Исследование II

Мы пришли к выводу, что не обязательно терзать испытуемых задачками. Если найти метод, позволяющий приблизиться к области нравственных представлений, то результат будет не менее эффективным, но без описанных выше психологических потерь: нравственная сфера слишком часто для личности является центром психотравмирующих переживаний, чтобы здесь было бы позволительно просто экспериментировать.

Метод подсказали исследования представлений об интеллектуальной личности, проводимые сначала Стернбер-гом, затем продолженные у нас Смирновой , взявшей за основу методику японских исследователей. Суть метода заключается в том, что на первом этапе ищется список слов и словосочетаний (дескрипторов), с помощью которых в данной стране, в данном обществе описывают человека, которого считают носителем искомого качества (например, ума). На втором этапе составленный список (количество дескрипторов зависит от возможности используемой статпрограм-мы) предъявляют испытуемым с вопросом, есть ли каждая из отобранных черт в конкретном человеке, которого данный испытуемый считает действительно умным человеком. Такая процедура позволяет провести факторные анализ и выявить как общие, так и специфичные черты представлений различных возрастных, социальных и т.п. групп. Метод позволяет осуществить субъектный подход к исследованию, так как описываются конкретные люди, являющиеся, по мнению респондентов, субъектами определенных качеств (ин-теллектуальности — в работах [15; 18] и, соответственно, в наших работах — нравственности [4; 5; 6; 14; 16]). Получен-ные факторы позволяют также говорить об определенных личностных типах (прототипах), представления о которых распространены в той или иной социальной среде или группе — как образцовых в нравственном отношении.

Однако нас всегда интересовал не социально-психологический, а именно индивидуально-личностный уровень рассмотрения и анализа. И здесь мы воспользовались идеями Рубинштейна о поступке как единице нравственного поведения. Поэтому мы решили включить вопрос-задачу: просьбу рассказать о конкретном поступке лица, доказывающим, что данное лицо действительно является порядочным человеком.

Адаптация методики Азумы и Кашиваги к исследованию прототипа нравственной личности и ее апробация проходила с 1996 года в исследовании, совместном с Л.Л Гренковой [4; 5; 6] и продолжена в недавних работах А А. Шустова и З.И. Серединской. Всего в исследовании приняло участие около 800 человек — школьников, студентов и лиц, кому «за 40». Проходило оно следующим образом.

После этапа сбора описаний «порядочного», сточки зрения реципиентов, человека, были отобраны частотным методом дескрипторы и с ними составлен бланк, построенный по принципу одномодальной шкалы. Анкета была дополнена просьбой описать конкретный поступок и в индивидуальном порядке предъявлялась испытуемым. Заполненные анкеты подвергались затем процедуре факторного анализа, а приведенные примеры — контент-анализу, и, по возможности (если были зафиксированы переформулирования в описаниях) — «микро-семантическому» анализу.

РЕЗУЛЬТАТЫ, в соответствии с применяемыми методами, можно представить в виде нескольких самостоятельных блоков.

1. Качественный анализ сочинений. Явных отказов выполнять задание обнаружено не было, но, скажем так, — недобросовестное его исполнение наблюдалось в группе школьников (включая хулиганские рисунки и шутливые ответы о «Деде Мазае» и бабушках, которым «порядочный человек» кидается уступать место в трамвае, а также явное списывание друг у друга). Все это могло быть показателем некоторой болезненности, «закрытости» от части подростков нравственной темы (которая, по наблюдениям Т.А Флорен-ской, в молодежной среде становится «вытесняемой», почти неприличной ). Но в целом искренний тон многих ответов, жизненная важность затрагиваемых в них вопросов свидетельствовали о том, что тема нравственности («порядочности») — как у школьников, так и у людей достаточно взрослых, вызывает (пока) типичную для российского сознания заинтересованность.

Портрет «порядочного человека» у взрослых и детей, отличаясь в деталях, в самом важном оказался, практически, идентичным: порядочный человек — это тот, кто приходит на помощь в трудную минуту, добрый, честный, ему можно доверять.

Дети, в отличие от взрослых реципиентов, больше внимания уделяли внешним чертам (аккуратный, красиво одетый, с хорошей внешностью).

