Шкопоров Н.Б. Перспектива содержательной реформы В СТРУКТУРЕ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ

BRR>

С давних времен людей интересовала природа души. Считалось, что душа является основой субъективного мира человека. Постепенно оформилась и наука о душе, психология. Однако с развитием естествознания, которое сразу же приобрело ориентацию на механическое движение тел и частиц , науки о человеке, «подстроились» под эти новые идеалы. Поскольку учение о молекулах и строении атома постепенно расширялось, появился соблазн объяснить все явления человеческой природы в терминах физики, химии и быстро растущей на их основе физиологии. Однако особую привлекательность в этом несомненно редукционистском подходе долгое время сохраняла механика. Конкретно это выразилось в поисках подобия всех внутренних состояний субъекта внешнему механическому движению. Блистательная идея, высказанная в ряде работ [6, 24, 32], состояла в том, что все душевные движения должны быть адекватным образом выражены в соответствующей биомеханической форме. Однако этот замечательный в теоретическом отношении ход привел к небезупречному с логической точки зрения выводу о том, что и душевные движения должны строиться на основе простых внешних действий. «Принцип оформления души есть принцип оформления внутренней жизни извне, из другого сознания…», — писал по этому поводу М.М. Бахтин [6, с.58].

Эта логика «от внешнего к внутреннему» и «от простого к сложному», нашедшая свое отражение в различных вариантах теории интериоризации, положила начало большому числу остроумных исследований, особенно в детской и возрастной психологии [10, 25, 42]. Однако первоначальные суть и смысл психологии были в ходе этой теоретической работы в значительной мере утрачены. Идея о том, что душа могла бы возникнуть в результате некоего развития «бездушной» плоти и определенной тренировки даже неспециалисту представляется неестественной.

Но субъект, тем не менее, со всей очевидностью развивается. Формируются его познавательные, эмоциональные, личностные структуры. Вопрос, однако, заключается, в том, какое отношение все это имеет к первоначальному предмету психологии. Как проявляется душа в психической деятельности в целом, интеллекте или способностях?

Традиция отхода от предмета, который «трагически невидим», порождает некий «условный предмет», наименование которому подыскать не так-то легко. В самом деле, «наука о душе» ограничила себя изменчивым набором свойств, с помощью которых подчас весьма трудно объяснить талант или гениальность, альтруизм или нравственные начала личности.

Идейная основа психологии развития проистекает из кажущейся бесспорной «внешностной» модели живого существа. Многие теоретические ходы в психологии состоят в апелляции к развитию живого в онтогенезе и филогенезе. Исходный постулат этой модели состоит в том, что жизнь и живое — это вторичные явления, формирующиеся внутри неживого процесса. Следует отметить, что случайность в противовес детерминизму занимает в психологии весьма значительное место.

Между тем, живое лежит в основе всякого психического процесса посредством участия мозговых структур в его осуществлении. Каким же образом организованная целостная система психофизиологического функционирования происходит из случайного процесса?

Существуют, по меньшей мере, три гипотезы, объясняющие случайную причинность в генезисе живого и психического. Во-первых, это гипотеза химической эволюции, т.е. случайного образования органических молекул из так называемого «первичного химического бульона». Во-вторых, это гипотеза филогенетической эволюции, т.е. совершенствования фенотипа за счет случайного естественного отбора. В-третьих, это гипотеза онтогенетической эволюции, т.е. формирования психического из зиготы путем пре- и постнатального онтогенеза.

Заметим, что развитие как таковое, как именно видовое развитие рассматривается также как случайный процесс. То же мы встречаем и обращаясь к культуре, как основному фактору социализации, ибо еще К.Маркс говорил, что хотя каждый и вносит свой осмысленный вклад в культуру, в итоге получается то, чего никто не ждал, т.е. случайное. Человек вместе с тем, по словам К.Маркса [33, с.476], «не стремится оставаться чем-то окончательно установившимся, а находится в абсолютном движении становления», поддерживая возможность случайного исхода.

