СТРЕСС-ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ И РИСК МЕТАБОЛИЧЕСКОГО СИНДРОМА У ЛИЦ ТРУДОСПОСОБНОГО ВОЗРАСТА

Российский государственный педагогический университет имени А.И.Герцена, г. Санкт-Петербург Санкт-Петербургский научно-исследовательский психоневрологический

институт имени В.М.Бехтерева Федеральный центр сердца, крови и эндокринологии имени В.А.Алмазова,

г.Санкт-Петербург

Трифонова Е.А., Ротарь О.П., Коростовцева Л.С., Иваненко В.В., Киталаева К.Т., Могучая Е.В., Зубкова П.Ю., Конради А.О.,

Шляхто Е.В., Алёхин А.Н.

Введение

Метаболический синдром (МС) является одной из актуальных медико-социальных проблем, что обусловлено его высокой распространенностью в мире (включая Россию) [Grundy S., 2008; Sidorenkov O., Nilssen O., Grjibovski A.M., 2010], важной ролью в патогенезе сердечно-сосудистых заболеваний, сахарного диабета 2 типа [Алмазов В.А. с соавт., 1999; Gami A. et al., 2007] и, как следствие, в повышении риска инвалидизации и смертности.

МС определяется как комплекс патогенетически связанных нарушений углеводного, липидного, пуринового обмена, чувствительности тканей к инсулину, абдоминального ожирения и артериальной гипертензии. Критерии данного состояния, как и его причины, остаются предметом дискуссий [Шляхто Е.В. с соавт., 2009], вместе с тем общепринятым является представление о ведущей роли инсулинорезистентности как механизма патогенеза МС, а также его обусловленности генетической предрасположенностью и характеристиками образа жизни [Алмазов В. А. с соавт., 1999; Carnethon M. et al., 2004]. В рамках психосоматической традиции внимание исследователей привлекает роль стресса, психических расстройств и личностных особенностей в развитии МС и его отдельных компонентов [Goldbacher E., Matthews K., 2007; Akbaraly T. et al., 2009; Cohen B. et al., 2010; Puustinen P. et al., 2011]. При рассмотрении механизмов таких зависимостей ведущая роль отводится определенным стереотипам поведения (переедание, малоподвижный образ жизни, курение, злоупотребление алкоголем и др.), а также сопряженным со стрессом нейроэндокринным изменениям [Bjorntorp P., 2001; Chandola T. et al., 2008]. Исследователями подчеркивается также значимость личностных характеристик, опосредующих влияние стресса на метаболический статус, в частности, стиля стресс-преодолевающего поведения (копинга) [Вассерман Л.И., Абабков В.А., Трифонова Е.А., 2010; Aldwin С. et al., 1994; Yancura L. et al., 2006]. Отечественные исследования, посвященные психосоциальным факторам риска возникновения МС, немногочисленны. Как в отечественных, так и в зарубежных работах недостаточное внимание уделяется личностным особенностям, способным нивелировать / усиливать патогенные эффекты стресса. Выявление же подобных характеристик позволило бы определить перспективные направления психологической коррекции в системе целенаправленной профилактики МС среди российского населения.

Вышеизложенное определило цель настоящего исследования: оценка соотношения характеристик стресс-преодолевающего поведения и риска МС среди лиц трудоспособного возраста (в связи с задачами профилактики).

Организация и методы исследования

Выборку составили сотрудники одного из банков Санкт-Петербурга, прошедшие скрининговое обследование непосредственно на рабочих мессах. Критериями включения являлись: отсутствие тяжелых сопутствующих соматических заболеваний; информированное согласие на участие. Всего было обследовано 703 человека — 206 мужчин и 497 женщин в возрасте от 20 до 59 лет.

Методы и методики исследования.

7) Лабораторный метод. Анализ крови (натощак) с оценкой глюкозы сыворотки и липидного спектра (общий холестерин, липопротеиды высокой плотности, триглицериды).

8) Антропометрический метод. Оцениваемые параметры: рост, масса тела, объем талии.

9) Измерение артериального давления в покое.