Если расположить (в порядке убывания) названия качеств, отличающих образцовую нравственную личность, то самыми употребимыми чертами оказываются следующие: умеющий прийти на помощь, добрый, честный, ему можно доверять, уважающий других, вежливый, умный, сдержанный, трудолюбивый, общительный, соблюдающий правила этикета, уступающий место в транспорте, культурный, умеющий держать слово, понимающий ситуацию и человека, жертвующий личными интересами, не способный обидеть, отзывчивый, ответственный… Всего перечень черт, которыми описывают порядочного человека, состоял более чем из трехсот определений. Из них (исходя из частоты упоминания во всех группах) были отобраны 60 и 41 дескриптор соответственно для двух вариантов анкеты (короткую анкету можно обрабатывать с помощью пакета статпрограмм «Stadia»).

Набор требований к порядочному человеку (у школьников) в 75% случаев содержал в себе определение положительных черт, сделанное через отрицание «не»: «не пьет», «не курит», «не ругается матом, но даже такому бедному набору качеств 25% школьников не смогли привести соответствующего положительного примера: «Порядочный человек следит за собой, за своей разговорной речью, не чавкает, не бьет ложкой или вилкой по тарелке, не облизывает свою тарелку, не ругается нецензурными словами, всегда здоровается, перед уходом прощается. Такого человека называют порядочным человеком. Я ТАКИХ ЛЮДЕЙ НЕ ЗНАЮ, поэтому не могу ничего о них сказать» (д., 12 лет).

Всего 37,5% школьников смогли описать в качестве образцового конкретного человека, с которым они встретились в жизни и который произвел на них большое впечатление. Примеры эти обладали исключительной силой воздействия на подростка: «Я считаю порядочным человеком своего футбольного тренера…Владимир Михайлович был честный всегда. Когда мы собирались на Чемпионат России по футболу среди 1984-1985 г., то он наотрез отказался брать старших как подставков. И я думаю, что в этом проявилась его порядочность. Но не только в этом он был порядочным, и во многих других делах он был честный со всеми» (м., 12 лет^.

Но все-таки главные запечатления нравственных образцов начинаются в семье. Они могут определяться реакцией окружающих людей на близкого взрослого: «Я считаю поря-дочным человеком своего дедушку. Он никогда не говорит о людях плохо за глаза, всегда выполняет свои обещания. Он честно трудился и никогда не использовал свое служебное положение в личных целях. Я ЧАСТО СЛУШАЛ, КАК ДРУГИЕ ЛЮДИ С УВАЖЕНИЕМ ГОВОРИЛИ О НЕМ И НАЗЫВАЛИ ЕГО ПОРЯДОЧНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ» (м., 12 лет). Большую роль играют семейные предания: «Когда была война, моя бабушка работала в госпитале, лечила раненых солдат и спасала людей от смерти. Ей приходилось бегать по домам, где ее вызывали. Она работала днями и ночами, и иногда ей приходилось покупать на свои последние деньги лекарства и бинты для других, совершенно незнакомых людей. Вот теперь, когда она уже пожилая, ее все знают и уважают в округе, где она живет. Есть люди, которые сейчас к ней приходят и благодарят за то, что она их вылечила. Она всегда была верна своему мужу, т.е. моему дедушке, до самой его смерти. Она будет жить вечно в памяти других людей» (д., 12 лет).

Дети верно и тонко чувствуют, что окончательную черту под нравственной оценкой всей жизни человека подводит смерть. Разлучая с близкими, это таинство прощания многое высвечивает и делает явным для людских взоров: «После шести лет дедушкиного проживания в С. на его похоронах присутствовало около ста человек, что свидетельствует о его положении среди знакомых с ним людей за столь короткий срокпроживания в этом городе. Конечно, здесь тема далеко не исчерпана, однако уже то, о чем было сказано, можно принять за образец человека, как личности» (м., 14 лет).

Самая печальная нота, прозвучавшая в детских рассказах, заключалась в представлении о том, что нравственность, порядочность — это категории прошлого: порядочные люди, это какие-то другие люди, жившие в прежние времена; порядочным может быть только кто-то из старших (дедушка, бабушка), но ТЕПЕРЬ они не встречаются: «Все люди сейчас погрязли во лжи. Они обманывают как себя, так и других. Хотя пожилых людей можно назвать порядочными… Они выросли в более простое время, когда не было ни лжи, ни обмана…» (д. 14 л.).

Отдельно опишем случай, представляющий то, что можно определить как экспериментальную удачу, как экспериментальный факт.

