ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОГО МЕТОДА ДЛЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ЖИЗНЕННОГО МИРА ПОЖИЛОГО ЧЕЛОВЕКА

Анализируются исследовательские возможности феноменологического метода. Раскрываются его принципы, возможные направления практического применения. Приводится пример феноменологического анализа интервью с пожилым человеком с целью выделения структурного описания переживаний, составляющих его жизненный мир.

Ключевые слова: качественное исследование, феноменологический метод, переживание, жизненный мир, структурное описание переживания.

В последние десятилетия в социальных и гуманитарных науках происходит «тихая методологическая революция» , связанная с появлением и широким применением качественных методов исследования. Наблюдаемое пестрое разнообразие концептуальных подходов, исследовательских техник и процедур в целом можно охарактеризовать рядом общих черт, главной из которых является вызов устоявшимся представлениям о гуманитарном исследовании, его целях и ценности, его стандартах и основаниях, языке и жанре.

Широкий диапазон применения качественных методов — от классических до герменевтических, экзистенциональных и даже религиозных исследований — подтверждение того, что качественная методология не является статичным, сформированным, устоявшимся образованием. Она постоянно эволюционирует. Время, когда умение грамотно проводить качественные исследования и анализировать данные связывалось с «общей эмпатической чувствительностью исследователя» [2, с. 53] сменилось стадией накопления все большего количества методологической литературы, авторы которой пытаются предъявить и детально описать правила, стратегии, процедуры, техники работы в данном подходе.
В настоящий момент говорится о методологической фазе развития качественных исследований. Одной из главных задач этой фазы является необходимость систематической подготовки специалиста в данной области. Увеличение числа публикаций, содержащих описание процедуры исследования, анализ текстовых данных, общее увеличение информационной базы способствует обмену опытом между психологами, работающими в области качественной методологии, что в итоге должно привести к повышению строгости данных исследований. Многочисленные рассуждения «ученых-качественников» об основных проблемах достоверности и точности полученных данных, надежности и валидности интерпретаций в будущем должны сложиться в целостную концепцию, которая станет опорой для дальнейшей работы исследователей в данной области психологической науки.

Несмотря на многоликость современных качественных исследований, выделяяются два основных критерия, позволяющих относить их к единой группе: специфичность качественных данных и специфичность качественного подхода к исследованию. Теоретический анализ позволяет выделить основные принципы, обосновывающие направления качественного исследования в связи с особенностями качественных данных.

• Первичность текста. Исследователь имеет дело с текстом, а не с реальной жизнью. О том, что мы «конструируем себя, наши жизненные миры в беседе», «где нет текста, там нет и объекта для исследования и мышления» [4, с. 473] отмечал еще крупнейший мыслитель, философ, филолог ХХ века М.М. Бахтин. Единственным «средством распутывания опыта», «органом, посредством которого мы видим, читаем событие» называет текст грузинский философ М.К. Мамардашвили. Тексты, полученные в результате повествований и бесед, считает необходимым условием получения знания о социальном мире, включая и научные знания [6, с. 18], также и современный ведущий европейский специалист по качественным исследованиям С. Квале.

• Нарративность, или ориентация на понимание текста слушателем, читателем. Каждый человек обладает интуитивной компетентностью относительно правил построения рассказа. Такого рода компетентность служит рассказчику гарантом, что его повествования будут приемлемы в соответствующем социальном контексте и понятны потенциальному слушателю [7; 8]. Жизненный мир, запечатленный в тексте, организован и упорядочен. Нарративная идентичность конструируется как феномен бытия личности, не отделимой от жизненного процесса. Между автором, его «Я» и текстом существуют напряженные отношения.

• Гомологичность формы рассказа структуре жизненного опыта. Это принцип реализуется при соблюдении определенных условий (рассказчик повествует о событиях именно своей жизни, и он лишен возможности предварительно спланировать и подготовить свое повествование).

• Пространственно-временной контекст повествования, в котором описываются cубъективные значения и смыслы. В тексте имеет место слияние пространственных и временных примет в осмысленном и конкретном целом. Время сгущается, уплотняется, становится зримым; пространство же интенсифицируется, втягивается в движение времени, сюжета, истории. Приметы времени раскрываются в пространстве, и пространство осмысливается и измеряется временем [10, с. 234]. Личный нарра- тив вписан в нарратив этноса и культуры [11; 12; 13;14 и др.].

• Наличие двух полюсов текста. Каждый текст предполагает общепонятную систему знаков, но одновременно каждый текст является чем- то индивидуальным, единственным и неповторимым. [4, с. 475; 8 и др.].

