РАБОТА ТЕРАПЕВТА С РЕАЛЬНЫМИ СИТУАЦИЯМИ МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Описание психологического посредничества мы предварим обращением к опыту психологической работы с реальными ситуациями межличностных отношений и взаимодействия людей. Еще раз отметим, что в случае психотерапевтической работы речь идет скорее о внутренней проработке индивидуальных проблем человека, в том числе и межличностных, в консультировании — о выработке стратегий преобразования человеком ситуации; в данном случае мы будем говорить о работе с конкретными межличностными отношениями.

Принцип одновременной работы с несколькими участниками ситуации имеет давнюю историю. Е. В. Сидоренко, упоминая о методе А. Адлера одновременного консультирования детей, родителей и воспитателей, ссылается на его работу 1932 года (Сидоренко, 1995, с. 3). В данном случае мы обратимся к психологической работе с проблемами интерперсонального общения, когда терапевт вступает в непосредственный одновременный контакт с участниками взаимодействия.
Наиболее «продвинутой» в области психологической работы с «социальными единицами» является семейная терапия, где наряду с традиционными
формами индивидуальной и групповой психотерапии используются и новые практики, например супружеская психотерапия, направленная на помощь семейной паре в преодолении семейных конфликтов и гармонизации их отношений.

При этом акцент часто делается на проблемах мотивации партнеров по браку, которые могут быть источником дисгармонии в их отношениях, на неэффективных паттернах их взаимодействия и на возможностях или препятствиях к личностной реализации членов семьи. Наиболее распространенным в настоящее время является поведенческий подход. Типичная схема работы с проблемами взаимодействия включает несколько этапов: 1) заявление проблемы супругами в терминах поведения; 2) высказывание ими своих чувств;

3) попытка решения супругами своих проблем с помощью предложения вариантов, отбор наиболее приемлемых вариантов с последующим обсуждением, поиск соглашения, отвечающего ряду критериев (Психотерапевтическая энциклопедия, 1998, с. 613-614).

В любом случае «все семейные терапевты сходятся во мнении, что с дисфункциональными аспектами семейного гомеостаза нужно бороться» (Минухин, Фишман, 1998, с. 71). Однако способы решения этой задачи могут быть различными.

С. Минухин описывает три возможных подхода к семейной терапии. Один из них — он связывает его с именем К. Витакера — исходит из следующего положения: «чтобы изменить целое, нужно добиться индивидуальных изменений у каждого члена семьи». Другой — стратегический подход — ориентирован на «исправление конкретных дисфункциональных аспектов семьи», поскольку проблемы «идентифицированного пациента» поддерживаются организацией семьи, с которой и надо работать. Структурный подход исходит из того, что семья — это целостный организм, сложная система, которая «функционирует ниже своих возможностей». Целью терапевтической работы становятся целостные изменения в семейной системе, к которым и стремится терапевт, бросая вызов организации семьи. При этом могут использоваться разные стратегии, которые Минухин обозначает как «вызов симптому», «вызов семейной структуре» и «вызов семейной реальности».

«Вызов симптому» заключается в том, что семья, имеющая проблемы, обычно связывает свои трудности с кем-то из ее членов — «носителем симптома». Задача терапевта в этом случае состоит в том, чтобы «поставить под сомнение существующее в семье определение проблемы и характер реакции на нее», преследуя цель «изменить или переформулировать представление семьи о

проблеме». «Вызов структуре семьи» это попытка изменить сложившиеся

Терапевт — это человек, который расширяет контексты, создавая такой новый контекст, в котором становится возможным исследование неизвестного ранее. Он поддерживает членов семьи и поощряет их экспериментирование с такими видами поведения, которые прежде ограничивала семейная система. С появлением новых возможностей семейный организм усложняется и вырабатывает более приемлемые альтернативные решения проблем.

С. Минухин, Ч. Фишман

стандарты и стереотипы взаимодействия: «бросая вызов правилам», терапевт

изменяет привычные схемы отношений, подсистемы семьи, функции отдельных членов семьи и т. д. в направлении усиления ее приспособительного потенциала. «Вызов семейной реальности» — это способ ее «переконструирования», прежде всего за счет изменения восприятия семьи, системы семейных отношений и взаимодействий ее членами.

Наиболее впечатляющим примером работы с взаимодействием людей является неоднократно упоминавшийся нами подход самого С. Минухина. Он исходит из того уже описывавшегося представления, что хотя семья, как правило, связывает свои проблемы с одним из ее членов и ожидает от терапевта работы, направленной исключительно на него, на самом деле этот «идентифицированный пациент» — лишь «носитель симптома», а истинные причины проблем семьи — дисфункциональные взаимодействия в семье, и, следовательно, необходимо изменение этих взаимодействий. Таким образом, объектом работы становится целостная система семьи, для обозначения которой С. Минухин использует слово «холон», обозначающее целостные системы, состоящие из нескольких частей.

