ОНТОПСИХОЛОГИЯ — КОНЦЕПЦИЯ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

Идея развития пронизывает все разделы теоретического наследия Б. Г. Ананьева и постоянно служит стержнем его исследований. Для Ананьева характерно материалистическое понимание неотъемлемости психического развития от бытия человека в природе и обществе, от естественного жизненного цикла человеческого организма и истории личности в современной ей эпохе. Такой подход реализован им в онтопсихологии18. Б.Г.Ананьев понимал он-топсихологию как комплексную науку, объединяющую все разделы возрастной психологии19, интегрированные с дифференциальной психологией. Дифференциальная психология в составе онто-психологии необходима, чтобы уловить индивидуальную изменчивость возрастного развития и роль личностного фактора в нем, чтобы вместе с природным онтогенезом индивида изучать исторический путь личности в единой структуре жизни человека. По Б. Г. Ананьеву, онтопсихология должна быть направлена на «психологическое исследование самого бытия человека как индивида и личности» (Ананьев 1970: 14).

«Для онтопсихологии, — писал Б. Г. Ананьев,— естественный масштаб измерений — человеческая жизнь в целом» (Ананьев, Дво-ряшина, Кудрявцева 1968: 7). В этом масштабе значение детства, отрочества и юности состоит в подготовке к зрелости, реализующей творческие потенциалы человека в процессах продуктивной дея-

18Термин «онтопсихология» используется в гуманистической психологии (Buler 1974). В наше время этим словом называет свою психологическую концепцию итальянский психолог А. Менегетти. У Б. Г. Ананьева была собственная оригинальная концепция онтопсихологии, и сходство с другими скорее только терминологическое.

19До Б. Г. Ананьева систему возрастной психологии обсуждал в 20-х годах Н. А. Рыбников (1928), но его идеи тогда не получили развития и мало повлияли на возрастную психологию.

тельности. Воспитание и обучение в подготовительной фазе жизни рассматриваются Ананьевым как факторы создания потенциалов развития в последующих фазах, факторы жизнеспособности и долголетия человека. Фокусирование проблем индивидуального развития на фазе зрелости-акме в концепции Б.Г.Ананьева позволяет увидеть феномен индивидуальности во всем его объеме, поскольку индивидуальность — продукт длительного развития и максимально проявляет себя именно в зрелости. В связи с центрацией на возрасте акме понятна и заостренная постановка Б. Г. Ананьевым вопроса о роли труда в индивидуальном развитии человека. (В исследованиях по детской психологии главным фактором развития выступают учение и общение.)

Б.Г.Ананьев рассматривал развитие структурно, как многоуровневую организацию, полагая, что она есть форма существования целостного человека. Его подход к проблеме развития отличается широтой охвата — от исследования генезиса элементарных психофизиологических функций до развития самосознания личности, а в возрастном аспекте — от младенчества до глубокой старости. Ананьев стремился понять «диалектику развития в виде цепи переходов и преобразований ее феноменов» (Ананьев 1977: 285). На уровне целостной индивидуальности Ананьев анализировал развитие по двум направлениям. Первое—онтогенез, т.е. «развитие отдельной человеческой особи как естественного индивида (индивидуума)» (Ананьев, Дворяшина, Кудрявцева 1968: 16). В теории Ананьева онтогенез охватывает процессы органического развития, реализующие филогенетическую программу. В онтогенезе индивид проходит ряд фаз от зачатия до старости и естественной смерти. Вместе с тем «онтогенетическая эволюция человека многократно и разнообразно (на нескольких уровнях развития) опосредуется историей развития личности, ее жизненным путем в обществе» (Ананьев 1970: 13).

Жизненный путь — вторая основная форма индивидуального развития человека. «Жизненный путь человека — это история формирования и развития личности в определенном обществе, современника определенной эпохи и сверстника определенного поколения» (Ананьев 19686:104-105), это бытие личности и субъекта деятельности (иногда Ананьев выделял самостоятельную форму развития, соответствующую субъекту — историю деятельности с фазами старта, кульминации, финиша).

