СОВРЕМЕННАЯ ПСИХОЛОГИЯ ДАЛЕКО ПРОДВИНУЛАСЬ В ИЗУЧЕНИИ ОТДЕЛЬНЫХ СФЕР И ПРОБЛЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ.

Внутренняя дифференциация отраслей и разделов психологической науки зачастую отражает объективную инвариантную структуру жизненного пути человека. Обособление психологии семьи, психологии профессионального развития личности, психологии труда, политической психологии, например, связано с разграничением основных сфер жизни человека — семейной, профессиональной, досугово-рекреа-ционной, а также выделением сферы общественно-политической активности. Однако такой подход, направленный на «расчленение» человеческой жизни на отдельные составляющие, не позволяет подступиться к психологической проблеме субъекта жизни. В этой связи все чаще звучат призывы к изучению жизненного пути личности сквозь призму субъектного подхода. Это, по мнению исследователей, даст возможность вникнуть в специфичную только для человеческого бытия проблематику смысла жизни и бессмысленности, любви и одиночества, счастья и веры, отношения к жизни и смерти [26; 87; 97; 146; 216; 235].

Проблема смысловой регуляции жизненного пути числится в ряду актуальных научных проблем, имеющих прямое касательство к психологическим исследованиям субъекта жизни. По ходу индивидуального жизненного пути наблюдается закономерное возрастание субъектной активности, что обусловливает непрерывность развития личности в качестве субъекта вариативных видов деятельности. Но только ли прогрессирует способность личности быть субъектом единичной деятельности? Идет ли психическое развитие субъекта экстенсивным путем, приводящим к расширению «каталога деятельностей», или же оно идет интенсивным путем, приводящим к соподчинению этих деятельностей в некоторую систему? Эти и многие другие вопросы обращают внимание психологов на проявления субъектной активности личности в масштабе биографии, в котором единственно и решается психологическая судьба каждой отдельной деятельности.

Уровень развития личности как субъекта детерминируется степенью развития и сохранности, во-первых, ее смысловой

сферы и системы смысловой регуляции и, во-вторых, зрелостью и завершенностью всей системы осознанной саморегуляции. На разных этапах прижизненного развития личности выраженность ее способности субъективировать разнообразные виды деятельности объективно разнится. На определенной стадии развития личность неминуемо превращается из субъекта отдельных видов предметной деятельности в субъекта жизни. При психологическом подходе к данной проблеме исследователей прежде всего интересуют психологические обстоятельства, изнутри подготавливающие эту личностную «метаморфозу». Повторим, что уровень психического развития субъекта коррелирует с уровнем развития смысловой регуляции в частности и системы осознанного саморегулирования в целом. В этой связи толчок для перехода личности от субъективации отдельных видов деятельности к субъективации жизни в целом следует искать в закономерностях формирования психических структур и процессов, из которых строится система осознанной личностной саморегуляции жизненного пути.

Специальный анализ современного состояния проблемы вынуждает констатировать не только лапидарность эмпирических исследований, посвященных психологии субъекта жизни, но также отсутствие единого концептуального подхода в этих исследованиях.

Тем не менее психологическое изучение системы осознанной саморегуляции жизненного пути личности должно базироваться на общих принципах и подходах, принятых в исследованиях всех уровней и форм психической регуляции. Концептуально важным представляется понимание психической регуляции как многоуровневой системы психических образований, построенной одновременно по координационному и субординационному принципу (системный подход) и складывающейся в процессе развития и самодвижения деятельности (принцип деятельностного опосредования). Существенный вклад в концептуальное осмысление психической регуляции вносит положение об ее личностной обусловленности (личностный подход) и индивидуальном своеобразии (индивидуальный подход) [2; 4; 45; 120; 161; 186].

Эти общие положения были конкретизированы в исследованиях специфических механизмов и закономерностей психического регулирования различных видов профессиональной деятельности — операторского труда, педагогической, управленческой, спортивной и учебной деятельности, а также общения. Обозначенные принципы и подходы нашли приложение в исследованиях

различных уровней психической регуляции — неосознанной психической регуляции и осознанной оперативной и сенсорно-перцептивной регуляции предметной деятельности, рефлексивной и смысловой регуляции мыслительной деятельности, нравственной, социально-психологической и нормативно-ролевой регуляции межличностного взаимодействия, смысловой регуляции предметной деятельности и общения.

