3.1. ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР НРАВСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТА

Нравственность - принципы поведения той или иной социальной общности, основанные на совокупности нравов, обычаев установившихся правил, практики поведения, принятые в качестве нормы большинством людей, определенным классом, населением определенной географической области, социальной группой, которые рассматриваются как неписаный закон.
Нравственность регулирует социальную жизнь.
Со времени Гегеля принято разводить мораль и нравственность. Нравственность корпоративна. Для нее например, характерны такие понятия как «свой» («друг») и «чужой» («враг»).
Мораль - это воплощение духовных идеалов истины, универсальная нравственность, единая для всех народов, для всего человечества. В частности, мораль признает безусловное значение каждого человека независимо от его предикатов и корпоративной принадлежности.
Таким образом, нравственность согласная с моралью, является частным выражением морали. Нравственность,, противоречащая морали - форма проявления аморализма.
В "Большом энциклопедическом словаре" на слове "нравственность" делается ремарка : "нравственность" - см. "мораль". А в."Толковом словаре русского языка" сказано: "Мораль - это правила нравственности а также сама нравственность". Следовательно, предполагается тождественность этих понятий. И всё-таки понятие "нравственность" отличается от понятия "мораль". По определению, мораль - это совокупность установившихся в данном обществе неписаных норм повеления, которые регулируют отношения между людьми. Именно в данном обществе, потому что в другом обществе или в иную эпоху эти нормы могут быть совершенно иными. Моральную оценку всегда осуществляют посторонние люди - сородичи, сослуживцы, соседи, наконец, просто толпа. Джером К. Джером отмечал: «самый тяжелый груз - это мысль о том, что скажут о нас люди». В отличие от морали нравственность предполагает наличие у человека внутреннего нравственного регулятора. Можно, таким образом, утверждать, что нравственность - это личная мораль, самооценка личности.
В разные эпохи у разных народов было множество моральных уставлений, начиная с Десяти библейских заповедей и заканчивая «Моральным кодексом строителей коммунизма». Следует, однако, отметить, что понятия «мораль» и «нравственность» в основном связаны с соблюдением седьмой библейской заповеди - не прелюбодействуй. Например, когда о ком-то писали в характеристике «морально устойчив», это означало: «в порочащих связях замечен не был».
Несоблюдение прочих заповедей - не убий, не укради, не лжесвидетельствуй - приравнивается к преступлениям и влечёт за собой уже не моральное осуждение, а уголовное наказание. Разница между преступлением и отклонением от моральных установлении очень существенна и заключается в том, что при совершении преступления всегда имеется пострадавшая сторона -юридическое или физическое лицо. Нет пострадавшего - нет и преступления. Человек волен делать всё, что угодно, но при условии, что он непосредственно не ущемляет чьих-то интересов. В частности, нельзя безнаказанно покушаться на чужое имущество, здоровье, жизнь, свободу, достоинство.
Ребёнок рождается безразличным к каким-либо моральным или нравственным установлениям и приобретает их в процессе воспитания. Следовательно, детей нужно учить нравственности так же, как наукам, музыке. И это обучение нравственности требует постоянного внимания и совершенствования.
Понимание связи между нравственностью и культурой или, точнее, роли нравственности в культуре, - зависит не только от трактовки культуры; но и от представлений о том, что такое нравственность. Это важно, во-первых, потому, что в русском языке ив отечественной этике употребляются два понятия: «нравственность» и «мораль». И по поводу соотношения этих двух понятий ученые высказываются далеко неоднозначно.
Поэтому необходимо выбрать то, которое позволит лучше прояснять особенности нравственной культуры.
В понятии "мораль" в большей мере акцентируется нормативность нравственности, ее социальное бытие, моменты долженствования. При употреблении понятия "нравственность" чаще подчеркивается индивидуальность морали, ее индивидуальное бытие, реализуемость норм, идеалов, должного в жизни людей; в их действиях, их сознании и самосознании.
Ив том и другом случае речь идет об отношениях людей друг к другу. И: не о любых межчеловеческих отношениях, а о тех, в которых выявляются категории «добро» и «зло»: «...нравственность вообще есть ценностная ориентация поведения, осуществляемая через дихотомию добра и зла» (Кассирер Э., 1991). Какие бы мы ни взяли понятия, отношения, действия в сфере морали, нравственности, - все они, так или иначе, имеют в своей основе способность человека различать добро и зло. Большинство отношений в сфере морали это и есть конкретные модификации проявлений добра и зла в разных сторонах жизни. Честность - это явно добро, а нечестность - зло. То же самое со справедливостью и не справедливостью, порядочностью и непорядочностью, милосердием и жестокостью, и т. д. Стыд, совесть выражают то, что человек ощутил (осознал) значение своего отклонения от линии добра. Зло не является ценностью, а вот добро часто считается ключевой нравственной ценностью. Добро не как абстракция, а как отношение, реализуемое в мыслях, чувствах, намерениях и действиях людей.
