КОНФЕССИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ПСИХОЛОГИИ ОБЩЕНИЯ

Показано, что «конфессиальность» личности является оптимизацией её «рефлексии» в контексте «психологической предобразованности». Стадиальные характеристики морального развития субъекта и благополучие его социального статуса позитивно связаны с конфессиальным дискурсом как инновационным элементом психологии общения.

Нормативные компоненты коммуникативной триады (когниции, аффекты, конативы) часто не отражают широты и глубины идиосинкразического спектра субъекта общения. Его конфессиальный аспект предполагает выдвижение такой конструктно-операциональной валидизации, которая исходит из осознания личностью себя как части чего-либо или кого-либо. Очевидно, что, кроме понимания конфессиональности как вероисповедания, латинский термин confessio (сознание, признание) предполагает также и его научно-психологическую атрибутивность. Не секрет, что страстное «признание» кумира всегда является механизмом идентификации в психологической защите поклонника от собственных маргинальных инверсий. Наряду с этим, юношеское признание первой любви служит источником художественных инвенций (invention, изобретение) и романтических интроекций. Однако перспектива зрелой, жертвенной любви (гр. agape) обозначается дискурсом (discurro, блуждание) конфессионального диалога. Этот диалог может усиливаться метафорой: «Четыре ока» — наука, искусство, религия и право — исполняют самосознание юноши полилогом причины, формы, достоинства, свободы. Так, поведенческий компонент общения исполняется ценностью конфессиальности, наряду с нормативной рефлексией (reflecto, гнуть, обращаться назад) как вечной ригидности [3, Лк 17; 32] в пафосе «соляного столпа» [3, Быт 19; 26].

Дискурсная актуальность обозначенной проблематики выявляет намерение развести термины confessionalis (вероисповедание) и confessio (сознание, признание) в секвенции «конфессиональность — конфессиаль- ность». Характеризует ли, например, признание богонебытия полную утрату конфессиальности? Ввиду данного вопроса, не без картезианских сомнений (dubito, е^ cogito, ergo sum), психология указывает в конце концов, на источник несомненного совершенства первородной любви, при которой и сам атеизм становится способом безусловного и достоверного знания Бога, правда, дорогой ценой.

Поскольку конфессиальность может рассматриваться в виде докон- цептуальной диспозиции формирующейся личности, то имплицитным условием её генезиса является, на наш взгляд, «психологическая пре- добразованность», сумма культурных понятий, представлений, приемов саморегуляции и самовоспитания в условиях межличностного взаимодействия, «которые подрастающий человек приобретает стихийно в процессе социализации» [1, с. 30]. Эта житейская предобразованность опосредуется, по Я.Л.Коломинскому, в общении «корпусом понятий и представлений», называемых «культурно-психологической относительностью» [1, с. 20]. Данная категоризация образуют стержень психологической культуры.

Целью нашей работы стало изучение спектра конфессиальной жизни студентов первого курса в достижении ими психологической культуры. Рефлексивно-конативная сфера общения 134 студентов Барановичс- кого государственного университета стала объектом исследования, предмет которого составил конфессиальную направленность личности в условиях её психологической предобразованности. Выдвижение гипотезы основывалось на возможности влияния конфессиального спектра психологической культуры на уровень морального развития и характер межличностных отношений юношества. Задачи исследования сводились к измерению когнитивных инноваций студентов в сфере межличностного и педагогического общения как конфессионального источника их эмоционально-нравственного благополучия.

Методологическую основу исследования составили теории и концепции: взаимосвязи общения и отношений В.Н.Мясищева, педагогической социальной психологии и психологической культуры Я.Л.Коломинского, развивающего образования В.Н.Слободчикова, духовно-валеологической категоризации психологии личности Б.С.Братуся, интегративно-эклекти- ческий подход В.А.Янчука, культуральной психологии Майкла Коуэла.

Методы социометрии и оценки уровня развития морального сознания (дилемма Л.Кольберга) сопровождались верифицируемым нами кросс- дискурсным методом феноменологической апперцептивно-нарративной трансактуализации (ФАНТА), методикой «Психологическая культура личности» О.И.Моткова, анкетой «психологические представления и умения» А.А.Селезнёва, статистическими методами обработки данных.

Анализ работ Е.А.Климова, Н.Н.Обозова, Л.С.Колмогоровой, Т.А.Огневой, В.В.Семикина, Т.В.Шубницыной, Е.Е.Смирновой привёл к умозаключению о психологической культуре как интегральном психическом образовании, способствующем концептуальной самореализации человека в условиях социального взаимодействия с теми, кто стремится к ментальной организации пространства.

