ВОСПРИЯТИЕ ПОДРОСТКОМ ИЗ НЕБЛАГОПОЛУЧНОЙ СЕМЬИ СВОИХ РОДИТЕЛЕЙ

Дети по-своему воспринимают и интерпретируют поведение родителей, их отношение к себе, да и самих себя тоже. В литературе, касающейся проблем психодиагностики детей и подростков, до настоящего времени уделялось мало внимания проблеме отношения и оценке родителей детьми. Без должного понимания проблемы восприятия ребенком (подростком) своих близких невозможно изменить ложное, либо утрированно негативное отношение ребенка к родителям, трудно его скорректировать, приблизить членов родительской семьи к взаимопониманию. По мнению М. И. Буянова, «только семейная ситуация отношений «семья-ребенок» имеет право рассматриваться как благополучная или неблагополучная». Определяющим фактором в таком случае служит то, как ребенок воспринимает отношение к себе родителей: для одного ребенка семья может быть подходящей, а для другого станет причиной тягостных переживаний (1988). Г. Т. Хоментаускас в своей книге «Семья глазами ребенка» пишет, что на основе своего жизненного опыта и обобщения его доступными интеллектуальными средствами ребенок может прийти к разным внутренним позициям. Они в общей форме отражают, как ребенок воспринимает отношение родителей к себе. Можно выделить, по крайней мере, четыре обобщенные установки по отношению к родителям и самим себе: «Я нужен и любим, и я люблю вас тоже», «Я нужен и любим, а вы существуете ради меня», «Я нелюбим, но я от всей души желаю приблизиться к вам», «Я не нужен и нелюбим. Оставьте меня в покое» (1989).

Следует отметить также, что подростковый возраст чрезвычайно чувствителен и восприимчив к различным жизненным событиям и влияниям [Захаров, 2000; Кон, 1979], поэтому неблагополучная семейная обстановка, поведение родителей в подобных условиях, скорее всего, будет иметь определенную специфику в своем восприятии у подростков.

Какими видятся подросткам образы матери и отца, тех, которые допустили, а иногда и сами передали подростка под опеку государству? В нашем исследовании принимали участие подростки, совсем недавно пережившие процедуру изъятия из семьи (сроком не более недели). Помещенные социальным работником или органами милиции в закрытое медицинское учреждение для прохождения обследования, они оказывались в совершенно незнакомой, «негостеприимной» и жесткой среде интернатного учреждения.

Таким образом, целью исследования являлось изучение психологических особенностей восприятия подростком из неблагополучной семьи своих родителей. Она реализовывалась через решение следующих задач: изучение восприятия характеристик родительского поведения по оценкам подростков из благополучных и неблагополучных семей; исследование образов родителей у подростков из обеих групп с помощью невербальных проективных методов; исследование родительских образов у с помощью семантического метода, личностных особенностей подростков из неблагополучных семей, а также взаимосвязи воспринимаемых характеристик родителя с личностными характеристиками подростка; изучение образов «реального» и «идеального родителей» по оценкам подростков из неблагополучных и благополучных семей.

Гипотезой служило предположение о том, что неблагополучная семейная ситуация оказывает влияние на восприятие подростков своих родителей и образа семьи.

Участники. Для решения описанных выше задач были обследованы 50 подростков Санкт-Петербурга в возрасте 11–13 лет.

В исследовании принимали участие 25 подростков из неблагополучных семей. Они были обследованы нами в городской детской больнице № 15 им. В. В. Цимбалина, где находились первое время после изъятия их из семьи по статье 77 Семейного кодекса РФ. В дальнейшем они будут называться основной группой, обозначаться — НС (неблагополучные семьи). Подростки данной группы выросли в семьях с явным неблагополучием, которые характеризовались наличием значительных материальных, социально-бытовых проблем, напряженными, конфликтными взаимоотношениями, иногда алкоголизацией кого-либо из родителей, либо отсутствием одного из родителей. В группе было 56% мальчиков и 44% девочек.

