Коммуникативный мир как первичная экзистенциальная реальность жизни личности

Коммуникативный мир личности можно представить как созвездие разноуровневых коммуникативных отношений, каждое из которых может быть развернуто в качестве специфического коммуникативного пространства, модель которого рассмотрена выше. Легко представить, что в современной культуре подавляющее большинство наиболее важных коммуникативных процессов «упаковано» в личностные коммуникативные отношения, а случайные коммуникации, не ведущие к развитию отношений, образуют скорее диффузный фон жизни личности.

Следовательно, коммуникативный мир личности образуется как констелляция коммуникативных пространств, в которых личность стремится к оптимальной самореализации собственной уникальности и ау тентичности. Из сказанного следует, что не только глубинная, но даже поверхностная функциональная композиция К-мира не является очевидной не только для внешнего наблюдателя, но и для самого субъекта этого мира, что подтверждают наши многократные исследования (Кабрин, 1992). Поэтому желательна хотя бы условная экспликация того, как мог бы выглядеть коммуникативный мир конкретной личности.

Оттолкнемся от обыденной модели: «Скажи, кто твои друзья, и я скажу, кто ты». Без труда можно понять, что на самом деле она нуждается в существенном углублении: «Скажи, как ты относишься к своим друзьям, а также как они относятся к тебе, тогда, может быть, я и скажу, кто ты». Существенными в К-мире личности являются социосеманти-ческие и психосемантические характеристики и особенности её смыс-лотворчества как субъекта К-мира. Функциональный аспект может быть представлен достаточно просто, но требует внимательного погружения в потенциальные возможности всех типов отношений в К-мире.

Если мы не боимся и хотим, то хорошо чувствуем, что на самом деле происходит под тем или сверх того, что мы для себя или для другого уже назвали «контактом», «встречей», «беседой», «дискуссией», «отношением» с определенными характеристиками-маркерами. И если мы поймем, что почти все, называемое нами общением, коммуникацией, — лишь полезный культурный (или личный) «миф», нам захочется заглянуть за него как за ширму, за которой — сама жизнь (т.е. миф более высокого порядка).

Просто вспомним: (я, он) мы считаем, что мы (уже) еще «в контакте», а на самом деле (еще) — уже нет;

(мы, он) я считаю, что продолжаю придерживаться «определенной» дистанции в общении, а на самом деле — уже нет;

(я, мы) он думает, что продолжает поддерживать разговор на ту же тему, а на самом деле — уже нет;

(я, он) мы продолжаем пытаться думать, что у нас прежние отношения, а на самом деле — уже нет.

Множество таких со-бытий бесконечно, ибо это и есть сама жизнь, т.е. постоянное само-перерастание, самопреодоление себя прежнего, ежемоментное пере-живание со-бытий и самого себя, до неузнаваемости, при сохранении сути себя (Роджерс, 1994).

Через цепи причудливых метаморфоз, меняющих структуры и функции до неузнаваемости, сохраняется и неукоснительно передается, транспонируется главное, что было уже в гене, клетке, семени, зародыше, — жизненно значимая информация, которая до бесконечности транс-формативна. Сама жизнь — это такой транзитный процесс, в котором фиксация (дистанции, темы, позиции, роли, знака, отношения) равносильна «паузе». Так слабый сочный стебель прорастает сквозь камень, раскалывая его, из клетки рождается организм, из кокона — бабочка, из семени -пышное дерево.

Учитывая все перечисленные признаки жизненного процесса общения как развития, как пере-живания многообразного информационного транзита и трансформации, метаморфоз и трансмутаций событий, я попытался охватить его понятием транскоммуникация — ТК (Кабрин, 1992).

