ИНТЕНЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ РАЗДЕЛЕНИЯ ЗНАНИЙ

В последние годы всё большую значимость для предприятий и организаций приобретает система управления знаниями. Именно эффективно выстроенный менеджмент знаний позволяет компаниям поддерживать свою конкурентоспособность на высоком уровне в условиях стремительных изменений: как во внешней среде (экономические, политические, законодательные и т. д.) так и во внутренней (смена кадровой, организационной политики, смена сотрудников и т. д.). Создание эффективной системы управления активами уникальных знаний конкретной компании невозможно представить без налаживания процессов, обеспечивающих их создание и пополнение. Разделение знаний как раз и является таким процессом. Этот процесс может обеспечиваться различными формами коммуникации сотрудников, однако, наиболее типичным и эффективным, по мнению Мангис Дженне и Эпплер Мартин [Mangis Jeanne, Eppler J. Martin, 2006], является речевое взаимодействие. В свою очередь на процесс речевого взаимодействия влияет множество факторов, которые можно сгруппировать в шесть блоков:

? непосредственно передаваемая информация (сообщение как оно есть),

? ментальные модели участников взаимодействия,

? внешние условия,

? процесс речевого взаимодействия,

? групповая динамика,

? коммуникативные интенции участников речевого взаимодействия.

Наша работа как раз и была посвящена изучению интенционального подтекста разделения знаний.

Концепция разделения знаний в организации является психологическим ядром управленческой технологии, известной как менеджмент знаний. В психологической литературе (в основном англоязычные источники) под разделением знаний (Knowledge Sharing) понимается процесс передачи и получения знаний между людьми (трансферт, взаимообмен), способствующий появлению нового понимания относительно решаемых в организации задач.

Каммингс [Cummings, 2004] определил разделение знаний как передачу или принятие информации о задании, ноу-хау и обратной связи, касающуюся продукта или процедуры. Разделение знаний влияет на продуктивность, время выполнения задачи, организационное обучение и инновации.

Бартол и Сривастава [Bartol, Srivastava, 2002] понимают разделение знаний как действие, где сотрудники распространяют соответствующую информацию внутри организации. Передача знаний среди индивидов в рабочей группе позволяет им увеличивать свою компетентность и создавать новые идеи.

Важно различать разделение информации и разделение знаний. При разделении информации не обязательно происходит создание нового знания [Van Beveren, 2002]. Разделение знаний же подразумевает появление этого нового знания у принимающего. [Sharratt Mark, Usoro Abel, 2003] Оно не ограничено простой передачей, обменом информацией или знаниями.

В работах зарубежных авторов указываются различные условия, делающие возможным разделение знаний, и факторы, влияющие на его эффективность.

Среди таких факторов, условий выделяют следующие группы [Boer Niels-Ingvar, 2005]:

? Характер разделяемого знания (например, эксплицитное или имплицитное)

? Характеристики сотрудника, передающего знания (например, его загруженность на рабочем месте)

? Характеристики сотрудника, получающего знания (например, его способность усваивать знания)

? Характер отношений между участниками взаимодействия (например, уровень доверия)

? Характеристики организационного контекста, в котором происходит разделение знаний (например, коммуникационная инфраструктура и коммуникационные технологии)

Боер [Boer, 2005] считает, что решающим фактором является мотивация участников к разделению знаний. Он говорит о том, что даже если сотрудники убеждены в необходимости разделения знания, знают, что и кому они должны передать, и имеют необходимые познавательные способности, а также необходимые для передачи знаний технические средства, разделение знаний может не состоятся, если участники не имеют достаточной мотивации.