Понятие жизненного пути применимо только к целостному че-

ловеку — нельзя говорить о жизненном пути отдельных подструктур или элементов структуры личности. Напротив, понятие «онтогенез» адекватно для описания развития как индивида в целом, так и его отдельных структурных элементов. Жизненный путь влияет не только на ход целостного онтогенеза, но и на развитие отдельных психических функций индивида. И наоборот, микроизменения в структуре отдельных психических процессов накапливаются и приводят к изменениям в структуре целостных образований. В процессах повседневного, ежеминутного функционирования психофизиологических структур — интеллектуальных, мотивационнных, действенных, подготавливаются крупные целостные новообразования, новая структура, новое качество, новый системообразующий фактор. Это возможно потому, что действительно в каждом психическом процессе проецируются целостные подструктуры системы «человек». И напротив, каждый психический процесс в своем актуальном протекании может повлиять на состояния и далее свойства своего носителя — человека. Старое, запечатленное в структуре человека-субъекта, и новое, в виде процессуальных по началу изменений, взаимодействуют. Не только структурные образования влияют на динамику и характер протекания процесса, но и текущий процесс не проходит бесследно для структурных образований. Решение разнообразных задач — познавательных, нравственных, трудовых, каждый раз в чем-то новых для субъекта, — есть то новое, которое является условием обновления структурных образований на уровне целостного субъекта.

Итак, Б.Г.Ананьев понимал развитие целостных структур в связи с развитием более элементарных психических явлений. Анализ развития на уровне отдельных психических процессов, являющихся общими механизмами целостных изменений в индивиде и личности, привел Б.Г.Ананьева к важным заключениям относительно движущих сил развития. В соответствии с идеями диалектики движущие силы развития понимаются им как внутренние противоречия, которые возникают в силу разнородности психических процессов, содержащих функциональные, операциональные и мотивационные компоненты. Каждый из этих механизмов имеет свою детерминацию и принадлежит разным системам в структуре индивидуальности. Так, психофизиологические функции совершают онтогенетическую эволюцию — созревают вместе со структурами мозга, переживают ряд изменений зрелого состояния, стареют и отмирают. Операциональные и высшие мотивационные механизмы

развиваются по иным законам — в результате освоения культурно-исторического опыта человечества, сконцентрированного в знаниях, знаковых системах, нормах поведения.

Основное противоречие развития на «молекулярном» уровне — противоречие между природными психофизиологическими функциями и социальными операциями в структуре психического процесса. Это противоречие разрешается путем аккультурации созревающих психофизиологических функций, т. е. их тренировки и, главное, структурирования в соответствии с общественно выработанными способами действий. Но этим противоречие не устраняется раз и навсегда — оно воспроизводится на новом витке развития по мере прохождения возрастов и при объективной социальной необходимости освоения новой деятельности.

Дополнительным движущим противоречием индивидуального развития на уровне процессов является отношение между психофизиологическими функциональными и мотивационными компонентами. Мотивация в форме простых установок, ориентировочных рефлексов индивида, в форме познавательного интереса, потребности в труде, в общественном признании личности повышает тонус процесса, определяет его избирательность. Становление мотиваци-онных механизмов зависит от развития индивида, поскольку мотивация связана с первичными органическими потребностями, но в большей мере — от направленности личности, с чем связаны познавательные, этические и эстетические мотивы.

В детерминацию индивидуального психического развития обязательно включаются и процессы созревания (вообще онтогенетическая эволюция), и процессы социального научения в игре, учении, труде и т. д. Онтогенез — не только условие, предпосылка психического развития, но и одна из его составляющих. Это значит, что ни в одном возрасте его нельзя игнорировать и нельзя без учета его характеристик строить периодизацию развития. В этой связи заметим, что Б. Г. Ананьев критически отнесся к быстро ставшей популярной периодизации развития Д. Б. Эльконина, в которой природная психофизиологическая функциональная основа развития не представлена вовсе (Эльконин 1971).