Кроме того, проблема психической регуляции ставилась в возрастно-психологическом аспекте как проблема онтогенетического развития регуляторных механизмов; в дифференциально-психологическом аспекте как проблема индивидуальных различий механизмов психической регуляции; в патопсихологическом аспекте как проблема нарушения, распада нормальных и формирования патологических механизмов психической регуляции; в криминально-психологическом аспекте как проблема механизмов психической регуляции преступного поведения; в сравнительно-психологическом аспекте как проблема сходства и различия механизмов регуляции в психике человека и животных.

В результате обобщения общих и частных закономерностей было выработано концептуальное понятие психической регуляции. Оно претендует на всеобщность и может быть преломлено на предмет любого конкретно-психологического исследования, а также спроецировано на любой уровень психической регуляции активности. Психическая регуляция — это функция психического отражения, сущность которой заключается в согласовании активности индивида с внешними условиями и объективными связями объектов и явлений действительности, с одной стороны, и внутренними необходимо-стями субъекта, с другой [45; 120; 153]. Исследователи различают осознанный и неосознанный уровень психической регуляции, полагая, что осознанная регуляция в условиях человеческой психики выступает как саморегуляция. Психическая саморегуляция деятельности является высшим уровнем регуляции поведенческой активности биологических систем, отражающая качественную специфику реализующих ее психических средств отражения и моделирования человеком действительности и самого себя [119; 120; 161; 204]. Рассмотрение психических механизмов и закономерностей саморегуляции особенно актуально в связи с тем, что оно проливает свет на внутреннюю организацию субъектной активности личности. Психическая саморегуляция концептуализируется как преимущественно осознанное, целенап-

равленное планирование, построение и преобразование субъектом своих действий и поступков в соответствии с личностно значимыми целями, актуальными потребностями [45, с. 7].

В особое направление выделяются пока что малочисленные исследования психической регуляции жизненного пути личности. Оно зародилось в связи с переходом от изучения оперативной и ситуационной регуляции единичных актов поведения и дискретных видов деятельности к выяснению закономерностей психической детерминации индивидуального жизненного пути личности. Теоретическую значимость исследованиям психической регуляции жизненного пути личности придает программная установка, выдвинутая О.А.Конопкиным в целях интенсификации исследований всех видов психической регуляции: «Раскрытие закономерностей формирования и функционирования произвольной осознанной саморегуляции, реализуемой человеком в различных видах и формах деятельности, в поступках и поведении в целом, — одна из общезначимых задач психологической науки» [121, с. 19].

При изучении психической регуляции отталкиваются от следующего определения жизненного пути. Жизненный путь личности — это история развития и формирования личности в определенном обществе в конкретную историческую эпоху, обусловленная комплексом объективных макросоциаль-ных и микросоциальных условий, а также активностью личности как субъекта жизни [8; 16; 21; 23; 30; 116; 118; 149; 150; 151; 173; 189; 217]. Все множество психологических исследований, приуроченных к проблеме жизненного пути личности, можно условно подразделить на три основных аспекта: объективный, субъективный и субъектный.

Объективный аспект анализа жизненного пути личности не является сугубо психологическим. В рамках данного аспекта анализируется объективная пространственно-временная и событийная структура жизненного пути, его обусловленность комплексом политических, экономических, идеологических, правовых и прочих макросоциальных факторов эпохи, зависимость от исторического контекста, культурной среды и когортной принадлежности индивида, а также от социальной стратификации и общественного образа жизни [88; 116; 118]. Вышеуказанные проблемы психологи прорабатывают совместно с представителями социальных наук — социологии, культурологии, этнографии, истории. Психологической науке принадлежит монополия в освоении субъективно-

го и субъектного аспектов, в рамках которых актуализируется проблема психической регуляции жизненного пути личности.