Именно среди «слабеньких» протоколов (обилие грамматических ошибок, корявые буквы и прочее) встретилось то, что способно пролить свет на нравственную проблему. Даже отказываясь ее обсуждать, даже имея нарушения в нравственной сфере, ребенок способен всею душою отозваться на прямо поставленный вопрос: «что же собою представ-ляет по-настоящему порядочный человек ?» Совесть, этот таинственный внутренний голос, обнаруживает себя в самых, казалось бы, трудных случаях, и ребенок выплескивает на бумагу свое искреннее страдание: «Я еще в своей жизни не встречал порядочного человека и себя я не считаю порядочным человеком, потому что не слушаюсь учительницу, плохо веду себя на перемене» (М., 13 лет). Другой пример (особенно зачеркивания) — явный свидетель внутреннего страдания от такого несоответствия и происходящего буквально «на глазах» потрясения, вызванного прямым вопросом о нравственном образце: «Уменя нет порядочных друзей, я пишу правду. Они все уже что-нибудь совершили плохое. Например, мой друг В….(в скобках густо зачеркнуто). Я тоже, что-нибудь совершал плохое и очень плохое. Например дрался, и даже иногда приносил телесные повреждения, но я (зачеркнуто) ненарочно. Я зделал очень много нехорошего и злово, но я извеняюсь» (орфография сохранена) (м., лет 12-13). Оба протокола позволяют увидеть момент зарождения совестно-го акта: внезапное осознание («я тоже что-нибудь совершил плохое и очень плохое»), отказ от осуждения в своем поступке другого человека (зачеркнуто: «например, мой друг В.,..») и действие — горячее желание исправиться.

Дети, благодаря не утраченной еще искренности, способны к внутренней работе, сензитивны духовности (духовности в прямом смысле слова, т.е. способности к различению духа доброго от злого).

Религиозность — важнейшая черта прежней России, ныне в рассказах школьников в прямой своей форме, почти не представлена. Исключением является описание случая боль-шого потрясения, вызванного смертью любимой бабушки: «Умерла бабушка. Мне было тяже/io перенести утрату. Я очень долго плакала. На похороны пришла моя близкая подруга. Видя мои страдания, она позвала меня в коридор. Поговорила и успокоила меня. Она отвела меня в сторону. Мы с ней проговорили 2 часа. Она мне говорила многое: «Ира, я тебя понимаю, тебе очень тяжело, но пойми, пожалуйста, рано или поздно это должно случиться. Но ведь жизнь на этом не кончается. Тебе еще жить и жить! Со временем эта рана заживет и тебе станет лучше. Пойми, мы не властны над жизнью человека, ибо нам ее дает мать, а забирает Господь. Ничего уже не поделаешь с этим, подружка!»Я, благодаря ей, пережила трудную минуту своей жизни..» (д., 12 лет.)

Но в другой своей форме — в утверждении вечных ценностей христианства, прежде всего любви и милосердия, религиозность растворена как в детских, так и во взрослых протоколах. Дети говорят о своей любви к бабушкам, дедушкам, мамам и папам: «Например, моя бабушка, она в самом деле культурная. Она не обзывала никого, приглашала в гости к столу, угощала сладким, она была добрый, хороший, нужный, честный человек Она была самая красивая. И Я ЕЕ ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ, (д., 13 л.).

При столкновении со злом и несправедливостью ребенок нуждается в помощи взрослых, от которых ожидается восстановление попранной справедливости (вспомните результаты экспериментов под руководством С.Л. Рубинштейна !). Если взрослый справляется со своей задачей, то его поступок надолго запечатлевается в памяти подрастающего человека: «Я ехал на велосипеде по тротуару, а сзади меняехал какой-то мальчик, он ехал за мной, пока не стадо ни кого на улице, а потом он прибавил скорости, и я прибавил ходу, но он в конце концов догнал меня и ударил мне ногой по раме велосипеда, я упал, разбил себе руку и коленку. Я не мог даже встать. А он взял и уехал, даже не посмотрел на меня. Но хорошо, что по дороге шла порядочная женщина. Она помогла мне встать и довела меня до дома, а велосипед довез мальчик, который шел с ней. Я НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ ЭТОТ СЛУЧАЙ И ЭТУ ЖЕНЩИНУ С МАЛЬЧИКОМ» (м., 12 лет).

Нравственный образец — это не перечень конкретных черт, с выбором нравственного эталона неразрывно связан ПОСТУПОК человека, т.е. запоминается (как мы и ожидали) другое лицо в НРАВСТВЕННОМ ДЕЙСТВИИ: «Уменя был случай, когда я сидел за партой в школе со своим лучшим другом и кто-то меня сзади толкнул, я вскочил и сказал, кто это сделал, но никто не ответил и я сел.

