Диагностика духовных обострений

Если мы и придаєм особое значение необходи мости признать существование духовных проявлений, то зто вовсе не означает огульного отвержения теории и практики господствующего направлення психиатрии. Ведь не все состояния, которым обычно ставят диагноз психотических, являются кризисами духовно-душевного Преображення или обладают исцеляющими возможносгями. Ибо случаи необычных состояний сознания покрывают собою очень широкий диапазон — от переживаний исключительно духовных до состояний по своей природе биологических и требующих медицинского вмешательства. Ведь наряду с тем, что конформисгски насгроенное большинство психиатров везде и всюду склонно паталогизировать мисгические состояния, сущесгвует также и противоположное заблуждение, заключающееся в идеализации и возвеличивании психотических состояний, или, что еще хуже, в оставлений без внимания серьезных медицинских нарушений.

Многие профессионалы, кто однажды обратил внимание на понятие духовного обострения, тут же хотели узнать, каковы же точные критерии, по которым можно было бы поставить «дифференциальный диагноз» между духовным обострением и психозом. К несчасгью, провести такое различение в соответсгвии с теми критериями, что сегодня используются в соматической медицине, невозможно в принципе. В отличие от заболеваний, с которыми имеет дело соматическая медицина, те психотические состояния, каковые не имеют ярко выраженной органической природы, то єсть так называемые «функциональные психозы», не определяются медицински. Ведь на самом-то деле всгает иной, очень серьезный вопрос: следует ли их вообще називать заболеваниями.

Функциональные психозы, конечно же, не являются заболеваниями в том же смысле, как диабет, брюшной тиф или злокачественное малокровие. Они не поддаются никаким клини ческим или лабораторним методам обследовання, которые могли бы подтвердить диагноз и оправдать исходное предположение о том, что у них имеется какая-то биологическая причина. Диагносгика подобных состояний целиком и полностью основывается на наблюдениях таких необычных переживаний и видов поведения, для которых у современной психиатрии отсутствует надпежащее обьяснение. И бессмысленное прилагательное «зндогенный», употребляющееся для обозначения зтих состояний, равносильно признанню подобного неведения. Позтому в насгоящее время нет никакого основания говорить о таких сосгояниях, как о «душевних заболеваннях», и притворяться, что вызываемые ими переживання — зто плод какого-то происходящего в головном мозгу патологического процесса, который грядущие исследования когда-нибудь все-таки откроют.

Но если мы хоть нємного поразмышляем над зтим, то поймем, что маловероятно, чтобы какой-нибудь процесс, поражающий головной мозг, сам по себе мог бы породить ту необычайно богатую палитру переживаний, наблюдаемую в состояниях, которым обычно сгавят диагноз психотических. И насколько вероятно, что происходящий в мозгу аномальный процесс может порождать такие переживання, как череда духовно-душевной смерти и возрождения, насыщенная культурними подроби остями, либо полное отождесгвление с Христом, страдающим на кресте, или с танцующим Шивой, либо с человеком, переживающим смерть на парижских баррикадах во времена Французской революции, или же происшествия, включающие какие-то странные похищения инопланетянами?

Даже когда подобные переживання проявляются в обстоятельствах, где биологические изменения тщательно выверены, как в случае назначения точних дознровок ХИМИЧЄСКИ чистого ЛСД-25, природа и исгочник содержания зтих переживаний все равно осгаются глубокой тайной. Ведь диапазон возможных реакций на ЛСД необычайно широк и включает в себя приступи мистнческого восторга, чувства космического единения, ощущение единства с Богом, а еще и воспоминания из прошлых жизней, апокалиптические видения либо просто исключительно психосоматические реакции и много-много других. Одна и та же дозировка, назнач енная раз ным людям ИЛИ одному и тому же человеку, но в разное время, вызывает совершенно отличающиеся переживання.

Очевидно, что химичєские изменения в организме выступают как катализаторы переживання, но сами по себе не способны влиять ни на их замысловагую образность, ни создавать ярчайшие философские и духовные озарения, не говоря уже об обеспечении доступа к совершенно новим досговерным сведенням о разнообразных сторонах жизни вселенной. Назначение ЛСД и других подобных ему веществ может обьяснить проникновение глубинного бессознательного содержания в сознание, но не может обьяснить ни его характер, ни его природу. Понимание феноменологии психоделических состояний требует подхода гораздо более проницательного, чем просто ссылка на происходящие в теле аномальные биохимические и биологические процессы. Зто требует подхода и гораздо более всеобьемлющего, который должен включать в себя и тр ан спер сон альную психологию, и мифологию, и философию, и сравнительное изучение религий. И зто как нельзя верно в отношении духовно-психи ческих кризи сов.

Переживання, которые проявляются при духовных обострениях, явно не представляют собой искусственные продукти ОТКЛОНИВШИХСЯ патофизиологических процессов в мозгу, но принадлежат психике как таковой.

Вполне естественно, чтобы быть способнымн принятьзто воззрение, нам необходимо превзойти узкое понимание психики, предпагающееся психиатрией конформистского большинства, и прибегнуть к намного более широким понятийным рамкам. Примерами подобных расширенных моделей психики являются описанная ранее в зтой книге картография спектральной психологии Кена Уилбера (\МІЬег, 1977) или представлене К.Г. Юнга о психике как об апіта типді, или мировой душе, которая включает исгорическое и архетипическое коллективное бессознательное рипд, 1958). Такое широкое и всеобьемлющее понимание психики также характерно для восточныхфилософских и мисгических мировых традиций.