Субъективный аспект психологического анализа жизненного пути предполагает исследование субъективных репрезентаций биографии в индивидуальном сознании и выявление их особых отражательных, регуляторных, коммуникативных, жизнетворче-ских функций. Рассмотрение конкретных психических структур и процессов, на основе которых личность осуществляет регуляцию жизненного пути, является важным шагом в познании психологии субъекта. При обсуждении проблемы психической регуляции жизненного пути в ряду регуляторных структур и механизмов называются жизненные цели , жизненные планы и программы [80; 202], временная перспектива и временная транспектива[3; 8; 112], психологическое время и психологический возраст личности [81; 126; 171], субъективная картина жизненного пути [18; 33; 81; 126; 189; 230], жизненная позиция [6; 8], жизненный выбор [124; 200], жизненные притязания [8; 80], жизненное призвание , автобиографическая память .

В постановочном, дискуссионном порядке предлагается концепция индивидуального стиля жизни, обусловленного индивидуально-психологическими особенностями личности, и концепция жиз-нетворчества, предопределенного развитием творческой уникальности субъекта жизни [62; 89; 206]. В эмпирическом плане наиболее продвинутой областью исследований является психическая регуляция биографического времени [3; 8; 81; 112], а также регуляция индивидуального жизненного пути посредством комплекса образов личной биографии в сознании субъекта — субъективной картины жизненного пути [16; 33; 81; 126; 167; 174;230].

Большинство исследований психической регуляции жизненного пути личности характеризуются некоторыми общими недостатками. Первый из них заключается в отсутствии системности при раскрытии регуляторных функций отдельных психических структур, процессов и механизмов. Игнорирование требований системного подхода приводит к тому, что каждое регуляторное образование рассматривается в отрыве от целостной и неделимой системы психического регулирования и саморегулирования. При этом «исследование процесса саморегуляции часто подменяется по сути установлением самого факта детерминации деятельности, поведения отдельными психическими или даже сре-довыми факторами… В результате саморегуляция как процесс, имеющий закономерное строение, исчезает, а вместе с этим сни-

мается и вопрос о реальной роли и месте изучаемого фактора в регуляторном процессе» [119, с. 7].

По этой причине задача будущих исследований состоит в том, чтобы из разрозненных, изолированных структур и механизмов собрать единую систему осознанной личностной саморегуляции индивидуального жизненного пути. При решении обозначенной задачи необходимо ликвидировать еще один серьезный недостаток психологических исследований регуляции жизненного пути личности. Он проявляется в тенденции изучать различные регу-ляторные структуры и механизмы как бессубъектные, то есть не принадлежащие личности как подлинному и изначальному субъекту психической регуляции. Получается искаженная картина, в которой каждая регуляторная структура формируется, функционирует, изменяется и прекращает существовать сама по себе, без вмешательства и помимо воли личности. В представлении о функциональной самодостаточности отдельных регуляторных структур проглядывает неверная методологическая установка, обозначаемая как «постулат непосредственности». Как отмечалось ранее, в психологии постулату непосредственности противоборствует субъектный подход, в связи с чем особую актуальность приобретает субъектный аспект анализа жизненного пути личности.

С точки зрения субъектного подхода необходимо определить роль личности с ее системой смысловой регуляции в контуре психического регулирования жизненного пути. В настоящем исследовании проблема смысловой регуляции жизненного пути личности формулируется впервые, несмотря на то обстоятельство, что различные смысловые структуры — смысл жизни, личностные ценности, смысловые конструкты, мотивы — неоднократно выдвигались в качестве инстанций психической регуляции жизненного пути [8; 16; 117; 133; 142; 181; 184; 192; 235; 237]. Важные теоретические предпосылки для исследования смысловой регуляции жизненного пути содержатся в работе А.С.Сухорукова, который осветил одну из форм активности субъекта жизни — жизнетвор-чество — в динамике смысловой системы личности . Трудно переоценить теоретическое значение результатов исследования В.С.Хомика, который концептуализировал некоторые механизмы психической регуляции жизненного пути как способы смысловой переработки жизненного опыта .

