИЦИЙ ПСИХОЛОГИИ ЗАНЯТОСТИ
  11. УДК 159.Н. А. ЛОГИНОВА СОБЫТИЯ, ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ЖИЗНЕННОГО ПУТИ И РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ
  12. УДК 159.Л. И. ВОРОБЬЁВА ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА ФИЛОСОФСКИЙ ФУНДАМЕНТ ПСИХОЛОГИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  13. УДК 159.Л. И. ВОРОБЬЁВА ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА - ФИЛОСОФСКИЙ ФУНДАМЕНТ ПСИХОЛОГИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ
  14. УДК 159.Н. Н. ТОЛСТЫХ РАЗВИТИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ХРОНОТОПА НА ДЕТСКО-ЮНОШЕСКОМ ЭТАПЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЧЕЛОВЕКА
  15. УДК 159.H. Н. ТОЛСТЫХ РАЗВИТИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ХРОНОТОПА НА ДЕТСКО-ЮНОШЕСКОМ ЭТАПЕ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЧЕЛОВЕКА
  16. УДК 159.А. А. БОЧАВЕР ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ КАК МЕТАФОРА
  17. УДК 159.А. А. ВОЛОЧКОВ АКТИВНОСТЬ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ: НА ПУТИ К ТРЕХФАКТОРНОЙ ПАРАДИГМЕ
  18. УДК 159.А. А. ВОЛОЧКОВ АКТИВНОСТЬ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ: НА ПУТИ К ТРЕХФАКТОРНОЙ ПАРАДИГМЕ
  19. УДК 159.P. А. ПАНИН ЖИЗНЕННЫЕ ЦЕЛИ ЛИЧНОСТИ КАК ПРОБЛЕМА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКИ
  20. УДК 159.923.К.В. КАРПИНСКИЙ ВРЕМЕННАЯ ЛОКАЛИЗАЦИЯ СМЫСЛА ЖИЗНИ КАК ДЕТЕРМИНАНТА ЛИЧНОСТНОГО КРИЗИСА