ИМПРЕССИВНО-РЕЧЕВАЯ ФУНКЦИЯ В МЛАДЕНЧЕСКОМ ВОЗРАСТЕ

В импрессивной речевой функции необходимо выделять два явления: воспри-
ятие как различение речевых звуков и восприятие как понимание значения вос-
принятой речи, ее соответствия действительности. Представленные в совре-
менной науке данные свидетельствуют о том, что эти способности различны
по своей сущности; соответственно, их изучение идет различными путями. Во
времени названные способности формируются последовательно одна за дру-
гой. В настоящем разделе будут рассмотрены данные, относящиеся к первой
из них, а именно — способности различения младенцем речевых звуков.

К настоящему времени получено много интереснейших фактов, рас-
крывающих характер перцептивных процессов при различении речевых
звуков совсем маленькими детьми. Сравнительно недавно считалось, что
начальное различение звуков человеческой речи младенцем возникает в
непосредственной временной близости к появлению первых произноси-
мых им слов, т.е. в возрасте около года. Новые данные говорят, однако, о
существенно более раннем проявлении в онтогенезе способности специ-
фически реагировать на человеческую речь.

Многие авторы приводят свидетельства того, что уже во внутриутробном
периоде своего существования будущий младенец испытывает влияние той
речи, которая звучит вокруг него [Moon, Cooper, Fifer, 1993; DeCasper, Fifer,
1980; DeCasper, Spence, 1986; Jusczyk, Fredericietal., 1993]. Исследование внут-
риматочной среды в плане возможности прохождения сквозь нее акустичес-
кого сигнала показало, что интесивные звуки (порядка 80 дБ), низкой часто-
ты (около 300 Гц) достаточно легко проникают в матку. В этих условиях про-
содика речи — основной тон, ударения, интонационные характеристики го-
ворящего достигают слуха плода, однако сами слова плохо различимы. Эту
ситуацию можно сравнить со звуками речи, слышимыми через стену, когда
человеческий голос различим, но слова не выделяются [Kuhl, 1994, p. 816J.

В силу столь раннего эффекта воздействия речевой акустики на органы
слуха плода слуховая система новорожденного оказывается в определенной
степени адаптированной к действующему вокруг языку. Эта особенность вы-
явлена экспериментально; она проявляется в том, что новорожденный об-
наруживает предпочтение в отношении материнского языка. Данные, сви-
детельствующие об этом, приводятся в публикации [С. Moon, R.P. Cooper,

Речевой онтогенез (от рождения до года)

W.P. Fifer, 1993). Авторы работали с новорожденными детьми двух дней отро-
ду, изучая их поведенческие проявления в ситуации, когда их кормили матери.
Для одной половины новорожденных материнским языком был испанский, для
другой половины — английский. На фоне предъявления слов родного языка
сосание младенца было значительно более активным в сравнении с тем, каким
оно было в ситуации предъявления слов неродного языка. Эти данные авторы
понимают как свидетельство значимости словесных воздействий, полученных
новорожденным еще во время внутриутробного существования.

Аналогичного характера свидетельства получены в еще более ранних рабо-
тах Де Каспер с сотрудниками [De Casper, Fifer, 1980, De Casper, Spence, 1986].
Авторы приходят к заключению, что голос матери и простые тексты, произно-
симые ею в последний период беременности, узнаются новорожденным.

Джазжик с савторами [Jusczyk, Friederici et al., 1993; Jusczyk, Cutler,
Redaz, 1993] исследовали длительность слушания младенцем словоподоб-
ных звуковых паттернов и поворот головы малыша в их сторону, когда эти
паттерны имитировали фонетику слов родного или неродного языка. Об-
наружилось, что американские младенцы в возрасте 9 мес в соответствии
с используемыми показателями предпочитали паттерны, имитирующие ан-
глийский язык. Датские младенцы предпочитали воздействие звуковых
паттернов, имитирующих звуки датского языка. Особенности, обнаружен-
ные у младенцев девятимесячного возраста, у шестимесячных малышей
еще не проявлялись. Поскольку дети не имели опыта различения исполь-
зуемых в эксперименте словоподобных форм, понятно, что различение
производилось на основе узнавания фонетических элементов, отдельных
звуковых признаков. Существенным для распознания звукоформ оказалось
также место постановки ударения в слове [Kuhl, 1994].