• Недостаточность одиночного высказывания или субъективного мнения индивида, т.к. само по себе оно еще не может служить достаточной основой для анализа и построения гипотез; а должно быть поддержано другими источниками информации об объекте (научной литературой, данными других исследований или же сопоставимо с другими данными того же источника информации).

Обобщенные специфические характеристики качественного подхода к исследованию, сводятся к следующим: 1) предпочтение полевой формы работы; 2) индуктивный подход к данным; 3) ориентация на контекстуальное описание феноменов и ситуационный анализ; 4) использование «насыщенных описаний», стремление к богатству и холизму описания; 5) интерес к индивидуальности, единичным случаям, исключительным феноменам; 6) трактовка исследователя как главного инструмента в исследовании, гибкость и отсутствие жесткой стандартизации исследовательских процедур; 7) трактовка испытуемого как эксперта собственной жизни; 8) фокусирование на естественном языке как средстве анализа; 9) ориентация на изучение смыслов, переживаний, пережитого опыта; 10) опора на рефлексивность исследователя [16, с. 142].

Таким образом, качественное исследование — это комплексное исследование, основанное на полевой форме работы, предполагающее сбор разнообразных описаний феномена, обработку данных с помощью специальных процедур анализа текста и культурного контекста, опирающихся на точку зрения исследуемых людей и рефлексию самого исследователя [3, с. 131]

Информацию для качественного исследования черпают из оригинальных наивных описаний людей, способных рассказать о своих переживаниях. Обозначенные выше особенности качественных исследований позволяют утверждать, что внутренний порядок рассказа от случая к случаю остается относительно автономным, хотя и подчиняется ряду закономерностей. Собственная история, рассказанная автором, — это переживание реальности «здесь и сейчас» в процессе рассказывания, которое одновременно и представление себя другим, демонстрация себя, и поиск смысла собственной жизни, связей, ее упорядочивающих [8; 15; 17 и др.].

Традиционно переживание является предметом изучения сторонников феноменологического подхода (E. Husserl, D.E. Polkinghorne, A.P. Giorgy, G. Karlsson, C. Moustakas, A. van Kaam, J.W.Creswell, E.T Gendlin, E. Keen и др.). В настоящее время стало модным употреблять понятие «феноменология», но в большинстве случаев, как синоним других понятий: «проявление», «внешние признаки», «особенности», «симптоматика» и т.п. На самом деле применение термина оправдано, когда речь идет об «особом феноменологическом, досконально описательном, беспредпосылочном исследовании и досконально-описательных выявленных характеристиках чего- либо» [16, с. 130]. Так, М. Мерло-Понти говорил о феноменологии восприятия, а Ж.-П. Сартр — о феноменологии воображения.

В ходе феноменологического исследования анализируются источники сбора данных: отчеты, полученные в ходе исследовательского интервью; рефлексивные самоотчеты исследователя; документы и всевозможные общекультурные тексты, содержащие развернутые описания внутренней жизни человека (дневниковые и автобиографические записи, художественные произведения, философские работы, мифы и т.п.). Результатом феноменологического исследования должно явиться описание инвариантной структуры некоторого переживания, описание связи компонентов, составляющих переживание. Эти описания называются общими структурным, или синтетическими описаниями. В ходе феноменологического исследования исследователь движется от наивных описаний испытуемого именно к таким структурным описаниям.

Процедуры феноменологического анализа начали разрабатываться с 1970-х годов. Многие авторы (A.P. Giorgy, G. Karlsson, J.W.Creswell и др.) предлагают свои вариации анализа данных, которые по большому счету укладываются в следующую общую схему этапов анализа.

1. Чтение текста интервью с целью получения общего впечатления.

2. Структурирование текста: оригинальный текст протокола делится на значимые утверждения — смысловые единицы. Единицей становится отдельный отрывок, эпизод как элементарная частица текста, содержащая внутренне законченный сюжет. Получается сокращенный вариант текста, состоящий из формально последовательных частей — кусков цельного рассказа, в которых говорится о непересекающихся событиях, имевших свое начало, длившихся некоторое время и завершившихся.

3. Преобразование смысловых единиц. Проводится объединение содержания текстовой информации в некоторую обобщенную категорию. Утверждения подвергаются упрощению и переформулировке в более емких и строгих описательных терминах.

4. Анализ данных на основании «плотного» описания. Преобразование структурных смысловых единиц в кластеры смыслов, группировка данных.

5. Связывание преобразованных структурных элементов смысла в одно обобщенное описание переживания — структурное, синтетическое описание, раскрывающее конститутивные компоненты переживания.

Именно такая схема работы используется для анализа текстов полученных в результате качественного интервью с пожилыми людьми с целью исследования переживаний, составляющих их жизненный мир.

