Обобщение серии лечебных игр № 1

?Наибольшее количество игр рассчитано на устранение страхов неожиданного воздействия. Это не случайно: именно неожиданное воздействие повергает детей с неврозами (и лиц, предрасположенных к ним) в шок, вызывая торможение и неадекватные реакции в виде упрямства и негативизма. К страху неожиданного воздействия предрасположены эмоционально чувствительные и впечатлительные дети и взрослые, перенесшие испуг в раннем возрасте и зафиксированные на нем в дальнейшем. Мы не раз убеждались на практике, что подобный страх имеет источники и в антенатальном (до рождения) опыте, когда плод испытывает эмоциональный

дискомфорт при испугах и прочих непредсказуемых стрессах будущей матери. Во всех случаях страх неожиданного воздействия вызывает настороженность в виде опасений возможных несчастий. При их сочетании с такой чертой характера, как мнительность (постоянные сомнения в правильности своих действий и допущение опасности там, где ее нет), возникает все более устойчивый тревожно-мнительный тип реагирования, затрудняющий непосредственность выражения чувств и препятствующий полноценному общению со сверстниками.

Страх боли также часто «прорабатывается» в играх, так как в основе подразумевает страх смерти. В случае сочетания страхов боли и неожиданного воздействия ребенок не будет играть в спортивные игры, долго не сможет сесть на велосипед, научиться плавать, а то и просто скатиться с горки, т. е. будет не активным участником действия, а зрителем, в том числе и бурно аплодирующим или завидующим успехам других.

Игры оказывают лечебное воздействие и на страх замкнутого пространства. Он рефлекторно дает о себе знать при заболеваниях верхних дыхательных путей и легких, когда трудно выдохнуть или вдохнуть, возникает состояние удушья. Замкнутое пространство — это и обморочное состояние, и кошмарный сон, из которого нельзя выйти. Все подобные проблемы и расстройства как раз и устраняются не столько путем внушения, сколько в процессе игровых занятий по рассмотренной нами программе.

Страх замкнутого пространства всегда усугубляется, становится более выраженным при включении страхов неожиданного воздействия и боли. Это типичный невротический симбиоз страхов, при котором парализуется воля, способность к сопротивлению, возникает паника и безотчетный ужас. Справиться с ним, накатывающимся как цунами, весьма непросто. Ведь неожиданное воздействие — это непрогнозируемый приступ ухудшения

состояния, будь то сердечные или головные боли, спазмы в легких или кишечнике, головокружение и обморок. В большинстве случаев это состояние сопровождается болью, аналогом же страха замкнутого пространства является невозможность произвольным усилием прекратить приступ, развивающийся по своим нервно-психическим и соматическим законам. При психологической природе рассматриваемых болезненных состояний игры, устраняющие страхи, уменьшают или даже прекращают развитие следующих приступов. Все это происходит без назначения большого количества антиспазматических и успокаивающих препаратов, заглушающих на время боль без воздействия на причину болезни.

Из других страхов, преодолеваемых в процессе игровых занятий, следует отметить страхи открытого пространства, высоты, глубины, тесноты и опоздания, а также страхи собак и чудовищ. Занятия позволяют значительно усилить сопротивляемость детей данным страхам, а также их контактность и активность.

Факторы, снижающие

эффективность лечебных игр,

зависящие от родителей и детей

1) Отсутствие юмора — как правило, это прямолинейные, гиперсоциально или тревожно-мнительно настроенные личности;

2) выраженная интровертность, необщительность и неконтактность — обычно они стоят в стороне, и в игре их приходится «переставлять» с места на место, иначе она просто может не состояться;

3) повышенные ироничность и критичность. Склонность к иронии противоположна чувству юмора, и это не случайно. Ироничные и сверхкритичные личности имеют левополушарную направленность, а лица с развитым чувством юмора — правополу-

шарную. (Сравните хотя бы иронию и сатиру у С. Альтова и искрометный юмор М. Жванецко-го.) Ироничный родитель будет долго думать, засмеяться ему или нет, несмотря на то что игра приближается к концу, в то время как родитель с чувством юмора будет смеяться «до упаду» в течение всей игры. Ироничный человек чаще подвержен сомнениям, в которых не всегда способен признаться, зато иронизирует над другими, находя у них те или иные недостатки;

4) скептическое отношение к самой игре, оцениваемой как несерьезное занятие.

«Мы давно уже вышли из этого возраста»,— утверждают такие взрослые. «Что я, маленький ребенок, чтобы бегать или прятаться?»,— говорят другие,’столь же «продвинутые в будущее», а по сути обнаруживающие бескомпромиссный отказ от своего эмоционального прошлого, подобно Ивану, не помнящему родства;

5) отсутствие дублирующих игр дома, что оправдывается занятостью, семейными проблемами, но только не своим характером;

6) замена родителей кем-либо из бабушек, дедушек, родственников и знакомых. Подобные замены совершенно недопустимы в процессе психотерапии, ибо означают скептическое, а то и негативное к ней отношение;

7) неготовность или нежелание родителей изменить отношения между собой и с ребенком, в том числе встать на его место, понять его чувства и переживания.

