О ПРИЧИННОСТИ ПСИХИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ

В рамках материалистической парадигмы утверждается, что психические явления возникают именно то-гда, когда в ходе рефлекторной деятельности мозга появляются ощущения, и отраженный в них раздражи-тель выступает в качестве объекта. Именно с этим связан «скачок», переход от физических к психическим явлениям. Этот «переход», качественное преобразование одной «реальности» в другую, сегодня связывают то со способом организации нейрофизиологических процессов, который детерминируется взаимодействием организма со средой, то со всем организмом человека, то с системным эффектом центральной нервной си-стемы, то с определенным образом организованными мозговыми процессами. Физиологическое в таком случае выступает как «причина» психического. Г. И. Челпанов по этому поводу писал, что причинная связь между физическим и психическим была бы доказана, если бы можно было зафиксировать промежуток вре-мени между окончанием физического процесса и началом психического. Но такие экспериментальные фак-ты отсутствуют. Утверждая рефлекторный характер психических явлений, материалисты вслед за И. М. Сеченовым, отождествляют психическое со «средним» звеном рефлекса: физиологический процесс, начавшись в рецепторе и достигнув центральной зоны, «превращается» там в психический образ, а затем психический процесс, «превращаясь» опять в физиологический, распространяется по нервному волокну эфферектора и выражается во внешнем (физическом) действии. Те, кто допускает превращение нервного движения в сознание, видят это таким образом, что, якобы, в известном пункте нервная деятельность прекращается, и вслед за этим прекращением наступает психическая деятельность. Физиологи же утверждают, что физический процесс не может, достигнув известной части мозга, внезапно превратиться в нечто невещественное (по утверждениям советских, да и не только советских, философов психика идеальна, невещественна), чтобы по прошествии некоторого времени или в другой части мозга превратиться опять в «вещественный» физический процесс. В мозге нет прерывности, анатомически неизвестно, чтобы где-нибудь нервная система прерывалась. И. Сеченов говорил, что в человеке имеется «цельный натуральный процесс». Психическую феноменологию он включал в систему рефлексов и отрицал независимость, самостоятельность психических процессов от нервных. Эмпирические данные свидетельствуют, что с этим нельзя не согласиться, но тем не менее, по словам самого же Сеченова, психическое остается «непроницаемой тайной». И. М. Сеченов и И. П. Павлов предостерегали от отождествления психического с физическим. Мозг, который Павлов рассматривал только как гигантский анализатор и исполнительный орган, эффектор, функционирует по типу рефлекса. Рефлекс — это механизм связи, общий принцип соеди-нения разных структур мозга, физических органов и нервной системы. Хотя ясной границы между телесным нервным и психическим центральным нет, нервный и психический процессы «слитны» и во времени неразрывны, но суть психической феноменологии рефлекс никак не объясняет. Дуалисты, или представители психофизического параллелизма, психические и телесные процессы рассматривали как взаимно-однозначные, существующие во времени параллельно. И тем не менее физическая реальность не есть психическая реальность: физиологическое описание элементарного действия (например, оглядывание на окрик по имени) и психологическое описание не совпадают. Вывести «инокачественность» характеристик психических явлений из характеристик, лежащих в их основе видов нервной активности нельзя: психическое свойство не может быть понято как следствие пусть даже «определенным образом» организованного физико-химического процесса.

К сожалению, непонимание того, что психическое и физиологическое — это разные реальности, «инокачественные», несводимые друг к другу, еще встречается в психофизиологической и психологической литературе. Г. И. Челпанов называл такое «непонимание» ловушками мысли. По мнению Г. И. Челпанова, отождествление психических процессов с физическими обусловливается невидимостью, ненаблюдаемостью психических процессов и возможностью фиксировать только их результат. Л. М. Веккер своих работах неоднократно обращался к поиску адекватного материала для психических структур. Основная сущность онтологической альтернативы в области психофизической проблемы, писал он, состоит в том, будет ли материалом психического физическая реальность, или этот материал будет признан свойством принципиально иной в своих атрибутах нематериальной субстанции.

