Архитектоника змоциональных и психосоматических расстройств

Перед тем, как мы начнем более подробно разбирать наиболее далеко идущие последсгвия и взаимосвязи изучения холотропных состояний для понимания змоциональных расстройств и психосоматических нарушений, нам, вероятно, следует хотя бы вкратце рассмотретьте понятийные рамки, которые используются в клини ческой раб оте и приняты в академических кругах в настоящее время. В общем-то, любые попьггки обьяснить природу и истоки зтих нарушений подпадают под две большие категории. Одни теоретики и клиницисты ратуют за то, чтобы рассматривать зти нарушения как вытекающие из причин, имеющих главным образом биологическую природу, другие же склоняются к психологическим обьяснениям. Но чаще всего, однако, психиатры в обыденной клинической пракгике придерживаются некоего зклектического взгляда и склонны приписывать различные степ єни значимости злементам, заимсгвованным из обеих категорий, признавая приемлемой то одну, то другую сторону аргументации.

Органицисгки ориентированные психиатры полагают, что раз уж психика является продуктом материальных процессов, происходящих в головном мозгу, то и последние ответы на вопросы психиатрии должны прийти из нейропсихологии, биохимии, генетики или молекулярной биологии. Согласно их упованням когда-нибудь зти дисциплины окажутся способными обеспечить как досговерные обьяснения, так и практические решения большинства проблем, связанных с зтой сферой. Обычно подобиая ориентация довольно жестко соединяется с приверженностью к медицинской модели и с попьггками разработать строгую диагностическую классификацию для всех змоциональных расстройств, включая и те, для которых никакой органической основы так и не было найдено.

Противоположное же направление в психиатрии делает упор на показатели, имеющие психологи ческую природу, такие, как роль травмирующих влияний в младенчестве, в детстве или на протяжении последующей жизни, на патогенные возможности внутреннего конфликта, на значение межличностных и внутрисемейных взаимоотношений или воздействие общесгвенного окружения. Подобный склад МЫСЛИ в своих самых смелых проявленнях распросграняется не только на неврозы и психосоматические нарушения, но и на такие психотические состояния, которым медицина вообще не дает никаких биологических обьяснений.

Как логическое следствие подоб ного подхода, сомнению подвергается вообще справедпивость применения медицинской модели (включ ая и применение ее жестких диагностических ярлыков) к нарушениям, которые биологически не предопределяются и, стало быть, явно проявляются как нарушения иного порядка, нежели органические. С зтой точки зрения, психогенетические нарушения сами выражают всю сложность движущих сил развития, претерпеваемого нами в течение всей нашей жизни (а с точки зрения трансперсональных психологов и на протяжении всей нашей духовно-психической истории в целом). А раз уж подобные воздействия настолько сильно отличаются у разных индивидов, то и любые усилия, направленные на то, чтобы втиснуть вытекающие из зтих воздействий нарушения в смирительную рубашку медицинского диагноза, также имеют очень мало смысла.

Но хотя многие профессионалы отстаивают собственный зклектичный подход, признающий сложное взаимо дейсгвие природы и воспитания или биологии и психологии, вмышлении представителей академических кругов и в повседневной психиатрической практике преобладает все же подход биологический. Ведь в ходе своего сложного исторического развития психиатрия утверждала себя именно как ветвь медицины, что в итоге и придало ей сильный биологический уклон. И базовое направление психиатрической мысли, и сам взгляд на тех индивидов, у которых были змоциональные расстройства или поведенческие отклонения, и стратегия исследований, и базовое образование и обучение, и судебные меры — все зто находилось под определяющим воздействием медицинской модели.

Такое положение стало следствием двух определяющих обстоятельств. Во-первых, медицина имела успех в случае установлення зтиологии и разработки действенных методов лечения для особой, относительно маленькой группы умственных отклонений органического происхождения. Во-вторых, она продемонстрировала собственную способность в сдерживании развития и подавлений симптомов многих из таких расстройств, для которых не была найдена конкретная органическая зтиология. Ее первоначальные успехи в распутывании биологических причин душевных расстройств, сами по себе впечатляющие, на самом деле были четко обособлены и ограничены лишь малой частью тех случаев, с которыми приходи лось иметь дело психиатрии. Ведь медицинский подход в психиатрии потерпел явную неудачу в обнаружении особой органической зтиологии заболеваний, которыми страдают огромное большинство ее пациентов, — психоневрозов, психосоматических нарушений, маниакально-депрессивных расстройств и функциональных психозов.