Несмотря на то, что транскоммуникация проявляется в важнейших и ярчайших событиях жизни, она остается трудноуловимой и неосознаваемой. Приведенные выше примеры метаморфоз жизни — это весьма сложные ТК-события. Еще более сложными ТК-событиями будут рождение и смерть как глобальные кризисы «жизни в теле» и «жизни в духе». Все это — единый диахронический транскоммуникативный процесс, который делает человека аутентичным, самоидентичным, т.е. интегрированным и цельным «сквозь время» и сквозь все метаморфозы от семени до зрелости, до увядания (Гроф, 1992; Налимов, 1989, 1995). Но каким образом умножающиеся в метаморфозах жизненного процесса разнопорядковые системы-миры организма-индивида сохраняют и развивают сообщае-мость «по вертикали»?

У человека может быть прослежено такое состояние, когда клетки синтонны органу, орган функционирует синтонно общему состоянию организма, а организм синтонен жизненной позиции. При этом разнопорядковые «К-миры» человека не механически, а символически репрезентируют друг друга, т.е. развертывающаяся сложная иерархия жизни не механистична, а транскоммуникабельна. К. Роджерс назвал бы такое состояние человека конгруэнтным (Роджерс, 1997). Я бы добавил, что такой человек не просто открыт общению с другим, но и транскоммуникабелен в отношении его как другого, инакового. Этот анализ подводит к предварительному, но важному обобщению: Транскоммуникация — это процесс общения между инаковыми и разнопорядковыми субъектами интра- и интерперсональных К-миров; это сверхдинамичный смыслообразующий процесс гармонизации разноуровневых миров человека, открывающий в нем смысловое единство микро- и макрокосмоса.

Репрезентативное подобие существ — это теоретически возможное коммуникативное со-бытие, практически же чрезвычайно маловероятное, пусть даже для лиц с внешне сходными признаками пола, возраста, культуры и профессиональной принадлежности (Мей, 1994; Франкл,

1990).

Но именно этот идеальный («невозможный») вариант имплицитно присутствует в обычном (иллюзорном) понимании коммуникации как общения себе подобных. Поэтому считается, что коммуникация тем лучше, чем определеннее (фиксированнее) дистанции, позиции, роли, темы, языки и контексты и т.д.

Реальное же человеческое общение как транскоммуникация переживается (но редко осознается) в ежемоментных трансценденциях за пределы всех вышеуказанных «определенностей».

Рассмотрим более конкретно некоторые удивительно простые и таинственные ТК-события: вспомним пушкинское: «и жизнь, и слезы, и любовь». Речь идет о вечно свежем лекарстве от вышеобозначенной «нормальной коммуникации», неизбежно рождающей или автоматический, обезличенный транс, или дистресс, который заявляет о себе в странных чувствах скуки, опустошенности, одиночества. «Нормальные» в нашей культуре способы избавления от него печально известны, а хотелось бы вернуть «пушкинское средство».

Транскоммуникативные события просты и мудры, как все тайны жизни. Вспомним навернувшиеся на глаза слезы при переживании духовной драмы, или духовного просветления, или любви. Физиологический отклик желез, клеток, реализующих функцию физиологического очищения, становится точным и адекватным Символом (метафорой) духовного очищения. Возникшая в этот момент синтонность, транскоммуникация между «клеточным» и «духовным» мирами человека и рождает уникальный для индивидуальности ТК-смысл, который «говорит» о духовном здоровье, «выражает» конгруэнтность и аутентичность личности в духовной ТК-ситуации. Нетрудно представить, сколько жизненных миров объединяются во внутренне и взаимно синтонные состояния синхрони-стичности при зачатии по любви, которой благоволят небеса.

Научному анализу уже доступен весьма широкий спектр синхрони-заций: ген — клетка — орган — организм — индивид — личность — социум — культура…. Можно ли предполагать пределы универсума ТК-синхронистичности?