А учитель в это время был за дверью и услышал мой громкий голос и зашел в класс. Он спросил, кто это сделал, я уже хотел сказать, что это я крикнул, но мой сосед встал и сказал, что это он крикнул. Он взял вину на себя, и двойку поставили ему, а не мне. Поэтому я считаю, что он порядочный человек» (м., 13 лет).

Исключительность такого случая не стала исключением в наших протоколах, так как именно здесь обнаружилось то общее, что объединяет (пока) детей (школьников) и взрослых (студентов). Самые искренние рассказы связаны как раз с исключительными случаями, которые долго не забываются, оставляя в душе человека большой след. «На одной вечеринке у моих знакомых пропала видеокассета. Заподозрили одну девушку, которая несколько раз без причины выходила из квартиры, а до этого ее уже замечали в привычке уносить чужие вещи. Ей стали угрожать, пугать и т.п. с требованием вернуть. Она отрицала свою вину. Один молодой человек признался, что это сделал он. Он ушел домой, а кассету потом нашли — оказывается, родители дали посмотреть ее соседям» (м., 23 г.).

В рассказах студентов особое место заняло утверждение нравственности, сделанное через отрицание «не» (в более сильном выражении: «нетерпение к…») — нетерпение ко лжи, к беспринципности, взятничеству, подлости, подхалимству,к предательству, не жадный, не обманывает, не мстительный, не сплетничает, не влезает в чужую жизнь, не предаст, не подведет, не унизит другого, не выдаст чужую тайну. Определение через отрицание у взрослых оказалось связано с возможностью доверять описываемому лицу.

Среди приводимых студентами примеров тема «доверие» заняла центральное место: «Ему можно доверить любую тайну и он никому ее не откроет, не бросит в трудную минуту и защитит» (м., 18 л.); «Никогда не участвует в обсуждении чужой жизни, поступков. Можно доверить любую проблему» (ж., 19 л.); «Когда человеку становится известна какая-то соблазнительная информация интимного свойства, например, о чем-то происшедшем внутри какой-то семьи, и он сдержи-бается и не разбалтывает это всем знакомым…» (ж., 20 л.). «Есть вещи, которые он НИКОГДА НЕ СМОЖЕТ СДЕЛА ТЬ, потому что это ПРЕТИТ его внутреннему миру» (м., 18 лет).

Выбирая образ «безусловно порядочного человека» испытуемые подчеркивают в нем те черты, где «образец» НЕ переступает нравственный закон, то есть где у него сохранна «нравственность невинности» [131, или нравственная ЧИСТОТА, внутреннее чувство ГРАНИЦ допустимого в нравственной сфере. На этих-то людей, на их поведение и ориентируются те, кто хочет оставаться нравственным человеком. Размытость внешних границ допустимого (когда вести себя «как все» может означать участие в общем, нрав-ственном падении) делает внутренние границы важными и значимыми не только для самих их «обладателей», но и для многих людей, запечатлевающих их поступки.

Эти поступки, запомнившиеся нашим взрослым испытуемым, говорят о том, что совершенно противоположно словам одного из школьников: «быть порядочным человеком очень хорошо». Образец нравственности, по житейским меркам, это не самый приспособленный к жизни человек: «Женщине понравился женатый мужчина, но вместо того чтобы кокетничать и «уводить», она даже в сторону его не смотрит» (ж., 23 года).

«Он не воровал на заводе, хотя и был начальником» (ж., 24 года).

В общем, если резюмировать кратко, то можно воспользоваться определением одного из школьников; «Порядоч-ность— ЭТО ТАКОЙ ЧЕЛОВЕК…» В представлениях людей, действительно, нравственность существует как некий образец (эталон). Исследование его по описательным характеристикам позволяет обрисовать общую картину нравственных приоритетов в той или иной группе людей. Но описание запечатлевшегося нравственного действия, поступка дает возможность узнать главное, что определяет выбор того или иного лица в качестве образца. В этом действии другой человек становится живым нравственным символом: символом, позволяющим узнавать в поведении, словах и даже облике как других людей, так и себя самого в разные периоды жизни, соответствие или несоответствие нравственным образцам.