Сам Минухин так формулирует различия между работой терапевта, работающего с отдельным человеком, и семейного терапевта: «Терапевт, работающий с индивидом, говорит своему пациенту: «Изменись, поработай над собой, и ты будешь развиваться». Терапевт, работающий с семьей, воздействует на другом уровне. Члены семьи могут измениться лишь в том случае, если изменятся контексты, в которых они живут. Поэтому семейный терапевт призывает их: «Помогите другому измениться, и это позволит измениться вам во взаимоотношениях с ним и изменит вас обоих в рамках холона»» (Минухин, Фишман, 1998, с. 78). Цель работы терапевта связана с изменением отношений в этом холоне: «…Супружеский холон должен научиться преодолевать конфликты, которые неизбежно возникают, когда два человека создают новое целое, — будь то вопрос о том, надо ли закрывать на ночь окна в спальне, или разногласия по поводу семейного бюджета. Выработка действующих стереотипов проявления и разрешения конфликтов — важнейшая сторона такого первоначального периода» (там же, с. 30).

В чем заключается искусство семейной терапии? Оно означает, что нужно включиться в семью, воспринимать действительность так, как воспринимают ее члены семьи, и принимать участие в повторяющихся взаимодействиях, которые образуют структуру семьи и формируют мышление и поведение людей. Оно означает, что такое включение нужно использовать как средство стать фактором, вызывающим изменения, который действует в рамках семейной системы и осуществляет свои вмешательства так, как это возможно только в данной семье, с целью создать иной, более продуктивный способ существования. Это означает, что нужно войти в лабиринт, который представляет собой семья, и дать ей в руки нить Ариадны.

С. Минухин, Ч. Фишман

Для достижения своих целей терапевт использует разнообразные приемы.

Такой прием, как инсценировка, Минухин сравнивает с танцем и выделяет
в нем три фигуры: «В первой фигуре терапевт наблюдает спонтанные взаимодействия в семье и решает, какие дисфункциональные области следует выделить. Во второй фигуре терапевт создает сценарии, по которым члены семьи исполняют свой дисфункциональный танец в его присутствии. А в третьей фигуре терапевт предлагает альтернативные способы взаимодействия. Последняя фигура может обозначить перспективы и вселить в семью надежду» (с. 87). Таким образом, терапевт в ходе сеанса создает определенные события, побуждает членов семьи справляться с проблемами при помощи непривычных для них способов взаимодействия, поддерживает их успешные действия и надежду на позитивные изменения.

Большое значение при этом приобретает то, как складываются отношения проблемной семьи с психотерапевтом, какую позицию он занимает в процессе работы. В частности, существует определенный риск того, что терапевт окажется «втянутым в поле семьи» и это помешает его терапевтическим усилиям. В качестве одного из возможных решений этой проблемы предлагается использование группы терапевтов или терапевта и помощника, что обеспечивает некий «баланс» в их взаимодействии с семьей, а если нужно, то и определенную конфронтацию, противостояние в интересах терапевтического процесса. Очевидно, наиболее оптимальным вариантом, как предлагает Мину- хин, является способность терапевта «чувствовать себя свободно при самых разных уровнях вовлеченности» и использовать как приемы конфронтации, так и нейтральной позиции или обособления — в общем, применять самые разные методы. Работая с семьей, Минухин допускает использование оценок и проявления собственного отношения к высказываниям участников терапевтического процесса. Например, обращаясь к женщине и комментируя ее диалог с мужем, он говорит: «Я думаю, люди иногда чувствуют подавленность, когда им, как вашему мужу, приходится быть неискренними. Ваш муж не склонен высказываться напрямик. В вашей семье очень много неискренности, потому что вы, в сущности, очень хорошие люди и очень стараетесь не огорчать друг друга. И поэтому вам приходится очень много лгать с самыми лучшими намерениями» (там же, с. 42).

В качестве еще одного примера работы с обоими участниками конфликта укажем на практику Н. Пезешкиана. Пезешкиан считает, что «пары являются особым случаем семейной терапии»: «Пара совместно обращается за помощью к терапевту. Предметом терапии могут стать проблемы в их отношениях или их отношениях с окружением — детьми, родственниками супруга, на работе и так далее. Оба партнера приходят на занятие вместе и своим поведением дают терапевту пример того, как они взаимодействуют друг с другом. Терапевт может непосредственно вмешиваться и пытаться изменить их поведение или же может вести их к когнитивной дифференциации конфликта и осознанию возможностей изменения форм взаимодействия» (Пезешкиан, 1993, с. 79).
Отмечая отличия семейной терапии, основным объектом которой является семья, от индивидуальной, где устанавливаются двусторонние отношения между терапевтом и индивидом, Пезешкиан считает, что в случае невозможности вовлечь все конфликтующие стороны в терапевтический процесс можно работать с отдельным пациентом. Это может повлиять на сопротивление других членов семьи и побудить их включиться в занятия. Если же этого не происходит, то возможна другая стратегия — работа с одним из членов семьи, изменение его позиции и семейной роли в свою очередь нарушает правила взаимодействия в семье и тем самым оказывает терапевтическое воздействие на всю семью. Пезешкиан называет это «семейная терапия без партнера». С этой целью, например, могут использоваться инструкции для выполнения самостоятельных «домашних заданий». Для преодоления межличностных конфликтов предлагается стратегия, включающая пять стадий: 1) наблюдение/дистанцирование, предполагающее отказ от критики и стереотипных оценок; 2) инвентаризация, направленная на оценку негативных и позитивных способностей партнера, характерных или желательных для самого пациента; 3) ситуативное поощрение как подкрепление «правильного» поведение партнера; 4) вербализация — использование соответствующих конструктивных правил для обсуждения проблем с партнером; 5) расширение целей, направленное на выбор новых целей и сфер взаимодействия с партнером с учетом его позитивных возможностей и без переноса негативного опыта. Пе- зешкиан подчеркивает, что «на каждой из этих пяти ступеней человек рассматривается как социальное существо, живущее в сообществе, в котором оно развивается и в котором возникают его конфликты», «позитивная семейная терапия обращается к семье, в которой живет пациент» (с. 185).

