Субъектно-деятельностный подход как теоретико-методологическая основа изучения личностной беспомощности

Начало субъектно-деятельностиой концепции Сергея Леонидовича Рубинштейна было положено статьёй «Принцип творческой самодеятельности», впервые опубликованной в 1922 году. В этой статье С. Л. Рубинштейн приходит к выводу, имеющему принципиальное значение и остающемуся актуальным до сих пор: «Итак, субъект в своих деяниях, в актах своей творческой самодеятельности не только обнаруживается и проявляется; он в них создаётся и определяется. Поэтому тем, что он делает, можно определять то, что он есть; направлением его деятельности можно определять его самого» (цит. по А. В. Брушлинскому [51, с. 6]).

В отечественной психологии развитие категории субъекта представлено в школах С. Л. Рубинштейна, Д. Н. Узнадзе, Б. Г. Ананьева, Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, каждая из которых давала своё понимание содержания данной категории и её места в системе психологической науки. На сегодняшний день она наиболее разработана в школе С. Л. Рубинштейна благодаря, в первую очередь, его ученикам К. А. Абульхановой и А. В. Брушлинскому.

Проблема субъекта (индивидуального и группового) разрабатывается К. А. Абульхановой, Л. И. Анцыферовой, В. А. Барабанщиковым, К. В. Бардиным, В. А. Бодровым, В. А. Вавиловым, А. И. Галактионовым, Л. Г. Дикой, В. Н. Дружининым, А. Л. Журавлёвым, В. А. Кольцовой, В.А.Петровским, А. К.Осницким, Е. А. Сергиенко, Н. В. Тарабриной, Т. Н. Ушаковой и др. Наиболее полное и последовательное воплощение субъектно-деятельностный подход получил в трудах А. В. Брушлинского, благодаря которому проблема субъекта оказалась одной из центральных в современной отечественной психологии. Кроме того, и в западной психологии, в психоаналитических и гуманистических теориях личности (А. Маслоу, А. Адлер, К. Роджерс, К. Юнг, К. Хорни) понятие «субъект» является ключевым и обозначает, по словам Л. И. Анцыферовой, способности человека быть инициирующим началом, первопричиной своих взаимоотношений с миром, с обществом; быть творцом своей жизни; создавать условия своего развития; преодолевать деформации собственной личности [17, с. 29-30].

Однако, несмотря на обилие научных работ, посвященных проблеме субъекта, в психологических словарях статья «субъект» зачастую отсутствует.

В. И. Слободчиков и Е. И. Исаев отмечают, что понимание субъекта в психологии связывается с наделением человеческого индивида качествами быть активным, самостоятельным, способным, умелым в осуществлении специфически человеческих форм жизнедеятельности, прежде всего предметно-практической деятельности . Наиболее часто этот термин используется для обозначения субъекта деятельности. Б. Г. Ананьев отмечал, что «человек — субъект прежде всего основных социальных деятельностей — труда, общения, познания» (цит. по В. И. Слободчикову и Е. И. Исаеву [255, с. 250]). В таком понимании стать субъектом деятельности означает освоить эту деятельность, быть способным осуществлять и творчески её преобразовывать. То есть по Б. Г. Ананьеву, человек становится субъектом в процессе своей профессиональной деятельности и творчества как высшего уровня профессиональной деятельности . Однако, в рамках субъектно- деятельностного подхода школы С. Л. Рубинштейна понятие субъекта рассматривается в более широком контексте. Субъект рассматривается, как творец собственной жизни. А. В. Брушлинский писал, что быть, субъектом — это важнейшее качество человека. Быть субъектом — это значит быть «…творцом своей истории, вершителем своего жизненного пути: инициировать и осуществлять изначально практическую деятельность, общение, поведение, познание, созерцание и другие виды специфически человеческой активности — творческой, нравственной, свободной» [51, с. 4]. Субъект рассматривается как ядро человеческой организации. Человек признаётся активным субъектом многообразных форм произвольной человеческой активности и рассматривается как концептуальная оппозиция «постулату непосредственности», согласно которому внутренняя и внешняя активность человека напрямую детерминируется воздействиями окружающей среды или отдельными психическими функциями .