Говоря о нравственной культуре, естественно предположить, что облагораживание, одухотворение жизни проявляется через реализацию в ней добра в его разных модификациях. Как бы по-разному ни проявлялись и ни понимались вообще нравственность и, в частности, добро в конкретных культурах, этносах, социальных слоях, - отсутствие нравственной культуры это все же именно неспособность человека к различению добра и зла, неумение, да и нежелание творить добро. Это такое состояние, при котором добро еще или* уже не выступает как жизненно значимое для человека, как действенная ценность. В цивилизованных обществах такое дочеловеческое состояние практически невозможно ни для отдельного человека, ни для социальных групп. Цивилизованное общество требует хотя бы минимума нравственности. Поэтому вопрос о сути нравственной культуры является вопросом о ее характере и степени, то есть об ее уровне. А уровень культуры, в том числе и нравственной, определяется тем, какие базовые потребности доминируют в жизни данного человека, данной группы людей.
Низший уровень культуры определен тем, что главными в жизни являются потребности (и ценности) своего, так сказать материально -вещного, существования и комфорта. Человек этого уровня знает, что такова внешняя в отношении к нему норма поведения, действующая в данном обществе, и для? него в какой-то мере привычная.
Общество, в котором такой человек живет, существующими^ нормами морали, правилами поведения, обычаями всегда поощряет добро и¦ старается-блокировать проявления зла. Безнравственность осуждается. А если человека осуждают там, где он живет и действует, то ему и живется труднее. Делать добро при этом значит обеспечить, одеть, обуть, накормить, поддержать материально. Конечно, общество требует от любого человека в какой-то мере и честности и справедливости. Человек низшего уровня культуры будет ограниченно честным, порядочным, справедливым, но лишь постольку, поскольку это полезно для него. Ведь если его поймают, допустим на обмане, то станут плохо относиться, а тогда его материально-вещный и душевный комфорт оказываются под угрозой.
«Человек этого уровня - не монстр, не злодей. Ему могут быть свойственны и чувства жалости и порывы милосердая. В романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита», Воланд, характеризуя обычное московское народонаселение, часть которого собралась на представление в варьете, говорит о них: «Ну что же,... люди как люди. Любят деньги, ну что ж ....и милосердие иногда стучится в их сердца ... обыкновенные люди ...». (Льюис K.G., 1989) Но и жалость и милосердие и прочие нравственные движения душ у этих людей неустойчивы и проявляются зачастую в грубой форме, порой даже оскорбительной. Потому что деликатность, такт - это слишком тонкие для них материи. Человек бывает уверен, что если он пожалел, проявил милосердие,, тот, кого пожалели, должен быть благодарен.
Вообще ощущение долга других по отношению к себе на этом уровне развито. А вот ощущение своего долга ограничено. Во-первых тем, в отношении к кому, к чему именно у человека есть долг. Во-вторых, свой долг ограничен гранью, за которой» он начинает противоречить пользе, выгоде, корысти. Когда у человека низшего уровня культуры возникает конфликт между его долгом и его пользой; долгу не выстоять.
Стыд, совесть, как внутренние регуляторы отношений и поведения, могут проявиться на этом уровне культуры, но в ослабленном виде, и сравнительно легко преодолеваются: "стыд - не дым, глаза не ест". От мучений совести стараются так или иначе избавиться. Или оправдывая себя, ища других виноватых. Или даже ставя под сомнение ценность самой совести.
Тем не менее, безусловно есть какая-то нравственная оформленность отношений, действий у человека низшего уровня культуры. Ведь что-то им усвоено из достижений цивилизации, как-то освоены элементарные проявления культуры социума, в котором он живет. Но говорить о нравственной культуре, применительно к этому уровню, проблематично, ибо человек находится как бы на грани культуры и бескультурья. На этой грани возможно нравственное лицемерие: в формах излишней заботы о нравственности других людей и подчеркнутого соблюдения самим человеком всех правил приличия, простейших моральных норм. А действительно жив в этом человеке лишь минимум нравственности.