Рассмотренные ранее характеристики, признаки, типы ТК-событий не дают нам возможности, оставаясь в пределах общенаучной парадигмы, ни констатировать, ни даже предполагать начало, источник и конец ТК-процесса. Можно лишь предполагать, что базисные ТК-проявления в нашем мире должны быть связаны с наиболее фундаментальными его атрибутами — Энергией, Информацией, Пространством, Временем. А поскольку фундаментальные загадки-парадоксы-тайны души заявляют о себе именно по этим координатам нашего мира, то их можно рассматривать и в качестве основных векторов-лучей проявления ее транскоммуникабельности, по которым собственно и осуществляется личностное развитие. При благоприятных условиях оно осуществляется как спонтанный рост личности.

Решая проблему транскоммуникативного роста личности, необходимо рассмотреть коммуникативный процесс на метауровне (психологический универсум в целом), макроуровне (транскоммуникативные миры психологического универсума личности) и микроуровне («стресс-трансформация» переживания, обеспечивающая личностный рост).

На метауровне речь идет о следующих парадоксальных или транскоммуникативных качествах душевной жизни в целом (обозначенных в более широком контексте в первой главе):

A. Первичная реализация психической энергии (желания, образа) в
любой человеческой акции, например, в «идеомоторном акте», «внушен-
ном ожоге» и т.п., условно может быть обозначена как нисходящий луч
или нисходящая транскоммуникация (НТК).

B. Сокровенность (скрытость, латентность, «невидимость», не-
доступность, недосягаемость) психической информации (представле-
ний, впечатлений) относительно внешнего, объективного наблюдения
(т.е. восприятия физической информации) — в этом смысл импрессив-
ного луча или импрессивной транскоммуникации (ИТК). При этом осу-
ществляется символическая субъективизация опыта, как основа внутрен-
него мира личности.

C. Сверхмерность (проективность, безразмерность, n-мерность)
пространственных качеств психики обнаруживается в психологическом
пространстве личности, т.е. во внутренней душевной динамике мыслей,
образов, чувств; и это можно назвать экспансивным (экстенсивным) лу-
чом или экстенсивной транскоммуникацией (ЭТК).

D. Сверхвременность душевной жизни человека подтверждает
преодоление границ, свободное перемещение и синтез в прошлом-
настоящем-будущем, связь апперцепций и антиципаций, ведущая к оза-
рению, просветлению, вдохновению, и этот аспект можно обозначить
как восходящий луч или восходящую транскоммуникацию (ВТК).

Общность этих ТК-лучей — в проявлении душевной свободы человека относительно фундаментальных определенностей (ограничений) физического мира: энергии, информации, пространственности, временности. Отсюда понятно, почему эти A—B—C—D векторы-потенциалы нашей души или парадоксальны, или трансцендентальны, и почему она (к сожалению или к счастью) призвана оставаться Метафорой-Символом, как и любые другие проявления сверхмира в мире более простом.

В координатах этого ТК-пространства существенно меняется представление о природе психического и сущности жизни. Как только мы понимаем, что результат транскоммуникации — это трансляция и транспонирование одной коммуникативной ситуации в другую, одного коммуникативного мира в другой с одновременным их взаимопреображением и сохранением каждого в контексте другого, мы можем понять, что основные «странности» или сущностные свойства душевной жизни связаны именно с ее транскоммуникабельностью. Так, например, душевное переживание (образ, чувство, желание…), вызывая существенные физиологические сдвиги в организме, не растворяется в них, а остается образом, чувством; а физиологические изменения, оставаясь таковыми, одновременно преображаются в символы этих душевных переживаний. Таким образом, речь идет о транскоммуникативном альянсе как наиболее деликатном, ибо при всем их единстве душевное и органическое измерения жизни сохраняют свою закономерную автономию. Поэтому, преображаясь, человек остается тем же.

Мы получаем, следовательно, возможность видеть биосоциальное, биокультурное и биодуховное единство жизни, не путая и не смешивая одно с другим. Транскоммуникативное видение жизни, по сравнению с «уплощенным» органическим или даже социокультурным, оказывается «стереоскопичным» и «холодинамическим», но не только. Все «таинственные», а по существу они же наиболее важные, выдающиеся события жизни человека, — начиная с тех, которые вызывают смех и слезы, и, восходя к таким, как любовь, рождение, смерть, — оказываются классическими выражениями, символами транскоммуникативных событий.