К сожалению, ни одна из этих гипотез в настоящее время не подтвердилась. Тщательный теоретический анализ в русле органической химии позволил известному индийскому исследователю Т.Д.Сингху с уверенностью утверждать, что гипотеза химической эволюции вряд ли может быть подтверждена. Не менее глубокий анализ, проведенный в сфере эволюционной теории целым рядом исследователей, показал, что и гипотеза филогенетической эволюции вряд ли может быть доказана. Последние данные в области изучения реинкарнации , психологических феноменов, сопровождающих клиническую смерть, измененных состояний сознания при лечении с помощью ЛСД и гипнотической регрессии убедительно показывают необходимость пересмотра прежних представлений также и в сфере онтогенеза.

Коль скоро эти гипотезы не подтвердились, следует сделать и более широкий вывод, что нет оснований полагать, будто закономерное и разумное может произойти из случайного. Потому нельзя принять и концепцию телеологичности материи, выдвигаемую, например, J.Monod.

В противовес младенческому периоду науки XV—XVII веков, когда призывы «раздавить гадину» , отрицая религиозное мировоззрение и утверждая сциентизм, имели преобладающее значение, сейчас наступает время более зрелых решений. Это происходит в физике, где понятия индивидуальности, сознания и разума становятся подчас не менее значимыми, чем только движения частиц.

Возникает вопрос, если мы готовы пересмотреть существующие взгляды, отказываясь от того, что, возможно, оказалось заблуждением, то на какой методологической основе это можно было бы сделать? Полагаем, что в недрах самой европейской науки нет в достаточной мере таких методологических сил, которые были бы способны изменить ее «течение». Как и всегда необходимы свежие идеи извне.

Фактически, понятие методологической основы значительно шире системной основы научного знания [3, 4, 5]. Религиозные учения также представляют собой определенную методологическую канву практической жизни людей. В целом методологическая основа — это система мировоззренческих установок, из которой вытекает система методов. Смена методологических основ может происходить как на протяжении длительных исторических периодов, как было, например, с укоренением христианства на Руси, так и в течение относительного короткого времени — в случае с распространением в России идей марксизма. Что касается собственно научного знания, то определенные идеи могут быть предложены науке как перспективные и более или менее быстро укореняться в ней. Так было с положениями марксистской теории, которые постепенно входили в отечественную науку. С другой стороны, определенные теории, школы или их отдельные положения могут оказаться привлекательными для какой-то одной конкретной науки или же для целой системы наук. Таков, например, психоанализ, принятый отечественной наукой и как психологическое учение, и как органичный аспект других наук, например литературоведения [1, 2] или этнографии. Другим примером является учение Л.Н.Гумилева, принятое в качестве одной из методологических основ в современной археологии.

В качестве методологической основы может быть предложено любое философское или конкретно-научное учение, адекватное логике данной науки и решаемым в ней проблемам. Учение может быть только предложено, и мотивы такого предложения должны быть совершенно особыми. Новая методологическая почва вовсе не предполагает смены методов в данной науке или внедрения новых экзотических методов. Напротив, новый методический инструментарий может вполне оставаться в прежних методологических рамках. Так, например, было на первых этапах исследований, проводимых С.Грофом. Поэтому главная и тонкая область взаимопроникновения новой методологической основы и конкретной науки состоит в новых объяснительных возможностях того или иного учения. Постепенно проникая в систему интерпретации данной науки, учение, становящееся в той или иной степени базисным в ней, способно развить в определенном направлении и методы этой науки. Так, идеи психоанализа, постепенно входя в качестве новой методологической основы в психиатрию, стали причиной создания целого ряда проективных тестов, таких как ТАТ, тест М.Люшера, методика «Дом—Дерево—Человек» Маховера и др.

В качестве такой новой методологической основы психологической науки мы предлагаем древнейшее учение Вед. Обращение психологии, в частности, и западной науки в целом к древнему Востоку не является чем-то новым и экзотическим. Достаточно вспомнить богатейшую экспансию буддизма махаяны в западную науку и художественную литературу [26, 27, 39, 47]. Ярким примером является здесь трансперсональная психология. Не меньшей популярностью пользуются идеи китайской философии. Так, известный физик Ф.Капра написал даже внушительную работу «Дао физики». Большое внимание научной общественности привлечено к деятельности Международного Университета Махариши. Наш интерес к Ведам и в целом к ведической литературе определяется, конечно, не стремлением стать в один ряд с известными открытиями «Запада на Востоке», а поиском новых объяснительных схем, которые иначе, на наш взгляд, отыскать невозможно.