Субъектный аспект психологического анализа жизненного пути подразумевает исследование личности как организатора жизненных событий и времени жизни — созидателя индивидуаль-

ной биографии в целом. В рамках данного аспекта анализа находит применение субъектный подход, который требует проследить не только зависимость личности от ее неповторимого жизненного пути, но также обратную зависимость жизненного пути от субъектной активности личности [7; 8; 16; 150; 189; 192]. Наиболее веским аргументом в пользу психологической концепции субъекта жизни является тот факт, что психическая регуляция жизненного пути на основе субъективных автобиографических репрезентаций не может быть бессубъектной. Субъектом жизни является не психика и не сознание, а владелец психических репрезентаций жизненного пути — личность. В то же время «субъект и его психика суть одна единая система, а не две» [59, с. 31]. Другими словами, субъективность является неотъемлемым условием субъектности человека в отношении собственной жизни, и в этой связи произвести дизъюнкцию субъективного и субъектного аспектов психологического анализа жизненного пути просто невозможно. Субъектный аспект психологического анализа жизненного пути личности располагается на стыке объективного и субъективного аспектов. И это закономерно, потому что именно в построении субъективных образов индивидуальной биографии, на основе которого управляется реальный жизненный путь, выражается субъектная активность личности. Ввиду данного обстоятельства, одной из наиболее актуальных и значимых задач психологии жизненного пути на современном этапе является разработка концепции личности как субъекта жизни.

Несмотря на то, что отмеченная концепция является теоретическим «мостом», через который сообщаются объективный и субъективный аспекты анализа жизненного пути, субъектный подход остается наименее разработанным. Современное состояние психологической концепции субъекта жизни заставляет констатировать теоретическую неоднородность составляющих ее положений и их ярко выраженный философский уклон. Такое положение дел не случайно и отражает историю развития субъектного подхода в контексте психологических исследований жизненного пути личности. Психологическая концепция субъекта жизни вобрала методологически и теоретически разобщенные идеи отечественных и зарубежных психологов. Симптоматично уже то, что до сих пор не выработано единое конкретно-психологическое определение субъекта жизни, которое отсылало бы к сущностным характеристикам и однозначно фиксировало бы онтологический статус данной формы субъектности. Философскому «крену» и

теоретической разрозненности концепции субъекта жизни сопутствует неразвитость методики психологической диагностики, приемов, методов и средств эмпирического изучения этого системного проявления личности. По этой причине те свойства субъекта жизни, которые активно постулируются в теории, плохо улавливаются в процессе психологического анализа повседневной жизни и не могут быть проверены на уровне эмпирического исследования.

Вместе с тем субъектный подход призван разрушить крайности редукционизма в психологических исследованиях детерминации жизненного пути. К редукционным представлениям в психологии жизненного пути можно отнести следующие: представление о жизненном пути как о бессубъектном, а значит, механическом и самовоспроизводящемся процессе, а также тенденции типизации и индивидуализации жизненного пути. Тенденция типизации в психологических исследованиях приводит к тому, что жизненный путь предстает как «смонтированный» из всеобщих социальных вех, а личность «срастается» со своей социальной маской, которая «стирает» все ее индивидуальные отличия. Тенденция индивидуализации в психологических исследованиях проявляется в том, что жизненный путь рисуется как неповторимая линия развития личности, «изломанная» ее свободной и ничем не лимитированной волей.

В первом случае абсолютизируются социально-типические черты биографии, во втором случае над универсальными чертами одерживают верх уникально-неповторимые особенности жизненного пути. По сути, эти тенденции представляют собой утрированные варианты одностороннего детерминизма в отношении жизненного пути. Рассмотрение жизненного пути как бессубъектного процесса и вовсе насаждает позиции пандетерминизма (фатализма), поскольку отнимает у личности право на самоосуществление, отбирает возможность активного участия в личной судьбе.

Психологическая концепция субъекта жизни позволяет не только выровнять отмеченные негативные тенденции, но и исследовать жизненный путь с позиций диалектического детерминизма. С позиций субъектного подхода в реальной жизни присутствует как объективная, так и субъективная детерминация, а индивидуальным или типичным является лишь соотношение между ними. «Понятием субъекта индивидуализирующий и типизирующий подходы соединяются следующим образом: по единым для всех личностей критериям и направлениям — развитию, активности и интегративности — рассматриваются мера и характер разви-

тия, степень активности и владения жизненными ситуациями, степень организованности, структурированности и цельности жизни» [9, с. 222].

Концепция субъекта жизни, таким образом, помогает решить важную проблему психологии жизненного пути — проблему соединения и примирения уникально-биографического и социально-нормативного подходов к индивидуальной жизни.