Как говорилось выше интенции наряду с другими факторами, влияют на эффективность речевого взаимодействия в процессе разделения знаний. К настоящему моменту в научной литературе собралось достаточно работ, посвященных изучению темы интенций и интенциональности. Понятие интенциональности, определяемое как направленность на некоторые объекты, изначально возникло в рамках философии и рассматривалось в качестве центрального свойства человеческого сознания. Постепенно этот термин перекочевал в психологию, в первую очередь благодаря австрийскому психологу философской ориентации Ф. Брентано. Согласно ему, активность сознания и направленность на объект определяют природу сознания и создают ту основу, по которой предмет психологии отличает ее от наук о физическом мире. «Психические явления… это такие явления, которые интенционально содержат в самих себе объект» [Соболева, 2005] Главным в психике человека считаются акты, производимые субъектом, когда он вводит некий объект в свое сознание. Акт же предполагает действие интенции, то есть активной направленности на объект.

Согласно Гуссерлю, интенциональность представляет собой базовую структуру сознания и характеризуется как направленность сознания на его объект — сознание всегда есть сознание о чем-то [Самуйлова, 2003].

С течением времени определение «интенция» претерпело существенные изменения. Так, например, Зараковский Г. М. (1987) под интенцией понимает разовое понятия, объединяющее все явления и механизмы, побуждающие к деятельности, направляющие её на достижение цели, т. е. интенция в его понимании – это «…любая устремленность к активной деятельности».

В конце двадцатого века проблема интенции стала разрабатываться в рамках лингвистики. Так, тема интенций проглядывается в известной теории речевых актов, возникшей в рамках Оксфордовской школы лингвистической философии. Уже Остин, а позднее и другие авторы фактически вплотную подходят к психологической стороне многих вопросов о функционировании речи, обсуждая вопросы, что такое значение для говорящего и слушающего, как воспринимаются и понимаются те или другие высказывания, что рефлексирует говорящий и др. Именно эта ориентация и психологический характер определений ясно ощущаются в выделении Остином одного из важнейших понятий его теории – так называемой иллокуции, иллокутивного (зачем говорю?) акта, наряду с такими понятиями как локуция («говорение» в полном обычном смысле этого слова) и перлокуция (осуществление акта воздействия на аудиторию).

Анализируя структуру намерений в акте общения, Стросон довольно тонко отмечает, что намерение говорящего не всегда обладает тем качеством, которое в психологии называется произвольностью, преднамеренностью. По приводимому им примеру у игрока может случайно вырваться слово «удваиваю», хотя он реально не собирался удваивать ставку. [Ушакова, Павлова, 2000]

В настоящее время интенции, инетенциональность изучаются в рамках как психологии и лингвистики, так и в рамках смежной науки — психолингвистике.

Обзор современной литературы (как зарубежных, так и отечественных авторов) позволяет сделать вывод, что к настоящему моменту сложилось два основных и мало пересекающихся друг с другом представления о том, что такое интенции. Первое представление связано с пониманием интенций как намерения что-то сделать, совершить конкретное действие. Так, например, под поведенческими интенциями понимается степень сформулированности, осознанности планов человека в отношении поведения в будущем [Jang SooCheong (Shawn), Namkung Young, 2008]

Нас же в большей степени интересует второй подход к определению понятия интенции, сложившийся в рамках психолингвистики. Здесь интенции рассматриваются в качестве намерений и целей, проявляющиеся исключительно в речи. А именно интенции — это предметные направленности субъекта, которые образуют основу и глубинное содержание речи, связанное с целями деятельности субъекта, его желаниями, потребностями, установками. При этом выделяются два разных интенциональных уровня. Интенции первого уровня первичны по происхождению в онтогенезе и непосредственно связаны с особенностями функционирования нервной системы человека. Основанием для этого уровня является способность, а, главное, потребность мозга человека в выведении во вне (экстериоризации) образующихся в нем внутренних активных состояний.

В субъективном плане активность, направленная на оречевление некоторого содержания, находящегося в сознании, представляет собой намерение высказаться, т. е. интенцию.

Первичная интенциональность — как побудительная тенденция к говорению и обнаружению своих мыслей – общее свойство говорящих индивидов. Любое речевое высказывание должно иметь в виде инициирующего источника такого рода первичную интенцию.