Выявление единой транскоммуникативной природы духовной культуры, социальных и натуральных качеств психики человека дает возможность содействовать развитию психологического универсума человека как биокультурной целостности.

Таким образом, ТК-фактор, заключающийся в сообщаемости и вза-имопрезентированности разнопорядковых, «инаковых» миров в человеке (от геномного до духовного) и в социуме (личность-группа-этнос…), проявляется в метаморфозах природы и метафорах культуры, а также в универсальных формах синтоний и синхроний универсума, показывая тем самым смыслообразующее единство культурного и природного творчества.

Поэтому наиболее парадоксальные свойства психики относительно базисных измерений физического мира — энергии, информации, пространства, времени — оказываются смыслотворческими проявлениями ее транскоммуникабельности относительно и более сложных, и более простых миров.

Отсюда и единая на макроуровне структура ТК-миров психологического универсума личности, в которой каждый ТК-луч образует специфический «мир души» и каждый мир образован всеми ТК-лучами.

A. Нисходящий луч транскоммуникации души (НТК) образует биоду-
ховную целостность человека. Так, Слезы, становясь реальным правди-
вым символом Духовной драмы в человеческом катарсисе, олицетворяют
позитивный аспект НТК, так же как «внушенный ожог», «внушенные
язвы» и другие психосоматические осложнения открывают ее негативный
аспект. Здесь существен универсальный момент первичной символиза-
ции психической энергии душевного движения в физическом проявлении
(как в идеомоторном акте). Это основа «первого» катарктического мира
«Радикальной психики».

B. Импрессивный луч душевной транскоммуникации (ИТК) образует
объектно-субъектную целостность человека. В период становления пси-
хологии как естественнонаучной дисциплины психологи, может быть,
слишком упорно были ориентированы на исследование способностей
души, уподобляться простым свойствам физического или социального
мира. Но сейчас уже для многих внутренне очевидны значительно более
тонкие ее качества и соответствия более тонким аспектам мира в наших
сокровенных мыслях, идеях, впечатлениях, чувствах, переживаниях са-
мих по себе. Отражаемые в них объекты становятся уже не физически-
ми, самодостаточными источниками-причинами, а символами-шифрами
сверхсложного целого, сокровенная сопричастность которому оказыва-
ется еще более существенным атрибутом душевных переживаний. Это
основа мира функциональной психики, ориентирующей в среде и регули-
рующей поведение.

C. Экспрессивный луч душевной транскоммуникации (ЭТК) обра-
зует творческий потенциал и психологическую культуру человека в эле-
ментарных и высших своих проявлениях, связанную с ориентировкой
в динамике масштабов переживаний, в которые вовлечен и которыми
по существу живет человек. Их безграничность и гипермерность в от-
ношении физического масштаба существования задает амбивалентную
транскоммуникативную перспективу личностной самореализации и са-
мотрансценденции человека.

Это основа мира субъективной психологии
«персонификаций» и «отношений», образующих собственно менталь-
ную сферу личности.

D. Восходящий луч душевной транскоммуникации (ВТК), преодо-
левая фатальные ограничения и качества физического времени, делает
актуальным единство апперцепций и антиципаций и перспективными
свершающиеся достижения души, наиболее ярко заявляющие о себе во
вспышках интуиции, предвосхищениях, инсайтах. Это основа психоло-
гического мира трансцендирующих доктрин жизни человека и космоса, духовного, мировоззренческого уровня души.

Главное, что соединяет эти транскоммуникативные миры личности в органичное целое, — это ее осознанная свобода в отношении мира физического и потенциально осознаваемая ответственность-отзывчивость в отношении более сложных миров. Это две стороны единого интегрального качества души — ее транскоммуникабельности.

