ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ПСИХОЛОГИИ РЕЧИ

Исследование речи как сложно организованного процесса требует соответствующего методологического обоснования. К настоящему времени как в отечественной, так и в зарубежной психологии преимущественное распространение получила субъект-объектная парадигма и редукционистский подход к речи, приемлемый для более простых областей знания, как, например, теория информации. Поэтому проблемы речевого развития на всех этапах онтогенеза, столь важные для обще-ственной практики, являются либо мало, либо вообще неизученными, как, например, речевое развитие взрослых. Понимание речи в субъект-объектной отнесенности приводит к утверждению о том, что ее возник-новение в филогенезе и развитие в онтогенезе совершается как постепенное называние предметов, признаков, их связей в предметной действительности. Поэтому повсеместно излагается идея появления языка и речи в трудовой деятельности в результате потребности «человека» что-либо обсудить. Например, А. Р. Лурия специально подчеркивает, что язык возник в результате взаимодействия человека с предметным миром. Признание последнего первичным в появлении речи приводит к его переоценке в воспитании и обучении, иллюзии достаточности организованной внешней среды для успешного развития ребенка.

Организацию речи как межиндивидуального процесса обосновал в отечественной психологии Б. Ф. Поршнев, показав ее возникновение на определенном этапе филогенеза как развитие прямого — голосового и жестового — влияния одной особи на другую, которое преобразуется в систему сложных суггестивных и контрсуггестивных межиндивидуальных отношений, в которые затем включаются и приобретают языковую отнесенность внешние предметные стимулы. Признание первичности языка и речи относительно предмет-ной действительности приводит к принципиальному пересмотру теоретических основ организации и разви-тия речи и соответствующей психолого-педагогической практики. Следует пересмотреть и первичность внешнего плана эгоцентрической речи, которая, по мнению Л. С. Выготского, свертываясь внутрь, образует у ребенка внутреннюю речь. Заметим, что высказывание всегда является результатом экстериоризации со-держания внутреннего плана речи, выражая уровень развития представлений. Оно одновременно выступает и в качестве внешнего звена в процессе слушания, в котором первична внутренняя речь слушателя как обес-печивающая постижимый для понимания объем и содержание сообщения. Таким образом, внешнее звено говорения — высказывание — оказывается промежуточным и единственным наблюдаемым звеном в рече-вом процессе, в то время как его исходное и конечное звено — внутриречевое — представлено субъектив-ным содержанием, переживаемым одновременно участниками общения. Таким образом, внутренняя речь — и у говорящего, и у слушающего — первичны как при говорении, так и при восприятии речи. Распростра-ненным в субъект-объектной парадигме является взгляд на речь как на деятельность и понимание текста как продукта индивидуальной речевой деятельности. Однако наличие микро- и мезакинетической связи говоре-ния и слушания, взаимного отражения и адаптации участников общения убеждает, что речь является ме-жиндивидуальным процессом, как и сам «текст» — «продуктом» межиндивидуальной внутриречевой ак-тивности. Представляется, что заимствование понятия дискурса является попыткой диадного изучения об-щения, как и использование в психологии идей М. М. Бахтина и Ю. М. Лотмана, в литературоведческих ра-ботах которых представлена образная модель диалогического понимания речи.

В настоящее время все еще используемая «передаточная» модель общения представляет речь как после-довательность этапов перевода и кодирования идеи в сигнал «передатчика», а затем передачу этого сиг-нала на «приемник» и «декодирование» его в сообщение. Сходную дистанционную модель коммуникации, принятую в теории информации К. Шеннона, теории ролевой игры и других, критиковал А. У. Хараш. В обеих моделях речь представлена как однонаправленный процесс при дистантности и автономности собеседников, «действующих» поочередно. Как считает Ю. М. Лотман, если текст служит диалогической функции, его невозможно объяснить с позиций передаточной модели речи. Модели общения, сохраняющие блочно-схематическое представление о столь сложно организованных процессах, повсеместно используются в когнитивной психологии. Все они основываются на субъект-объектной парадигме, в рамках которой развивается большинство психологических школ и направлений. Утверждение связности, взаимности, двунаправленности, одновременности, содержательной общности говорения и слушания приводит к пониманию речи, общения как диадного.