Психологическая концепция субъекта жизни должна основываться на общеметодологическом субъектном подходе. Кроме того, ее разработка предполагает обращение к общим методологическим принципам и подходам к пониманию субъектной активности, изложенным в первой главе настоящего исследования. Отправным пунктом при создании психологической концепции личности как субъекта жизни может быть признан тезис о том, что личность является особой регуляторной инстанцией, которая обеспечивает овладение индивидом своим поведением, развитием и, что наиболее важно, индивидуальным жизненным путем. Такое понимание личности сложилось в рамках культурно-исторического и деятельностного подхода и содержится преимущественно в работах отечественных психологов. Зачатки культурно-исторического понимания личности были заложены Л.С.Выготским. «Личность, — пишет он, — есть понятие социальное, она охватывает надприрод-ное, историческое в человеке. Она не врожденна, но возникает в результате культурного развития, поэтому «личность» есть понятие историческое. Она охватывает единство поведения, которое отличается признаком овладения… Сущность культурного развития… заключается в том, что человек овладевает процессами собственного поведения, но необходимой предпосылкой для овладения является образование личности…» [72, с. 315-316]. Примечательно то, что Л.С.Выготский спроецировал это общее положение на процесс осуществления личностью жизненного пути. По его убеждению, реальное овладение жизненным путем начинается с формирования жизненного плана, который созревает на пороге подросткового и юношеского возраста и знаменует старт самостоятельной жизни. Жизненный план, согласно Л.С.Выготскому, представляет собой культурное средство приспособления личности к жизни и управления ею [72, с. 327-328].

Позднее эта мысль возродилась в контексте системно-дея-тельностного и историко-эволюционного подхода к личности. Согласно такой трактовке личность является системой психической регуляции, функциональное назначение которой заключается

в приведении деятельности субъекта в соответствие с устойчивой структурой его отношений с миром [64, 133]. Будучи личностью, человек выступает как автономный носитель общественно и индивидуально выработанных форм отношения к объектам и явлениям окружающего мира . Сущность формирования личности составляют процессы интериоризации культурно-исторических способов деятельной реализации этих отношений. Переход от ассимиляции к деятельной культивации культурно выработанных форм отношения к миру связан с возникновением субъективности как «отношения» личности к самой себе и своей деятельности в мире [102; 103; 115]. Этот переход четко прослеживается с того момента, когда жизнедеятельность становится предметом отношения со стороны своих носителей как в антропогенезе , так и в онтогенезе [197; 198]. При этом личность раскрывается именно как «орудие» или «функциональный орган» усвоения культурно-исторического смыслового опыта, как посредник в процессе приобщения человека к смысловому фонду человеческой культуры и воспроизводства культурного опыта в индивидуальной жизнедеятельности [30; 46; 49; 207]. Психологическая «ткань», в которой непосредственно презентированы отношения индивида к своей жизнедеятельности — это смысловые структуры и процессы, синтезированные в смысловой сфере личности [144; 145]. Посредством смыслового плана отражения индивид приобретает способность ориентироваться в своих отношениях к действительности, надстраиваться над ними и видоизменять их. В конечном итоге личность утверждается как система смысловой регуляции активности.

Наиболее продуктивный анализ психологической проблемы субъекта жизни представлен в работах С.Л.Рубинштейна и К.А.Абульхановой-Славской. Впервые в отечественной психологии проблема личности как субъекта жизни была поставлена С.Л.Рубинштейном при изучении жизненного пути с позиций субъектного подхода. Тогда возник вопрос о том, каким образом личность не просто зависит от индивидуального жизненного пути, не только «шлифуется» и «формуется» личной биографией, но как она подчиняет жизненный путь своему жизненному замыслу, детерминируя характер собственного развития. В качестве ответа на этот вопрос С.Л.Рубинштейном была предложена концепция личности как субъекта жизни, выработанная им в контексте онтологического учения о двух фундаментальных способах бытия человека в мире.

Концепция жизненного пути личности является логическим завершением всего учения С.Л.Рубинштейна. Психология, по мысли С.Л.Рубинштейна, является наукой, исследующей жизненные процессы. Проходя через изучение отдельных психических функций, процессов, свойств и состояний, психология не должна отрываться от жизненного контекста и познания реальной жизни. Познание того, каким образом все эти психические процессы, функции, свойства и состояния обеспечивают отражение и регуляцию реальной жизни человека, является итогом пройденного психологией пути [189, с. 236-237]. С такой постановкой вопроса согласен Л.С.Выготский, который пишет: «В сфере психологии мы никогда не поймем до конца человеческой личности, если будем рассматривать ее статически, как сумму проявлений, поступков и т.п., без единого жизненного плана этой личности, без лейт-линии, превращающей историю жизни человека из ряда бессвязных и разрозненных эпизодов в связный единый биографический процесс» [73, с. 157].