Транскоммуникабельность души делает естественным духовно-душевно-телесное единство человека и его открытость как миру мистического сверхсознания, так и миру коллективного бессознательного в трансцендентальном, символическом, психосемантическом процессах (Что такое просветление, 1996; Юнг, 1996). Между этими маргинальными мирами психологический универсум человека достаточно определенно просматривается как многомерная психосемантическая синергия выше означенных транскоммуникативных миров (Кабрин, 1995а). Именно личность является той центральной ТК-инстанцией и символом, которая реализует эту синергию.

Субъективные состояния и переживания, сознаваемые личностью в себе, чувствуемые и осознаваемые в других, так или иначе структурированы по базовым ТК-лучам: НТК—ИТК—ЭТК—ВТК. Актуализация этих лучей задает специфическую структуру и динамику душевной жизни. В свою очередь, соответствующие особенности субъективных переживаний могут быть использованы в качестве ключей-дешифраторов структуры ТК-процесса и ТК-потенциала личности.

Здесь предложена концептуальная схема анализа, раскрывающая транскоммуникативную природу единого духовно-душевно-телесного переживания как «кванта» личностного развития.

Транскоммуникация как смыслотворческий процесс на уровне личности имеет, по сути, ментальную форму существования и в результате образует ментальное пространство и ее коммуникативного мира. Любое личностное транскоммуникативное переживание содержит «отзеркалива-ние» ситуации и чувства «Я». К-стресс содержит переживание экзистенциальной тревоги, а К-транс — переживание экзистенциальной решимости в определенных смысловых контекстах переживаемой К-ситуации.

Суть гипотезы в том, что ТК-фактор, реализующий новый смыс-лообразующий синтез во внутреннем и трансперсональном пространстве личности, представляет собой холодинамический цикл, развертывающийся как «Стресс-Транс-формация». Предполагается, что Стресс и

Транс являются первичными, базисными, универсальными компонентами целостной динамики душевной жизни: переживания — переосмысления — преображения. Несмотря на то, что по проблемам стресса и транса существует очень разноречивая и противоречивая литература, я нахожу все больше подтверждений представляемой здесь модели.

Благодаря работам Г. Селье (1979,1996) стресс на физиологическом и психофизиологическом уровне трактуется как первичная, естественная и «неспецифическая» (универсальная) реакция индивидуума на внешние и внутренние изменения в жизненном процессе.

Большинство проведенных исследований (Китаев-Смык, 1983) касались негативных последствий стресса, связанных с трудностями адаптации, истощением ресурсов организма и личности, возникновением разнообразных нарушений и болезней.

При этом оказывалась на втором плане первичная, жизненная функция стресса — мобилизация возможностей в направлении активной переадаптации или трансформации жизненного процесса в соответствии с воспринятыми изменениями. В результате в центре внимания преимущественно оказывается негативная физиологическая и социально-психологическая симптоматика (тревога, негативные эмоции, нарушения сна, питания, контактов и т.п.). Поэтому в практической психологии и психотерапии в основном разработаны методы борьбы, сопротивления, преодоления и избегания всего, что связано со стрессом, который фактически сводится к дистрессу.

В контексте нашей гипотезы важнее, однако, вернуться к исходным идеям Г. Селье, который продемонстрировал именно холистическое видение специфики стресса как целостной и жизненно значимой сверхактивности, ориентированной на эффективное переживание изменений (нового!). В этом смысле успешная, плодотворная, полноценная жизнь — это жизнь в эустрессе, т.е. стрессе приятном, позитивном, полезном. Поэтому нужна не борьба на уничтожение или преодоление стресса, а поиск его глубинного позитивного смысла и эффекта.

И смысл этот оказывается удивительно простым и неожиданным. Достаточно вспомнить переживания после прыжка в воду или с парашютом, холодного душа, восхождения на вершину… и как относятся к этому «практически здоровые» люди.