Интенции второго уровня скорее социальны по происхождению и включены в организацию общения между людьми. Они, в первую очередь, связаны с обращением к внешнему миру – прежде всего к миру людей. Поэтому их можно квалифицировать как коммуникативные интенции.

Для них характерна двусоставная структура: выражение каждой интенции предполагает обозначение ее объекта и отношения к нему говорящего субъекта. Это определяет индивидуальность интенции, отличие ее от других интенций. Специфическая особенность конкретной интенции определяется также формой ее выражения. Например, форма выражения может быть простой, открытой или, наоборот, косвенной, неявной.

Самая замечательная из особенностей использующих язык людей состоит в том, что даже при нестандартном и непрямом выражении интенций они понятны слушателям – носителям данного языка. Причина этому в том, что говорящий стремится к тому, чтобы его интенции были поняты (за исключением некоторых ситуаций), в противном случае цели его «речевой работы» просто не достигаются, она оказывается неуспешной.

В нашей работе для изучения интенционального аспекта разделения знаний была выбрана дискурсивная модель. Обусловлено это не только тем, что процесс разделения знаний можно рассматривать как один из видов дискурса, но и, в первую очередь, тем, что именно в этом направлении разработано большее количество качественных методов и методик, позволяющих изучать коммуникативные интенции, проявляющиеся в речи.

На сегодняшний день дискурс представляет собой широкое и многозначное понятие, используемое в целом ряде гуманитарных наук. Л. Филиппс и М. Йоргенсен [Филиппс, Йоргенсен, 2004] считают, что «…под словом «дискурс» подразумевается идея о том, что язык организован в соответствии со структурами, отражающими высказывания людей в различных сферах социальной жизни». Иными словами, дискурс, – это речь, погруженная в жизнь» [Арутюнова, 1990]

Под институциональным дискурсом подразумеваются дискурсы, возникающие в рамках социальных институтов, в процессе деятельности людей внутри организации. Павлова Н. Д. и Зачесова И. А. (2007) определили институциональный дискурс, как дискурс, осуществляющийся в привычных или стереотипных ситуациях, когда речь человека во многом опирается на готовые формы.

Т. Ван Дейк представляет комплексную многоуровневую схему определения понятия дискурс, различая понятия «дискурс в широком смысле» как комплексное коммуникативное событие, которое может быть письменным и устным, содержащим вербальные и невербальные компоненты, и «дискурс в узком смысле» – текст или разговор, т. е. вербальный продукт коммуникативного действия. [Маничев, Червинская, Сергеева, 2009]

Также Ван Дейк говорит о том, что имеет смысл проводить различия между неформальными, личностноориентированными диалогами, и формальными, институциональными дискурсами. Близких позиций придерживается В. И.Карасик , говорящий о том, что в социолингвистике выделяются два основных типа дискурса: персональный, в котором «говорящий выступает как личность во всем богатстве своего внутреннего мира» и институциональный, где коммуниканты действуют как представители определенного социального института, а общение происходит в заданных рамках статусно-ролевых отношений.

В процессе разделения знаний в организации фактически происходит взаимодействие различных институциональных дискурсов. Соотношение дискурсов имеет фундаментальное значение, поскольку каждый отдельный дискурс приобретает свое значение, лишь пересекаясь и сравниваясь с другими дискурсами.

В том случае, если разделение знаний становится институциональным процессом и совершенно обычной коммуникативной практикой, должны складываться инвариантные характеристики этого дискурса.

Поскольку дискурс разделений знаний является областью соприкосновения различных частных дискурсов организации, он приобретает полидискурсивный характер и главной его особенностью является связь отдельных дискурсов, выстраивающихся в определенную конфигурацию, структуру.

В настоящее время важное место в психологических исследованиях дискурса занимает изучение его интенциональных оснований [Павлова, Зачесова, 2007].