В психических процессах каждый раз актуализируются моти-вационные и операциональные структуры личности и субъекта деятельности, накопленные в труде, познании, общении. Развертка исходного противоречия между онтогенетическими, природными и биографическими, социальными механизмами совершается

в социальной жизнедеятельности личности на жизненном пути. Б.Г.Ананьев видел источник развития человека в изменении самой жизни, главным содержанием которой являются разные виды деятельности и социальное поведение.

Соответственно тому, как в структуре индивидуальности различаются свойства индивида, личности и субъекта, в структуре жизни можно выделить жизнедеятельность индивида, социальное поведение личности, предметную деятельность субъекта (в первую очередь труд, познание, общение). Они представляют собой способы и источники развития соответствующих структур. Как писал Б.Г.Ананьев, «внутренним источником способностей является деятельность (учебная и трудовая), а источником характера — общественное поведение как система поступков в определенных обстоятельствах жизни» (Ананьев 1956: 96).

Воспитание характера подразумевает практику отношений, а также освоение мировоззренческих знаний, интеллектуально-эмоциональное обобщение собственного жизненного опыта. Воспитание характера, а вместе с ним мировоззрения и убеждений, зависит от формирования интеллекта в процессе обучения. Развитие характера и развитие интеллекта оказываются при этом двумя сторонами единого процесса.

Б. Г. Ананьев связывал характерогенез с развитием психических (в том числе интеллектуальных) процессов с их динамическими особенностями и содержательной направленностью. Психические процессы закрепляются в виде свойств личности, становятся характерными. При этом мотивационная их сторона закрепляется в чертах характера, а операциональная — в способностях. Эти переходы в целом намечены С. Л. Рубинштейном (1946) и раскрыты более конкретно в работах Б. Г. Ананьева. Например, Б. Г. Ананьев показал, что условием перехода восприятия в черту характера (восприимчивость, наблюдательность) является связь мотивационных механизмов восприятия с жизненной направленностью личности, ее интересами и мировоззрением (1941). То же можно увидеть при формировании внимательности (1940а) и всех других черт, генетически связанных с теми или иными психическими процессами.

По логике Б. Г. Ананьева, развитие интеллектуальных, эмоциональных, волевых черт характера заключается в том, что природные психофизиологические функции совмещаются в структуре психических процессов с мотивами, вытекающими из направленности личности. Эта направленность, постоянно актуализируясь в психи-

ческих процессах, делает их содержательно-характерными. Динамические, зависящие от темперамента особенности интеллектуальных, волевых, эмоциональных процессов определяют своеобразную динамическую (формальную), сторону характера. Поэтому «черты характера — внутренние свойства личности, которые отражают основную направленность и проявляются в своеобразном для данной личности образе действий» (Ананьев 1949а: 29).

Характер образуется не только на основе темперамента, но и направленности, особенно мировоззрения, жизненной философии, что составляет его идейное содержание. Переходы от простых психофизиологических функций к психическим, а затем психоидеологическим явлениям — предмет психологии развития, в которой интегрированы психология функций (процессов) и психология личности. В теории Б. Г. Ананьева психофизиологические функции включены в высшие структуры и процессы, поскольку, во-первых, обеспечивают осуществление внутренней жизни человека, и даже в ее духовном измерении, во-вторых, служат единственным исходным материалом для формирования высших психологических структур. Таким образом, Ананьеву удается преодолеть имеющийся в теории разрыв между целостной индивидуальностью с ее субъективным миром и психическими (и психофизиологическими) функциями.

В наследии Б. Г. Ананьева немалое место занимает проблема развития субъекта, «праксиологический анализ личности со стороны истории ее деятельности» (Ананьев 1977: 266), что лишь отчасти совпадает с генетической персонологией (характерологией). Развитие субъекта в теории Ананьева —это развитие его способностей. Превращение задатков в способности происходит только в активной деятельности человека, в частности в учении. Исследование психического развития в деятельности необходимо для управления им в целях воспитания.