Понятие жизненного пути венчает психологию личности, поскольку в отличие от других живых существ человек не просто существует и развивается во времени, но и имеет историю развития собственной личности. Личностью, как известно, человек не рождается; личностью он становится. Соответственно, жизненный путь — это история становления личности в определенном обществе, подчиненная социальным закономерностям. В этой трактовке жизненного пути личности ударение ставится на социальную природу и социальную детерминацию личностного развития. Как пишет С.Л.Рубинштейн, «существенными, определяющими, ведущими для человека в целом являются не биологические, а общественные закономерности его развития» [189, с. 238].

Жизненный путь личности не столько отражает закономерности общественного образа жизни, сколько воплощает и индивидуализирует эти закономерности. Такое понимание жизненного пути было не случайным ввиду нескольких обстоятельств. Во-первых, С.Л.Рубинштейн проводил в психологию марксистские взгляды, согласно которым решающим фактором развития личности является жизнь в обществе. Во-вторых, С.Л.Рубинштейн полемизировал с экзистенциальными концепциями жизненного пути, в которых абсолютизируется свободная воля личности и недооценивается роль социальных детерминант. Однако предложенное С.Л.Рубинштейном понимание жизненного пути также яв-

ляется односторонним и абстрактным, поскольку личность оказывается отчужденной от собственной жизни. Получается, что общественный образ жизни «чеканит» личность и «штампует» ее жизненный путь без учета множественных различий индивидов и их активности по созиданию личной жизни.

Первоначально понятие жизненного пути определялось через указание на то, что история формирования личности подчиняется всеобщим закономерностям социального образа жизни. Позже С.Л.Рубинштейн отходит от этой узкой трактовки, в которой есть место лишь для объективной социальной детерминации жизненного пути личности. В своей последней работе «Человек и мир» он расширяет понятие жизненного пути личности и переводит его в плоскость проблемы личной жизни. Понятие личной жизни намного шире и богаче понятия жизненного пути личности, поскольку в личной жизни действует не только объективная, но и субъективная детерминация. Понятие личной жизни как раз и акцентирует превалирующий вклад активности личности в детерминацию индивидуального жизненного пути. «Личная жизнь человека в таком понимании — это самое богатое, самое конкретное, включающее в себя как единичное многообразие, так и иерархию все более абстрактных отношений… В своей конкретности она содержательнее, чем каждая из тех абстракций, которую из нее можно извлечь. Таким образом, личная жизнь выступает не как частная жизнь, т.е. жизнь, из которой все общественное отчуждено, но как жизнь включающая общественное, но не только его, а и познавательное отношение к бытию, и эстетическое отношение к бытию, и отношение к другому человеку как человеческому существу, как утверждение его существования» [192, с. 348-349].

По мысли С.Л.Рубинштейна, единицей личной жизни является жизненное отношение человека к различным явлениям и сторонам бытия. Понятию жизненного отношения С.Л.Рубинштейн придает двоякое значение, отражающее двойную онтологию реальных отношений субъекта к явлениям собственной жизни. В первом значении жизненное отношение фигурирует как объективная связь между субъектом и явлениями его жизненного пути, означающая объективную важность этих явлений для субъекта. Во втором значении — как составляющая индивидуального сознания субъекта, через которую пристрастно открывается смысл объектов и явлений мира в контексте его целостной жизнедеятельности. Динамика жизненных отношений — их строительство, реконструкция и трансформация личностью — рассматривается

как основной фактор развития индивидуальной жизни. «Жизнь -это процесс, в котором объективно участвует сам человек. Основной критерий его отношения к жизни — строительство в себе и в других новых, более совершенных, внутренних, а не только внешних форм общественной жизни и человеческих отношений» [192, с. 379].

