Островская Е.П. Буддийская антропософская психология в контексте современного человекознания

BRR>
1. Б.Г.Ананьев сформулировал предметную область «человекознания» как динамическую целостность природных, психических, социальных свойств человеческого индивида. Именно такой методологический подход, реализованный классиком российской психологической науки, в частности в фундаментальной монографии «О проблемах современного человекознания» (М., Наука, 1977), позволил обратиться к этой проблематике представителям различных гуманитарных дисциплин.

Системный подход к изучению человека вывел проблему исследования сознания за узкодисциплинарные рамки. Подход Б.Г.Ананьева в контексте современной науки позволяет нам расширить поле анализа и вовлечь в качестве предмета исследования относящийся к проблеме человека материал и концепции сознания и психики, разработанные в иных цивилизационных очагах представителями иных мыслительных традиций.

2. На материале значительного памятника индо-буддийской религиозно-философской традиции — «Энциклопедии Абхидхармы» (Абхидхармакоша), созданного в V веке крупнейшим систематизатором буддийских философских воззрений Васубандху, попытаемся кратко очертить типологически соотносимое применение антропологического подхода к анализу человека как системного единства сознания, мотивации и деятельности.

В рамках «Энциклопедии Абхидхармы» был разработан специальный язык для описания психики в ее собственных терминах, а не в терминах внешнего мира. Психика истолковывалась буддийскими теоретиками в первую очередь не с содержательной стороны, а в структурно-динамическом аспекте, и анализ производился в языке, как бы имманентном самой психике, для чего и было приурочено понятие «дхарма». Введение термина «дхарма» как единицы описания психических и психофизиологических процессов представляет собой, быть может, величайшее достижение буддийской философской мысли. Религиозная идеология выступала лишь конкретно-исторической формой, в которую отливались поиски буддийских ученых, вплотную подошедших к пониманию тех реальных проблем, которые получили в современной научной психологии название парадокса психических процессов.

Религиозно-доктринальная установка на «просветление» выражалась в идее устранения индивидуального, узкоэгоцентрированного отношения не только к окружающему миру, но и прежде всего к фактам внутреннего психологического опыта. Такая перестройка субъекта сводилась, по сути, к очищению поля сознания от элементов аффективной примеси и в конечном счете к полному прекращению индивидуально-психологического опыта. На логико-дискурсивном уровне установка на «просветление» определила исходные очертания предмета философствования — философия первоначально представляла собой анализ психики.

3. Историко-культурное своеобразие предмета буддийского философствования может быть понято в контексте категорий буддийской культуры, среди которых центральное положение занимает человек. Ведущий принцип буддийской религиозной идеологии — отрицание бытия субстанциальной души — детерминировал смену предмета религиозной философии: это не душа, не Я, а анализ сознания и психических состояний.

Религиозная идеология буддизма исходит из принципа отрицания бытия субстанциальной души. Нет ни души индивидуальной, ни Души мировой, будь то трансцендентная или имманентная субстанция. Индивид в соответствии с данным принципом трактуется как развернутая во времени психосоматическая процессуальность, поток элементарных психофизических состояний — дхарм. Этот поток в обычном «эмпирическом» состоянии конституирован пятью группами дхарм — группой материи, группой чувствительности (приятное-неприятное-нейтральное), группой понятий (артикулируемая речь), группой сознания (и дхарм, называемых явлениями сознания) и группой формирующих факторов (эта группа включает в себя мотивационные факторы; факторы, обусловливающие формативные характеристики потока и т.п.). Все эти дхармы, классифицируемые по пяти группам, возникают в индивидуальном потоке как реализация тотальной причинно-следственной зависимости, безначальной по своей природе.

4. Человек среди живых существ занимает уникальное положение, ибо только факт человеческого рождения открывает перед живым существом перспективу религиозного преобразования сознания в соответствии с высшей целью буддийского учения.

Для всех мировых религий характерен принцип антропологического пессимизма, по-разному трактуемый в каждой религии. Его сущность в данном случае такова: человек без религиозного просвещения и преобразования своей природы в соответствии с предписанным идеалом святости есть «сырой материал», лишь потенциально обладающий ценностью и достоинством. Только религиозная жизнь придает человеческому существованию высшую значимость и осмысленность. В христианстве и исламе обретение благого посмертия выступает целью религиозной жизни: земное существование — это предуготовление будущего вечного бытия души за гробом.

Типологически духовный универсум буддийской культуры отличается от тех моделей миропонимания, которые сложились под воздействием христианства и ислама. В буддизме цель религиозной жизни состоит в том, чтобы прервать блуждание сознания в сансаре, где страдание развертывает свою тотальную диктатуру.

5. Буддийская трактовка человеческой деятельности осуществлена в том же терминологическом языке, что и трактовка сознания. «Единица» деятельности есть действие, которое по своим проявлениям бывает телесным (физическим) либо вербальным (словесным), но и тот, и другой вид действий становится возможным лишь в силу того, что имеет место ментальный импульс-побуждение действовать определенным образом или собственно ментальное действие. Ментальный импульс-побуждение рассматривается как осознанное намерение, которому обязательно соответствует мысленно произнесенное суждение: буду поступать так-то и так-то. Ментальный импульс-побуждение как бы создает проект телесного либо вербального действия, формирует его. Интерпретируемое таким образом действие выступает всегда в качестве рефлексивного, продуманного и добровольного акта, поскольку воля к совершению действия имеет место даже в том случае, когда индивид действует по приказу (ведь и приказ можно не исполнить).