10) Опрос (структурированное интервью). Опрос включал паспортные данные, анализ образа жизни, наследственности, сопутствующей патологии и лекарственной терапии.
1

1) Психодиагностический метод: «Методика для оценки стиля стресс-преодолевающего поведения» («Coping inventory for stressful situations)) -CISS) N. Endler, J. Parker в адаптации Т.Л. Крюковой . Методика предназначена для оценки ведущих тенденций в стресс-преодолевающем поведении и позволяет определить степень предпочтения следующих копинг-стратегий: решение задач; эмоционально-ориентированный копинг; избегание. В структуру стратегии избегания входят варианты реагирования по типу отвлечения и социального отвлечения. Опросник состоит из 48 утверждений, объединенных в пять шкал, соответствующих указанным стратегиям.
1

2) Математико-статистические методы: методы описательной статистики (частоты); методы сравнительного анализа (непараметрический критерий Н Крускала-Уоллеса для количественных переменных, критерий % — для качественных).

При оценке выраженности компонентов МС использовались критерии, предложенные International Diabetes Federation, National Heart, Lung, and Blood Institute, World Heart Federation, International Atherosclerosis Society и American Heart Association в 2009 году [Alberti K. et al., 2009]: 1) центральное ожирение (окружность талии более 80 см у женщин и более 94 см у мужчин); 2) артериальная гипертензия (более 130/85 мм рт. ст. или регулярная антигипертензивная терапия); 3) гипертриглицеридемия (более 1,7 ммоль/л) либо гиполипидемическая терапия; 4) пониженная концентрация липопротеидов высокой плотности (ЛПВП у женщин менее 1,3 ммоль/л, у мужчин — менее 1,09 ммоль/л); 5) гипергликемия натощак (уровень глюкозы в плазме крови более 5,6 ммоль/л либо гипогликемическая терапия).

На основании указанных параметров выборка была разделена на три подгруппы:

Группа с МС. Основание для включения — наличие трех и более из пяти компонентов МС.

Группа риска. В группу вошли респонденты, антропометрические, клинические и биохимические показатели которых соответствовали одному или двум критериям МС.

Группа нормы. Группа была сформирована на основании отсутствия компонентов МС.

Распределение обследованных по выделенным клиническим группам в различных половозрастных категориях представлено в таблице 1.

Таблица 1.

Распределение выборки по степени представленности метаболических нарушений

В связи с выявленными различиями в стиле стресс-преодолевающего поведения между мужчинами и женщинами, а также между лицами разного возраста анализ данных осуществлялся в отдельных половозрастных группах.

Сравнение показателей выборки по методике оценки копинг-стратегий показало (табл. 2), что для молодых женщин группы риска характерно более редкое использование эмоционально-фокусированных стратегий: они менее склонны к эмоционально окрашенному реагированию (тревоге, подавленности, гневу, чувству вины и т.д.) в проблемных ситуациях. У женщин старшей возрастной вероятность МС сопряжена с предпочтением стратегии отвлечения — переключения внимания на другие виды деятельности, развлечение, отдых, сон, бесцельные походы по магазинам, просмотры телепрограмм и т.п. как средства снижения эмоционального напряжения в проблемной ситуации.

Таблица 2.

Стратегии совладания со стрессом в подгруппах мужчин и женщин с разным уровнем выраженности компонентов метаболического синдрома

Группы Женщины
  Группа 20-39 лет     Группа 40-59 лет  
Копинг-стратегии Группа нормы (средний Группа риска(средний ранг) ГруппаМС (средний p Группа нормы (средний ранг) Группа риска (средний ГруппаМС (средний ранг) p
Решение задач ранг) 139,63 143,28 ранг) 148,00 105,30 ранг) 110,25 118,21
Эмоции 146,38 114,94 153,69 < 0,05 102,95 11,29 119,15
Избегание 140,86 135,39 108,00 103,20 11,36 118,63
Отвлечение 139,92 130,87 171,31 101,82 107,60 128,83 0,05
Социальное отвлечение 140,59 138,35 88,25 108,45 110,65 112,99
Группы Мужчины
  Группа 20-39 лет     Группа 40-59 лет  
Копинг-стратегии Группа нормы (средний Группа риска(средний ранг) ГруппаМС (средний p Группа нормы (средний ранг) Группа риска (средний ГруппаМС (средний ранг) p
Решение задач ранг) 50,87 50,83 ранг) 53,26 55,92 ранг) 53,47 45,34
Эмоции 50,38 50,21 61,60 44,53 52,45 50,53

м стратегии социального отвлечения, предполагающей обращение за поддержкой к ближайшему окружению, попытки переключения внимания на общение, пребывание в компании. В старшей возрастной группе риск МС, так же на уровне тенденции, связан с более частым использованием стратегий избегания и отвлечения: игнорирования проблемы, уклонения от ее решения, попытки снижения эмоционального напряжения через развлечения, прием пищи, отдых и т.п.