В центре внимания находятся социально обусловленные элементы интенционального содержания, которые связаны с текущей коммуникацией, адресатом речи, практической деятельностью участников. Разрабатывается представление, что актуальное интенциональное состояние коммуниканта формируют не только интенции, возникающие до и за рамками коммуникативного акта, но и такие интенции, которые связаны с действиями партнера общения, процессом взаимодействия, а также продвижением в решении практических задач. С этих позиций интенции субъекта, тесно связанные как с личностной сферой, так и с текущим общением, являются важнейшей психологической детерминантой организации дискурса. Кроме того, поскольку коммуникация всегда осуществляется в определенном социальном контексте и связана с ситуацией, важную роль играет взаимосвязь и иерархия интенций, формирующих ее интенциональную основу – целостное «интенциональное пространство» дискурса.

Исходя из теоретических представлений о разделении знаний, дискурсе и интенциональном подтексте речи нами были выдвинуты следующие гипотезы:

? Для разделения знаний как институционального вида дискурса характерно наличие специфических (определенного набора) интенций, проявляющихся в речи и составляющих глубинную основу речевого взаимодействия, обеспечивающих достижение целей разделения знаний и влияющих на его эффективность

? Интенциональная модель разделения знаний имеет иерархическую структуру

? Для разделения знаний характерно наличие общей интенциональной модели, т. е. присущей всем ситуациям разделения знаний, вне зависимости от состава участников, целей и других характеристик разделения знаний

Целью данного исследования было изучение интенциональной организации дискурса разделения знаний и построение интенциональной модели.

Для достижения цели исследования были поставлены следующие задачи исследования:

1. Наблюдение процесса разделения знаний (с фиксацией на видеокассету) и транскрибирование полученного материала согласно методу нотации (фиксации содержания видеоматериалов шеринга) c опорой на методику Г. Джефферсон [Edwards, 2001]

2. Разработка процедуры выделения первичного списка интенций, характерных для ситуации разделения знаний

3. Установление согласованности экспертных оценок первичного списка интенций

4. Сравнение первичного списка интенций с категориями интеракций Р. Бейлза

5. Построения интенциональной модели разделения знаний как институционального вида дискурса

6. Исследование динамики доминирующих интенций

7. Исследование интенциональной характеристики речи участников

МЕТОДЫ

I. Для анализа контента коммуникации, полученного при наблюдении групповых обсуждений (видеозапись) были отобраны следующие методы анализа дискурса:

А) Метод нотации (фиксации содержания видеоматериалов тренинга): составление транскрипта c опорой на методику Г. Джефферсон [Edwards, 2001].

Б) Методы анализа дискурса:

? Выявление состава локальных дискурсов, образующих транскрибированный текст (локальные темы и позиционирование участников дискурса).

? Представление артикулируемых дискурсов и переходов между ними с указанием интенций, инициировавших появление дискурсов и переход от одного дискурса к другому.

II. Для выявления интенций, стоящих за речью коммуникантов, и изучения влияния этих интенций на организацию дискурса, нами был выбран теоретико-экспериментальный подход — метод интент-анализа. Отличительной особенностью данного метода является его ориентация на интенциональные характеристики речи, которые соотносятся непосредственно с ходом коммуникации.

Мы отказались от подхода лингвистического характера, который опирается на формальные лингвистические показатели, поскольку он оказывается недостаточным при изучении интенций. В выделении и квалификации используемых говорящим интенций малопродуктивна опора на отдельные слова и даже предложения. Связано это с тем, что одна и та же интенция может быть выражена в целом пассаже, а в письменной форме — в абзаце или нескольких абзацах. И, наоборот: в одном предложении или даже интонации можно выразить несколько интенций. В лингвистике высказывания, реализующие одновременно две коммуникативные интенции, известны под названием «косвенные речевые акты»» [Коломийцев, 1992]

Метод интент-анализа строится на субъективном оценивании. Эта сторона метода адекватна самому изучаемому объекту. Экспертное выявление и идентификация речевых интенций дает возможность очертить их круг в текстах разной тематики и направленности, то есть качественно охарактеризовать их. На этой основе возможна также их количественная оценка. В то же время степень субъективной понятности выражаемых в тексте интенций не может быть абсолютной. «Размытость» значения и смутность понимания используемого речевого материала, видимо, остается, присущей интенциональным высказываниям чертой.