Поскольку функциональные психозы определяются не медицинским, а психологи ческим способом, поставить строгий дифференциальный диагноз между духовным обосгрением и психозом тем самым путем, каковой используется в медицинской практике для определения различных видов знцефалита, опухоли мозга или слабоумия, оказывается невозможно. Может быть, принимая во внимание подобное обстоятельство, каких-либо диагностических заключений и вовсе невозможно сделать? Но втаком случае, каким же образом нам надобно подходить к подобному вопросу, и что вмесго ясного и недвусмысленного дифференциального диагноза между духовным обосгрением и душевным заболеванием нам следовало бы предпожить?

Досгаточно надежный альтернативний подход может заключаться в том, чтобы установить критерии, по которым было бы возможно определить, какойже индивид, переживающий напряженное непроизвольное холотропное сосгояние сознания, подходит для такой терапевтической сгратегии, которая признавала и поддерживала бы происходящее событие. И, наоборот, стоило бы попитаться определить, при каких же обстоятельсгвах использование альтернативного подхода все-таки окажется неумесгным, а нынешняя общераспространенная практика медикаментозного подавления симптомов оставалась бы предпОЧТИТЄЛЬНОЙ.

Необходимой предпосылкой для подобной оценки явилось бы подробное медицинское обследование, которое отсеяло бы состояния, имеющие органическую природу и требующие биологического лечения. Но если бы зто было сделано, то следующим важным признаком стала бы феноменология исследуемого необычного состояния сознания. Ведь духовные обострения вовлекают в себя сочетание как раз тех самих биографических, околородовых и надличносгных переживаний, которые при обсуждении расширенной карто графин психики были нами описаны ранее. И такого рода переживання могут вызываться среди любой наугад собранной группы «нормальних» людей не только психоделическими вещесгвами, но также и такими простими средсгвами, как медитация, шаманский бубен, учащенное дыхание, побуждающая воспоминания музика, работа с телом, либо при помощи чего-то иного из всех остальных многообразных нелекарсгвенных средсгв.

Те же из нас, кго работают с холотропным дыханием, видят такие переживання во время ежедневной работы или на семинарах и могут воспользоваться благоприятным случаем оценить их целительные и преображающие возможносги. Учитывая подоби ое обстоятельство, становится необычайно затруднительно приписувать похожие переживання в тех случаях, когда они непредумышленно происходят в повседневной жизни, какой-то зкзотической, но все же пока неизвестной патологии. Позтому в высшей степени необходимо подходить к зтим переживанням точно таким же образом, как к ним относятся во время холотропных сеансов, то єсть воодушевлять людей отдаться протеканию собьггия и поддерживать возникновение и полное выражение того бессознательного содержания, которое оказывается доступним.

Другим важным предопределяющим показателем может виступать отношение самой личносги к зтому собьггию и ее переживательный стиль. В большинсгве случаев людей, имеющих холотропные переживання, невероятно воодушевляет уже само осознание того, что все происходящее с ними является каким-то внутренним собьггием, и они, открываясь работе с переживанием, сгановятся заинтересованными в ее проведений. Но индивидам, у которых подобиая просгейшая прозорливосгь отсутсгвует, которые используют по большей части механизм проекции или страдают манией преследования, трансперсональные сграгегии не подходят. Ибо способ носгь создавать хорошие рабо чиє взаимоотношения с необхо димым количесгвом доверительносги является совершенно необхо дим ой предпосылкой для психотерапевтической работы с людьми, находящимися в сосгоянии кризиса.

Также очень важно обращать внимание на то, как пациенты рассказывают о своих переживаннях. Ибо зачасгую сам по себе стиль сообщения различает перспективних кандидатов для немедикаментозного лечения и неподходящих, или тех, по поводу которых осгаются сомнения. Очень хорошим предопределяющим показателем может оказаться то, насколько складно и логично описывает человек свои переживання, невзирая на то, каким бы чрезвычайным и сгранным не казалось их содержание. В некотором роде зто должно походить на выслушивание рассказа лица, которое только что прошло через психоделический сеанс и рассудительно описывает все, что несведущему человеку может показаться сгранными и нелепыми переживаннями.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Разновидности духовных обострений
Причины, вызывающие духовные обострения
Духовное обострение: обьяснение и врачевание кризисов Преображення
Духовная смерть как результат фрустрации потребности в духовном
Духовный мир и духовное тело
ДИАГНОСТИКА Об «объективной» диагностике
ПОТРЕБНОСТЬ В ДУХОВНОМ
МЕТОДИКИ ДИАГНОСТИКИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ (СГОРАНИЯ) МЕТОДИКА «ДИАГНОСТИКА УРОВНЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ» В. В. БОЙКО
ПСИХОЛОГИЯ ДУХОВНОСТИ и ЕЕ МЕСТО В ЭЗОТЕРИЗМЕ
ДУХОВНЫЕ КРИЗИСЫ
Духовный уровень
Педагогика духовного становления
Духовное тело и Я-центр
ДУХОВНАЯ РАБОТА
ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАБОТЫ С ДУХОВНЫМИ КРИЗИСАМИ
МЕСТО ПСИХОЛОГИИ ДУХОВНОСТИ В СИСТЕМЕ ЗНАНИЯ
Добавить комментарий