Организм и личность едины в потребности мобилизации на обновление. И хотя Г. Селье, следуя концепции К. Бернара, видел в этом преимущественно гомеостатический смысл, многие психологи увидели в этой активности еще более важную антигомеостатическую ориентацию на самоактуализацию и саморазвитие (Г. Олпорт; А. Маслоу), трансценди-рование и самотрансценденцию (К.Г. Юнг; В. Франкл), «сверхнормативную, надситуативную активность», риск, интеллектуальную инициативу, креативность и т.п. (Р.С. Немов, В.А. Петровский, Д.Б. Богоявленская). В очень разнообразной феноменологии эустресса я бы выделил универсальный вектор: Актуализация — Любопытство. Эволюционная глубина и культурная перспектива этого вектора общеизвестны в сравнительной психологии.

Существенно, что у человека психологический ряд: любопытство-удивление-опасение-тревога-испуг-страх — весьма проницаем, подвижен и часто слабодифференцирован. Поэтому остается актуальной проблема защиты от дистресса, которая эффективнее всего решается позитивной «Транс-формацией» энергии стресса.

Ключевым моментом в гипотезе о ТК-факторе является понимание душевного переживания как инверсии, точнее, цикличной реверсии: Стресс<->Транс.

Интересно, что очень многие методы «борьбы» со стрессом базируются на технологиях «наведения» искусственного гипнотического транса (Бендлер, Гриндер, 1995; Психотерапевтическая энциклопедия, 1998).

Сегодня психологи уже хорошо осознают, что транс не менее естественное проявление жизни и переживаний индивида, нежели стресс (Ги-лиген, 1997; Уилбер, 1996). Но в прошлые десятилетия и столетия транс в основном связывали с наведенным гипнотическим состоянием или особым состоянием, вызванным ритуальными церемониями или/и психоделическими средствами (шаманские, жреческие и другие культовые традиции).

Во всех этих случаях транс ассоциировался преимущественно также и с аномальными проявлениями — автоматизм, потеря ориентировки и самоконтроля, галлюцинации, различные болезненные проявления. Естественно, подобные представления рождают или страх и негативное отношение к трансовым состояниям, или компенсаторное аддиктивное их принятие. Однако в основе Транса, как и стресса, лежит естественная жизненная способность — расширение, раскрытие границ восприимчивости (эмпатия, импритинг) и переживаний (экстаз, инсайт, катарсис).

Ст. Гиллиген суммирует понимание транса как специфического естественного состояния души и/или сознания в следующих характеристиках:

— «Естественное переживание, феноменологически аналогичное другим психологическим переживаниям…

— Первичный способ обработки информации (т.е. менее критичный и оборонительный и более образно-ориентированный)…

— Спонтанная идиодинамика с парадоксальной логикой «оба/и» («это и то», «внутри и вне», «здесь и там», «часть и целое»…)…

— Ритмичность, текучесть, полифункциональность, трансситуатив-ность и транскультурность…

— Фундаментальные процессы, порождающие психологический опыт (смыслообразование, регрессия, прогрессия, гипермнезия, амнезия, воображение…)…

— Усиленные проявления нормальных бессознательных процессов…

— Поглощенность переживаниями…

— Самопроявление, не требующее усилий…

— Переживаемое, неконцептуальное участие…

— Готовность экспериментировать с открывающимися новыми ресурсами…

— Гибкость пространственно-временных отношений…

— Обострение всех чувств…

— Динамизм степени вовлеченности…

— Моторно-вербальная заторможенность…

— Метафорическая обработка информации…

— Автономизация психологического времени (вплоть до исчезновения)…» (Гиллиген, 1997. С. 54-75).

Здесь речь идет об универсальных качествах транса, характерных для всего спектра многообразных измененных состояний сознания, представленных в других работах (Уилбер, 1996; Что такое просветление,

1996).