Психологическое же направление в психиатрии вдохновлялось новаторскими исследованиями Зигмунда Фрейда и его последователей. Но одни из них, такие, как Карл-Густав Юнг, Отто Ранк, Вильгельм Райх и Альфред Адлер, покинули психоаналитическую ассоциацию или были изгнаны из нее и основали свои собственные школы. Другие же хоть и оставались внутри организации, развивали собственные разновидности психоаналитической теории и техники. В течение XX столетия подобные коллективные усилия ВЫЛИЛИСЬ в конце концов в создание огромного числа школ «глубинной психологии», значительно отличающихся друг от друга в том, что касается понимания человеческой психики, природы змоциональных расстройств, а также используемых терапевтических приемов.

Тем не менее, большинство из зтих людей не имели никакого влияния или оказали очень слабое воздейсгвие на базовое направление в психиатрической мысли, и ссылки на их работы появлялись в академических учебниках либо в виде исгорических примечаний, либо как второстепенные дополнительные сведения. И только ранние работы самого Фрейда и нескольких его учеников, а также некоторые современные разработки в психоанализе, извесгные под названием «зго психологии», оказали значительное воздейсгвие на психиатров.

Однако Фрейд и его сотрудники разработали функциональную классификацию змоциональных и психосоматических нарушений, которая обьясняла и подразделяла зти состояния, переводя их на язык, в котором они закреплялись за какой-либо определенной стадией развития либидо и зволюции зго. Так, одним из главных вкладов Фрейда было открытие того, что влечения ребенка, связанные с развитием либидо, последовательно смещаются с орал ьн ой зоны (в пери од вскарм ливан ия) на зоны анальную и уретральную (во время приучения к туалету) и, наконец, на зону фаллическую (сосредоточение на пенисе и клиторе к моменту развития комплексов Здипа и Злектры). Травми рование таких зон или, наоборот, их чрезмерное раздражение во время подобных решающих периодов может вызывать особую фиксацию на одной из зтих зон. В буду щем, когда индивид сгалкивается с серьезными трудностями, зто и предрасполагает его к психологической регрессии именно в зту область.

Такое понимание психопатологии, основанное на фрейдовской теории полового влечения, было подытожено немецким психоаналитиком Карлом Абрахамом (1927). В своей известной схеме Абрахам определяет базовые виды психопатологий на языке первичной фиксации либидо. В соответсгвии с его схемой фиксация, на пассивной оральной стадии (перед появлением зубов) предрасполагает индивида к шизофрении, а фиксация на орально-садисгической или каннибальской стадии (после появлення зубов) может привести к маниакально-депрессивным рассгройсгвам и суицидальному поведению. Также решающую роль оральная стадия играет в развитии

алкоголизма и пристрасгия к наркотикам.

В развитии навязчивого невроза и соответсгвующего ему типа личносги первичная фиксация располагается на анальном уровне. Также важную роль анальная фиксация играет в порождении так називаємых прегенитальных неврозов, а именно заикания, психогенних судорог и асгмы. Уретральная же фиксация связывается со стыдливосгью и боязнью ошибки, а также сгремлением их компенсировать посредсгвом чрезмерных амбиций и перфекционизма. Тревожная исгерия (различные фобии) и превращенная исгерия (параличи, потери чувсгвительности, слепота, потеря голоса и исгерические кризи) происгекают из-за фиксации на фаллической сгадии.

Схема Карла Абрахама принимает во внимание не только точки либидинальной фиксации, но также и осгановку в сгадиях образования зго от развития автозротизма и первичного нарциссизма вплоть до установлення обьекта любви. При последующем развитии психоанализа зта сторона психопатологии была разработана более подробно. Ибо современная зго-психология вдохновлялась переломи ой работой Анны Фрейд и Хайнца Гартмана, пересмотревших и переосмисливших классические психоаналитические представлення и внесших новые важные дополнения (ВІапск апсі ВІапск, 1974, 1979).

Впоследствии Рене Шпиц и Маргарет Малер, сочетая глубокое знание психоаналитической теории с непосредственными наблюдениями над младенцами и детьми, заложили основания для более глубокого понимания развития зго и установлення личной самотождествленности. Их работа переключила внимание на важность для психопатологии развития предметних взаимоотношений и связанных с ними трудностей. Определение и описание трех фаз образования зго (аутической, симбиотической и фазы разделения-индивидуации) имело важные теоретические и клинические последсгвия.

