ГРАНИЦЫ ПРИМЕНЕНИЯ: КОГДА МЕДИАТОРСТВО МОЖЕТ БЫТЬ ЭФФЕКТИВНЫМ.

Более обоснованная и корректная формулировка вопроса, видимо, сводится к тому, существуют ли ограничения по использованию процесса медиаторст- ва и при каких условиях он оказывается более эффективным.

Начнем с ограничений. Нельзя не обратить внимание на замечание Рубина о том, что идеологическая безупречность образа миротворца, имеющего добрые намерения, великодушного, компетентного (автор имеет в виду прежде всего участие третьей стороны в решении международных проблем), нередко мешает сторонникам разрешения конфликтов с помощью внешнего вмешательства увидеть возможные трудности или негативные последствия этого процесса, которые должны быть приняты во внимание. По мнению Рубина, к ним по крайней мере относится следующее. Во-первых, вмешательство третьей стороны нарушает определенную стабильность внутри диады, что несет в себе некоторую опасность. Во-вторых, третья сторона (при всей своей нейтральности) может иметь свои собственные интересы в этой ситуации, например стремление сохранить свою позицию посредника, что может повлиять на затягивание процесса разрешения конфликта (еще раз напомним, что Рубин рассуждает о практике международных отношений). В-третьих, вмешательство третьей стороны и используемые ею средства могут привести к заключению соглашений, которые будут скорее результатом внешнего воздействия, чем внутренней мотивации участников ситуации, что может сказаться на прочности этих соглашений. Наконец, Рубин говорит и о потенциальной опасности медиаторского процесса с точки зрения неадекватного применения средств вмешательства. Так, он ссылается на давнюю работу Дойча и Краусса, в которой было показано, что усилия медиаторов, направленные на «проговаривание» конфликта сторонами, могут быть несвоевременными и привести к интенсификации конфликта (Rubin, 1994, р. 42-43).

Примечательно, что обсуждение вопросов о потенциально негативных аспектах участия третьей стороны в разрешении конфликтов неизменно заканчивается заверением в общей конструктивной и эффективной роли медиа- торства (Rubin, 1994, р. 43; Kressel, Pruitt, 1985, p. 185).

Так при каких же условиях медиаторство является эффективным?

Одно из наиболее общепризнанных положений, касающихся факторов эффективности медиативного процесса, сформулировано Кресселем и Пруитт: «Чем хуже состояние отношений сторон, тем пессимистичнее перспективы, что медиация будет успешной» (Kressel, Pruitt, 1985, p. 185). Действительно, значительное число факторов, коррелирующих с результативностью медиа- торства, связано именно с характером отношений сторон.

В ряде исследований медиаторства в области решения вопросов развода, раздела имущества, опеки над детьми и т. д. показано, что успешность результата переговоров может быть прогнозируема на основе способности сторон к кооперации друг с другом. Напротив, те пары, которые считают взаимодействие друг с другом почти невозможным, история отношений которых включает разногласия и споры до и после развода, а также случаи физического насилия, демонстрировали наиболее слабые результаты медиативных процедур. В области трудовых отношений медиаторство дает худшие результаты в случаях, когда стороны конфликта имели множество нерешенных проблем и высокий уровень «враждебности». Сравнение разных типов отношений позволило сделать некоторые выводы о том, что стороны с тесными интерперсональными отношениями даже в условиях сильного конфликта легче входят в медиативный процесс, чем стороны с менее интенсивным конфликтом, но не связанные близкими отношениями. При этом, однако, успешное решение является более трудным.

Другим явным фактором эффективности медиативного процесса является мотивация сторон к урегулированию разногласий и принятию соглашений, что доказано в том числе и специально проведенными экспериментальными исследованиями (Weingart et al., 1993). Это относится как к трудовым, так и к семейным отношениям. При этом мотивация сторон может усиливаться внешними обстоятельствами. Например, в условиях промышленной забастовки, по мнению ряда исследователей, стороны более склонны к поиску соглашения (Kressel, Pruitt, 1985, p.

186). Напротив, низкая мотивация сторон, например разводящихся супругов, когда один из них сохраняет привязанность к другому и не желает развода, уменьшает шансы медиативного процесса на успех.

Еще один признанный мощный фактор успешности медиаторства — это доверие сторон к медиативному процессу. Если обращение к медиаторам является совместной просьбой сторон, шансы на успех медиации выше, чем в случае обращения одной стороны (там же, с. 186). И наоборот, отсутствие доверия к медиаторству и низкий энтузиазм по отношению к нему снижают результативность.

Отдельные аспекты обсуждения условий эффективности медиаторства совпадают с ранее приводившимся описанием факторов легкости/трудности разрешения конфликтов. Однако их выводы не всегда согласуются. Так, ме- диаторство в условиях ситуаций с ресурсными ограничениями считается потенциально более трудным, что соответствует представлениям конфликтологов. В то же время относительно успешности медиаторства в решении принципиальных проблем высказываются разные мнения.