III. Для проверки надежности метода интент-анализа была применена экспертная оценка. Для решения данной задачи были получены два транскрибированных текста по 15 минут каждый (Видео1 и Видео2).

Были сформированы две группы экспертов, каждая состояла из трех экспертов – студенты 4 курса психологического факультета СПбГУ. Экспертам было предложено промаркировать высказывания соответствующими интенциями по описанному алгоритму на основе полученных материалов (видеозаписи, транскрибированного текста и списка интенций с определениями).

Полученные в ходе работы экспертов материалы проходили следующую обработку: была подсчитана частота встречаемости каждой интенции по работе каждого из шести экспертов, после чего список интенций был проранжирован. Поскольку ранги получились связные для анализа результатов был применен коэффициент ? – Кендалла для связных рангов.

IV. Для получения материала, необходимого для сравнения первичного списка интенций с категориями интеракций Р.Бейлза, были сформированы четыре группы экспертов, каждая численностью 3, 3, 3 и 4 человека соответственно. Экспертами выступили студенты четвертого курса дневного отделения факультета психологии СПбГУ. Распределение заданий между группами представлено в таблице №1.

Таблица 1

Распределение задания между группами экспертов

  Интенции Интеракции
Видео 1 Группа 1 Группа 2
Видео 2 Группа 3 Группа 4

Таким образом, например, для второй группы экспертов материалом для обработки послужил транскрибированный текст, полученный с записи Видео 1, а основанием для маркировки высказываний участников взаимодействия были категории интеракций Р. Бейлза.

Для получения исходного материала для дискурс-анализа и интент-анализа было проведено:

1. Полуторачасовое обсуждение, представляющее собой процесс разделения знаний, посвященное проблеме адекватности перевода понятия «knowledge sharing» на русский язык как «разделение знаний» в качестве научного термина. В обсуждении принимали участие преподаватели кафедры «Эргономики и инженерной психологии» СПбГУ, всего – 6 человек.

2. Полуторачасовое обсуждение, представляющее собой процесс разделения знаний, посвященное проблеме выявления и определения факторов, влияющих на процесс разделения знаний в организации, на индивидуальном и организационном уровнях. В обсуждении принимали участие студенты 4 курса кафедры «Эргономики и инженерной психологии» СПбГУ, дневного отделения, всего – 11 человек.

3. 60 — минутный отрывок видеозаписи корпоративного тренинга топ-менеджмента компании «Х» по теме «Контроль и делегирование полномочий».

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

I. На первом этапе была произведена запись обсуждения (разделения знаний) – всего три обсуждения, — на видеоноситель и последующее транскрибирование полученного материала согласно методу нотации (фиксации содержания видеоматериалов шеринга) c опорой на методику Г. Джефферсон [Edwards, 2001]. Результатом данного этапа является три транскрибированных текста, общая продолжительность которых составляет 1. 5 часа:

? Видео1 – 15 минут транскрибированного теста

? Видео2 – 15 минут транскрибированного текста

? Видео3 – 1 час транскрибированного теста

II. На втором этапе была проведена процедура выделения первичного списка интенций по следующему алгоритму:

Шаг 1. За рабочее определение интенции было взято следующее: интенции – это цели, проявляемые в речи. Обзор литературы показал, что интенции всегда выражаются глаголами и отвечают на вопрос «зачем говорю».

На первом шаге был составлен список глаголов, который описывает интенции, характерные для ситуаций обучения в школе, модели искусственного интеллекта и взаимоотношения собеседников в диалоге.