Маргарет Малер, Отто Кернберг, Хайнц Кохут и другие дополнили схему Карла Абрахама, указав на некоторые расстройства, которые, согласно их представленням, ведут своє происхождение от ранних нарушений в предметних отношениях: аутических и симбиотческих детских психозов, нарциссических расстройств личносги и пограничных состояний личносги. Подобное новое понимание движущих сил образования зго и его превратносгей дало возможность развить приемы психиатрического лечения больных таких категорий, которые не могли быть подвергнуты классическому психоанализу.

Нет ни малейшего сомнения в том, что зго-психологи усовершенсгвовали, переосмислили и расширили психоаналитическое понимание психопатологии.

Однако они, подобно психоаналитикам классического направлення, придерживались узкого понимания психики, ограниченного послеродовой биографией и индивидуальным бессознательным. Результати наблюдений из обласги исследования холотропных состояний сознания показывают, что многие змоциональные и психосоматические нарушения, включая и состояния, на сегодняшний день все еще получающие диагноз психотических, не могут быть поняты должным образом, исходя только из затруднений послеродового развития, таких, как осложнения в ходе развития полового влечения или трудности, связанные с образованием предметних ОТНОШЄНИЙ.

В соответсгвии с зти ми новими открьггиями змоциональные и психосоматические нарушения имеют многоуровневую, многомерную структуру, вдобавок, в значительной степени уходящ/ю своими корнями в оклородовой и надпичностный уровни. И если мы включаєм зти уровни в своє рассмотрение, то нам зто дает совершенно новую, намного более полную и сложную картину психопатологии, и открывает новые удивительные возможности для лечения. Однако само по себе признание околородовых и надличносгных корней змоциональных расстройств отнюдь не означает отрицания важносги биологических фактор ов, которые описывают психоанализ и зго-психология. В общей картине, конечно же, собьггия младенчества и детства продолжают играть важную роль.

Тем не менее, вмесго того чтобы представлять собою исходные причини подобных нарушений, воспоминания о травматических событиях из послеродовой биографии выступают теперь лишь как важные условия для проявлення злементов, происходящих из более глубокихуровней психики. Ибо то, что придает невротическим, психосоматическим и психотическим симптомам их чрезвы чайную функциональную мощь и конкретное содержание, является сложными комплексами СКО, отнюдь не ограничивающимися только биографическими слоями, а проникающими глубже, в околородовые и надпичностные обласги. И психогенные влияния, выделяемые фрейдисгским анализом и зго-психологией, лишь видоизменяют содержание тем, исходящих с более глубоких слоев бессознательного, привнося в них дополнительную змоциональную нагрузку и опосредуя собою ихосмысление в сознании.

Связи между симптомами и залегающей в их основе многослойной СКО, включающей в себя биографические, околородовые и надпичносгные составляющие, могут быть показаны на одном ТИПИЧНОМ при мере. Зтот при мер связан с именем Норберта, 51-летнего психолога и священника, учасгвовавшего в одном из наших пятидневных семинаров в Зсаленском инсгитуте.

Во время предш естБующего нервом у сеансу хол отропного дихання группового згодного занятия Норберт жаловался на острую боль в плече и груднихмышцах, причинявшую ему сильние страдания и делавшие его жизнь невьносимой. Повторяющиеся медицинские обследования, в том числе и рентгеновские, не выявили никаних органичесних причин его болезни, и все попьпки ее лечения оставались безуспешними. Периодические иньенции прокаина приносили лишь кражое временное облегчение на время действиялекарства.

В начале сеанса холотропного дыхания Норберт предпринял внезапную попытку покинуть комнату, поскольку не мог переносить музику, которая, как он чувствовал, его «убивает». Стоило больших уси лий убедить его остаться в комнате и продолжить сеанс, дабы ВЬ.’ЯВИТЬ причинЬ! его недомогания. В конає концов он согласился и в течение почти трех часов переживал острую боль в груди и плече, которая так усилилась, что стала почти нестерпимой. Он превозм огал ее с яростью — так, будто над его жизнью нависла серьезная опасность, давился и кашлял, громко кричал. Затем, после столь неистовой борьбы он в друг успокоился, расслабился и затих. И тут, к своем у величайшем у изумлению, он осознал, что зто переживание сняло напряжение унегов плече и гр удных мь<шцах и боль наконец-то о тпустила его.