Для сопоставления с основной группой была сформирована группа подростков из благополучных семей. Она включала в себя 25 детей (56% девочек и 44% мальчиков) в возрасте от 11 до 13 лет. Все эти дети проживали в своих семьях, были хорошо материально обеспечены, не имели опыта изъятия из семьи. В дальнейшем данная группа будет называться контрольной, обозначаться — БС (благополучные семьи).

МЕТОДИКИ ИССЛЕДОВАНИЯ

В соответствии с целью и задачами работы мы выбрали следующие методы исследования: беседа с подростком, проективная рисуночная методика «Моя семья» [Головей, Рыбалко, 2002; Семаго, Семаго, 2000], детский вариант личностного теста Р. Кеттелла [Практикум, 1985], Цветовой тест отношений [Собчик, 2007; Головей, 2002], опросник «Подростки о родителях» [Ромицина, 2004].

Также использовался в исследовании семантический метод (шкальная оценка, построенная по принципу методики Дембо-Рубинштейн [Яньшин, 2004]). В процедуру исследования была введена шкальная методика для оценки «Позитивного интереса», «Директивности», «Враждебности», «Автономии», «Непоследовательности». Отдельный бланк содержал в себе пять соответственно названных шкал (отрезков в 10 см). Полюса отрезка отражают минимальную и максимальную выраженность признака. Использование такого метода шкальной оценки позволяло выявить, какова, по мнению подростка, выраженность признаков у реального и идеального родителя. Для нас было важно увидеть, как подросток оценивает своих реальных родителей, какое значение по каждому фактору он им присваивает, а также как далеко это значение от образа идеального родителя.

В соответствии с целями исследования выполнялся расчет следующих характеристик: среднее значение, стандартное отклонение, стандартные ошибки. Достоверность различий между группами подростков из благополучных и неблагополучных семей по непараметрическим параметрам определялась с помощью критерия Хи-квадрат, критерия U-Манна-Уитни, по параметрическим — с помощью t-критерия Стьюдента. Для выявления взаимосвязей между полученными данными шкал опросника ПОР и психологическими характеристиками, выявляемыми другими методиками, был применен корреляционный анализ (коэффициент корреляции r-Пирсона, r-Спирмена).

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Анализ результатов позволил охарактеризовать группу подростков, проживающих в больнице, как относящуюся к неблагополучным семьям: подростки исследуемой группы указывали набольшее количество проявлений алкоголизации у родителей, употребления наркотиков (??=27; р<0,01), а также физического насилия по отношению к ребенку (??=6,8; р<0,05).

С помощью проективных методов удалось установить, что на бессознательном уровне подростки из неблагополучных семей ощущают себя более эмоционально отверженными (U=201; р<0,05), у них больше признаков конфликтности в семье(U=227, р<0,05), депрессивных проявлений (U=202, р?0,005) и потребности в опоре (U=162, р?0,001).

Результаты методики ПОР позволяют описать образ матери в восприятии подростка из неблагополучных семей как враждебный, негативно настроенный к ним. Между группами были получены статистически значимые различия по шкале «Позитивный интерес матери» (t=1,032; 0,05>p>0,01). Этот показатель наиболее высок у детей из благополучных семей (М(БС)=15,6; М(НС)=14,12). Показатель «Враждебность матери» также статистически значимо отличается: в семьях неблагополучных дети воспринимают мать как более враждебную (t=4, р=0,05; М(НС)=8,4; М(БС)=5,2).По-видимому, матери из этих семей действительно ведут себя ожесточенно по отношению к подросткам, могут быть суровыми, много требовать от него.

Отцы из благополучных семей воспринимаются подростками как более отгороженные(t=4, р?0,05; М(НС)=8,4; М(БС)=12,6) и непоследовательные(t=7, р?0,01; М(НС)=9,3; М(БС)=10,6).