Шаг 2. Далее, два эксперта маркировали глаголами, выделенными на предыдущем шаге, полученный транскрибированный текст, то есть каждой фразе одного из участников приписывался один или несколько глаголов.

Шаг 3. Каждый из глаголов получал свое определение из толкового словаря Даля.

Шаг 4. Экспертами в очередной раз просматривался транскрибированный текст (уже маркированный глаголами) с параллельным просмотром видеоматериала на предмет соответствия смысла высказывания с данными глаголам определениями.

Шаг 5. На основе результатов, полученных в шаге 4, а так же данных на шаге 3 определений, производилась работа по объединению, переформулированию, уточнению глаголов и их определений. Некоторые глаголы были добавлены и так же получили определение, исходя из контекста их употребления.

Полученные таким образом глаголы с их определениями вошли в первоначальный список интенций.

Шаг 6. На последнем этапе производилась маркировка транскрибированного теста глаголами (интенциями) с учетом поправок, внесенных на предыдущем шаге.

III. Попарное сравнение результатов экспертов в группе1 и группе2 с целью проверки надежности метода «интент-анализа» дало высокий коэффициент корреляции при высокой значимости (p < 0,01), что подтверждает надежность используемого метода «интент-анализа», об адекватности выделенного списка интенций и данных им определений.

В целом корреляция оценок экспертов, работающих с Видео1, получилась несколько ниже. На наш взгляд, это может быть связано как с особенностями маркируемого текста (например, он был сложнее, чем первый, с точки зрения выявления интенций), так и с личностными особенностями экспертов.

IV. Для сравнения первичного списка интенций с категориями интеракций Р. Бейлза были выделены доминирующие интенции и интеракции соответственно для Видео1 и Видео2. Результаты представлены в таблицах 2 и 3, где строки соответствуют интеракциям Бейлза, а столбцы -полученным интенциям. В скобках указано общее число случаев встречаемости интенции или интеракции.

Из приведенных таблиц можно увидеть, какие доминирующие интенции и интеракции характерны для сравниваемых ситуаций разделения знаний, а также сопоставить дискурсы между собой.

Таблица 2

Сопоставление доминирующих интенций и интеракций для Видео1

  4. Согласиться (42) 1.Объяснить (37) 7. Побудить к пояснению (27) 2. Привести пример (26)
6. Ориентирует, информирует, повторяет, объясняет, подтверждает 5 31 21 19
3. Соглашается, пассивно повинуется, понимает, уступает другим 29 0 0 0
10. Не соглашается, саботирует, не оказывает помощи, действует формально 1 5 0 1

Таблица 3

Сопоставление доминирующих интенций и интеракций для Видео2

  4. Согласиться (35) 10. Возразить (25) 19. Продолжить (25) 1. Объяснить (23) 8. Задать вопрос (20) 7. Побудить к пояснению (19)
6. Ориентирует, информирует, повторяет, объясняет, подтверждает (105) 2 2 16 16 14 13
10. Не соглашается, саботирует, не оказывает помощи, действует формально (32) 1 18 1 3 0 2
1. Проявляет солидарность, поддерживает других, помогает, поощряет (31) 27 0 1 1 0 0

Также можно выделить наиболее характерные пары «интенция-интеракция». Например, в первом дискурсе интенции «согласиться» соответствует интеракция 3 (пассивное соглашение), а во втором дискурсе — интеракция 1 (активная поддержка других). В данном случае эта информация может свидетельствовать о том, что интенция «согласиться» требует уточнения определения и, возможно, разбиения на две, более конкретные, интеции.

V. Для построения интенциональной модели разделения знаний как институционального вида дискурса были предприняты следующие шаги.

Шаг 1. Выявление локальных дискурсов. Для каждой ситуации разделения знаний были выявлены и описаны локальные дискурсы и блоки. В описание входило: выявление характерных интенций и фразы, с которой начинается локальный дискурс, определение участников этого локального дискурса и краткое описание динамики развития локального дискурса.