В ходе измерения межличностного и педагогического общения с помощью методики ФАНТА [2, с. 94] нами выявлена конфессиальная идентификация испытуемых, изоморфная структуре их самосознания, включающей в себя: 1) информационную причину, 2) эстетическую форму, 3) генезис достоинства 4) фасилитационный выбор, 5) конфессиональный источник «Я», служащий пятой сущностью (^-quintessential) перечисленных четырёх (рис.1). Процесс культурно-психологического тракта выявил Т-квинтэссенциал юношей и девушек, трансактуализирующих открытие собственного нарратива как психологической практике себя. Все участники тракта проявили неподдельный интерес к данной практике, однако, только некоторые из них (15 %) набрали не менее 4 баллов по 10- балльной шкале спектра конфессиальности. Проекции типа «знаю, что будет солнце», «интересуюсь психологией», «знаю, что ничего не знаю», «хочу верить» и т.п., с достаточно рельефной наррацией «Я» выделялись на фоне диффузно-инверсионных представлений о себе остальных испытуемых: «много чего знаю», «ничего не знаю», «интересуюсь всем понемногу», «знаю секс». Нетрудно при этом заметить, что звучание сократовского нарратива «знаю, что ничего не знаю» опосредуется когнитивными инновациями первых, по сравнению с аффективной стагнацией других: «ничего не знаю». Пиктографический эквивалент диффузных проекций в виде тривиальных, ничего не значащих линий, как правило, был лишён оригинальности.

Перспектива преображения конфессиальности в феномен уникального события (singularis) прослеживалась в следующих интенциях юношей и девушек: «верю в себя, в Бога, в любовь».

Такая конфессиальность включает в себя следующие номинации: «любовь к ближнему» (20 %), «интерес к психологии» (11 %), «помощь людям» (12 %), «движение к цели» (18 %), «осознание себя человеком» (13 %), «стремление к общению» (16 %). Продвижение вербальных проекций студентов по пути самостоятельного принятия убеждений (transactualisation) сопровождалось имплицитными высказываниями: «могу быть собой», «знаю, чего не хотела бы знать», «верю в любовь Бога» и др. Пиктографический эквивалент данных нарративов связан с стигматическим моментом разнообразных репертуарных символов. От дискурса «массивной точки» как источника самости в центре «креста» до фигуры «человечка с поднятыми вверх руками» (гр. еpikleza, духовное воззвание) нарратив достоинства выводил юношей и девушек за пределы их стереотипных представлений. Так, переоткрытие метафоры Выготского — Спинозы «Созвездия Пса и лающей собаки» начиналось с четкой альтернативы «новой», творческой и «старой», репродуктивной психологии и заканчивалось их комплектацией в метафоре «старых и новых мехов» [3, Мф 9; 17]. «Моносубстанциональность» дискурса по диалектическому снятию (Aufhebung) бинарных, субъект-объектных представлений артикулировалась в духе постмодернизма: «кто знает, может, собачий лай на созвездие Пса — пантеистический «пиар», обращающий внимание человека к небу».

Рисунок 1.Т-квинтэссенциал.

Рисунок 1.Т-квинтэссенциал.

Выявление связи конфессиальности с уровнем психологической культуры посредством методик «Психологическая культура личности» и «Психологические представления и умения» показало достаточно низкий уровень сформированности психологической культуры студентов на фоне имеющей место психологической предобразованности: 42 % девушек и юношей выбрали вариант ответа «читаю, если что-то попадает под руку», а 44 % признались, что, кроме учебника, не читают книги и журналы на психологическую тематику. Читающих же научную и популярную психологическую литературу оказалось 14 %. Связи этих показателей со значением конфессиальности не было обнаружено, что, на наш взгляд, является скорее следствием несовершенства методик, чем закономерным психологическим явлением. Тем не менее зафиксированные цифры указывают, с одной стороны, на устойчивый профессиональный интерес части студентов к психологическим проблемам, с другой стороны, отражают его диффузию в русле современного образования. Нечеткость методической линии относительно фиксирования стихийных элементов дискурса «льёт воду на мельницу» номотетической традиции всё объяснять с позиции дисциплинарной парадигмы обучения и воспитания.