С. К. Нартова-Бочавер отмечает, что «… субъект — это автор диалога с миром, лексемой которого является бытие. Именно в этом значении субъект ценен как целостный, всегда пристрастный и активный носитель различных средовых знаков, архитектор разных бытийных пространств, автор жизненных ситуаций и дискурсов» .

Как подчёркивает И. Г. Скотникова, основным свойством субъекта является «… управляемая его собственными потребностями активность по отношению к себе, среде, другим, создающая условия для его саморазвития» [253, с. 96].

Однако и у авторов субъектно-деятельностного подхода понимание субъекта различно. Так, если А. В. Брушлинский полагает, что субъект — это всегда личность, но он несводим к личности, то К. А. Абульханова, в отличие от А. В. Брушлинского, считает, что «…не всякая личность может быть субъектом деятельности» [4, с. 63]. Она считает, что личность становится субъектом собственной деятельности и жизни в целом только на высших, взрослых этапах своего развития. Она утверждает: «Применительно к разным личностям можно говорить о разной мере их становления как субъектов, в соответствии с общим определением, что субъект — это не вершина совершенства, а движение к нему» [4, с. 65]. Для определения субъекта, в понимании К. А. Абульхановой, принципиальной является его способность разрешать противоречия, без которой личность не становится субъектом или перестаёт им быть. Субъектом, таким образом, является гармоничная, самореализующаяся личность, достигшая вершины в развитии. Понятие личности оказывается в данном случае шире понятия субъекта, который обозначает высший уровень её развития.

Как убедительно продемонстрировала Н. В. Богданович в своём исследовании, в современной отечественной психологии сложились предпосылки для превращения понятия «субъект» в одну из центральных категорий психологии. Н. В. Богданович выделяет критерии, позволяющие обосновать категориальный статус понятия:

1. Категория должна иметь своё поле значений, «не выводимое из других и не сводимое к другим» (А. В. Петровский, М. Г. Ярошевский) — критерий предельности категории.

2. Категория должна быть связана с основными принципами науки и её предметом — методологический критерий.

3. Категории должны состоять в определённом соотношении друг с другом — критерий систематизированное™.

4. Категория выдвигает новый принцип науки — принципообразующий критерий.

Категория субъекта, как показывает анализ, проведённый Н. В. Богданович, отвечает всем указанным критериям.

Как отмечает Е. А. Сергиенко, ценность категории субъекта для психологии состоит в ряде основных аспектов. Первый из них заключается в том, что категория субъекта позволяет обратиться к целостному изучению человека. Второй — в том, что категория субъекта позволяет объединить разрозненные аспекты изучения индивидуальности (темперамента, характера, личности) в единую интегративную индивидуальность человека. Третий — в том, что категория субъекта открывает возможность изучать поведение, деятельность, сознание как опосредованные внутренним миром человека, его субъектными выборами и предпочтениями, его активным построением модели этого мира. «Именно в субъекте как единой метасистеме представлена психика в единстве её организации, именно в субъекте объединены и естественнонаучные, и гуманистические парадигмы исследования человека, именно в субъекте мы находим единство универсального и уникального, именно в субъекте раскрывается индивидуальность человека» [250, с. 63-64]. Указанные Е. А. Сергиенко аспекты имеют непосредственное отношение и к изучению феномена личностной беспомощности в рамках субъектно-деятельностного подхода.

Для методологического обоснования изучения личностной беспомощности в рамках субъектно-деятельностного подхода необходимо определить соотношение понятий личности и субъекта.

Л. И. Анцыферова подчёркивает неразработанность вопроса о связи понятий «субъект» и «личность».