Исследование по методике ЦТО показало, что родители для детей из благополучных семей более предпочитаемые фигуры, чем для детей из исследуемой выборки. Подростки из контрольной выборки преимущественно ассоциируют своих родителей с яркими цветами (желтый, красный, зеленый, синий), в то время как их сверстники из исследуемой выборки сопоставляют родителей как с яркими (желтый), так и с ахроматическими и смешанными цветами (фиолетовый и черный).

Обнаружено, что характерологические особенности подростков из неблагополучных семей более тесно и жестко связаны в структуре личности по сравнению с личностной структурой подростков из благополучных семей (см. рис. 1–2). Личностные характеристики детей основной группы также тесно увязаны с характеристиками родительского поведения.

Взаимосвязи факторов по тесту Кеттелла в

группе подростков из неблагополучных семей

группе подростков из неблагополучных семей

Взаимосвязи факторов по тесту Кеттелла в

группе подростков из благополучных семей

группе подростков из благополучных семей

Условные обозначения (здесь и далее):

двойная сплошная — положительная взаимосвязь р?0,001;

одинарная сплошная — положительная взаимосвязь р?0,01;

двойная прерывистая — отрицательная взаимосвязь р?0,001;

одинарная прерывистая — отрицательная взаимосвязь р?0,01.

Семантическим методом выявлено, что восприятие родительских характеристик в двух группах различается: дети из неблагополучных семей воспринимают своих отца и мать как менее позитивно к ним настроенных, более директивных, враждебных, отгороженных, непоследовательных. Обнаружено, что образы реальной и идеальной матерей наиболее удалены друг от друга в группе неблагополучных семей, при этом образ идеальной матери в основной группе близок по значениям шкал к оценкам образа реальной матери у детей из благополучных семей (рис. ).

Рис.3. Средние оценки «реального» и «идеального» матерей в двух группах

Рис.3. Средние оценки «реального» и «идеального» матерей в двух группах

Что касается образов идеального и реального отца, что для подростков обеих групп представляются желательными следующие характеристики: позитивный интерес, низкая директивность, враждебность, отгороженность. Непоследовательность отца представляется желательной для подростков из благополучных, то время как их сверстники из обычных семей выбирают низкую непоследовательность.

Средние оценки «реального» и «идеального» отцов в двух группах

 Средние оценки «реального» и «идеального» отцов в двух группах

По результатам проведенного исследования в целом можно говорить о наличии некоторых различий в восприятии родителей подростками из неблагополучных и благополучных семей. Возможно, главной причиной таких различий следует считать сложившиеся семейные ситуации и стили взаимодействия родителей с подростками в тех и других семьях. В то же время нельзя не учитывать фактор изъятия подростка из семьи, хотя специально влияние этого фактора на восприятие подростком родителей не изучалось.

Семьи, из которых дети попадают в интернатные учреждения, — совершенно особые, это, действительно, семьи неблагополучные социально и психологически.

Даже в тех случаях, когда подросток, изъятый из семьи, описывает её как самую «обычную», а иногда и лучшую, сообщает о том, что недоумевает, почему он сюда попал, ведь его родители всегда хорошо относятся к нему и он доволен своей жизнью, даже в этих случаях рано или поздно становятся заметны признаки того, что ситуация в семье действительно неблагополучна. Чаще всего оказывается, что подросток просто привык, что внимания ему не уделяют, предоставляют полную свободу и для него большего и желать не надо. Но в его рисунках всегда присутствуют тревожные признаки неблагополучия в семье.

Дети, «довольные» своей жизнью, достаточно редки, основная же часть подростков рассказывает о том, что родители пьют, часто не ходят на работу, бьют его, сестер или братьев, что они нередко попадают в милицию или их увозят на «скорой», что кто-то из родителей судим, либо распространяет наркотики. Встречаются дети, из приезжих семей: они, как правило, попадают в интернаты со своими братьями и сестрами, потому что родители не могут обеспечивать их проживание, обучение.