В плане педагогического приложения онтопсихология реализована Ананьевым в форме педагогической антропологии. Педагогическая антропология — научная картина человека с точки зрения педагогики, комплексное знание о нем, интегрированное в целях обучения и воспитания. Антропологический принцип, перенесенный из философии в педагогику и педагогическую психологию, требует «признания целостности человека, неделимости духовной и телесной природы человека, сочетания умственного и нравственного воспитания с воспитанием физическим и обеспечением здоро-

вья» (Ананьев 1980а: 40). В контексте педагогической антропологии Ананьев рассматривал проблему детского развития, однако его основные идеи и выводы в этой области вполне могут быть распространены на все другие возрасты.

Особенно ценны идеи Б. Г. Ананьева о внутрисистемных связях развития человека — гомогенных и гетерогенных. Они опосредуют педагогические воздействия и делают возможными как бы побочные, но не менее важные эффекты развития. Благодаря гетерогенным связям происходит перенос влияния педагогических воздействий от одних структурных компонентов к другим. Вот почему, например, «интеллектуальные и нравственные эффекты физического воспитания оказываются не менее важными, чем физические (психомоторные и вегетативно-биохимические) эквиваленты умственной деятельности человека» (Ананьев 1970: 12). Педагогические воздействия вызывают не только ближайший, но и отдаленный эффект, зачастую непредсказуемый, затрагивающий структуру личности. «То или иное изменение, вносимое воспитанием и обучением в развитие ребенка, проникает в одни механизмы, вызывает сопротивление в других, растормаживает или затормаживает какой-либо комплекс реакций, образует новую систему связей или преобразует старую» (Ананьев 1980а: 43). Педагогическое воздействие должно быть сообразно внутренним законам природы человека, должно учитывать гетерогенные связи между индивидными, личностными и субъектными структурами, гетерохронность и неравномерность их развития.

Б. Г. Ананьев ставил задачу изучить в комплексных исследованиях глубинные коррелятивные механизмы, чтобы на основе знаний о них строго научно рассчитывать педагогические воздействия, приурочивать их к сенситивным микропериодам и, таким образом, реально управлять развитием ребенка. Тогда, полагал он, педагогическое воздействие способно приводить к структурным изменениям на уровне способностей и характера, не ограничиваясь поверхностными эффектами обученности и обучаемости-воспитуемости.

Проблема индивидуального развития человека неотделима от проблемы возраста как конвергенции биологического и исторического времени. Возраст — прежде всего онтогенетическая характеристика, лежащая в фундаменте структуры индивида.

Эта характеристика относится не только к индивиду в целом, но и к отдельным его элементам. Существует возрастная изменчивость психофизиологических функций и комплексов психофизиологических, био-

химических, морфологических и нейродинамических свойств, причем «паттерны» межфункциональных связей специфичны в каждом возрасте.

Возраст —это и социально-исторический феномен, который отражает влияние исторического времени на индивидуальное развитие человека. «Поэтому возрастные изменения тех или иных свойств человека являются одновременно онтогенетическими и биографическими» (Ананьев 1977: 46). На личностном уровне историзм развития предстает особенно явно в таких феноменах, как конкретно-исторические типы характера, зависимость спектра способностей человечества от эпохи, обусловленность развития способностей наличным уровнем науки, техники, искусства—культуры в целом. Влиянием исторического времени можно объяснить течение воспоминаний, особенности социальной перцепции, эстетического восприятия. Более того, даже простые сенсомоторные функции историчны. Их развитие во многом обусловлено историческим прогрессом техники и технологии труда. Как можно видеть, для ана-ньевской концепции характерна глубина историзма. Этим она отличается от концепции Л.С.Выготского, который находил собственно социальный, исторический характер только в так называемых высших психических функциях —мышлении, речи, произвольной памяти и т.п. По Б.Г.Ананьеву же, все психические функции человека, включая сенсорные, психомоторные, опосредуются знаками, орудиями труда, подвергаются социализации и в этом смысле являются высшими.