Впоследствии Норбертрассказызал, что в его переживании било три разных слоя, причем все они били связани с болью в плече, а также соотносились с удушьем. На сам ом поверхностном уровне он вновь пережил страшний случай из детства, из-за которого едва не лиши лея жизни. Когда ему было около семи лет, он с друзьями копал туннель на песчаном океанском пляже. Когда работа подошла к концу, Норберт залез Енутрь туннеля, чтоби его обследовать. Но из-за того, что остальние де ти пригали вокруг, туннель в друг обрушилея, погребя его заживо. Он чуть не задохнулея, пока его не откопали.

Когда же сессия холотропного дихання стала глубже, он заново пережил случай, погрузивший его в воспоминания биологического рождения. Роди у его матерн бь<ли очень трудними, так как плод зацепилея плечом за ее лобковую кость и оставался в таком положений довольно долгое время. И зтот случай, как и предьшущий, также включал в себя сочетание удушья и резкой боли в плече.

В последней же части сеанса переживание преобразилось самим необыкновенним образом. Норберт вдруг увидел боевие доспехи и лошадей и догадалея, что участвует в каком-то сражении. Ему даже удалось определи ть, что зто била одна из битв в Кромвелевской Англии. В зто мгновение он внезапно почувствовал острую боль и понял, что плечо его пронзило вражеское копье. Он упал с лошади и почувствовал, как его топчут копита лошадей, сокрушая его грудную клетку. Сознание Норберта отделилось от его умирающего тела и, воспарив над полем битви, с вьсоти наблюдало за происходящим. Однако после переживання сперти солдата, в котором он признал своє предь.дущее воплощение, его сознание вновь вернулось к настояшему и БОССОеДИНИЛОСЬ С ТЄЛОМ, ОТНЫНЄ СБОбоДНЫМ ОТ 60ЛИ ВПерВЬ!Є 33 ДОЛГИЄ

годы мучений. При зтом осБобождєние от болей, БЬ’ЗБанИОе переживаннями, оказалось постоянным. Ибо со времени зтого сеанса прошло уже более 20 лет, а симптомы так и не повторялись.

Травматические воспоминания о некоторых особенностях рождения, по всей видимосги, являются важной сосгавляющей разного рода психогенних симптом ов. Бессознательная запись переживаний, связанных с биологическими родами, предсгавляет собою всеобщий резервуар тяжелых змоциональных переживаний и физических ощущений, служащих исгочником разнообразных видов психопатологии. Но в таком случае, разовьются ли змоциональные и психосоматические нарушения и какой вид они примуг, зависит от усиливающего воздейсгвия травматических событий в период послеродовой истории, либо же, напротив, от смягчающего влияния различных благоприятных биографических сосгавляющих.

Как мы увидели из случая Норберта, корни затруднений могут охватывать не только околородовой уровень, но и проникать глубже, в надличностную область психики. Они могут принимать вид разнообразных переживаний из прошлых жизней или соответствующие архетипические образы и мотивы, которые с данными симптомами связаны тематически. Нет также ничего удивительного и в таком открьггии, что симптоми, связанные с более глубокими уровнями, относятся к злементам из животного или растительного царства. И, стало быть, симптоми змоциональных и психосоматических нарушений предсгавляют собой последсгвия некоего сложного взаимодейсгвия, вовлекающего в себя движущие силы и с биографического, и с околородового, и с надпичностного уровней.

Интересно поразмышлять и над тем, какие же силы несут ответсгвенность за по рождение взаиморасположений СКО и взаимодейсгвие между биографическими слоями, перинатальными матрицами и надличносгными составляющими. Конечно, сходсгво некоторых послеродовых травм и их уподобление некоторым сторонам перинатального развития могут быть приписаны случаю. И жизненные условия некоторых индивидов в разное время могуг случайно ввергать их в невыносимо тяжелые обсгоятельсгва, напоминающие БПМ-2, наносить насильсгвенные или сексуальные травмы, связанные с БПМ-3, вовлекать в ситуации, включающие в себя боль и удушье, и способсгвовать другим пораженням, сходным с околородовыми сграданиями. Но, с другой сторони, если какая-то СКО однажды усганавливается, то уже тем самим она предрасположена к самовоспроизведению и может вынуждать индивида бессознательно воссоздавать подобного рода жизненные обсгоятельсгва и, таким образом, добавлять к уже имеющемуся комплексу воспоминаний все новые и новые слои, как мы в том убедились, разбирая

случай Петера.