Конфликты, насилие, злоупотребление алкоголем пагубно влияют на детей в семье: об этом факте пишут многие авторы [Хоментаускас, 1989; Целуйко, 2004, Шипицына, 2003, 2005]. Растущий в такой атмосфере подросток не имеет, по сути дела, так необходимой ему поддержки и опоры в лице родителей, примеров психологически благополучного взаимодействия, наоборот, у него перед глазами скорее отрицательные, неконструктивные образцы человеческого поведения.

Напряженная семейная атмосфера неосознанно для подростка влияет и на его поведение, и на мысли. Это как нельзя лучше проявляется в рисунках семьи: маленькие по размеру рисунки, расположение рисунка в нижней половине листа, сильный нажим карандаша, штрихов, а также содержательные признаки рисунка.

В нашем исследовании ощущение конфликтности в семье, проявляющееся в рисунках, обнаруживает взаимосвязи с воспринимаемой родительской враждебностью. В неблагополучных семьях на первом плане стоит враждебность матери: в этой группе высок процент семей, где подростка приходится растить одной матери. Конфликтная обстановка в благополучных семьях в большей степени связывается подростком с воспринимаемой враждебностью отца при отгороженном отношении матери.

   

Взаимосвязи параметра Конфликтность в двух группах со шкалами опросника ПОР

и параметрами рисунка «Моя семья»

То, что подросток не ощущает поддержки и защиты ни со стороны матери, ни стороны отца, действует угнетающе на его состояние – может вызывать депрессивные проявления: это подтверждается обнаруженными взаимосвязями депрессивности с низким позитивным интересом матери и невысокой близостью отца. Таким образом, можно предполагать, что депрессивность подростка в благополучной семье связана с отсутствием внимания, поддержки, принятия. Иная ситуация складывается в группе неблагополучных семей: здесь подросток проявляет больше признаков депрессивности, когда воспринимает родителей как пристально опекающих, требовательных, строгих. Такой подросток не стремится к общению с родителями.

   

Рис.6. Взаимосвязи параметра «Депрессивность» в двух группах со шкалами опросника ПОР,

факторами Кеттелла, параметрами рисунка «Моя семья»

Отдельно хотелось бы отметить значение восприятия стиля родительского взаимодействия для личности подростка. Рис. 1–2 демонстрировали жестко и тесно взаимосвязанные, переплетенные между собой факторы и шкалы ПОР в группе детей из неблагополучных семей, и гораздо меньшую их взаимозависимость в контрольной группе. В литературе описывается патологическая организация личности, как негибкая структура сильно взаимовлияющих друг на друга черт характера, такая структура, в которой нет возможности изменения или компенсации негативных особенностей личности. Подобную структуру мы можем наблюдать в нашей основной группе. Кроме того, установлено, что такая организация черт личности взаимосвязана воспринимаемыми подростком характеристиками родительского поведения: уверенность в себе тем больше, чем больше в восприятии подростка позитивный интерес со стороны матери; подросток становиться закрытым и отгороженным (фактор А), если родители видятся как непредсказуемые и враждебные. Смелость подростка взаимосвязана с воспринимаемым отношением к нему отца: что вполне логично, ведь многие исследователи влияния образа родителя на субъектную позицию личности утверждают, что отец влияет на план самореализации личности [Личко, 1989; Кон, 1989]. По нашим данным смелость подростка возрастает, если он воспринимает отца как позитивно к нему настроенного, и снижается, если он рассматривает отца как враждебного и отгороженного. Можно предполагать, что те базовые личностные черты ребенка, которые ему необходимы для успешного, уверенного взаимодействия с миром (уверенность в себе, способность доверять, доброжелательность, смелость) в неблагополучных семьях очень тесно взаимосвязаны с особенностями родительского поведения, с «видением» родителя. Подросток, воспринимающий родителя несправедливым, отгороженным, враждебным, легко раним, робок, недоверчив, а также обладает повышенной нервной напряженностью (шкала Q4).