В качестве иллюстрации этапов феноменологического анализа предоставлен пример анализа одного интервью с пожилым человеком.
Анализ начинается уже в самом начале интервью, когда у исследователя формируется отношение к респонденту и исследовательской ситуации. Поведение участников, во время интервью, ход интервью и собственные чувства интервьюера, возникающие во время встречи, описываются дополнительно. Указанная информация предоставляется в виде приложений к итоговому отчету. Записанные на диктофон интервью распечатываются. Расшифровка производится путем перевода аудиозаписи в текстовый транскрипт (электронный документ) при помощи компьютера. Транскрипт сохраняет все дословные высказывания респондента и характер его речи без какого-либо редактирования. Личные данные, включая имена, даты, географические названия и другие подробности, изменяются.

Коротко, общие впечатления о респонденте и ситуации интервью, которые приводятся в качестве примера, таковы:

Анна Ю. 80 лет. До ситуации интервью, интервьюер и респондент не были знакомы. А.Ю. — женщина очень энергичная, активная, эмоциональная, подвижная, с громким голосом, приподнятым настроением. Большую часть интервью она стояла около стола, несмотря на просьбы сесть, чтобы было удобнее. Ходила по комнате, доставала и показывала различные предметы, удалялась и возвращалась, принося все больше предметов, подтверждающих ее слова. В течение всей встречи создавалось впечатление, что она сама ведет интервью. Любой вопрос или реплику воспринимала как попытку перебить ее, не дать ей договорить что-то важное. А.Ю. повышала голос, если ей задавались вопросы. Они ей просто мешали. Сбивали ее с нити повествования. Нисколько не смущаясь, она игнорировала вопросы интервьюера и продолжала говорить о тех вещах и событиях, которые казались важными ей. В целом интервью проходило в доброжелательной обстановке.

Многократное прочтение транскрипта сопровождается созданием комментариев и пометок к тексту, что позволяет сформулировать общее впечатление от анализируемой информации. Дальнейшая работа с текстом заключается в выделении смысловых единиц, их преобразовании и группировке. Результатом каждого из указанных этапов анализа является переструктурированный, более или менее конденсированный, сгруппированный в соответствии с логикой анализа вариант текста, который для упрощения восприятия предоставляется в виде таблиц. Колонки таблиц в зависимости от этапа озаглавливаются по-разному: «Фрагмент рассказа», «Конденсированный смысл», «Номинация», «Контекст», «Субъективное значение», «Каким образом происходил процесс», «Описание переживания» и др. Результатом анализа интервью является отчет, включающий, кроме синтетического описания переживания, приложения с описанием общих впечатлений; плотного описания, отражающего выделенные смысловые единицы, их группировку и первичные интерпретации.

По итогам приведенного в качестве примера интервью было вычленено основное переживание, описывающее сущность жизненного мира А.Ю.: собственная значимость, выделенность из окружения как подтверждение своей востребованности и «нужности».

Были выявлены следующие направления повествования, вокруг которых разворачивалась беседа и которые являются содержательными элементами жизненного мира нарратора: детство, взросление, становление; собственная семья; профессиональная деятельность и настоящая активность.

1. Детство и становление респондента проходило в условиях глобальных социальных изменений, типичных для целого поколения людей и являющихся своеобразным испытанием на прочность (коллективизация, раскулачивание, война). События того времени (30 — 40-е годы ХХ века) вспоминаются и оцениваются респондентом, как страшные события. Но в силу своих личностных особенностей А.Ю. не переживает их как трагедию, изменившую жизнь в худшую сторону: «со мной носились», «я не испытала ни голода, ни холода». Объясняет это тем, что «люди всегда хорошо к ней относились».

Важное влияние на последующую жизнь оказали отношения с родителями. Отметим глубокую привязанность нарратора к отцу одновременно с довольно прохладным отношением к матери. Возникшее еще в детстве напряжение между женственностью и потребностью компетентности в чем-то более значительном, чем семейная жизнь, и дистанцирование от женского (все, что олицетворяет мать) приводит к тому, что А.Ю. восторженно отзывается о своем отце, пренебрежительно о матери. Идентификация себя скорее с отцом, чем с матерью и желание заниматься традиционно маскулинными делами обусловливают плотную профессиональную и общественную занятость в зрелый период жизни и стремление отстраниться от материнской роли по отношению к собственным детям.

Война — один из поворотных жизненных моментов жизни респондента.

События войны явились сильным потрясением для детской психики (послевоенное детство с лишениями, переездами, отсутствием еды, одежды, жилья). В памяти остались только вечный гул, непонимание происходящего и смерть отца. В цепочке «война — смерть близкого человека — перемены к худшему», главным элементом является потеря отца. С этим событием утраты скорее, чем непосредственно с военными воспоминаниями, связаны переживания о переменах к худшему.