Психологический возраст определяется взаимодействием онтогенеза и жизненного пути, натуральных и культурных факторов. Историческое время влияет на продолжительность жизни, на сроки наступления тех или иных онтогенетических моментов и фаз. Взаимодействием социального и натурального рядов развития, жизненного пути и онтогенеза Б. Г. Ананьев объяснял сенситивные периоды и «парадокс завершения человеческой жизни» (Там же: 272), когда некоторые формы человеческого существования отмирают раньше, чем происходит физическая смерть индивида. Блокирование потенциалов субъекта, отстранение личности от активного участия в социальных отношениях в связи с уходом на пенсию, с ростом социальной изоляции в старости приводит к частичной деперсонализации и вместе с тем к снижению жизнеспособности человека.

К счастью, гетерохронность может проявиться и в противопо-

ложном явлении, когда естественная инволюция психофизиологических функций и индивида в целом сочетается с высоким уровнем сохранности свойств личности и субъекта. Б.Г.Ананьев нашел механизмы, препятствующие тотальному старению, в самой структуре психического развития. Ими являются мотивационные и, главное, операционные компоненты психических процессов. Уровень этих механизмов зависит от того, как работал и жил человек в течение всех предыдущих лет, какие потенциалы он сумел накопить.

Мощность потенциалов, противодействующих старению психических функций, является причиной так называемого дивергентного типа развития. В нем сочетаются процессы инволюции психофизиологических механизмов и стабилизация на высоком уровне мотивационных и операциональных механизмов. Противоположный, конвергентный, тип развития характеризуется тотальным снижением способностей при наступлении инволюции психофизиологических функций в старости. Он имеет место в том случае, когда противодействующие старению механизмы недостаточно сформированы в предыдущих фазах жизни.

Сочетание онтогенетического и биографического в структуре индивидуального психического развития сказывается еще на одном закономерном его феномене — двухфазности, впервые теоретически осмысленном в трудах Б.Г.Ананьева. Сравнительно раннее снижение уровня психофизиологических функций, наступающее после достижения ими обусловленного генетической программой возрастного пика в ранней зрелости, не исключает появления второго оптимума в более позднем возрасте. Причем срок его наступления зависит от вида основной, профессиональной деятельности. Этот подъем может объясняться также развитием операций и мотивационных компонентов психических процессов в условиях напряженной мотивированной деятельности. Если первый оптимум можно было бы назвать онтогенетическим, то второй — биографическим, поскольку он определяется историей жизни личности и субъекта. Если за феноменом первого пика стоит зрелость мозга, то за вторым — профессиональная и личностная зрелость мастера.

С возрастом нарастает индивидуальная изменчивость психических феноменов. Этой закономерности соответствует индивидуализация функционирования головного мозга благодаря накоплению временных связей, образованию в нем функциональных органов. Корковые механизмы развития имеют билатеральную организа-

цию, которой Б. Г. Ананьев придавал существенное значение. Высокий уровень одаренности, способность к творчеству в старости не могут быть объяснены без учета стабилизирующей роли «горизонтального», говоря словами Б.Г.Ананьева, контура регулирования, воплощенного в парной работе больших полушарий головного мозга (дополнительного по отношению к кортико-ретикулярному, «вертикальному»). Как известно, в старости происходит астениза-ция коры вследствие снижения энергетической функции подкорки. Это возрастное явление может иметь два последствия: 1) соразмерное снижение уровня активации коры больших полушарий и 2) его сохранение за счет компенсаторного усиления дополнительного, горизонтального контура. Первое следствие являет собой конвергентный тип старения, второй —дивергентный.