Шаг 2. Выявление интенций, запускающих локальный дискурс. На основе проведенного анализа на предыдущем этапе были выявлены интенции, запускающие локальные дискурсы. Результаты получились следующие:

? наиболее часто в качестве инициирующей интенции для первого дискурса выступает «побудить к пояснению», то есть запрос на получение информации по какому-либо вопросу.

? Для второй ситуации разделения знаний сложно было выделить наиболее характерные интенции, запускающие локальные дискурсы. Отчасти это связано с малым количеством выделенных локальных дискурсов. Несколько чаще остальных представлены интенции «выразить мнение» и «обобщить»

? для третьей ситуации разделения знаний характерно преобладание интенции «объяснить» в качестве инициирующей

Шаг 3. Выявление интенций, поддерживающих локальные дискурсы. На данном этапе были выявлены интенции, которые являются основными (доминирующими) для каждой ситуации разделения знаний. Для первой:

? объяснить – 17,2% (48 случаев)

? побудить к пояснению — 12,2 % (34 случая)

? ответить – 10 % (28 случаев)

? возразить — 9% (25 случаев)

? согласиться – 8,6% (24 случая)

Для второй:

? Согласиться – 13% (32 случая)

? Объяснить – 10,5% (26 случаев)

? Возразить – 10,5% (26 случаев)

? Продолжить – 10,5% (26 случаев)

? Задать вопрос – 8,1% (20 случаев)

? Побудить к пояснению – 7,7% (19 случаев)

Для третьей:

? Объяснить – 19.6% (61 случай)

? Побудить к пояснению – 13,2% (41 случай)

? Согласиться – 11,3% (35 случаев)

? Продолжить – 8,7% (27 случаев)

? Высказать мнение – 7,7% (24 случая)

Также были выделены интенции, которые не нашли своего отражения в полученном материале: «задать вопрос», «поддержать эмоционально» и «подсказать» — для первого дискурса, «разрядить атмосферу» — для второго, «вывести следствие», «снизить значимость сказанного», «удержать во внимании», «определить задачу», «поиск эмоциональной поддержки» и «повторить» — для третьего.

VI Исследование динамики доминирующих интенций.

Для лидирующих интенций каждой ситуации разделения знаний были построены графики, отображающие динамику употребления каждой интенции по ходу смены локальных дискурсов.

Такие графики наглядно показывают характер течения дискурса (он может быть плавным или скачкообразным, прерывистым или сплошным и т.д.). На таких графиках можно увидеть тенденции зависимости употребления одних интенций от других (прямая или обратная), а также характер употребления каждой интенции в отдельности (постоянный или «время от времени»).

VII Исследование интенциональной характеристики речи участников. Интент-анализ, помимо всего прочего, позволяет также подробно изучить интенциональную организацию речи каждого из участников. В ходе работы на примере нескольких участников нами были построены графики, отображающие динамику употребления интенций для конкретного участника, а также характер взаимодействия этого участника с другими людьми, принимающими участие в процессе разделения знаний.

ВЫВОДЫ

Изучение феномена разделения знаний в рамках дискурсивной модели позволило детально рассмотреть этот процесс на предмет его интенционального подтекста.

1. Удалось разработать процедуру выделения первичного списка интенций, характерных для ситуации разделения знаний. В результате проделанной работы было выделено 27 интенций, характерных для процесса разделения знаний.

2. Была получена высокая согласованность экспертных оценок, использующаяся для проведения интент-анализа, с достоверным уровнем значимости.

3. Сравнение первичного списка интенций с системой интераций Р. Бейлза показало наличие взаимосвязанных категорий. Так, интенции «объяснить», «побудить к пояснению», «привести пример» наиболее часто соответствует шестой категории по Бейлзу — ориентирует, информирует, повторяет, объясняет, подтверждает

4. Удалось выявить наиболее типичные интенции, характерные для процесса разделения знаний — «объяснить», «возразить», «ответить», «побудить к пояснению», «согласиться», «задать вопрос» и «продолжить».