Познакомившись достаточно глубоко с этим учением, мы увидели в нем возможность новых интерпретаций известных в психологии проблем. Ведущая мотивация этого поиска состояла в нахождении новых и простых путей исследования души, как изначального предмета психологии.

Главную задачу в этой деятельности мы видим в том, чтобы увидеть традиционные проблемы с иной точки зрения. Поэтому мы не будем здесь говорить о Ведах в каком-то специальном культурологическом смысле, но прежде всего постараемся передать как бы дух ведического знания с точки зрения его полезности для развития психологии души.

Ведическое учение представляет собой древнейшую систему универсального знания, передаваемого без искажений из уст в уста от авторитетов. Отсутствие искажений обеспечивается сбалансированным взаимодействием в системе «передатчик» (учитель) — «приемник» (ученик). Диада «учитель—ученик» образует единицу «цели ученической преемственности» , где учитель квалифицирован, а ученик по определенным критериям достоин квалифицированного знания, известного как Абсолютная Истина. В этом смысле ведическое учение является образцом строго дедуктивной системы знания. С незапамятных времен это знание неизменно в отличие от постоянно меняющегося прогресса в индуктивной науке. На первый взгляд может показаться, что неизменное ведическое знание не дает простора индивидуальному творчеству и не охватывает изменчивого многообразия окружающего мира. Однако не меняющееся от эпохи к эпохе знание вещей и явлений скорее отражает их сущностные стороны, нежели какие-либо внешние характеристики. Здесь уместно упомянуть идею А.А.Гостева об инвариантах знания. Когда З.Фрейд наработал новую фактологию, он создал и новую систему интерпретации. Однако некоторые исследователи утверждают, что это всего лишь модифицированный вариант древней системы йоги.

В ведическом учении рассматриваются три уровня психической организации субъекта. Высший среди них — это сверхсознание, средний — сознание и низший — психофизиологическая организация субъекта. Аналогичную структуру можно обнаружить в христианской теологии , а также в ряде эзотерических учений. Характерной особенностью именно ведического учения является то, что оно подходит к проблеме сознания через призму его «погруженности» (обусловленности) в тот или иной модус, ту или иную форму зависимости от окружающего мира. Необусловленное и освобожденное сознание не сливается со Сверхсознанием, как иногда полагают , но как бы становится адекватной или полноценной его частью, будучи теперь зависимым (что не означает «изолированным») от внешней действительности. В известной мере данное положение аналогично внешнему и внутреннему локусам контроля. Сознание сообщается как с бессознательным, так и со Сверхсознанием, инстанцией Абсолютной Истины. Второй характерной особенностью ведического учения является теория реинкарнации, т.е. трансмиграции души в различные тела. Направленность и содержание этого процесса рассматривается в свете нравственного причинно-следственного закона «кармы».

Цель предстоящей в этом направлении работы состоит в том, чтобы обозначить новый аспект альтернативной научной парадигмы, уже формируемой и осуществляемой в трудах гуманистической и трансперсональной психологии. Основная задача работы может быть сформулирована как определение «контура» ведической психологии как новой научной дисциплины. Эта дисциплина будет представлять собой иное измерение в системе интерпретации эмпирических данных и позволит проанализировать и представить традиционные проблемы психологии в новом свете. В свою очередь иная система интерпретации позволит сконструировать и иные методы исследования.

Научная новизна такого рода работы представлена тем, что в ней впервые будет предпринята попытка сформулировать на материале ведической литературы эвристические положения для развития психологической теории.

Теоретическая ценность предстоящего исследования определяется его ориентацией на фундаментальные проблемы психологической науки. Мы предлагаем не просто ознакомиться с одним из важнейших наследий древней философии, но в русле этого нестареющего мировоззрения будем пытаться переосмыслить ряд ключевых положений психологии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аверинцев С.С. Славянское слово и традиция эллинизма // Вопросы литературы, 1976. № 11. 161 с.