Она обращает внимание на то, что в работах С. Л. Рубинштейна трудно найти критерии различения этих понятий, и он часто пишет о личности, субъекте и человеке как синонимах. Иногда же, как замечает Л. И. Анцыферова, субъект толкуется С. Л. Рубинштейном как стержневое качество личности. По мнению В. И. Моросановой, тот факт, что в работах С. Л. Рубинштейна трудно найти критерии различения феноменов субъекта и личности, свидетельствует не о синонимичности этих понятий, а о том, что человек — это всегда и субъект, и личность .

В понимании Л. И. Божович субъект выступает как важнейшее качество личности, как способность овладевать миром, творить себя, создавать нечто новое в социуме. Зачастую понятия «субъект» и «личность» используются различными авторами как синонимы (например, М. Ш. Магомед-Эминов )

Е. А. Сергиенко предлагает рассматривать соотношение личности и субъекта следующим образом: «Личность (персона) — это стержневая структура субъекта, задающая общее направление самоорганизации и саморазвития. Метафорически это соотношение можно представить в виде командного и* исполнительного звеньев. Личность задаёт направление движения, а субъект его конкретную реализацию через координацию выбора целей и ресурсов индивидуальности человека. Тогда носителем содержания внутреннего мира человека будет выступать личность, а реализацией в данных жизненных обстоятельствах, условиях, задачах — субъект.

Это означает, что человек стремится сохранить свою целостность как субъекта и личности, следовательно, делать то, что соответствует его жизненным смыслам и в соответствии с собственной субъектностью, то есть в соответствии со своей интегративной уникальностью (где всё образует единую систему: вся история развития субъекта, гетерархия уровневой организации)» [249, с. 69-70].

Анализируя соотношение категорий «субъект» и «личность» в психологической науке, Н. В. Богданович отмечает меньшую разработанность понятийного поля категории «субъект». Она указывает на то, что для категории субъекта несвойственна главная проблема личности — соотношение природного и социального. Если для категории «личность» типична тенденция собирательности, подчинения себе других категорий, приближения к категории «человек», то в категории «субъект» подчёркивается целостность. Обе категории претендуют на интегрирующую роль в общей и социальной психологии. В категории личности акцент ставится на общественные отношения (центр тяжести переносится вовне человека). В категории субъекта наблюдается обратное движение: от формирования активной позиции до непосредственного воздействия на действительность. Как указывает Н. В; Богданович, принципиальные различия категорий личности и субъекта наблюдаются в моделях их развития: при описании личностного развития доминируют внешние социальные воздействия (влияние социума, общностей, групп), а что касается субъекта, то центр тяжести перемещается на те внутренние изменения, которые происходят в результате любых воздействий, значимых для человека. Если для личности свойственна проблема, зависимости — независимости от общества и социума, то для категории субъекта задача состоит в том, чтобы определить границы свободы человека. В целом же, пространства значений категорий личности и субъекта имеют пересечения.

Как уже отмечалось, разногласия в представлениях о субъекте и субъектности у разных авторов обусловлены разным прочтением соотношения категорий личности и субъекта. В настоящем исследовании мы опираемся на идеи А. В. Брушлинского о том, что каждая личность есть субъект, но субъект несводим к личности, о том, что субъект — это качественно определённый способ самоорганизации, саморегуляции личности, способ согласования внешних и внутренних условий осуществления деятельности во времени, центр координации всех психических процессов, состояний, свойств, а также способностей, возможностей и ограничений личности по отношению к объективным и субъективным целям, притязаниям и задачам деятельности. В этом смысле личностная беспомощность представляет собой, с одной стороны, совокупность определённых личностных особенностей, характеризуя, таким образом, личность, а с другой стороны, являясь системным феноменом, который не сводится к. сумме составляющих его частей, а приобретает новое качество более высокого уровня, представляет собой характеристику такого способа самоорганизации личности, которая обусловливает низкий уровень субъектности. Также и самостоятельность, с одной стороны, представляет собой сочетание противоположных по своему психологическому содержанию личностных особенностей, а с другой, является таким способом самоорганизации, саморегуляции личности, таким способом согласования внешних и внутренних условий осуществления деятельности во времени, который координируя психические процессы, состояния, свойства, а также способности, возможности и ограничения личности по отношению к объективным и субъективным целям, притязаниям и задачам деятельности, определяет высокий уровень субъектности.
Субъектно-деятельностный подход предполагает, что анализ психологических особенностей человека необходимо осуществлять как анализ особенностей субъекта деятельности. С. Л. Рубинштейн выступал против- обособления субъекта от деятельности. В’ отличие от А. Н. Леонтьева, считавшего, что деятельность неизбежно должна входить в предмет психологии, поскольку психика неотторжима от порождающих её моментов деятельности и сама является формой предметной деятельности, С. Л. Рубинштейн полагал, что психология должна изучать не деятельность субъекта как таковую, а «психику и только психику», но через раскрытие её существенных объективных связей и опосредований, в том числе через исследование деятельности. «Основным способом существования психического является его существование в качестве процесса, в качестве