При этом существенно, что, как и в «векторе стресса», в «векторе транса» (расширение-раскрытие границ переживания — поглощенность переживанием — реориентация-дезориентация в пространстве-времени внешнего и внутреннего мира — снятие самоконтроля — спонтанный автоматизм — невменяемость) процессы взаимно проницаемы и слабодиф-ференцированы, что также порождает опасность психических нарушений. Интересно, что наиболее простым противоядием будет рациональная «стресс-терапия» в духе «борьбы с аддикциями». Таким образом, в крайних аномальных положениях «маятника комплементарных состояний» Транс<->Стресс, можно сказать, что патологический стресс пытаются лечить трансом, а аномальный транс — эустрессом.

Следующий аспект гипотезы ТК-фактора заключается в том, что общим признаком аномальности этих полярных состояний является потеря коммуникабельности как смыслообразующего отношения к миру и к себе (невменяемость как без-отчетность и без-ответственность в коммуникативном смысле). Следовательно, в нормальном диапазоне коммуникативный стресс и коммуникативный транс образуют гармоничный холодина-мический ТК-фактор, в котором взаимоотношения К-стресса и К-транса лучше всего раскрываются общеизвестной древневосточной метафорой-символом «Инь-Ян». Являясь универсальным, ТК-фактор, вероятно, определяет особенность холодинамики каждого уровня (ТК-мира) психологического универсума личности, рассмотренного выше.

В комплексном лонгитюдном исследовании коммуникативных миров студентов этому допущению получено существенное подтверждение. Факторный анализ динамики К-мира личности в трехлетний период обнаружил два универсальных сквозных фактора, которые оказалось возможным интерпретировать как (1) фактор К-транса, ответственного, собственно, за личностный рост, и (2) фактор К-стресса, ответственный за сохранность личностной определенности (Кабрин, 1992). Поэтому есть основания эту разрозненно, диффузно и эклектически очерченную в литературе феноменологию стресса и транса и на микроуровне представить в ранее рассмотренном холодинамическом пространстве лучей транскоммуникации.

Сделать это нетрудно, поскольку большинство исследователей и практиков, работающих с трансовыми и стрессовыми состояниями человека, в своих описаниях в той или иной мере указывают и на «нисходящую» (психофизиологическую, психосоматическую, нейропсихическую, катарктическую и т.п.), и на импрессивную («завороженность», замирание, ориентировочный рефлекс, эмпатия, поглощенность впечатлением, импритинг), и на экстенсивную (демонстративность, экспрессия, гиперактивность, гипердинамия, энтузиазм, экспансия, экстаз), и на восходящую (душевный подъем, эйфория, гордость, тщеславие, вдохновение, прозрение, окрыленность, провидение, ясновидение, просветление, ин-сайт и т.п.) составляющие.

Выбирая ключевые слова-символы, я хотел бы сохранить и культурно-историческую ретроспективу (ведь речь идет о базовых вечных качествах души), и уже заявленную возможность научной репрезентации. Этим условиям удовлетворяют следующие достаточно известные понятия: для НТК — Катарсис, для ИТК — Импринтинг, для ЭТК — Экстенсия, для ВТК — Инсайт.

Сохраняя общепринятые во многом метафорические значения этих слов и привнося в них транскоммуникативную интерпретацию и семантику, так же рефлексивно-метафорическую по сути, получаем концептуально-метафорические конструкты в качестве инструментов исследования (контент-анализ) и моделей тренинга. Указанные типы переживаний несут специфический смысл, конгруэнтны соответствующим невербальным поведенческим паттернам, содействуют самоактуализации и самотрансценденции, т.е. личностному росту, если их внутренняя холодинамика осуществляется как стресс-транс-формация, т.е. как ТК-фактор.

Если неадекватный, дисгармоничный, аномальный транс обозначить как «дистранс» аналогично дистрессу, обладающему этими же характеристиками, то оппозицию ТК-переживаниям, воплощающим личностный рост, составят дисгармоничные переживания по типу дистресса или дистранса по каждому ТК-лучу:

A. Катарсису (гармония очищения в адекватных ситуациях, эмоци-
ях, смехе, слезах) противостоит регрессия, как редукция, примитивиза-
ция переживания и поведения, ведущая к потере адекватного контакта с
актуальной ситуацией.

