Галактионова А.В. Особенности религиозных представленийПОСЛЕ инфарктА миокарда

Инфаркт миокарда, являясь одним из наиболее тяжелых жизненно опасных состояний, прочно занимает ведущее место в структуре смертности и инвалидизации населения во многих странах мира. Как и любое другое тяжелое соматическое заболевание, данная цереброваскулярная дисфункция может рассматриваться как ситуация кризиса, приводящая человека в столкновение с угрозой смерти, утраты ценностей, смыслов, благосостояния и даже собственного «Я», что зачастую является настолько сильным, что способно нанести удар всему внутреннему существу человека. Выраженной становится тревога смерти. Активный ресурсный потенциал личности направляется на истинный или символический выход из болезни, направленный на редукцию тревоги.

По мнению И.Ялома, существует два способа совладания с тревогой смерти: слияние и индивидуация. В попытке убежать от тревоги смерти человек может прийти к вере в спасителя – вере «в существование всемогущего персонального защитника – в силу или сущность, всегда видящую, любящую и защищающую». Речь может идти как о человеческой сущности, так и о силах природы или божественной сущности. В фокусе же данного исследования находится способ символического выхода из болезни в форме становления религиозного сознания у больного с множественными эпизодами инфаркта миокарда.

Целью данной работы явилось исследование религиозных представлений больного, перенесшего инфаркта миокарда. Данная цель реализовывалась в рамках идеографического подхода, позволившего взглянуть на исследуемый феномен с позиции уникальности, яркости, смысловой насыщенности. Методологическим основанием исследования явилась экзистенциальная позиция. Исследование проводилось на базе отделения сердечной недостаточности НИИ Кардиологии г. Томска.

В результате взаимодействия с респондентом и качественной интерпретации полученных результатов были сделаны выводы, касающиеся особенностей религиозных переживаний больного. Было отмечено, что эти верования имеют недифференцированный характер, представляя собой совокупность невзаимосвязанных религиозно-мистических представлений и попытку верить одновременно порой во взаимоисключающие инстанции. Подобный феномен может быть объяснен тем, что вера в любую надындивидуальную сущность для респондента дает ему субъективное ощущение приобщенности к высшей и бессмертной сущности как основу ощущения собственной защищенности и бесконечности (С.Франк).

То есть респондент апеллирует к религиозному, оккультному опыту в поиске авторитетных ответов на вопросы о причинах болезни и возможности излечения, не найдя их в классической медицине.

Исследуемый убежден в том, что отсутствие плохих мыслей и недеяние зла очищает душу и оздоравливает тело. Для респондента характерны следующие психологические и поведенческие особенности, проявляемые в общении и деятельности: подавление явной агрессии в сочетании с подчеркнутым положительным отношением, избегание конфликтов, физическая изоляция себя от «плохих» людей (чтобы не провоцировать нежелательных, с точки зрения респондента, «плохих» мыслей). Таким образом, респондент стремится получить гарантию своего физического благополучия и уверенность в том, что целенаправленная душевная работа по очищению души приведет его к излечению. Вера в этом случае превращается в некий инструмент для достижения жизненно значимой цели – излечению тела от болезни.

Исследуемый больной, обладающий недифференцированными религиозно-мистическими представлениями, ищет скорее не духовного спасения и принятия, а залог в своем физическом излечении посредством формального выполнения религиозных предписаний и мистических ритуалов. В этом смысле подобный характер веры несколько отличается от собственно религиозной веры, способной к принятию болезни и поиска утешения. Для верующего христианина в ситуации болезни более характерно смиренное принятие болезни, терпеливое перенесение этого периода, выяснение духовного смысла посланного испытания, осмысления своих ошибок и покаяния, надежда на Божью помощь.

Возникновение религиозно-мистического сознания, направленного на редукцию тревоги, может рассматриваться не иначе как защитный механизм. Отсутствие истинно религиозного принятия порождает новый виток тревоги, редуцируемый новыми защитами. И в этой связи в структуре реагирования появляются различные нарушения в форме статичности, ригидности представлений, что не может рассматриваться в качестве адекватного способа совладания с критической ситуаций и обнаруживает необходимость проведения психотерапевтических мероприятий, направленных на принятие новых жизненных условий.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Малевич Валентина Михайловна ОСОБЕННОСТИ ЛИЧНОСТНО-МОТИВАЦИОННОЙ СФЕРЫ И ЭМОЦИОНАЛЬНОГО СОСТОЯНИЯ У БОЛЬНЫХ ИНФАРКТОМ МИОКАРДА.
РЕЛИГИОЗНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ РЕЛИГИОЗНОЙ ЛИЧНОСТИ
ИНФАРКТ
Религиозный опыт
РЕЛИГИОЗНОСТЬ
Ритуальная и психологическая религиозность
Г Л А В А ПСИХОЛОГИЯ ОБ ИНДИВИДУАЛЬНОЙ РЕЛИГИОЗНОСТИ
ТОЛЕРАНТНОСТЬ К НОВЫМ РЕЛИГИОЗНЫМ ДВИЖЕНИЯМ
Сучкова О.В. Религиозность россиян в контексте психологической безопасности
РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ И ЕГО ПРОФИЛАКТИКА
РЕЛИГИОЗНОЕ ПОВЕДЕНИЕ (RELIGIOUS BEHAVIOR)
КОВАЛЬ В.М. САМОРЕАЛИЗАЦИЯ НЕРЕЛИГИОЗНЫХ И РЕЛИГИОЗНЫХ ЛЮДЕЙ
Добавить комментарий