Диадность является также принципом организации сознания, отчего, как писал М. Бубер, «каждый живет в двойственном Я». При длительном одиночестве наблюдается выделение из собственного сознания «экстериоризационного партнера», а патология общения часто приводит к раздвоению личности. Вполне закономерно поэтому мнение о том, что между каждыми двумя элементами сознания и внутри каждого элемента необходимо искать диалогические, мы бы сказали диадные, структуры. Так, при индивидуальном решении задач возрастающей сложности происходит переход от монологизации к диалогизации речевой формы мыслительного процесса. Жане и Риньяно обосновывали возникновение рассуждения всегда как результата внутреннего спора; Ж. Пиаже называет связную мысль (добавим, речь) «социализированным разумением». Однако исследование речи как диадного процесса требует использования специальных методов и методик: В. А. Кольцова связывает обращение к субъект-субъектной парадигме в исследовании общения с переходом от его одноуровневого анализа к многоуровневому. Л. А. Радзиховский рассматривал диалогизм как универсальное свойство сознания, а диалогический процесс — целостным и нерасчленимым, составляющим единство психического и совмещающим противоположные позиции, не имеющим поэтому структуры, выразимой на логическом языке. Тем не менее, образцом психологического исследования в субъект-субъектной парадигме является мысленный эксперимент Б. Ф. Поршнева по реконструкции филогенеза речи. В речевом общении, понимаемом в субъект-субъектной отнесенности, возникает, по выражению Б. Ф. Ломова, «совокупный субъект» — новая психологическая реальность: временна?я, субъективная, динамичная и продуктивная. Диадность речи и диадный способ существования сознания обосновывает А. Testa, считая, что высказывание обретает форму и целостность содержания и осмысляется, только если оно реализовано в слушателе. Автор указывает, что предметное содержание речи является не столько следствием коммуникативных намерений самого говорящего, как это понимается в субъект-объектной парадигме, сколько возникающей между собеседниками психологической общности. Во всякой социокультурной среде, по мнению Ю. М. Лотмана, можно обнаружить обе функции текста: «диалогичную» и «монологичную»; причем в определенных областях деятельности в разные исторические периоды доминирует либо одна из них, либо другая. Идею двух полюсов речи — «диалогичного» или «монологичного», т. е. обращенного к «Ты» или к «Оно», развивал М. Бубер. Отношение «Я» — «Оно» он рассматривал как обращенное в настоящее, реализующее субъектность «Я» при ограниченном познании мира рядом с «Ты»; отношение же «Я» — «Ты» как обладающее свободой, обращенное в будущее, открытое для других, создающее субъек-тивность «Я», позволяющее познавать мир в «Ты» и через «Ты». М. Бубер подчеркивал двойственность, обратимость речи, высказывая мнение о том, что нет двух родов человека — есть два полюса человечества.

А. У. Хараш рассматривал в речевом воздействии два процесса: «личностное включение» в жизнедея-тельность слушателя и просто «внесение содержания» в его сознание как соответственно диалогичную и монологичную направленность речи, различные по эффективности усвоения. Т. А. Флоренская также пишет, что в субъект-объектном обращении высказывание вспоминается, в субъект-субъектном — происходит «рождение» слова. Таким образом, переживание предметного содержания речи качественно различно при разной ее направленности. Б. Ф. Поршнев также выделил два вида направленности речи: к другому при не-сформированном еще ответе, затем — с его ожиданием и получением. Первый вид речи имел суггестивную функцию — вносил в «сознание» другого образ, вызывал действие. Структура же ответа возникла как новый уровень речевого воздействия — убеждение.

Таким образом, сосуществует два филогенетических механизма речи: однонаправленная, несущая директивное содержание, и двунаправленная, запускающая в сознании слушателя «механизм» взаимности. Представляется, что философская и художественная рефлексия переживания речи с различной направлен-ностью представлена в работах М. М. Бахтина, Ю. М. Лотмана, М. Бубера, О. Розенштока-Хюсси.

Таким образом, межиндивидуальная организация речи является исходной в развитии всех ее видов и форм, а обращение к субъект-субъектной парадигме расширяет границы анализа речи, диапазон ее свойств, интерпретационные возможности исследования.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
1. Теоретические основы психологии труда
3.3 ЭТАП РАЗРАБОТКИ ТЕОРЕТИЧЕСКИХ ОСНОВ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ.
13.3. Теоретические проблемы возникновения речи
РАЗДЕЛ 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АКМЕОЛОГИИ
ТЕОРЕТИЧЕСКУЮ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКУЮ ОСНОВУ
Теоретическая основа исследования:
ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ОСНОВА ПОНЯТИЯ И—Э
13.2. Физиологические основы речи
10.1 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ТЕХНОЛОГИЙ РАЗВИВАЮЩЕГО ОБУЧЕНИЯ
Методологическая база и теоретическая основа исследования:
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ РАЗВИТИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА ПЕДАГОГОВ
ПРОБЛЕМА РАЗВИТИЯ РЕЧИ НА ОСНОВЕ ЗВУКОВОЙ ИМИТАЦИИ?
Теоретические основы формирования профессиональной культуры будущего учителя
Раздел I Теоретические основы формирования конкурентоспособности и конкурентоориентированности студенчества на рынке труда
Добавить комментарий