2. Аверинцев С.С. Новое в современной классической философии. М., 1979.

3. Ананьев Б.Г. Проблема социогенеза человеческого поведения // Вопросы изучения и воспитания личности. Вып. I-II. Л., 1930. С. 12—18.

4. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды. Т. 1. М., 1980. 232 с.

5. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды. Т. 2. М., 1980. 235 с.

6. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979.

7. Бауэр Т. Психическое развитие младенца. М., 1985.

8. Бернал Дж. Д. Возникновение жизни. М., 1969.

9. Бернштейн Н.А. Общая биомеханика: Основы учения о движениях человека. М., 1926. 416 с.

10. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968. 464 с.

11. Бом Д. Квантовая теория. М., 1961. 728 с.

12. Братусь Б.С. Опыт обоснования гуманитарной психологии // Вопросы психологии. 1990. № 6. С. 9—17.

13. Брушлинский А.В. Проблемы психологии субъекта. М., 1994.

14. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Бхагавад-Гита как она есть. М.; Л., 1992. 832 с.

15. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 1.Ч. 1. М., 1990. 546 с.

16. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 1.Ч. 2. М., 1990. 605 с.

17. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 2. М., 1992. 750 с.

18. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 3.Ч. 1. М., 1992. 631 с.

19. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 3.Ч. 2. М., 1993. 575 с.

20. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 3.Ч. 3. М., 1995. 622 с.

21. Бхактиведанта Свами Прабхупада А. Ч. Шримад Бхагаватам. П 4.Ч. 1. М., 1995. 703 с.

22. Вольтер Ф.М.А. Избранные произведения. М., 1938.

23. Вопросы эволюции онтогенеза: Материалы совещания (28—30 сент. 1983 г.) / Моск. Общество естествоиспытателей природы. Межсекц. семинар по проблемам эволюции. М., 1985. 174 с.

24. Выготский Л.С. Умственное развитие детей в процессе обучения: Сборник статей. М.; Л., 1935.

25. Выготский Л.С. Развитие высших психических функций: Из неопубликованых трудов. М., 1960. 500 с.

26. Гессе Г. Степной волк. Новосибирск, 1990. 349 с.

27. Гессе Г. Игра в бисер. Новосибирск, 1991. 458 с.

28. Гостев А.А. Образная сфера человека. М., 1992. 194 с.

29. Гроф С. За пределами мозга: рождение, смерть и трансценденция в психотерапии. М., 1993.

30. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1993. 498 с.

31. Капра Ф. Дао физики: Исследование параллелей между современной физикой и мистицизмом Востока. СПб., 1994. 302 с.

32. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. 4-е изд. М., 1981. 584 с.

33. Маркс К, Энгельс Ф. Сочинения. Т. 46. Ч. 1.

34. Миллер Дж., Галантер Е., Прибрам К. Планы и структура поведения. М., 1965.

35. Моуди Р.А. Жизнь до жизни. Жизнь после жизни. Киев, 1994.

36. Ротх Р. Трансцендентальная медитация Махариши Махеш Йоги. СПб.

37. Рубайлова Н. Г. Формирование и развитие теории естественного отбора : Исторический очерк. М., 1981. 197 с.; 1994. 109 с.

38. Руттен К. Происхождение жизни. М., 1976.

39. Сэлинджер Дж.Д. Над пропастью во ржи. М., 1965. 255 с.

40. Сеченов И.М. Элементы мысли. М., 1903. 125 с.

41. Тростников В.Н. Научна ли «научная картина мира»? // Новый мир. 1989. № 12. С. 257—263.

42. Фрейд З. По ту сторону принципа удовольствия. М., 1992. 569 с.

43. Эльконин Д. Б. Детская психология. М., 1978.

44. Baldwin D.A., Moses L.I. Earley understanding of referential intent and attentional focus: Evidence from language and emotion. In: Children’s earley understanding of mind: Origins and development / Ed. by Ch. Lewis, P Mitchel. — Hove : Lawrence Erlbaum Associates, 1995, 203-216.