По нашему наблюдению, между поколениями в современной российской действительности лежит некая грань, связанная с дефицитом положительных нравственных запе-чатлений. Наше главное и основное богатство — «добрые люди Руси» (слова, принадлежащие одному автору прошлого века) — как бы расходовалось и расходовалось десятилетиями и сейчас слой этот истончился так, что относительно взрослым (студентам) еще удалось увидеть, встретиться с кем-то, кого они могут описать как нравственный образец, а теперешним подросткам сделать это уже труднее (напомним, что всего одна треть школьников смогла указать такое конкретное лицо). Сетования детей на то, что «нравствен-ность» — это то, что было в прошлом, во времена дедушек и бабушек, имеют под собою и реальные основания.

Факторный анализ, скорее, позволил обозначить проблему. Его результаты нуждаются в дополнительных проверках и уточнениях и все же представляют определенный интерес.

Подростки 13 лет (Смоленск) показали довольно гладкую и в целом позитивную картину. Выделились факторы — решения проблем (может дать совет, отзывчивый, аккуратный, доброжелательный, ответственный); доверия (не предаст друга, настоящий друг, не выдаст чужую тайну, не нарушит данное им слово, безотказный, ему можно доверять, справедливый); когаитивЕЮ-культурный (эрудированный, начитанный, умный, рассудительный, уважающий других людей, честный, независимый, культурный); коммуникативный (с чувством юмора, общительный, хорошо одевается, веселый, не жадный) и социальной поддержки (щедрый, не сплетничает,пунктуальный, безотказный). Ни в один фактор не вошли любовь к Родине, уважение к старшим, уважение к законам. В целом картина неожиданно благополучная, может быть, объяснимая тем, что это не московские, а смоленские дета.

Старшеклассников удалось уже сравнить, как московских, так и смоленских. Создалось впечатление, что 16-летние смоляне находятся в начале того пути разрушения традиционных для нашей культуры идеалов, по которому 16-летние москвичи прошли на шаг или два дальше.

У смоленских старшеклассников выделились факторы: самоконтроля и культуры поведения (аккуратный, пунктуальный, ответственный, не нарушает закон, соблюдает правила этикета, культурный); доверия ровесникам и отрицания «взрослых» ценностей (в него вошли: с положительным весом — не предаст друга, общительный, с чувством юмора, с отрицательным — любит Родину, скромный, не курит, не сквернословит); доброжелательности и уважения к старшим (добрый, уважает старших, безотказный); культурно-когнитивный (интеллигентный, образованный, начитанный, воспитанный) и доверия (не нарушает данного им слова, не выдаст тайну, щедрый, рассудительный).

У московских школьников (тот же возраст и гендерный состав) выделились факторы: культуры поведения (культурный, аккуратный, соблюдает правила этикета, уважает старших, интеллигентный, хорошо одевается, воспитанный); доверия (безотказный, не врет, добрый, не выдаст чужую тайну, ответственный); неприятия ценностей школы (с отрицательным весом — образованный, начитанный, умный, может дать совет, интеллигентный) и фактор, который условно можно назвать «скупой и мрачный» (с положительным весом — бережливый, с отрицательным — с чувством юмора, общительный, волевой); добропорядочности (добросовестный, пунктуальный, не предаст друга, волевой, трудолюбивый) и верности (не нарушает данное им слово, любит Родину, смелый).

Как видно, у старшеклассников из Москвы и Смоленска, наряду с общим для всех социальных и возрастных групп утверждением интеллигентности, культуры поведения, по-является и отрицание взрослых ценностей, но у московских школьников оно сильнее и затрагивает практически все цен-ности, прививаемые школой и образованием — ум, интел-лигентность и саму образованность.

Студенты (смоленские) показали в целом более благополучную картину, но, как оказалось, она несколько зависела от избранной специальности: студенты-юристы больше ориентированы на ум, доверие и ответственность, а студенты-пси-хологи — на воспитанность, образованность, независимость, также доверие и общительность. При этом у них наблюдается образование фактора, условно названного возвращением к прежним идеалам, в который вошли; не ворует; добрый; не злой; верит в Бога; доброжелательный; может простить.

Аналогичный фактор выделился у взрослых москвичей (лица в возрасте от 38 до 52 лет, принадлежащие к довольно однородной и в социальном плане относительно успешной группе). Остановимся на этом подробнее. Выделились следующие факторы: 1) когнитивно-коммуникативный (дисперсия 17,3%); умный, общительный, гордый, волевой, начитанный, смелый, хорошо одевается; 2) потери идеала (11,4%) — все с отрицательным весом: не предаст друга, щедрый, не выдаст чужую тайну, не нарушает закон, не ворует, честный; 3) культуры поведения (8,8%): воспитанный, скромный, тактичный, культурный, интеллигентный, соблюдает правила этикета, рассудительный, с чувством юмора; 4) возвращения к прежним идеалам (7,9%); уважает старших, не сквернословит, верит в Бога, не врет; 5) фактор поддержки (6,4%); уважает других людей, не сплетничает; 6) социальной ответственности (5,2%): любит Родину, ответственный, трудолюбивый, аккуратный.