Центральным понятием, которое сгруппировало вокруг себя все учение С.Л.Рубинштейна о личной жизни, является понятие субъекта жизни. Субъект жизни — это личность, которая активно строит, модифицирует, совершенствует жизненные отношения и тем самым детерминирует индивидуальный жизненный путь. Понятие субъекта жизни впервые было использовано С.Л.Рубинштейном для критики концепции жизненного пути Ш.Бюлер. Напомним, что с точки зрения Бюлер жизненный путь личности является процессом развертывания заложенного в детстве ценностно-смыслового проекта. Это положение было встречено скептически, поскольку, по мнению С.Л.Рубинштейна, личность способна сбросить с себя бремя детского опыта и в любой точке круто изменить течение жизненного пути. Понятие субъекта жизни как раз привлекалось для обозначения активного участия личности в построении жизненного пути. В таком контексте жизненный путь трактуется как история формирования личности, обусловленная как объективными социальными, историческими факторами, так и собственной активностью личности в качестве субъекта жизни.

Категория субъекта жизни конкретизируется С.Л.Рубинштейном через понятие «способ существования». Способ существования — это характерный для личности способ построения и воспроизводства жизненных отношений. Выделяются два основных способа существования человека и, следовательно, два типа отношения к жизни. Первый способ существования отличается тем, что человек вырабатывает определенное отношение к дискретным событиям жизни, но не к целостному жизненному пути. В силу данного обстоятельства он не способен понять смысл жизни, поставить жизненные цели и задачи, составить долгосрочную программу действий. При таком способе жизни наличествует тактика действий в отдельных жизненных ситуациях, но отсутствует единая стратегия жизненного пути. Не человек управляет и распоряжается своей жизнью, а напротив, жизненные обстоятельства поглощают человека и диктуют ему свои «требования». «Здесь человек весь внутри жизни, всякое его отношение — это

отношение к отдельным явлениям, но не к жизни в целом. Отсутствие такого отношения к жизни в целом связано с тем, что человек не выключается из жизни, не может занять мысленно позицию вне ее для рефлексии над ней» [192, с. 351]. Разумеется, что первый способ существования не присущ личности как субъекту жизни.

Второй способ жизни характерен для субъекта жизни. Его развитие приурочено к развитию механизмов рефлексии жизненного пути и формированию смысла жизни. Второй способ существования специфицируется тем, что личность способна встать в познавательное и практическое отношение к целостному жизненному пути и конструировать его на сознательной, осмысленной основе. Эти новообразования в системе психической регуляции коренным образом меняют характер детерминации жизненного пути личности. «С появлением рефлексии связано философское отношение к жизни. Сознание выступает здесь как разрыв, как выход из полной поглощенности непосредственным процессом жизни для выработки соответствующего отношения к ней, занятия позиции над ней, вне ее для суждения о ней. С этого момента каждый поступок человека приобретает характер философского суждения о жизни, связанного с ним общего отношения к жизни» [192, с. 352]. Другими словами, личность как субъект жизни в каждой ситуации действует в соответствии с необходимостью реализации смысла жизни, что требует от нее большой сознательности и ответственности. Смысл жизни «отливается» в форму жизненных целей, задач и смыслов отдельных ситуаций. Нацеливая свою активность на эти смыслы, личность в каждом жизненном событии реализует частицу смысла жизни. Смысл ситуации, производный от смысла жизни, поднимает личность в положение над ситуацией и дистанцирует от непосредственных требований ситуации. «В человеке, включенном в ситуацию, есть что-то, что выводит его за пределы ситуации, в которую он включен. Ситуация — это лишь один из компонентов, детерминирующих его действия» [192, с. 341]. Второй компонент — это смысл жизни, жизненные ценности и проистекающие от них смыслы жизненных ситуаций, в которых участвует человек.