Объясняя парадокс дивергентного типа старения, Б. Г. Ананьев высказал глубокую мысль о том, что «при дивергентном типе развития (возможном только в поздних фазах онтогенеза, т. е. в итоге высокого развития функциональных систем и накопления жизненного опыта) происходит и усиленная компенсация энергии, необходимой для оперирования колоссальными массами организованной в различные системы информации… большие полушария не только потребляют, но и производят энергию, во всяком случае, часть ее, необходимую для их рефлекторной, аналитико-синтетической работы» (Ананьев 19686: 274).

Общность мозговых билатеральных механизмов психического и физического развития создает условия для возникновения гетерогенных связей между разным сторонами развития человека. Б.Г.Ананьев проанализировал эти связи сначала теоретически в русле педагогической антропологии, как было сказано выше, а позже на эмпирическом материале комплексных исследований структуры и развития взрослых. Высшие структуры человека интегрируют не только собственно психосоциальные элементы, но и психофизиологические, а также соматические, включая функции всех систем организма, обеспечивающих его жизнедеятельность (метаболизм, теплообмен, газообмен, кровообращение). Эта гетерогенная целостность человека и его развития наглядно и конкретно предстала в гетерогенных корреляциях, полученных в комплексных исследованиях ананьевской школы.

Гетерогенная целостность индивидуального развития означает, что созревание, зрелость, старение мозга и его психофизиологических функций — непременная составляющая этого развития.

В плане педагогической антропологии Б. Г. Ананьев утверждает мысль об опосредованности созревания обучением и воспитанием, но также и то, что при этом последние должны быть адекватны возрастным особенностям мозга и его функций. Благодаря этой обоюдной зависимости возникают состояния повышенной восприимчивости к педагогическим воздействиям, сенситивные периоды, которые Ананьев охарактеризовал как «временные комплексные характеристики совместимых, коррелируемых функций, сенсибилизированных к определенному моменту ходом обучения» (Ананьев, Дворяшина, Кудрявцева 1968: 37). Онтопсихология должна изучать закономерности смены сенситивности асенситивностью в разные возрастные периоды, чтобы на основе знания о них своевременно стимулировать развитие теми или иными педагогическими воздействиями.

Учет закономерностей развития в процессе воспитания — условие педагогического успеха, который Б. Г. Ананьев видел в оптимизации формирующейся структуры личности, в укреплении ее психического и физического здоровья, умножении потенциалов — жизнеспособности, трудоспособности, интеллекта, общей одаренности, в совершенствовании саморегуляции деятельности и поведения, а также всех психических процессов, состояний и свойств. Воспитание и сам процесс жизненного пути человека в обществе не только социализируют индивида, приобщая его к культуре и социуму, но и формируют структуру индивидуальности, создают тем самым основу для сознательного непрерывного саморазвития человека.

Концептуальная система Б. Г. Ананьева характеризуется системным видением объекта и предмета психологического познания. Человек представлен в ней как полисистема, конкретным воплощением которой является индивидуальность. Индивидуальность и ее психологию можно понять путем комплексного изучения открытых, а потому доступных объективным методам систем (индивид, личность, субъект), составляющих структуру человека. Индивидуальное психическое развитие есть, по сути дела, системогенез, в котором едины процессы дифференциации и интеграции по координационному и субординационному принципам. Первоначальная диффузная целостность новорожденного индивида превращается

в интегральную и дифференцированную индивидуальность, воплощающую психобиосоциальное единство человека.

Системогенез выражается в становлении и преобразовании структуры психического развития, целостной организации процессов отражения, ориентации и регуляции. Эти структуры в виде комплекса коррелируемых элементов являются внутренними условиями, через которые преломляются воздействия внешних причин. Каждая возрастная фаза имеет свою структуру, сложившуюся в результате предшествующего онтогенеза и жизненного пути. Поэтому детерминация зависит от возраста, биологического и социально-исторического времени жизни.