Обсуждение

Настоящее исследование было направлено на оценку возможной роли дезадаптивных вариантов поведения в стрессе в развитии компонентов МС у лиц трудоспособного возраста. Данное направление исследований представляется весьма перспективным в связи с доказанной ролью стрессовых состояний (и ассоциированных с ними поведенческих и нейроэндокринных изменений) в патогенезе МС [Goldbacher E., Matthews K., 2007; Puustinen P.

et

al., 2011].

В исследовании были выявлены незначительные различия между клиническими подгруппами по степени предпочтения отдельных копинг-стратегий. Вместе с тем полученные данные позволяют заключить, что поведение в стрессовых ситуациях может играть определенную роль в формировании предпосылок для метаболических нарушений, в особенности у женщин. Было установлено, что молодые женщины группы риска менее склонны к эмоциональным фиксациям в стрессовых ситуациях, по данным самоотчетов, реже испытывают тревогу, гнев или подавленность во фрустрирующих ситуациях. В целом большая эмоциональная устойчивость молодых женщин группы риска, являясь благоприятной для психологической адаптации к стрессовым условиям, определяет, по-видимому, и более высокие пороги негативно-эмоционального реагирования на проблемные ситуации (включая актуальные нарушения здоровья и возможность таких нарушений), трудности регуляции стрессовой нагрузки. Кроме того, выявленная зависимость может быть объяснена в традиции классической психосоматической медицины [Alexander F., 1950], рассматривающей телесные симптомы и отклонения в функционировании организма как проявления на соматическом уровне неосознаваемых либо блокируемых личностью эмоциональных реакций (склонности к соматизации эмоционального напряжения).

Среди женщин старшей возрастной группы риск МС оказался связан с более частым использованием стратегии отвлечения, отражающей тенденцию к уклонению от решения проблемы и попытки снижения возникающего эмоционального напряжения за счет переключения внимания на другие аспекты жизнедеятельности, развлечения, отдых. К этой категории относятся такие способы преодоления стресса, как прием пищи (особенно лакомств), просмотр телепрограмм, сон. По-видимому, именно указанные варианты пассивного отвлечения в проблемных ситуациях могут выступать как поведенческие факторы риска МС. Полученные данные согласуются с результатами исследований, согласно которым эмоциогенное питание (использование еды как средства снижения психического напряжения) является фактором риска развития ожирения и МС [Epel E. et al., 2004; Greene G. et al.,

2011].

Содержательно близкие, но менее выраженные зависимости были обнаружены и в подгруппах мужчин: молодые мужчины с риском МС в проблемных ситуациях чаще обращаются за поддержкой окружающих, находя отвлечение в общении и пребывании «на людях». Этот способ совладания обеспечивает улучшение эмоционального состояния, но вместе с тем уклонение от решения проблемы. Мужчины старшей возрастной группы с МС, как и женщины того же возраста, более склонны к избеганию мыслей о проблеме, использованию различных вариантов отвлечения и снижения эмоционального напряжения (отдых, прием пищи, сон, просмотр кинофильмов и т.д.).

В целом, как показало исследование, у женщин и в несколько меньшей мере у мужчин риск МС и его отдельных компонентов связан с владением более широким спектром копинг-стратегий, однако преимущественно за счет различных вариантов избегания, пассивного отвлечения, игнорирования, а не проблемно-разрешающего поведения. Указанные стратегии, позволяя справляться с негативно-эмоциональными реакциями в стрессовых ситуациях, в то же время затрудняют регуляцию и ограничение стрессовых нагрузок, не приводят к разрешению проблемных ситуаций, могут способствовать их накоплению. Кроме того, в старшей возрастной группе в структуре стресс-преодолевающего поведения важное место занимают потенциально патогенные способы снижения эмоционального напряжения: прием пищи, пассивное времяпровождение перед телевизором и т.п.