При наличии перечисленных факторов надежды родителей на эффект игровых занятий лишены смысла. Однако первые три фактора можно корректировать и добиться положительных результатов, а это вселяет оптимизм относительно возможности оказания детям действенной помощи.

Факторы, препятствующие игровым занятиям со стороны детей

1) Нежелание избавляться от невротических проявлений — самый существенный «оппозиционный» к психотерапии фактор, что выражено в первую очередь у детей с истерическим неврозом. Добавим, что половина детей с истерическим неврозом и родителей не хотят приступать к игровым занятиям и такое же количество прекращает их посещение после первой, а иногда второй серии игр. Никто таким образом не хочет освобождаться от семейного мифа о крайне тяжелом и почти неизлечимом заболевании, «ради которого» живет вся семья, одновременно не верящая в успешность психотерапии;

2) длительный конфликт с родителями, бескомпромиссно настаивающими на исправлении недостатков своих отпрысков любыми средствами. Дети же отнюдь не горят желанием стать такими, какими их хотят видеть родители, и сопротивляются всеми доступными способами: то у них в самый неподходящий момент поднимается температура (на нервной почве), то начинаются головные боли, кашель и т. д. Усиливаются в это время заикание, тики, энурез, если они имеют место. Все это подтверждает невозможность посещения занятий, а также обеспечивает повышенное внимание родителей и их уступки;

3) детский эгоизм — нежелание делиться с кем-либо эмоциями, чувствами, переживаниями. Обычно эти дети являются самодостаточными, отрицающими любую помощь и расценивающими ее как унижение. Подобные установки более типичны для подростков, но могут встречаться у избалованных детей и в более раннем возрасте;

4) болезненное самолюбие, которое и делает игру «нервной» и сказывается в желании детей играть

только главные роли. Оно невыполнимо, так как в группе действует правило чередования ролей. Тогда возникает обида и ребенок, чаще всего с истерическими проявлениями, может отказаться от дальнейшего участия в игре;

5) аутизм в виде избегания любых контактов, кроме контактов с близкими, делает игровую психотерапию просто невозможной;

6) перенос отрицательных чувств с родителя на специалиста, что является барьером только в начале игры. Либо мальчик боится жестокого отца, подвергающего его физическим наказаниям, поэтому опасается и специалиста, к которому привел отец, и предполагает, что он будет вести себя так же. Либо девочка не любит всех представителей мужского пола только потому, что мать их не любит, а то и презирает, олицетворяя мужчин с мужем, с которым находится в бесконечном конфликте. Тогда установление положительного контакта дочери со специалистом-мужчиной вызывает ревность паранойяльно настроенной матери;

7) болезненное упрямство и негативизм, свойственные детям, переставшим верить взрослым, их доброжелательности и искренности, как и незнакомому дяде (специалисту). Поэтому нужно время, чтобы они «оттаяли» и поверили в возможность доверительных отношений.

При наличии конфликта между родителями и детьми необходимо проанализировать его до начала игровой психотерапии. В противном случае специалист будет непроизвольно вовлечен в конфликт, и не важно на чьей стороне — только родителя или обоих: эффективность исчезнет в течение непродолжительного времени. Если ребенок «дуется» на родителей, то лучшей формой примирения является совместная игра по инициативе родителей.

Январь 24, 2019 Коррекционная психология
Еще по теме
ЛЕЧЕБНЫЕ ИГРЫ ПО ПРЕОДОЛЕНИЮ СТРАХОВ
Задачи лечебно-оздоровительной работы
2.3. Лечебные свойства игры
Цветовой тезаурус русской лечебной молитвы
ВИДЫ ИГР
22. Лечебно-педагогические методы коррекции
2.2. Классификация игр
5.3. Иллюстрация игр № 1—15 примерами
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ РУССКИХ ЛЕЧЕБНЫХ ЗАГОВОРОВ И ЭРИКСОНОВСКОГО ГИПНОЗА
Свенцицкая Ю.А. КОРРЕКЦИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ В РУССКИХ ЛЕЧЕБНЫХ ЗАГОВОРАХ
Кокорев Е.В. ФЕНОМЕН ЗАВИСИМОСТИ ОТ АЗАРТНЫХ ИГР
Сафронова М.А. Лечебная верховая езда как метод коррекции детско-родительских отношений
12.2.3 СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ ОБОБЩЕНИЯ
ОБОБЩЕННОСТЬ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Подогова А.Е. Влияние компьютерных игр на уровень агрессивности подростков
ЭТИЧЕСКИЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЛЕЧЕБНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В СОВРЕМЕННОЙ ОНКОЛОГИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ
Структура мотивации участников многопользовательских онлайн ролевых игр
ВРЕЗКА 15.ЗАМЕСТИТЕЛЬНАЯ ТЕРАПИЯ ГОРМО-НАЛЬНЫМИ ПРЕПАРАТАМИ И ДРУГИЕ ЛЕЧЕБНЫЕ МЕ-ТОДЫ
ПОДОГОВА А.Е. ВЛИЯНИЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ ИГР НА УРОВЕНЬ АГРЕССИВНО-СТИ ПОДРОСТКОВ
Добавить комментарий