Данные об очень раннем проявлении способности различения словопо-
добных звуков согласуются с результатами исследований, в которых пока-
зано столь же раннее проявление способности младенца имитировать зву-
ки языка окружающих. Традиционно считалось, что речевая имитация впер-
вые возникает у ребенка в возрасте, близком к одному году. Не расходясь с
этим мнением, де Буассон-Барди [de Boysson-Bardies, 1993] приводит в своей
публикации данные о времени появления речевой имитации у детей, вос-
питывающихся в разных культурах. Годовалый возраст представлен как наи-
более вероятный для появления начальных словоформ. Отмечено также, что
к этому возрасту дети разных национальностей и культур обнаруживают зна-
чительную продвинутость в умении имитировать речь и дифференцирован-
но используют как гласные, так и согласные звуки.

Однако исследование более раннего и не столь дифференцированного
проявления способности к имитации речевых звуков показало, что это про-
исходило в гораздо более ранние сроки.

Так, в работе П. Куль и Э. Мелт-
зоффа [Kuhl, Meltzoff, 1995, p. 29] исследовались вокализации младенцев при
просмотре ими видеозаписи, где была представлена женщина, произнося-
щая звуки а, и, у. Эксперименты проводились на трех группах детей возрас-
та 12, 16 и 20 недель. Младенцы просматривали и прослушивали запись каж-
дый третий день в течение 5 мин. Во время просмотра записывались, а за-

тем анализировались их вокализации. Производились компьютеризованный
спектрографический анализ, а также фонетическая транскрипция. Резуль-
таты показали, что в возрастном интервале между 12 и 20 неделями жизни
младенцев у них происходит заметное развитие имитаций воспринимаемой
речи. Данные своих экспериментов авторы рассматривают не только как
подтверждение и уточнение идеи весьма раннего развития у младенца спо-
собности воспринимать и различать речевые звуки, но и как свидетельство
тесной связи перцептивной и моторной речевой активности. Как об этом
пишет П. Куль, «…восприятие влияет на продукцию на самой ранней ста-
дии развития языка, утверждая идею о том, что перцептивно-моторная связь
начинает функционировать чрезвычайно рано» [Кип!, 1994, р. 816].

Итак, вся совокупность проведенных в рассматриваемой области иссле-
дований показала, что к тому времени, когда младенцы усваивают значе-
ние слов и фраз и научаются произносить их, они приобретают способ-
ность узнавать элементы языка по общим перцептивным характеристикам
и в определенной степени имитировать речевые звуки [Kuhl, 1994].

Естественно встает вопрос, каким образом детская психика приобретает
такого рода способность. Совершенно очевидно, что в рассматриваемых
условиях не работают механизмы научения в традиционном смысле сло-
ва: здесь нет выработки дифференцировок условнорефлекторного харак-
тера, поскольку отсутствует подкрепление; тем более здесь нет каких-либо
сознательных усилий, направленных на различение звуковых паттернов.
Из этого следует, что для выработки адекватной объяснительной теории
требуется новый подход. Он предложен в разработках американской ис-
следовательницы П. Куль .

В общем ходе раннего предречевого развития младенца автор отмечает
то обстоятельство, что изначально новорожденный способен различать
практически любые фонетические элементы, существующие во всех миро-
вых языках, и демонстрирует высокую чувствительность к акустическим из-
менениям, происходящим у границ фонетических категорий. Однако к воз-
расту около 12 мес младенец утрачивает такую способность и перестает слы-
шать ранее им различаемые контрастные позиции других языков. Класси-
ческим примером может служить тот факт, что в раннем младенческом воз-
расте японские дети различают звуки рил, тогда как в старшем возрасте это
различие ими не улавливается. Таким образом оказывается, что вербальное
развитие идет в направлении от «общеязыкового» к «специфически языко-
вому». Куль объясняет это явление действием самоорганизующихся процес-
сов, приводящих к адаптивности, но сопровождающихся потерей гибкости.