Таким образом, результаты исследования свидетельствуют об умеренной связи риска МС у лиц трудоспособного возраста с предпочтением различных типов пассивно-избегающих копинг-стратегий, отражающих, по-видимому, варианты соматизации эмоционального напряжения.

Данная проблема нуждается в дополнительном изучении с использованием лонгитюдных планов, а также дополнительных методик оценки образа жизни и психологических особенностей респондентов.

Ограничения исследования
1

3) В исследовании использовался метод поперечного среза, что затрудняет интерпретации причинно-следственных связей между показателями метаболического статуса и психосоциальными характеристиками.
1

4) В силу особенностей обследованного профессионального контингента выборка недостаточно сбалансирована по полу и возрасту.
1

5) В исследовании были учтены лишь характеристики стресс-преодолевающего поведения. В дальнейшем необходим учет уровня стрессовой нагрузки, образа жизни, установок в отношении здоровья, а также психосоциальных

факторов, способных оказывать влияние на уровень адаптации личности. Выводы

3) В настоящем исследовании выявлена умеренная связь между риском МС и стилем стресс-преодолевающего поведения. Зависимость риска МС от поведения в стрессе более характерна для женщин.

4) Молодые женщины группы риска в отношении МС в стрессовых ситуациях менее склонны использовать эмоционально-фокусированные копинг-стратегии, а у молодых мужчин риск МС на уровне тенденции связан с обращением к общению как способу снижения эмоционального напряжения.

5) В старшей возрастной группе риск МС связан с предпочтением стратегий избегающего типа, направленных на отвлечение от актуальных проблем и снижение эмоционального напряжения за счет переключения внимания на развлечения, включая эмоциогенный прием пищи.

6) Связь риска МС с предпочтением копинг-стратегий пассивно-избегающего типа может отражать роль соматизации эмоционального напряжения в развитии и клинической динамике МС.

ЛИТЕРАТУРА

1) Алмазов В.А., Благосклонная Я.В., Шляхто Е.В., Красильникова Е.И. Метаболический сердечно-сосудистый синдром. — СПб.: СПбГМУ, 1999.

2) Вассерман Л.И., Абабков В.А., Трифонова Е.А. Совладание со стрессом: теория и психодиагностика: Учебно-методическое пособие. — СПб. Речь,

2010.

3. Крюкова Т.Л. Психология совладающего поведения. — Кострома: КГУ им.

Н.А. Некрасова, 2004.

2) Шляхто Е.В., Конради А.О., Солнцев В.Н., Ротарь О.П. К вопросу о критериях метаболического синдрома. Значение выбора критерия для оценки распространенности//Артериальная гипертензия. 2009.№4. с.409-412.

3) Akbaraly T.N., Kivimaki M., Brunner E.J. et al. Association between metabolic syndrome and depressive symptoms in middle-aged adults: results from the Whitehall II study // Diabetes Care. 2009. V.32. №3. P.499-504.

6. Alberti K.G., Eckel R.H., Grundy S.M. et al. International Diabetes Federation
Task Force on Epidemiology and Prevention; National Heart, Lung, and Blood
Institute; American Heart Association; World Heart Federation; International
Atherosclerosis Society; International Association for the Study of Obesity.
Harmonizing the metabolic syndrome: a joint interim statement of the
International Diabetes Federation Task Force on Epidemiology and Prevention;
National Heart, Lung, and Blood Institute; American Heart Association; World
Heart Federation; International Atherosclerosis Society; and International
Association for the Study of Obesity//Circulation. 2009 V.120. №16. Р.1640-

1645.

Aldwin C.M., Levenson M.R., Spiro A., Ward K. Hostility, stress, coping, and serum lipid levels // The Gerontologist. 1994. V.34. P.333.

Alexander F. Psychosomatic Medicine: Its Principles and Applications. New York, Norton. 1950.

Bjorntorp P. Do stress reactions cause abdominal obesity and comorbidities? // Obesity Reviews. 2001. V.2. P.73-86.