Анализ результатов методики ЦТО подтверждает наличие ощущения отверженности у подростков, изъятых из семьи. Они не только реже выбирают своих родителей в качестве «самого важного и значимого» человека, но и расширяют список таких людей. Среди прочих «важных» близких подростки из неблагополучных семей называют: дальних родственников, крестных родителей, соседей по коммунальной квартире, домашних кошек, собак и, даже, лошадей (одна девочка, уйдя от матери-алкоголички, жила в конном клубе, зарабатывала деньги тем, что катала других на лошади).

Для подростков благополучных родители почти всегда ассоциируются с яркими, благополучными цветами: мама с желтым и красным, папа с синим и зеленым. В группе детей неблагополучных их цветовые выборы «окрашены более мрачно»: мама ассоциируется с желтым, фиолетовым и черным цветами, папа с желтым и черным. По-видимому, подростки связывают с родителями надежды на лучшее, на счастливое будущее, другая их часть, наоборот, представляет себе родителей, как несущих для них лишь конфликты, тревогу и усталость. Для некоторых подростков мама ассоциируется также с фиолетовым цветом, что, по нашему мнению, отражает регрессивные тенденции подростка, стремление получать от матери заботу и внимание. Вполне возможно, что данные проявления усилились в результате психотравмирующей ситуации изъятия из семьи.

Результаты методики ПОР позволяют описать образ матери в восприятии подростка из неблагополучных семей как враждебный, негативно настроенный к ним. По-видимому, матери из этих семей действительно ведут себя ожесточенно по отношению к подросткам, могут быть суровыми, много требовать от него.

Обращают на себя внимание результаты методики модифицированной по принципу Дембо-Рубинштейн. Неоднократно упоминалось, что данная методика в некотором смысле дублировала методику ПОР. На наш взгляд, это было удачное дополнение к используемым ранее методикам для оценки образа родителя. Кроме того, эту методику отличал ряд преимуществ: во-первых, она требовала минимальное количество времени для проведения процедуры; во-вторых, была проще в обращении, а также для понимания ребенком; в-третьих, отражала неосознанное отношение ребенка к поведению родителя, поскольку не требовала вербализации; в-четвертых, позволяла изучать не только образ родителя, но и образ идеального родителя.

Наиболее интересны для рассмотрения представляются профили «реальных» и «идеальных» родителей в обеих группах. Образы «реальной» и «идеальной матерей» в группе благополучных подростков располагаются в значительной близости друг от друга, тогда как в неблагополучных семьях, они отстоят друг от друга значительно дальше. Следует отметить, интересный факт, что образ «идеальной» матери у неблагополучного подростка почти совпадает с образом реальной матери обычного подростка.

В обеих группах профили «реального» и «идеального» отцов находятся друг от друга на расстоянии, что может свидетельствовать о больших требованиях со стороны ребенка к проявлениям отца.

Для подростков из неблагополучных семей идеальный отец видится более непоследовательным, чем реальный. Возможно, это связано со страхом наказания: для них плохо, когда отец всегда однозначно строг, они выбирают вариант, когда родитель меняет свое поведение: бывает и добр, и строг.

Таким образом, в заключение можно отметить, что гипотеза о том, что восприятие своих родителей подростками из неблагополучных семей отличается от восприятия подростков из благополучных семей, нашла свое подтверждение. Воспринимаемое подростком родительское поведение оказывает влияние на его психологическое состояние и развитие личности. Важным фактором влияния на образ родителя у подростка из неблагополучной семьи представляется также сама процедура изъятия из семьи.

Результаты данного исследования могут быть полезны при проведении психологической диагностики подростков и детей из неблагополучных семей, а также при оказании им психологической помощи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Адаптированный модифицированный вариант детского личностного вопросника Р. Кеттела. Л., 1985.

2. Буянов М. И. Ребенок из неблагополучной семьи: записки детского психиатра. М., 1988.