Существуют и другие достаточно разнообразные возможности психологической работы с конкретной межличностной ситуацией клиента — от диалога самого психолога с клиентом до группового тренинга, в процессе которого изменяются привычные для человека представления о его взаимодействии с людьми. Тот же Пезешкиан упоминает группы позитивной самопомощи. Они работают в трех основных направлениях: взаимоотношения типа «врач — пациент», «учитель — ученик», «юрист — клиент» и т. д.; отношения врачей (юристов, учителей и др.) к своим коллегам и профессионалам в смежных областях; отношение участников занятий к своим собственным семьям (Пезеш- киан, 1993, с. 215). При этом предметом работы является актуальный конфликт, на проработке которого и делается акцент в занятиях группы.
На близких идеях основывается практика отечественного психолога Е. В. Сидоренко, форму которой она сама определяет как «реориентацион- ный тренинг». Программа тренинга, направленного на преодоление трудностей и развитие сотрудничества во взаимодействии взрослых и детей, включает в себя и осознание участниками собственных проблем и трудностей в этом взаимодействии, и построение на этой основе «демократических» (по выражению автора) отношений с детьми. Сидоренко подчеркивает, что «ре- ориентация должна трактоваться не как изменение курса, а как раскрытие целого «веера» возможностей» человека, что «помогает ему почти незаметно для себя преодолевать те «кристаллизованные паттерны поведения», которые препятствуют движению в непривычных направлениях» (Сидоренко, 1995, с. 4). Опираясь на конкретные трудные ситуации во взаимодействии взрослых (родителей и педагогов), психолог ведет их к новому видению своих проблем, овладению продуктивными способами их преодоления и в конечном счете к формированию нового стиля взаимодействия.

Таким образом, в рамках терапевтических подходов (особенно семейной терапии) развиваются идеи и формы работы, которые, в сущности, имеют своей целью изменение сложившихся форм отношений людей, осознание и прояснение того, что игнорируется или подавляется ими, и переход на новый, более подлинный уровень взаимодействия, который может быть обозначен как диалогическое общение.

Январь 24, 2019 Коррекционная психология
Еще по теме
ОТНОШЕНИЕ «ТЕРАПЕВТ—ПАЦИЕНТ».
ТЕРЕЩЕНКОВА И.В. ОТНОШЕНИЯ «ТЕРАПЕВТ–КЛИЕНТ» В ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ
Терапевтические отношения (позиции терапевта и пациента)
РЕАЛЬНОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДОМАШНЕЙ РАБОТЫ.
МОДЕЛИ РАЗВИТИЯ МЕЖЛИЧНОСТНОЙ КОНФЛИКТНОЙ СИТУАЦИИ
Общественные отношения - отношения межличностные
Воронин А.Н., Габриелян Н.А.. Интеллект и креативность в ситуациях межличностного взаимодействия, 2000
Колотильщикова М.Е. ЛОЖЬ В МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЯХ
Зурилина А.С. ПОТРЕБНОСТЬ КОНТРОЛЯ И ДИСГАРМОНИЯ В МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЯХ
МЕЖЛИЧНОСТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ГРУППАХ И КОЛЛЕКТИВАХ
ЭФФЕКТИВНОСТЬ РАСПОЗНАВАНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ИНДИВИДУАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ НАТУРЩИКОВ В РАЗЛИЧНЫХ СИТУАЦИЯХ МЕЖЛИЧНОСТНОГО ВОСПРИЯТИЯ.
ТРЕНИНГ МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЙ (HUMAN RELATIONS TRAINING)
Мамышева О.С. РОЛЕВАЯ СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ И СТИЛЬ МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЙ
К вопросу о методах исследования смысла межличностных отношений
МЕЖЛИЧНОСТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ УЧИТЕЛЯ И ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ УЧЕНИКА
Павлова Ольга Владимировна ЗНАЧИМЫЕ МЕЖЛИЧНОСТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ ПОДРОСТКОВ
МЕЖЛИЧНОСТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ПЕДАГОГИЧЕСКОМ КОЛЛЕКТИВЕ: РЕФЛЕКСИВНЫЙ АСПЕКТ
Добавить комментарий