6. Все действия становятся открытыми для оценки с позиций нравственности, совершаются ли они последователями буддийской религии или внешними по отношению к ней индивидами. Безнравственные действия возникают тогда, когда ментальный импульс-побуждение опосредован («загрязнен») алчностью, ненавистью или тупостью (аффект упорства в заблуждении). Эти три аффекта, называемые в традиции «корнями неблагого», становясь единственными содержаниями сознания в момент актуализации соответствующего ментального импульса-побуждения, формируют «неблагие пути деятельности».

Нравственное поведение не есть внешнее следование предписанному образцу, ибо воспроизведение нормативного шаблона в жестах и словах, но без соответствующего ментального действия не имеет никакой цены. В основе нравственных действий стоит идея воздержания от безнравственности, неукоснительно присутствующая в сознании. Не-алчность, не-вражда, не-тупость — это явления сознания, тщательное взращивание которых и обеспечивает возможность поставить заслон безнравственным влечениям. Именно поэтому данные явления сознания и называются «корнями благого».

Таким образом, деятельность как понятие буддийской психологии характеризует человеческую уникальность в аспекте сознательного волеизъявления: человек зависит от результатов действий сознания в прошлых (человеческих же) рождениях, но в своей нынешней жизни он волен избрать благие пути деятельности. Никакая участь, судьба, никакой внешний по отношению к его сознанию проект не довлеет над ним. В силу этого человеческая форма существования рассматривается как драгоценная возможность сознательно избрать стезю религиозной жизни как единственный путь победы над страданием.

7. Доктринальные положения буддизма обусловили исходную область предмета философствования: «сансарное» бытие как непрерывное развертывание причинно-обусловленной психофизической жизни индивида выступает отправной точкой практического преобразования индивидуальной психики через посредство «пути». Поэтому в сферу философского рассмотрения входят только те вопросы, которые с этим преобразованием связаны. Все прочие «метафизические» вопросы, такие как проблема конечности или бесконечности мира и т.п., трактуются как безразличные к существу доктрины, а следовательно, не могут быть предметом буддийского философствования, которое исходно фокусируется исключительно на психологической проблематике. Философский дискурс, и в этом принципиальное историко-культурное отличие буддизма, был связан не только с доктриной, но и с культовой психотехнической практикой, служившей материалом для осмысления. Именно психотехническая практика представляла широкое поле для чисто психологических наблюдений и выводов, формулировавшихся в специальном языке, приуроченном, что особенно важно подчеркнуть, для описания психики в ее собственных терминах, а не в терминах внешнего мира.

Итак, принципиальный антропологизм буддийского философствования состоял в том, что в центр философской системы был поставлен субъект сознания, психики и деятельности. Именно поэтому анализ буддийской концепции индивида позволяет в терминах современной гуманитарии реконструировать уникальную по степени проработанности и логической консистентности систему психологического знания, с исчерпывающей полнотой зафиксировавшую структурные и динамические аспекты психического как такового.

Статья представлена в рамках проекта «Космос и карма» (грант РГНФ 9704081), рук. проекта Островская Е.П.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА В КОНТЕКСТЕ АКТУАЛЬНОЙ ПРОБЛЕМАТИКИ СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
Ананьев Б. Г.. Психология и проблемы человекознания (Первое издание), 1976
Ананьев В.А. ПСИХОЛОГИЯ ЗДОРОВЬЯ - НОВАЯ ОТРАСЛЬ ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ
Часть 1. Психология человека - составная часть научного человекознания
Шалбанова Е.В. НАПРАВЛЕННОСТЬ ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ ПОДРОСТКОВ В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННОСТИ
ГРАЖДАНСКИЙ КОНТЕКСТ ЖИЗНИ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО СОЦИУМА СКВОЗЬ ПРИЗМУ ТОЛЕРАНТНОСТИ
ШАЛБАНОВА Е.В. НАПРАВЛЕННОСТЬ ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ ПОД-РОСТКОВ В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННОСТИ
Кристина Островска. В поисках ценностей, 2000
Агалакова Анна Сергеевна ИНТЕРНЕТ-КОММУНИКАЦИЯ В КОНТЕКСТЕ ИЗУЧЕНИЯ КОПИНГ-СТРАТЕГИЙ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ
ПСИХОЛОГИЯ РАЗВИТИЯ В КОНТЕКСТЕ ПРОБЛЕМ ОБРАЗОВАНИЯ
Крылов ИНЖЕНЕРНАЯ ПСИХОЛОГИЯ В СТАНОВЛЕНИИ СОВРЕМЕННОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
ОСТРОВСКАЯ Е.А. РАЗВИТИЕ САМОКОНТРОЛЯ У МЛАДШИХ ШКОЛЬНИКОВ
Островский А.Б. ХАРАКТЕРИСТИКИ МИФОЛОГИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ (ПО РАБОТАМ К.ЛЕВИ-СТРОСА)
ТЕМА 2. ОБЩЕПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ ФОРМИРОВАНИЯ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ.
Добавить комментарий