Развитие совершается в процессах функционирования какой-либо исходной системы, направленного на решение главной для системы задачи — самосохранения путем ее преобразования в соответствии с изменчивыми условиями существования. В современной системологии утверждается, что «…свойство самосохранения… является атрибутивным для всех систем… » (Аверьянов 1985: 54). Тем более оно присуще живым системам и в том числе человеку. В живых системах оно выступает как потребность «быть живым». Надо полагать, именно эта потребность является первичным системообразующим фактором для животных и человека. Ради ее удовлетворения функционируют все исходные элементы, которые координируются в этом процессе, объединяются в новые системы.

Общая потребность в самосохранении модифицируется по отношению к разным системам человека. На наш взгляд, логично предположить, что для каждой из них существуют свои системообразующие факторы— потребности, которые гармонизируются, каким-то образом уравновешиваются в полисистеме индивидуальности. Так, для системы «индивид» системообразующим фактором выступает потребность «быть живым», иначе говоря, потребность в органической жизнедеятельности («инстинкт самосохранения»). Она регулирует органическую жизнедеятельность индивида, включая и элементарные поведенческие механизмы. Для системы «личность» потребность в самосохранении выступает в социальной форме сохранения себя как члена общности, в форме потребности «быть как все», «быть со всеми», что конкретизируется в потребностях в общении, уважении, признании, в определенном социальном статусе. Потребности личности реализуются в социальном поведении. Назальная потребность самосохранения системы «субъект» выступает

как нужда в деятельности — трудовой, познавательной, коммуникативной. Для субъекта жить означает действовать и мочь действовать. Такая психологическое понятие как «склонность», фиксирует именно эту потребность.

Самобытность — основной признак индивидуальности. Потребность в самосохранении человека как индивидуальности — это желание быть самим собой. Индивидуальность удовлетворяет ее, решая разнообразные задачи жизнетворчества20, соотнося свои потенции и тенденции с обстоятельствами развития, текущими ситуациями и современной исторической эпохой, проводя свою линию жизни, преодолевая препятствия на пути к собственным жизненным целям. Жизнетворчество служит средством самосохранения индивидуальности, когда человек совершает адекватный себе жизненный выбор и созидает новые обстоятельства своей жизни. Жизнетворчество интегрирует органическую жизнедеятельность, социальное поведение и предметную деятельность, охватывая все уровни функционирования человека.

Функционирование в адекватных условиях приводит к образованию новых структур. Актуальный процесс переходит в потенциальное свойство. Этот общий закон в концептуальной системе Б. Г. Ананьева выступает дифференцированно, в зависимости от того, какая система свойств рассматривается. Для образования собственно личностных, характерологических свойств важнее всего практикование мотивации, точнее говоря, мотивационных механизмов психического процесса. Для развития потенциалов субъекта, его способностей необходима многократная активизация операциональных механизмов. Что касается индивида, то он развивается благодаря тренировке — в составе действий и деятельности — психофизиологических функций, которая опосредует природный онтогенез функций.

В процессах функционирования потребности усиливаются, что подметил еще И. М. Сеченов, когда писал, что «условие развития страсти, данное устройством нервных аппаратов, заключается в

20Понятие «жизнетворчество» не встречается в работах Б.Г.Ананьева, но ход его мысли позволяет ввести это понятие. Оно близко по смыслу понятию «жизнедеятельность», развиваемому К. А. Абульхановой-Славской (1977, 1980, 1991). Жизнедеятельность в смысле жизнетворчество — процесс организации человеком своей жизни, включая постановку реальных целей, преодоление препятствий, проведение намеченной линии жизни через ряд конкретных задач. Мы предпочли термин «жизнетворчество», чтобы отличить этот процесс от органической жизнедеятельности индивида.

том, что чем чаще (частоте и силе повторения существуют, однако, определенные пределы) действуют эти аппараты, тем настоятельнее и сильнее становятся в них потребность к деятельности» (Сеченов 1952: 179).