Следует отметить, что кроме общих со школьниками и со студентами уважения к уму, образованности и интеллигентности, отмечается имплицитное отрицание качеств, связанных с соблюдением закона, доверием и честностью и, как другой полюс, имплицитное утверждение ценностей прошлого (уважение к старшим, отказ от «идиоматических выражений» и лжи, вера в Бога). Нам представляется, что системообразующим и для студентов, и для тех, кому «за 40», в обретении прежних идеалов является возвращение к вере — реальному основанию нравственности в России на протяжении многих веков. Однако данное наблюдение нуждается в дальнейших проверках и новых исследованиях,Результаты контент-анализа описаний конкретных поступков лицами зрелого возраста показали, что в них есть своя специфичность и в целом они подтверждают картину, полученную в результате факторного анализа — но только с его позитивной стороны.

Ведущие темы в поступках: помощь — готов оказать бескорыстно, безвозмездно помощь, поддержит в трудной ситуации, умеет прощать; забота — о престарелых родителях, о чужих детях, о своих друзьях, о животных; защита — от нападения, умение взять ответственность на себя, защита интересов фирмы, способность поступиться своим личным благополучием.

Конкретные примеры говорят о том, как трудно в наше время дается соблюдение нравственного закона. Так, 40-лет-ний мужчина описывает поступок 55-летнего коллеги, который, несмотря на угрозу увольнения и в конечном итоге само увольнение, отстаивал свою точку зрения, не пошел на сделку с совестью.

Тема совести, которая нас особенно интересовала на протяжении всех этапов исследования, о котором идет речь в настоящей статье, неожиданно всплыла в результатах стандартной обработки выполнения рисуночного теста «дерево» (по ), который давался только испытуемым зрелой возрастной группы. Именно в рисунках 40-50-летних мужчин на первое место выделились признаки и детали, свидетельствующие о внутреннем конфликте и страдании, а на второе — потребность в идеале.

Если сопоставить результаты факторного анализа, описания конкретных примеров и результаты рисуночного теста, то можно сделать предположение, что необходимость нарушения закона, связанная с успешностью работы, может приводить к внутреннему конфликту и страданию.

Формулируя наши выводы, хотелось бы подчеркнуть, что исследование ставит и обозначает проблемы, связанные с нравственным становлением человека в современных условиях нашей российской действительности. Ключом в понимании их являются положения С.Л. Рубинштейна об особенностях нравственного становления в переломные моменты истории народа, о роли выбора личности, осуществляемого как результат имманентной работы сознания — либо(как альтернатива), бездумного подчинения изменившимся обстоятельствам.

Нам представляется, что одним из результатов настоящего исследования может быть вьщеление на имплицитном уровне этих двух альтернатив. Выбор происходит между утверждением и отрицанием нравственного идеала. В первом случае (утверждения) возвращается, наряду с верой, ценность уважения к старшим, к закону («не ворует», «не сквернословит»), правдивости, искренности, доброжелательности и способности простить другого человека. Во втором случае (отрицания) начинает формироваться антиидеал (где все перечисленное выше (доверие, доброта, уважение к закону) отрицается.

Интеллигентность в типично российском расширительном понимании этого слова (см. также ) пока еше продолжает занимать ведущее место в нравственных представлениях, но уже не во всех возрастных группах. Те, кто родились и воспитывались в период «второй капиталистической революции» нуждаются в особом внимании и помощи со стороны взрослых. Основной и самый эффективный вид такой помощи — это пример и поступок.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
ПЛАНЫ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ В СРАВНЕНИИ С ПЛАНАМИ ПАССИВНОГО ОБСЕРВАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
РАЗРАБОТКА ИССЛЕДОВАНИЙ НА ОСНОВЕ ДРУГИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
ПЛАНИРОВАНИЕ ИССЛЕДОВАНИЙ.
Этапы исследования
ИССЛЕДОВАНИЕ АКМЕОЛОГИЧЕСКОЕ
КОЛИЧЕСТВЕННОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
СТРАСТЬ К ИССЛЕДОВАНИЮ
ПИЛОТАЖНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
АРХИВНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
АПРОБАЦИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ.
ЭТАПЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.
Добавить комментарий