3. Дети социального риска и их воспитание / Под ред. Л.М. Шипицыной. СПб., 2003.

4. Захаров А. И Неврозы у детей и психотерапия. СПб., 2000.

5. Кон И. С. Психология ранней юности. М., 1979.

6. Личко А. Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л., 1983.

7. Практикум по возрастной психологии / Под ред. Л. А. Головей, Е. Ф. Рыбалко. СПб:, 2002.

8. Ромицына Е. Е. Родители глазами подростка. СПб., 2004.

9. Семаго Н. Я., Семаго М. М. Руководство по психологической диагностике: дошкольный и младший школьный возраст. М., 2000.

10. Собчик Л. Н. Метод цветовых выборов. Модификация восьмицветового теста Люшера. СПб., 2007.

11. Хоментаускас Г. Т. Семья глазами ребенка. М., 1989.

12. Целуйко В. М. Психология неблагополучной семьи. М., 2004.

13. Шипицына Л. М. Психология детей-сирот. СПб., 2005.

14. Яньшин П. В Практикум по клинической психологии. Методы исследования личности. СПб., 2004.

Январь 24, 2019 Общая психология, психология личности, история психологии
Еще по теме
Денисенко О.В. ВОСПРИЯТИЕ СВОИХ РОДИТЕЛЕЙ ПОДРОСТКОМ ИЗ НЕБЛАГОПОЛУЧНОЙ СЕМЬИ
О. В. Стырова ОСОБЕННОСТИ ОБРАЗА БУДУЩЕЙ СЕМЬИ У ПОДРОСТКОВ, ПЕРЕЖИВШИХ СМЕРТЬ РОДИТЕЛЕЙ
Сакова А.В. восприятиЕ подростками развода родителей
ВОСПРИЯТИЕ ОТНОШЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ И ЕГО СВЯЗЬ С РАССТРОЙСТВАМИ АДАПТАЦИИ У ПОДРОСТКОВ С ВЫРАЖЕННЫМИ ПРОЯВЛЕНИЯМИ ТРЕВОГИ
Ануфриюк К.Ю. ЛИЧНОСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИСОЦИАЛЬНО НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ ПОДРОСТКОВ
Залесская Ю.И., Киселевская Н.Г. О МЕТОДАХ СТИМУЛИРОВАНИЯ, ПРИМЕНЯЕМЫХ РОДИТЕЛЯМИ В ВОСПИТАНИИ СВОИХ ДЕТЕЙ
ВЛИЯНИЕ СТИЛЕЙ СЕМЕЙНОГО ВОСПИТАНИЯ НА ЛИЧНОСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПОДРОСТКОВ В БЛАГОПОЛУЧНЫХ И НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ СЕМЬЯХ
СОЛОВЬЕВА О.В. МЕТОДЫ КОРРЕКЦИИ ДЕФОРМАЦИЙ ВНУТРЕННЕГО ОБРАЗА СЕМЬИ У ДЕТЕЙ, ВОСПИТЫВАЮЩИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ
ВЛИЯНИЕ СЕМЬИ НА СОДЕРЖАНИЕ И ИНТЕНСИВНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ СТРАХОВ У ПОДРОСТКОВ
РОДИТЕЛ И - ПОДРОСТКИ
М. В. Галимзянова, Д. А. Колесникова ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О БУДУЩЕЙ СЕМЬЕ У ПОДРОСТКОВ В СВЯЗИ С ОБРАЗОМ РОДИТЕЛЬСКОЙ СЕМЬИ
Н. Д. Узлов СОЦИАЛЬНЫЕ ОЖИДАНИЯ СТАРШИХ ПОДРОСТКОВ И ИХ РОДИТЕЛЕЙ
ВЛИЯНИЕ ПОЛА ДЕТЕЙ НА ВОСПРИЯТИЕ РОДИТЕЛЕЙ.
Добавить комментарий