Множесгво людей, вовлеченных в глубинное самоосвоение, также рассказывает о некоторых интересных прозрениях, затрагивающих взаимосвязь между переживаннями прошлых жизней и травмой рождения. Повторное проживание рождения часто совпадает или чередуется с различными кармическими происшествиями, которые имеют с зтой травмой некую общую змоциональную окраску или определенные физические ощущения. Подобная связь подтверждает возможносгь того, что те особенносги, с которыми мы переживаем собсгвенное рождение, предопределяются нашей кармой. И подобиое утверждение верно не только в отношении общего характера нашего рождения, но и его конкретних подробн остей.

Например, то, что кго-то в таких-то и таких-то обстоятельсгвах прошлой жизни был повешен или задушен, может быть превращено в удушение во время рождения, вызванное тем, что пуповина обвилась вокруг шеи плода. Боли, причиненные острыми предметами в событиях, относящихся к сфере кармического наследия, могут переводиться в боли, причиняемые схватками и маточными сокращениями. А на переживання человека, который был когда-то заключен в средневековое подземелье, пыточную камеру инквизиции или концентрационный лагерь, могут накладываться переживання безвыходносги БПМ-2 и т. д. И, конечно же, кармические образцы могут лежать в основе травматических собьггий послеродовой биографии и даже формировать их.

После столь пространного введення я постараюсь показать, каким же образом преобразуется наше понимание самих важних видов психопатологии в свете наблюдений из обласги исследований холотропных состояний сознания. Все последующее изложение будет сосредоточено на роли в образовании симптомов только психологических составляющих. Позтому оно не будет включать нарушения, имеющие очевидную связь с органической природой и принадлежащие к обласги медицини.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Психосоматические проявлення змоциональных расстройств
ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА (PSYCHOSOMATIC DISORDERS)
Абитов Ильдар Равильевич ШВЛАДАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ ПРИ НЕВРОТИЧЕСКИХ И ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВАХ
Юлмухаметова А.А. ОСОБЕННОСТИ КОГНИТИВНОЙ ТЕРАПИИ ЧЕЛОВЕКА С ПСИХОСОМАТИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ
Казакова И.А. КОРРЕКЦИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ ПРИ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВАХ
Полтавцева Н.С. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕТЕЙ-СИРОТ КАК ФАКТОР РИСКА ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ
Абитов Ильдар Равильевич ВЗАИМОСВЯЗЬ МЕХАНИЗМОВ АНТИЦИПАЦИИ, ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ И КОПИНГА (НА МОДЕЛИ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ И НЕВРОТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ).
ОСОБЕННОСТИ ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ И СЕМЕЙНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ ДЕТЕЙ С ПСИХОСОМАТИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ ЖЕЛУДОЧНО-КИШЕЧНОГО ТРАКТА
Акцентирование змоциональных переживаний
АРХИТЕКТОНИКА МЕТАИНДИВИДУАЛЬНОГО МИРА
АРХИТЕКТОНИКА МЕНТАЛЬНЫХ РЕПРЕЗЕНТАЦИЙ
Анализ змоциональных переживаний
ДИНАМИКА АФФЕКТИВНЫХ СОСТОЯНИЙ У ДЕТЕЙ С РАССТРОЙСТВАМИ АУТИСТИЧЕСКОГО СПЕКТРА, ШИЗОФРЕНИЕЙ И АФФЕКТИВНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ В ХОДЕ ПСИХОТЕРАПИИ
БАЖЕНОВА М.И. АЛЕКСИТИМИЯИ ПСИХОСОМАТИЧЕСКОЕ НЕБЛАГОПОЛУЧИЕ
ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЙ БОЛЬНОЙ: ПСИХОЛОГИЯ И ДЕОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ
Терехина О.В. ВЛИЯНИЕ ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ НА ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИЙ
Хавинсон В.Х., Cавченко С.В. Применение цитаминов для вторичнойпрофилактики психосоматических нарушений
Рагозинская Валерия Германовна ОСОБЕННОСТИ КОГЕРЕНТНОСТИ ЭЭГ ПРИ ПСИХОСОМАТИЧЕСКОЙ ПАТОЛОГИИ
Добавить комментарий