Однако в каждой ситуации в сознании личности могут конкурировать побуждения, исходящие от смысла жизни, и требования, предъявляемые ситуацией. Например, соблазн расслабиться, отдохнуть, повеселиться может бороться с необходимостью заняться перспективными делами. Не случайно С.Л.Рубинштейн отмеча-

ет, что со вторым способом существования связана проблема «ближней» и «дальней» мотивации. Это «проблема соотношения, взаимосвязи непосредственного отношения человека к жизни, к окружающему его и осознанного отношения, опосредствованного через «дальнее» [192, с. 352]. «Ближняя мотивация» — это совокупность ситуативных побуждений, которые актуализируются в отдельных жизненных ситуациях и производны от непосредственных жизненных отношений. «Дальняя мотивация» — это совокупность побуждений, которые производны от смысла жизни и выражают отношение личности к жизни в целом. Отличительной чертой субъекта жизни является способность отстраниться от сиюминутных требований ситуации, устоять перед ее соблазнами, воздержаться от импульсивных решений в пользу интересов реализации перспективных задач. В этой связи С.Л.Рубинштейн упоминает об огромном значении правильной временной перспективы для воспитания личности в качестве субъекта жизни [192, с. 372].

Таким образом, субъект жизни — это личность, детерминирующая индивидуальный жизненный путь на основе осознанной необходимости реализации смысла жизни.

Философская концепция С.Л.Рубинштейна была поддержана ведущими специалистами в области психологии жизненного пути [16; 133; 150; 112] и взята К.А.Абульхановой-Славской за основу при разработке конкретно-психологической теории субъекта жизни [4; 5; 8]. С точки зрения последней субъектом жизни личность становится по мере активного овладения жизненными отношениями, из которых «соткан» индивидуальный жизненный путь. Как пишет К.А.Абульханова-Славская, «отношения — это экзистенциальная «ткань» жизни личности… Отношения личности — это ценностная временно-пространственная устойчивая архитектоника ее жизни» [3, с. 227-228]. Способ самореализации личности как субъекта жизни есть «выявление основных жизненных отношений», которые «характеризуют ее способ включения себя в общий ход жизни с учетом и объективной логики этой жизни, и своих, уже измеренных, объективированных, примененных, получивших объективную оценку возможностей» [7, с. 27]. В анализируемой концепции особо акцентируется смысловая природа жизненных отношений личности: «анализируемые отношения личности — те «мосты», которые она строит в жизни, без которых невозможно дальнейшее движение и личности, и жизни, — есть ценностно-смысловые и вместе с тем жизненно-практические обобщения» [7, с. 28]. В совокупности они образуют основные

направления, в которых разворачивается активность личности как субъекта жизни, задают жизненному пути общую смысловую направленность и регламентируют общую логику организации жизни. Своей активностью личность приводит в движение, культивирует жизненные отношения, завязывая в определенный «узел» дела, поступки, совокупность деятельностей и событий жизни [7, с. 28].

Таким образом, субъекта жизни дифференцирует способность к регуляции собственного жизненного пути на основе жизненных отношений, носящих смысловой характер.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
ГЛАВА 2 МЕТОДИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ЭМПИРИЧЕСКОМУ ИЗУЧЕНИЮ СМЫСЛА ЖИЗНИ В СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
ПРОБЛЕМЫ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ В СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
КАЧЕСТВО ЖИЗНИ - ИНТЕГРАЛЬНАЯ ТЕМА СОВРЕМЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В МЕДИЦИНЕ И ПСИХОЛОГИИ
1.1 КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ СМЫСЛОЖИЗНЕННОГО КРИЗИСА В СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
2.5. РАЗРАБОТКА ПРОБЛЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ФАКТОРОВ
2.5. РАЗРАБОТКА ПРОБЛЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ФАКТОРОВ
ОТ ИЗУЧЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ К ИНТЕГРАТИВНЫМ КОНЦЕПЦИЯМ АКТИВНОСТИ.
ОТ ИЗУЧЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ К ИНТЕГРАТИВНЫМ КОНЦЕПЦИЯМ АКТИВНОСТИ.
У МЕНЯ ТАКОЙ СТОППЕР СИДИТ: «ВСЕ АСПЕКТЫ УВИДЕТЬ ВСЕ РАВНО НЕВОЗМОЖНО. ПЫТАЯСЬ разбить проблему, я сразу теряю целостность, освещаю только отдельные ее частички»
Консультирование родителей по поводу проблем и сложностей в жизни ребенка
Кузекина Регина Борисовна ВОЗМОЖНОСТИ ФОТОТЕРАПИИ В КОРРЕКЦИИ ПРОБЛЕМ СОВРЕМЕННОГО ЮНОШЕСТВА
СПЕЦИФИКА ИСЛАМСКОГО ВЕРОУЧЕНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ.
Добавить комментарий