Поведение, которое оценивают как аморальное, безнравственное, характерно для людей низшего уровня культуры. Преступники, их группы и слои, своеобразно, но тоже реализуют минимум нравственности в отношениях, находясь на низшем уровне культуры, граничащем с ее полным отсутствием. И доминантой их жизненных потребностей также является свой практический интерес, своя польза (за исключением патологических случаев).
В целом, на низшем уровне культуры нравственная окультуренность жизни выступает как некоторая нормированное^ отношений между людьми в плане морали. Оформленность эта не вполне устойчива, преимущественно внешняя, всегда с минимумом действительно нравственного содержания.
На более высоком, следующем уровне, высшими ценностями жизни и культуры могут выступить именно нравственные ценности. Для человека этого уровня характерно развитое нравственное сознание. Такой человек на самом деле стремится прежде всего делать и всячески утверждать добро, даже путем самопожертвования. Существующие нормы нравственности для него не внешни. Если он их приемлет, то всем сердцем. Человек старается быть предельно честным перед собой и перед другими, бескомпромиссно справедливым.
Человек этого уровня нравственной культуры действительно сочувствует и пытается помогать другим, но его забота иногда чересчур навязчива. При собственных нарушениях нравственности его мучения совести чрезвычайно ярки и сильны. И сам он считает и окружающим кажется, что для него самая высокая ценность - другой человек. Но это не совсем так. Потому что для него нравственность, идеал нравственной жизни, нравственный долг выше всякого конкретного человека. Отсюда возможна и позиция непротивления злу насилием, при которой важно не отступить от идеалов добра, даже если зло побеждает и другие люди оказываются беззащитными перед ним. В этом случае, на этом уровне культуры, возможна, и происходит абсолютизация нравственности вообще и конкретной морали в частности. Абсолютизируются нормы, заповеди, требования, принципы морали. И появляется непреодолимое искушение навязать другим людям определенный тип нравственности, которая считается всечеловечной, а на деле характерна лишь для поколения, слоя, группы. Окультуренность намерений и действий человека, их нравственная оформленность - тут вроде бы совершенно очевидны. Но очевидно и то, что концентрируясь в идеалах добра (как должного!), самоценность человека оказывается зауженной. Абсолютизируемое добро может, время от времени оборачиваться злом: духовным насилием, самонасилием, нечуткостью, внутренней изломанностью.
Только полноценная культура характеризуется тем, что безусловной и высшей ценностью для человека является?другой человек, а не истина, добро, красота. И это не альтруизм. На высшем уровне утверждение другого в качестве доминирующей ценности происходит не за счет жертвенной самоотдачи. Это просто естественно. Отношение к действующей нормативной морали допускает возможности ее изменения. Отношение к нарушениям норм, правил, нравственных принципов - острожное и избирательное, с учетом своеобразия реальных ситуаций. И отношение к долгу таково же. Особенно, что касается оценок действий других людей, общения с ними по поводу их нравственности или безнравственности. Человек действительно культурный всегда помнит о своем нравственном несовершенстве, о том, что право судить в сфере нравственности сомнительно. Главными оказываются деликатность, такт, не позволяющие напрасно оскорбить другого своим нравственным якобы превосходством.
Милосердие такого человека, его забота о других - не обременительны, не обидны, чаще всего просто незаметны. А. Швейцер писал: «Я должен безгранично все прощать, так как если не буду этого делать - буду неистинен по отношению к себе и буду поступать так, как будто я не в такой же степени виноват, как и другой по отношению ко мне». (Мамардашвили М.К., 1996) И далее: «Я должен прощать тихо и незаметно. Я вообще не прощаю, я вообще не довожу до этого». (Фромм Э., 1993)
У человека высшего уровня культуры меньше внутренних конфликтов в части подавления своих желании, влечений, так как он и нравствен по желанию. У него нет противопоставления моральных ценностей иным столь же высоким ценностям. Такой человек не просто нравствен, он - полноценно культурен. Оставаясь обычным, нормальным человеком, он не избегает безнравственности. «Чистая совесть есть изобретение дьявола». (Волченко Л.Б., 1975) Ему вообще часто бывает стыдно и за себя и за других. Он не выставляет этого напоказ.
Конечно, деликатность, такт не предполагают нравственной аморфности и: бездеятельности. Именно для высшего уровня культуры свойственно бороться со злом с помощью суда над собой. (Волченко Л.Б., 1975) И этим прежде всего воздействовать на других. Нравственная культура высшей пробы не изолирована от других сфер культуры. Полноценна эта культура именно потому, что истина, добро, красота все это в данном случае только разные выражения одного - человечности человека.