Ситуация с «исчезновением» психиче-ской феноменологии несколько аналогична ситуации в физике. В физике энергия как способность совершать работу скрыта под феноменологической поверхностью производимой работы. Чтобы ее выявить, нужна абстракция от пространственно-временных кинематических характеристик движения. Такая объективная относительная взаимообособленность пространственно-временных и энергетических аспектов физической реальности, по мнению Веккера, выражается в том, что они находятся друг с другом в отношениях дополнительности, которые описал Н. Бор. Соответственно, при решении психофизической проблемы, или, по словам В. В. Орлова, «психофизиологического парадокса», необходима такая же абстракция от пространственно-временны?х характеристик физико-химического нейрофизиологического процесса, которые не есть психические процессы и являются «иной» дополнительной реальностью к процессам физическим, как и собственно энергетические аспекты физической реальности. В результате такого рассуждения выстраивается параллель психического и энергетического аспектов. Вспомним в связи с этим, что энергия — это способность тела, объекта к активности и движению, именно СПОСОБНОСТЬ, а не сама активность и движение. Тогда «психику», по аналогии с «энергией» можно рассматривать как некую «го-товность, запредельное условие» активности в пределах этого физического мира. Но в данном случае это «активность» уже совсем особого рода, не механическое, тепловое или ионное движение, а динамика мысли, чувства, воли «трагически невидимых» (Л. М. Веккер), что и приводит некоторых философов и психологов к утверждению их якобы тождественности «видимому» физиологическому процессу. Вспомним утверждение Дюбуа-Реймонда — психические процессы стоят вне закона физической причинности. Следовательно, кор-ректно говорить только об одновременности протекания физических и психических процессов: физические изменения в мозгу сопровождают психические процессы, но нельзя сказать порождают, «превращаются».

Так как реальна не только материя, но реально и психическое, размышлял Г. И. Челпанов, то, если нет причинной связи между физическим и психическим, значит, для психического есть другие источники. Известный нейрофизиолог с мировым именем, посвятивший жизнь исследованию сенсорной системы мозга, Ч. Шеррингтон, настаивает на абсолютном отличии психических явлений от физиологических, и как связаны психические или духовные явления с нейродинамическими, ему неясно. Он утверждает, что кора головного мозга только место встречи материи и духа, мысль не функция мозга, а имеет свой особый источник, лежащий за пределами материи. Все философские направления, рассматривая с разных сторон один и тот же вопрос — соотношение духа (психики) и материи (сомы), — предлагают ответ, исходя из той или иной мировоззренческой картины мира, осуществляя выбор, основанный не на экспериментальных результатах, а на той или иной теоретической парадигме, и лишь теория психофизического параллелизма остается единственно корректной с научной точки зрения, так как не выходит за пределы эмпирических научных исследований, утверждая, что каждому психическому процессу соответствует определенный физический процесс и наоборот.

Остальные теории метафизичны, так как выходят за пределы факта в область интерпретации, и ни одна из них при интерпретации не обходится без введения метафизических конструктов. Так как логических доказательств, с которыми согласились бы оппоненты, не имеет ни одно из трех генеральных направлений философской мысли — материализма, идеализма, дуализма, — то любая интерпретация фактов параллельности психических и физических процессов есть выход за пределы научного исследования в область мировоззрения. На современном этапе научного знания объяснение природы взаимодействия физиологических и психических явлений остается невозможным, хотя это взаимодействие отрицать также невозможно. Характерно, что на позициях психофизиологического параллелизма стояли такие крупные физиологи, как Пенфилд, Беритов, Шеррингтон, а также психологи Фехнер, Эббингауз, Келер, Пиаже.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Глава. ІІІ ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И МОЗГ. ПРОБЛЕМА ДЕТЕРМИНАЦИИ ПСИХИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ
4. ДЕТЕРМИНАЦИЯ ПСИХИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ
ПСИХИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ КАК ИНВАРИАНТ
ВОЛЯ КАК РЕАЛЬНОЕ И САМОСТОЯТЕЛЬНОЕ ПСИХИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ.
Горбунов И.А. СИСТЕМНАЯ ДИАГНОСТИКА ПСИХИЧЕСКИХ ЯВЛЕНИЙ ПО ФИЗИОЛОГИЧЕСКИМ СИГНАЛАМ
ФИЛИМОНЕНКО Т.Ю. СУБЪЕКТИВНЫЙ ВОЗРАСТ КАК ПСИХИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ
Глава I О МЕСТЕ ПСИХИЧЕСКОГО ВО ВСЕОБЩЕЙ ВЗАИМОСВЯЗИ ЯВЛЕНИЙ МАТЕРИАЛЬНОГО МИРА
ПОБОЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ
«Пограничные» явления
Осмысление «крупных» явлений
2.1. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ВОЛЯ РЕАЛЬНЫМ ПСИХОЛОГИЧЕСКИМ явлением?
КЛАССИФИКАЦИИ ВИДОВ КОНФЛИКТНЫХ ЯВЛЕНИЙ
Обычные и необычные явления. Духовный кризис
Общие требования к классификациям массовых явлений
ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ОЩУЩЕНИЙ И ЯВЛЕНИЕ СИНЕСТЕЗИИ
Ильинский С.В. Суицидальные явления в воинском коллективе
Добавить комментарий