B. Импринтингу (освежающие впечатления, помогающие глубже по-
чувствовать ситуацию, партнера) противостоит гипнотическая или стрес-
согенная фиксация на переживаниях и объектах, выключающая адекват-
ное восприятие динамики ситуации и контакта.

C. Экстенсии (сверхнормативная вовлеченность в действие, позво-
ляющая раскрепостить внутренние ресурсы, «выразить невыразимое»,
«превзойти себя», стать понятнее партнерам) противостоит демонстра-
тивность, истероидность, вычурность, ведущая к психопатической не-
адекватности или автоматическому конформизму.

D. Инсайту (вдохновение, озарение, просветленная мудрость) про-
тивостоят прожектерство, претенциозность, синдром перфекционизма.

Таким образом, ТК-фактор личностного роста показывает холодина-мику жизненных процессов более высокого порядка — известная поляризация «транс-стресс» сменяется холодинамикой гештальта переживания: К-стресс — К-транс//дистресс — дистранс.

По вышеназванным признакам может проводиться исследование доминирования или транскоммуникативных (развивающих) или компенсаторно-регрессивных тенденций в общении (дистресс-дистранс). Опыт пилотажного исследования поведения и переживаний студентов в ТК-ситуациях показывает, что на уровне экспертных оценок респондентов-наблюдателей и контент-анализа видеозаписи эта главная поляризация достаточно различима. Более того, углубленный анализ вербально-невербальных гармоний и дисгармоний личности в ТК-ситуации позволяет с помощью видеозаписи уловить и тонкие «Стресс-Транс-формации» в качестве «квантов» ТК-процесса как личностного роста в конкретной транскоммуникативной ситуации.

Итак, система идей, концепций, моделей, модельных качеств и их эмпирических признаков, представленных в контексте макрофеноменологии коммуникативного мира личности, имеет и самостоятельное, и эвристическое значение в развитии понимания коммуникативной сущности человеческой жизни. Таким образом, в постметодологическом смысле коммуникативный мир личности — это парадигма и модель жизненного мира личности в целом.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
ГЛАВА 5. ТРАНСКОММУНИКАТИВНЫЙ МИР ЧЕЛОВЕКА КАК ПСИХОСЕМИОЗИС ЕГО СУБЪЕКТИВНЫХ РЕАЛЬНОСТЕЙ
ГЛАВА 8. КОММУНИКАТИВНЫЙ МИР ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТОВ И ВОЗМОЖНОСТИ ЕГО ТРАНСФОРМАЦИИ В ГРУППАХ ЖИЗНЕННОГО ОПЫТА
11.2.2. Элитарные ориентации самоопределяющейся личности как психологическая реальность
Элитарные ориентации самоопределяющейся личности как психологическая реальность
10.5. Метакоммуникация и метаноэзис: коммуникативный мир человека ноэтического
Значимые особенности личности как субъекта жизни
РЕСУРСЫ ЛИЧНОСТИ КАК СУБЪЕКТА ЖИЗНИ.
РЕСУРСЫ ЛИЧНОСТИ КАК СУБЪЕКТА ЖИЗНИ.
ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ЛИЧНОСТИ КАК СУБЪЕКТЕ ЖИЗНИ
4. ИННОВАЦИОННОЕ ПОВЕДЕНИЕ КАК ОТВЕТ ЧЕЛОВЕКА НА ПЕРЕМЕНЫ: МИР, МЕНЯЮЩИЙ ЧЕЛОВЕКА, И ЧЕЛОВЕК, МЕНЯЮЩИЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ И ОБРАЗ МИРА
ВЫЯВЛЕНИЮ ВАЖНЫХ РЕГУЛЯТОРНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ ЛИЧНОСТИ КАК СУБЪЕКТА ЖИЗНИ
Добавить комментарий