В чем конкретно состоит этот процесс самоорганизации? Для его объяс-
нения Куль предлагает теорию, получившую название эффекта перцептив-
ного магнита (perceptual magnet effect). По ее мнению, у субъекта, не имею-
щего опыта в данном языке, вербальные сигналы запечатлеваются в перцеп-
тивном пространстве, все элементы которого расположены более или менее
равномерно. По мере накопления языкового опыта субъект подвергается воз-
действию языкового материала, среди которого постоянно встречаются наи-
более распространенные и типичные фонетические образцы — прототипы,

Речевое развитие от года до школьного возраста

фиксирующиеся в памяти младенца. По мере повторения воздействий тако-
го рода зафиксированный прототип приобретает свойство притягивать к себе
близкие звуки, он становится для них своего рода магнитом. Тогда под влия-
нием происходящих процессов перцептивное пространство языковых звуков
искажается, в нем возникают зоны сгущения и разряжения. В зонах сгуще-
ния входящие в них образцы становятся трудно различимыми между собой,
в результате чего образуются фонетические категории. (Вспомним в этой свя-
зи неразличимость звуков р и л в японском языке.) Зато фонетические при-
знаки, находящиеся в «зонах разряжения», различаются между собой гораз-
до легче; они образуют границы перцептивных категорий.

Фонетические прототипы специфичны для различных языков. Поэто-
му у каждого носителя данного языка формируется специфическая «пер-
цептивная карта», закрепляющая категоризацию фонетических признаков
и воспринимаемые дистанции между стимулами. Такая карта обеспечива-
ет легкое распознавание фонем различных категорий родного языка, но
зато с трудом функционирует при восприятии чужого языка.

Теория перцептивного магнита опирается на многие эмпирические и экс-
периментальные факты. Хотя центральный экспериментальный факт получен
Куль с сотрудниками при исследовании взрослых людей, теория перцептивного
магнита распространяется авторами и на область раннего детского возраста на
основании исследований, проведенных на шестимесячных младенцах, воспи-
танных в языковых средах Швеции, Англии и Японии [Kuhl, 1994].

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА И ПОДДЕРЖКА РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ С НАРУШЕНИЯМИ ЗРЕНИЯ В МЛАДЕНЧЕСКОМ И РАННЕМ ВОЗРАСТЕ
Нарушения речевой функции.
3.4.2. ВЫБОР ФУНКЦИЙ РЕЧЕВОГО ОТОБРАЖЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ
Ранний речевой онтогенез (от рождения до года). Развитие экспрессивной функции речи
Шеповальников А.Н. ЗАДЕРЖКА ФОРМИРОВАНИЯ ИНТЕГРАТИВНОЙ ФУНКЦИИ МОЗГА КАК ПРИЧИНА РЕЧЕВОЙ ПАТОЛОГИИ
РЕЧЕВОЕ РАЗВИТИЕ ОТ ГОДА ДО ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА (1-7 лет)
Механизмы речевого развития в возрасте 1-7 лет
РЕЧЕВОЕ РАЗВИТИЕ ОТ ГОДА ДО ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА
Тимошенко Олеся Сергеевна Мельникова Ольга Николаевна РЕЧЕВОЕ РАЗВИТИЕ В ДОШКОЛЬНОМ ВОЗРАСТЕ
Жарких У.В., Захарова М.Л. ВЛИЯНИЕ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕПРИВАЦИИ НА РАЗВИТИЕ МОТОРНОЙ И РЕЧЕВОЙ СФЕР ДЕТЕЙ РАННЕГО ВОЗРАСТА, ВОСПИТЫВАЮЩИХСЯ В ДОМЕ РЕБЕНКА
Глава 3 МЕТОДЫ РЕЧЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ И РЕЧЕВОГО ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ
Добавить комментарий