деятельности. Это положение непосредственно связано <...> с

утверждением, что психические явления возникают и существуют лишь в процессе непрерывного взаимодействия индивида с окружающим его миром, непрекращающегося потока воздействия внешнего мира на индивида и его ответных действий, причём каждое действие обусловлено внутренними причинами, сложившимися у данного индивида в зависимости от внешних воздействий, определивших его историю» (Рубинштейн С. Л., «Бытие и сознание», цит. по>).

Как указывает А. В. Брушлинский, психика есть важнейшее качество человека как субъекта деятельности, общения и т д. А. В. Брушлинский говорит о том, что для понимания соотношения личностных и субъектных характеристик индивидов необходимо не только, изучение индивидов путём анализа их сознания и* самосознания (посредством опросников), но и их реальных действий и поступков. Поэтому проведение исследования в рамках субъектно-деятельностного подхода предполагает изучение как «внутренних условий» субъекта, так и его деятельности, в которой проявляются изучаемые психические характеристики.
Субъектно-деятельностный подход направляет исследование на изучение целостности человека. Целостность субъекта, как отмечает А. В. Брушлинский, есть основание для системности всех его психических качеств.

Категория субъекта в настоящее время приобрела статус системообразующей методологической категории (Е. А. Сергиенко, А. В. Брушлинский, Н. В. Богданович). Н. В. Богданович в своём исследовании «Субъект как категория отечественной психологии», обобщая работы исследователей различных направлений в области психологии субъекта, подчёркивает, что самые большие надежды возлагаются на категорию субъекта в процессе модификации предмета психологии. К. А. Абульханова считает, что именно субъект должен стать предметом психологической науки. А. В. Брушлинский также заявляет, что предметом психологии становится субъект в непрерывном процессе функционирования и развития его психики. Перемещение акцента на категорию субъекта позволяет поднять исследования с уровня изучения отдельных психических явлений на более высокий уровень — уровень целостного изучения человека.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
СУБЪЕКТНО-ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЙ ПОДХОД КАК МЕТОДО-ЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА ИЗУЧЕНИЯ ЛИЧНОСТНОЙ БЕСПОМОЩНО-СТИ
ГЛАВА 5. ЛИЧНОСТНАЯ БЕСПОМОЩНОСТЬ С ПОЗИЦИИ СУБЪЕКТНО-ДЕЯТЕЛЬНОСТНОГО ПОДХОДА
5.2. Концепция личностной беспомощности в рамках субъектно-деятельностного подхода
ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ
ЧАСТЫ1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИЧНОСТНОЙ БЕСПОМОЩНОСТИ
ГЛАВА 6. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ И МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ЛИЧНОСТНОЙ БЕСПОМОЩНОСТИ
ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЙ ОСНОВОЙ ИССЛЕДОВАНИЯ
Казанская В.Г. СУБЪЕКТНЫЙ ОПЫТ ШКОЛЬНИКА КАК ОСНОВА ЛИЧНОСТНО-ОРИЕНТИРОВАННОГО ОБРАЗОВАНИЯ
6.1. Теоретико-методологические основы инженерной психологии
1. Теоретико-методологические основы инженерной психологии
Добавить комментарий