Обращаясь к большому энциклопедическому словарю, мы можем определить для дальнейшей работы понятие «Ценностная ориентация» как избирательное отношение человека к материальным и духовным ценностям, система его установок, убеждений, предпочтений, выраженная в поведении.
Ценность же, в свою очередь, это положительная или отрицательная значимость объектов окружающего мира для человека, социальной группы, общества в целом, определяемая не их свойствами самими по себе, а их вовлеченностью в сферу человеческой жизнедеятельности, интересов и потребностей, социальных отношений; критерий и способы оценки этой значимости, выраженные в нравственных принципах и нормах, идеалах, установках, целях. [4]
Ценности во многом определяют мировоззрение человека (система обобщенных взглядов человека на мир и место человека в нем, на отношение людей к окружающей их действительности и самим себе, а также обусловленные этими взглядами их убеждения, идеалы, принципы познания и деятельности). Как элемент структуры личности ценностные ориентации представляют собой единство мыслей, чувств, практического поведения. В; формировании ценностных ориентации участвует весь прошлый жизненный опыт индивида. Психологической основой чего является индивидуальная! многообразная структура потребностей, мотивов, интересов, идеалов, убеждений и, соответственно этому, ценности носят непосредственный, характер, меняются в процессе деятельности.
На переломном этапе развития российского общества важно; зафиксировать и понять ценности, которыми руководствуются молодые люди, их представления о настоящем и будущем, а также анализ жизненных плановій установок, которыми руководствовались предшествующие поколения.
<< | >>
Источник: КОЗЛИТИНА О. Н.. ВЛИЯНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ СИСТЕМ ОБРАЗОВАНИЯ НА ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТНОЙ СТРУКТУРЫ У МОЛОДЕЖИ. 2000

Еще по теме 3.1. ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР НРАВСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТА:

  1. Высшее профессиональное образование как фактор ресоциализации осужденных
  2. Голованова А. С. РЕГУЛЯТОРНЫЙ ФОКУС КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР ВОЛЕВОЙ СФЕРЫ ЛИЧНОСТИ
  3. А. Ю. Дроздов ОБРАЗОВАНИЕ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ
  4. 2.2. СУБЪЕКТНОСТЬ КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩЕЕ СВОЙСТВО АДАПТАЦИОННОГО ПОТЕНЦИАЛА ЛИЧНОСТИ
  5. 3.2.ОСОБЕННОЕ!И МОРАЛЬНО-НРАВСТВЕННЫХ ПЕРЕЖИВАНИЙ И ПОВЕДЕНИЯ СТУДЕНТОВ, ПРЕДСТАВЛЯЮЩИХ 3 СИСТЕМЫ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ.
  6. Рождественская И.А. Активность как фактор становления личности студента
  7. РОЖДЕСТВЕНСКАЯ И.А. АКТИВНОСТЬ КАК ФАКТОР СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТА
  8. НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ ОБУЧАЮЩИХСЯ КАК ПРЕДМЕТ ПОСТДИПЛОМНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ
  9. ФАКТОРЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО САМООПРЕДЕЛЕНИЯ СТУДЕНТОВ СО СРЕДНИМ МЕДИЦИНСКИМ ОБРАЗОВАНИЕМ
  10. СОЗНАНИЕ КАК ФАКТОР ОТДАЛЕННОЙ ОРИЕНТАЦИИ.
  11. 13.3 ВОСПИТАНИЕ КАК ПРОЦЕСС ФОРМИРОВАНИЯ НРАВСТВЕННЫХ КАЧЕСТВ ЛИЧНОСТИ (ПО Л.И. БОЖОВИЧ)
  12. А.Н. Бражникова, И.В. Борисова ТЕРПИМОСТЬ КАК НРАВСТВЕННОЕ КАЧЕСТВО РАЗВИВАЮЩЕЙСЯ ЛИЧНОСТИ
  13. НРАВСТВЕННОЕ РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ ТОЛЕРАНТНОСТИ: ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
  14. А.И. Янчий, Е.А. Андрейчик МУЗЫКА КАК СРЕДСТВО ФОРМИРОВАНИЯ ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЙ СФЕРЫ ЛИЧНОСТИ РЕБЕНКА
  15. СПЕЦИФИКА НРАВСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ПОДРОСТКОВ
  16. 10.3. Личное достоинство как высшее (элитное) проявление субъектности в труде
  17. 10.3. Личное достоинство как высшее (элитное) проявление субъектности в труде