Очевидно, что становление личности в конкретной культуре предполагает скорее идиосинкразическую событийность, нежели эксплицитные нормативы. Психологическая предобразованность исходит как раз из стихийности и имплицитности нарратора. Эту тенденцию подтверждает сопоставление данных ФАНТА с результатами социометрии и диагностики по методике «Моральная дилемма». С одной стороны, стандартный набор «контроля качества» госучреждений, а с другой стороны, диффузия этого качества в современном социуме, приводит к тому, что у 85 % респондентов уровень нравственного развития гораздо ниже их биологического возраста. Сравнивая эти результаты с феноменологическими данными самоотчётов, мы заметили преимущество тех, кто обладает выраженным спектром конфессиальности. Для всех испытуемых, набравших 4 — 6 баллов по методике ФАНТА (таковых оказалось 15 % от общего состава), характерен постконвенциональный уровень (5 стадия) морального развития. Остальные студенты с пропорцией 40 %, 25 % и 20 % необходимого выбора установили дизъюнкцию соответствующих ему суждений постконвенционального, конвенционального, доконвенциональ- ного уровней морального развития.

Сводные данные измерения обращают внимание на 22 испытуемых, набравших по методике ФАНТА 4 — 6 баллов из 10 возможных. Полностью минуя «звездность», они отмечены второй, частично третьей статусной категорией. Из набравших по этой методике от 1 до 3 баллов, оказалось 14 «звёзд», 41 «предпочитаемых», 47 «пренебрегаемых». Можно объяснить разительный рост «звёздности» в среде данного контингента за счет экзальтации или «эффекта ореола» отдельных его членов на контрастном фоне «изолированности» 30 лишенных по разным причинам фасцинации одиночек. Что касается конфессиальности, сопровождаемой статусом «золотой середины», то она может интерпретироваться дискурсом психологической «мудрости» в стратегии межличностного общения.

Дополнительное статистическое и качественное истолкование показателей морального развития и конфессиальности, а также между последней и социометрическим статусом, осуществлялось в расчете коэффициента ранговой корреляции Спирмена, позволившего определить тесноту и направление позитивной связи между двумя профилями признаков. Однако значимой связи между показателями конфессиальности и социометрического статуса обнаружено не было, возможно, вследствие несовершенства методик, а возможно, и в содержательном значении кон- фессиональности, религиозный аспект которой часто сопряжен с нонконформизмом лидера, или дезадаптированностью вероисповедника в ситуация изгои. Пересчитанный rs в случае связи профилей моральных стадий и конфессиальности составил 0,51; при р < 0,01. Таким образом, корреляции коэффициента среднего значения подтверждает гипотезу о влиянии конфессиального спектра личности студента на потенциал его психологической культуры, касающейся морального развития с указанием возможности такого влияния в сфере межличностного взаимодействия.

Список литературы

1. Коломинский, Я.Л. Социальная психология школьного класса / Я.Л.Коломинский. — Минск: ФУАинформ, 2003. — 305 с.

2. Малиновский, Е.Л. Теопсихология / Е.Л.Малиновский. — Барановичи: БГВПК, 2004. — 329 с.

3. Священное Писание Ветхого и Нового Завета. Библия. — Брюссель: Жизнь з Богом. — 2890 с.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
О НЕКОТОРЫХ АСПЕКТАХ СЕМЕЙНОГО ОБЩЕНИЯ
ТВОРЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ
СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТВОРЧЕСТВА В ОБЩЕНИИ
ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ОБУСЛОВЛЕНННОСТЬ ОБЩЕНИЯ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АСПЕКТ
ОБЩЕНИЕ «ВРАЧ-БОЛЬНОЙ»: МЕДИКО-ЭТИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ
Раздел II. Психология педагогической деятельности и общения
ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ И ПРИКЛАДНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ ЛИЧНОСТИ, ОБЩЕНИЯ И ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
Глава 5. ЭТНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПСИХОЛОГИИ
Л.М. Даукша. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИИ ОБЩЕНИЯ, 2010
Сборник научных статей. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ ОБЩЕНИЯ, 2011
ОСНОВНЫЕ ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ НАПРАВЛЕНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ОБЩЕНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ
Л.И. Рюмшина ПСИХОЛОГИЯ И СМИ: ПРОБЛЕМА «ОПТИМУМА ОБЩЕНИЯ» В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
ВКЛАД НАУЧНОЙ ШКОЛЫ С.В. КОНДРАТЬЕВОЙ В РАЗВИТИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ ОБЩЕНИЯ
ДРУГИЕ АСПЕКТЫ ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
МЕТОДИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ ПСИХОЛОГИИ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ ЛИЧ
1.1. КАКИЕ АСПЕКТЫ ТРУДА ИЗУЧАЕТ ПСИХОЛОГИЯ?
Добавить комментарий