10.Carnethon M.R., Loria C.M., Hill J.O. et al. Risk Factors for the Metabolic

Syndrome: The Coronary Artery Risk Development in Young Adults (CARDIA)

study, 1985-2001 // Diabetes Care. 2004. V.27. P.2707-2715. 11.Chandola T., Britton A., Brunner E. et al. Work stress and coronary heart disease:

what are the mechanisms? // European Heart Journal. 2008. V.29. P.640-648. 12.Cohen B.E., Panguluri P., Na B., Whooley M.A. Psychological risk factors and

the metabolic syndrome in patients with coronary heart disease: Findings from the

Heart and Soul Study // Psychiatry Research. 2010. V.175. №1-2. P.133-137. 13.Endler N.S., Parker J.D.A. Coping Inventory for Stressful Situations (CISS):

Manual. — Toronto, Canada: Multi-Health Systems, 1990. 14.Epel E., Jimenez S., Brownell K. et al. Are stress eaters at risk for the metabolic

syndrome? // Ann. N. Y. Acad. Sci. 2004. V.1032. P.208-210. 15.Gami A.S., Witt B.J., Howard D.E. et al. Metabolic syndrome and risk of incident

cardiovascular events and death: a systematic review and meta-analysis of

longitudinal studies // J. Am. Coll. Cardiol. 2007. V.49. P.403-414.

16.Goldbacher E.M., Matthews K.A. Are psychological characteristics related to risk of the metabolic syndrome? A review of the literature // Ann. Behav. Med. 2007.

V.34. №3. P.240-252.

17.Greene G.W., Schembre S.M., White A.A. et al. Identifying clusters of college students at elevated health risk based on eating and exercise behaviors and psychosocial determinants of body weight // J. Am. Diet. Assoc. 2011. V.111.

№3. P.394-400.

18.Grundy S.M. Metabolic syndrome pandemic // Arterioscler. Thromb. Vasc. Biol.

2008. V.28. №4. P.629-636.

19.Puustinen P.J., Koponen H., Kautiainen H. et al. Psychological distress predicts the development of the metabolic syndrome: a prospective population-based study // Psychosomatic Medicine. 2011. V.73. №2. P.158-165.

20.Sidorenkov O., Nilssen O., Grjibovski A.M. Metabolic syndrome in Russian adults: associated factors and mortality from cardiovascular diseases and all

causes // BMC Public Health. 2010. V.10. P.582.

21.Yancura L.A., Aldwin C.M., Levenson M.R., Spiro A. 3rd. Coping, affect, and the metabolic syndrome in older men: how does coping get under the skin? // J. Gerontol. B. Psychol. Sci. Soc. Sci. 2006. V.61. №5. P.295-303.

Январь 24, 2019 Коррекционная психология
Еще по теме
Трудоспособность лиц преклонного возраста
Круглова Н.Е. ТРЕВОЖНОСТЬ КАК ФАКТОР ТРУДОСПОСОБНОСТИ ЛИЦ, ПЕРЕНЕСШИХ КОРОНАРНОЕ ШУНТИРОВАНИЕ
Л.Н. Зырянова МОДЕЛИ ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ ПОДРОСТКОВ, СОСТОЯЩИХ НА УЧЕТЕ В ОДН
Н.В. Панина ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ КАК СПОСОБ ЖИЗНИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
Долбеева К. А. НАРУШЕНИЯ ПЕРЕРАБОТКИ АФФЕКТИВНОЙ ИНФОРМАЦИИ У ЛИЦ С ДЕПРЕССИВНЫМ СИНДРОМОМ
РИСК ПОСТАВЩИКА И РИСК ПОТРЕБИТЕЛЯ, ПРИЕМОЧНЫЙ И БРАКОВОЧНЫЙ УРОВНИ ДЕФЕКТНОСТИ.
ГЛАВА РАЗЛИЧИЯ В КОПИНГ-СТРАТЕГИЯХ (ПРЕОДОЛЕВАЮЩЕМ ПОВЕДЕНИИ) И В ИСПОЛЬЗОВАНИИ ЗАЩИТНЫХ МЕХАНИЗМОВ
Н.А. Польская ВЛИЯНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ Я-КОНЦЕПЦИИ НА РИСК САМОПОВРЕЖДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ
Н. А. Гусева РИСК АДДИКТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ У УЧАЩИХСЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ (КОРРЕКЦИОННЫХ) ШКОЛ VII ВИДА
Пащенко М. А. Козина Н. В. МЕХАНИЗМЫ ПРЕОДОЛЕНИЯ СТРЕССА У ЛИЦ С АЛКОГОЛЬНОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ
Добавить комментарий