5. Была выявлена динамика для лидирующих интенций, которая оказалась различной как для отдельных интенций в одной ситуации разделения знаний, так и для одной и той же интенции в различных ситуациях разделении знаний.

6. Была исследована интенциональная характеристика речи участников. Удалось показать, что у каждого участника есть свои особенности интенционального подтекста речи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Зараковский Г. М. Закономерности функционирования эргатических систем. М., 1987.

2. Карасик В. И. О типах дискурса. Волгоград, 2000.

3. Коломийцев Нарушение коммуникативной компетенции у больных шизофренией // Психологический журнал13(1). М., 1992.

4. Маничев С. А., Червинская К. Р., Сергеева А. С. исследование стратегий аккультурации как механизма дифференциации профессиональных компетенций // Отчет по НИР, 2009.

5. Самуйлова И.А. Интенциональный компонент вербальных образов политиков России // Сборник работ выпускников факультета психологии СПбГУ 2002 года. СПб., 2003.

6. Ситуационная и личностная детерминация дискурса / Под ред. Н. Д. Павловой, И. А. Зачесовой. М., 2007.

7. Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Под ред. Т. Н. Ушаковой, Н. Д. Павловой. СПб., 2000.

8. Соболева М. Е. Интенциональность – коммуникация – язык. Проблема последовательности // Вопросы философии. № 1. М., 2005.

9. Boer Niels-Ingvar Knowledge Sharing within organizations. A situated and relational perspective, 2005.

10. Jang SooCheong (Shawn), Namkung Young Perceived quality, emotions, and behavioral intentions: Application of an extended Mehrabian–Russell model to restaurants/ Journal of business research, 2008.

11. Mangis Jeanne, Eppler J. Martin Understanding and Enabling KS in conversations: A literature review and management framework, 2006.

12. Matzeler Kurt, Mooradian Todd, Renzl Birgit. Who trusts? Personality, trust and knowledge sharing/ Management learning 2006.

13. Sharratt Mark, Usoro Abel. Understanding Knowledge-Sharing in Online Communities of Practice/ Electronic Journal on Knowledge Management, Volume 1 Issue 2. 2003.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Е.А. Дуленкова, К.Р. Червинская СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ РАЗДЕЛЕНИЯ ЗНАНИЙ (на примере медицинской организации
Капарис-Бережная А. С. КЕЙС-СТАДИ КАК МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОЦЕССА РАЗДЕЛЕНИЯ ЗНАНИЙ В ОРГАНИЗАЦИЯХ
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ КРИТЕРИИ ЭФФЕКТИВНОСТИ РАЗДЕЛЕНИЯ ЗНАНИЙ
РОЛЬ ПРОЦЕССА РАЗДЕЛЕНИЯ ЗНАНИЙ В УПРАВЛЕНИЕ ПРОЕКТОМ ЗПШ
6.2 Категориальная организация знаний
ИНТЕНЦИОНАЛЬНЫЙ ОПЫТ
Интенциональность (направленность) отдаленной ориентации.
РАЗДЕЛЕНИЕ МИРА
РАЗДЕЛЕННЫЕ ЗНАЧЕНИЯ
МУЖСКОЕ И ЖЕНСКОЕ НАЧАЛО МУЖЧИНЫ, ЖЕНЩИНЫ И РАЗДЕЛЕНИЕ ТРУДА
ЧТЕНИЕ ТЕКСТА, СОСТОЯЩЕГО ИЗ НЕ РАЗДЕЛЕННЫХ ПРОБЕЛАМИ СЛОВ
Гаврилко Т.Н. Стратегия организациии диагностика культуры организации
Категоризация и представление знаний
6.4 От представления знаний к мышлению
ГЛАВА 9. Репрезентация знаний
ОТРАСЛИ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ЗНАНИЙ
Добавить комментарий