Следуя традициям И.М.Сеченова, Б.Г.Ананьев полагал, что первоначальные потребности обусловлены самой структурой органов чувств. На их основе в процессе функционирования вырастают высшие потребности. Так, «генезис познавательной потребности заключен в опыте познавательной деятельности, механизмом которой является образование систем временных связей или ассоциаций» (Ананьев 1959: 44). Ее начало связано с «практикованием сенсомо-торных актов ребенка» (Там же: 43). Сходным образом возникают потребности в труде и общении (надо только учесть, что практи-кование важно не само по себе, а, как подчеркивал Ананьев, при взаимодействии со взрослым — носителем социальных норм, образцов действий, побудителем активности ребенка). В свою очередь, потребности составляют ядро направленности личности — системообразующего фактора в системе «личность». Вырастая из адекватного функционирования структур, направленность затем как бы сверху структурирует личность, придает единство ее жизнетворче-ству.

Индивидуальность — конечная цель теории целостного развития человека, онтопсихологии, разработанной Б. Г. Ананьевым. Концептуальная система Б.Г.Ананьева отражает целостного человека в развитии, в движении по уровням структурной интеграции. Она и стала идейной платформой комплексных исследований, теоретическим источником их программы.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
1. Концепция интегральной индивидуальности В.С.Мерлина
ОНТОПСИХОЛОГИЯ: ИСТОКИ И ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРИМЕ-НЕНИЕ
Индивидуальные различия и наброски концепции \ мотива агрессивности
Мироненко И.А. О СОВРЕМЕННОМ СОЦИАЛЬНОМ КОНСТРУКТИВИЗМЕ В СВЕТЕ КОНЦЕПЦИИ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ Б.Г.АНАНЬЕВА
К ПРОБЛЕМЕ СУБЪЕКТА ЖИЗНИ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ ВПЛОТНУЮ ПОДХОДИТ ПРИ СОЗДАНИИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОНЦЕПЦИИ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ.
ПЕРЕЙДЕМ ТЕПЕРЬ К ОСВЕЩЕНИЮ СОДЕРЖАТЕЛЬНЫХ АСПЕКТОВ КОНЦЕПЦИИ СМЫСЛА ЖИЗНИ В ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ.
ПРЕДСОРЕВНОВАТЕЛЬНОЕ ПСИХИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ СПОРТСМЕНОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ИНДИВИДУАЛЬНЫМИ ОСОБЕННОСТЯМИ
Ловягина А.Е. Индивидуальные критерии психического состояния готовности к соревнованию
Шебанова В. РАЗВИТИЕ ПСИХОМОТОРИКИ У ДЕТЕЙ С ЗАДЕРЖКОЙ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
1.4. АКМЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ РАЗВИТИЯ ПРОФЕССИОНАЛА
Уллубиева Наида Сююнчгереевна ОСОБЕННОСТИ ПОЗНАВАТЕЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ПОДРОСТКОВ С ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ И С ЗАДЕРЖКОЙ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ.
СОЦИОГЕНЕТИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ РАЗВИТИЯ.
СОЦИАЛЬНОЕ НАУЧЕНИЕ И РАЗВИТИЕ Я-КОНЦЕПЦИИ
РАЗВИТИЕ ПОЗИТИВНОЙ Я-КОНЦЕПЦИИ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТА-СПОРТСМЕНА
АДЛЕРИАНСКУЮ КОНЦЕПЦИЮ ДВИЖУЩИХ СИЛ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ
Лашманова Ольга Александровна КОРРЕКЦИОННАЯ ПРОГРАММА ФОЛЬКЛОРНЫХ ЗАНЯТИЙ, НАПРАВЛЕННАЯ НА РАЗВИТИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ УСТОЙЧИВОСТИ ДЕТЕЙ СТАРШЕГО ДОШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА С ЗАДЕРЖКОЙ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
Добавить комментарий