Еще один фактор, оказывающий влияние на эффективность медиаторст- ва, — это характеристики самого медиативного процесса, деятельности медиаторов, используемых ими тактик и т. д., которые будут предметом нашего внимания в следующем разделе. При этом, с одной стороны, роль данного фактора признается очевидной, с другой — исследования в области ситуационных детерминант успешного медиаторства лишь начинаются. Немногочисленность исследований по данной теме, по мнению специалистов, в немалой степени связана с методическими трудностями их изучения, которое в основном строится на основе самоотчетов медиаторов. Многие работы посвящены особенностям самого медиатора, поскольку, так же как в практической психологии, «личность психолога есть неотъемлемая часть метода» (Донцов и др., 1994, с. 11), медиатор — это носитель определенного опыта, что не исключает, конечно, возможности специального обучения и подготовки медиаторов (Argyle, 1984).

Вместе с тем, несмотря на явно недостаточную исследованность медиатор- ства, его принципиальная эффективность не подвергается сомнению. Тем более важно понимать его природу и возможности использования. Приведем пример. Участники Круглого стола по социальным конфликтам, проведенного в 1991 году Институтом социологии и Международным центром общечеловеческих ценностей, признали необходимость «развернуть широкую сеть государственных и частных организаций, способных оказать посреднические услуги в цивилизованном регулировании и разрешении конфликтных ситуаций», которая названа ими «конфликтологической экспертно-консультаци- онной службой» (Социальные конфликты, 1991, с. 7).

При этом, однако, принципы и задачи такой службы, как представляется, не вполне адекватно понимаются и оцениваются даже авторами самой идеи. Так, по мнению участников обсуждения проблем социальных конфликтов, посредник на Западе «выслушивает обе стороны конфликта и находит выход из него, приемлемый для обеих сторон», а поскольку нам недостает подобной рациональности, то даже привлеченный посредник «не может разобраться, кто прав, кто виноват». Первичная задача науки в этой связи — это «прояснение конфликтных ситуаций»: «Сейчас язык и доводы науки могут понять в основном либо интеллигенция, либо администрация. Для массы же простых людей он все еще не слишком понятен, а потому и сама наука еще очень плохо выполняет свою задачу прояснения конфликтных ситуаций» (там же, с. 81-82).

Приведенный пример, на наш взгляд, иллюстрирует нечеткое представление о работе посреднических служб и явное смешение роли посредника и арбитра. Во-первых, предполагается, что задача посредника — найти выход, во- вторых, что нужно решить, кто прав и кто неправ, и в-третьих, разрешение конфликта связывается с правильным объяснением конфликта его участникам, что, видимо, и должно тут же привести к его завершению. Понятно, что использование ошибочных принципов в организации посреднической службы чревато компрометацией самой идеи медиаторства.

Январь 24, 2019 Коррекционная психология
Еще по теме
Виды труда, в которых может быть сформирован эффективный ИСД
ЭФФЕКТИВНОСТЬ МЕДИАТОРСТВА: ЗА И ПРОТИВ.
ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ
МОТИВАЦИЯ МОЖЕТ БЫТЬ И ПЛОХОЙ
ЭТО ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОШИБОЧНЫМ
БЫТЬ МОЖЕТ, МЫ ВСЕ ДОЛЖНЫ МОЛИТЬСЯ О НИСПОСЛАНИИ ПРОБЛЕМ
1. БЫТЬ КАК ДРУГИЕ (БЫТЬ С ДРУГИМИ, БЫТЬ ДЛЯ ДРУГИХ)
МОЖНО ЛИ ИНСТРУКЦИИ УПРОСТИТЬ (УБРАТЬ НЕПОНЯТНЫЕ СЛОВА) И ЗАПИСАТЬ ИХ В АУДИО? МОЖЕТ БЫТЬ, ПОСТЕПЕННО ПОДСОЗНАНИЕ ЗАБЫВАЕТ, ЧТО ВООБЩЕ ОТ НЕГО ХОТЯТ, И КЛЮЧ ТЕРЯЕТ «СИЛУ ДОЛБЛЕНИЯ».
РИС. 5 1. ПРИМЕР ЭФФЕКТИВНОГО ПРИМЕНЕНИЯ ПРЕДВАРЯЮЩЕЙ АННОТАЦИИ [12].
СТРАХ НАКАЗАНИЯ: КОГДА ОН «СРАБАТЫВАЕТ», А КОГДА - НЕТ
А. Быть (а) как другие, (б) с другими, (в) для других – не быть самим собой.
ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДА СУГГЕСТИВНО-ОБРАЗНОЙ ТЕРАПИИ В ЛЕЧЕНИИ ПСИХОГЕННО ВЫЗВАННЫХ ДЕПРЕССИЙ У ПОЖИЛЫХ БОЛЬНЫХ
В. Не быть (а) как другие, (б) с другими, (в) для других – не быть самим собой.
Б. Не быть (а) как другие, (б) с другими, (в) для других – быть самим собой.
Д. БЫТЬ И/ИЛИ НЕ БЫТЬ (А) КАК ДРУГИЕ, (Б) С ДРУГИМИ, (В) ДЛЯ ДРУГИХ.
"БЫТЬ – НЕ БЫТЬ" В СОЦИАЛЬНОМ И ВНУТРИЛИЧНОСТНОМ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ
МЕДИАТОРСТВО
СТРАТЕГИИ И ТЕХНИКИ МЕДИАТОРСТВА.
Я И НЕ-Я Граница Я
Добавить комментарий