45. Bell R.Q., Weller G.M., Waldrop M.F. Newborn and preschooler: Organization of behavior and relations between periods. Chicago: Chicago University Press, 1971. 145.

46. Dethlefsen T. Das Leben dem Leben: Gesprache mit Wiedergeborenen. Munchen: Goldmann, 1987.202.

47. Grof S. The adventure of self-discovery: Dimensions of consciousness and new perspective in psychotherapy and inner exploration. New York (Albany): Suny Press, 1988.

48. Maslow A.H. Motivation and personality. New York: Harper & Row, 1970. 369.

49. Maturana H.R., The organization of the living: A theory of the living organization. International Journal of Man-Machine Studies, 1975, Vol 7, 313-332.

50. Minkowski E. Lived Time: Phenomenological and Psychopathoeosical studies. Evanston: North Western University Press, 1970.

51. Monod J. Zufall und Notwending Keit: Philosophishe Fragen der Modernen Biologia. Munchen: Deutsher Tashenbuch Verlag, 1991.173.

52. Rajneesh Bh.Sh. The Orange Book : The Meditation Techniques. USA : Rajneesh Foundation International, 1983.

53. Singh T.D., Thompson R.L. What is Matter ? What is Life ? San-Francisco : Papeback, 1980.

54. Stevenson I. Twenty Cases Suggestive of Reincarnation. Richmond : William Byrd Press, Inc., 1966.

55. Tart Ch.T. Transpersonale psychologie. Olten : Walter, 1978. 610.

56. Trevathan W.R., Mc Kenna J.J. Evolutionary environment of human birth and infancy: Insights to apply to contemporary life. Children’s Environments, 1994, Vol 11, No 2, 88-104.

57. Wellman H., Bartsch K. Before belief : Children’s early psychological theory. In : Children’s early understanding of mind : Origins and development / Ed. by Ch. Lewis, P. Mitchell. Hove : Lawrence Erlbaum Associates, Inc., 1994.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Перспективы когаитивнои науки
Слепухина А.В. Духовность личности как проблема современной психологической науки
Л.М. Даукша. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИИ ОБЩЕНИЯ, 2010
1.5. Современное состояние и перспективы развития метакогнитивизма
СОЦИАЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ О ПЕРСПЕКТИВЕ БУДУЩЕГО
О СОВРЕМЕННОМ СОСТОЯНИИ И ПЕРСПЕКТИВАХ РОС-СИЙСКОЙ СРАВНИТЕЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ
Щелкова О.Ю. Современное состояние и перспективы развития медицинской психодиагностики
СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ИЗУЧЕНИЯ КРЕАТИВНОСТИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ДАЛЬНЕЙШИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
Солдатова П. А. СОВРЕМЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ КОЛЛЕКТИВНОЙ ПАМЯТИ: ОСНОВНЫЕ ИДЕИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
Л.И. Казмиренко, Е.И. Кудермина ЮРИДИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ В УКРАИНЕ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ
Е.Е. Стеценко СОБЫТИЙНАЯ СТРУКТУРА АВТОБИОГРАФИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ И ВРЕМЕННЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ У БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ
Глава 2. Психология в структуре современных наук
1.4. СОВРЕМЕННАЯ НАУКА, ИЛИ СТРУКТУРА НАУЧНЫХ РЕВОЛЮЦИЙ
Пятых И.К. структура ценностных ориентаций у современной учащейся молодежи
ИОГОЛЕВИЧ Н.И. МОТИВАЦИОННО-ЦЕННОСТНАЯ СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ СОВРЕМЕННЫХ РУКОВОДИТЕЛЕЙ
Иоголевич Н.И. Мотивационно-ценностная структура личности современных руководи-телей
ТЕМА 21. НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЭТИКЕТ В СТРУКТУРЕ ОБЫДЕННОГО СОЗНАНИЯ И ПОВЕДЕНИЯ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКА
ИТОГИ ДЕСЯТИЛЕТИЯ «РЕФОРМ».
Добавить комментарий