Война также помешала обучению в школе. Дальнейшее образование не получала. Оценивая безграмотных людей негативно, себя переживает как умного, интересного человека с широким кругозором, прожившего бурную, яркую, интересную жизнь.

2. Собственная семья. А.Ю. дважды была замужем, оба супруга уже умерли. Относится к своим замужествам как к обязательным фактам биографии. В семейной жизни вела себя как глава семьи. Сама выбирала мужей, сама решала, когда официально оформлять отношения, когда рожать детей. Убеждена, что выполнила свою роль хорошей жены, досмотрела супругов во время болезней, организовала достойные похороны. Не называет даже имен мужей. Говорит только об их должностях, о том, были ли они красивы, богаты. Не упоминает о том, что горевала после их смерти.

Рождение и воспитание детей оцениваются не как уникальное событие собственной жизни, а как обычный факт биографии. Такой же, как и у всех. В силу государственного устройства (отпуск по уходу за ребенком длился один месяц) пришлось работать, в то время как другие люди воспитывали ее детей. В настоящее время испытывает скорее гордость за то, что дети «обеспеченные», чем духовную близость с ними. Компенсирует редкие встречи с собственными детьми бурной общественной деятельностью и переживанием своей востребованности другими людьми.

3. Профессиональна деятельность. Не имея специального образования и определенной профессиональной квалификации, А.Ю. смогла устроить свою профессиональную карьеру. За жизнь сменила несколько мест работы от весовщика зерна до экскурсовода. Осознает, что работала, может быть, «не на совесть», но имела определенный авторитет из-за умения себя выгодно преподнести. Работать смогла в разных сферах благодаря гибкому уму, желанию хорошо выглядеть в глазах других и общительности.

Выход на пенсию не стал рубежом, сильно изменившим социальную активность, разделившим жизнь на различные стадии. Продолжала работать после оформления на пенсию еще около десяти лет. Пенсия присутствует в жизни как источник денег и как проявление заботы государства о достойном этого человеке.

4. Настоящая активность, направленная на подтверждение своей востребованности, — тема, занимающая большую часть времени интервью. Благодаря активности переживает себя молодой и здоровой. Редко бывает дома. Довольна таким распорядком своей жизни. Ее образ не укладывается в стереотипное представление о старухе. Выглядит моложе за счет своей активности и энергичности. Таким способом поддерживается высокий уровень самооценки. Очень важным является стремление «не останавливаться», «быть нужной», «быть приглашенной», «быть рядом с известными людьми». Гордится любым знакомством с более или менее известным человеком (руководитель, певец и т.д.). Если остается одна, не может усидеть на месте. Грамоты, благодарности, письма, награды имеют суммарный вес, приравненный к переживанию своей востребованности (чем больше документальных подтверждений, тем я нужнее людям, — важнее количество, а не качество).

Общается с большим количеством людей, при этом не ценит тесных отношений с родственниками. Гордится, что родные хорошо устроились в жизни, но поддерживает только формальные отношения с ними. Относится спокойно, как к неизбежному, к утратам, похоронам. Легко называет всех людей, с которыми общалась, своими родственниками и друзьями. Люди в ней видят заинтересованного собеседника. Готовы продолжать взаимоотношения. Но у самой А.Ю. отношения со многими людьми поверхностные. Ей важно завоевать расположение, а не поддерживать общение. Важнее количество, а не качество отношений. Несмотря на это, люди, с которыми она встречалась в жизни, оставляли свой след, в том числе и виде различных вещей, предметов. К подаркам относится как к проявлению заслуженной благодарности. Гордится тем, что все шкафы забиты. Вместе с тем понимает, что вещи — не главное в жизни. Готова делиться с нуждающимися. Послевоенное детство научило ценить вещи.

Много рассказывает об общественных делах, среди которых «работа на избирательных участках», «сбор подписей» с различными целями, «участие в театральных постановках», «хор», «президиумы», «песни», «пляски», «курсы», «женсовет», «профсоюз», «совет ветеранов», «крестины», «похороны», «свадьбы», «родительские комитеты», «похороны» и т.д. Причем для А.Ю. нет особенной разницы, какое именно дело ей предстоит. С одинаковым энтузиазмом рассказывает об организации и свадеб и похорон. Важна деятельность сама по себе, важно не останавливаться, быть нужной. Кроме того, А.Ю. позиционирует себя как человека, занимающегося благотворительностью. Уход за больной соседкой оценивает как свою миссию. Однако забота о ближних — не основная цель жизни. Такая деятельность служит лишь одним источником переживания своей востребованности и компенсирует отсутствие общения с детьми и родственниками. Сомневаться в искренности намерений заставляет то, что А.Ю. раздражается, говоря о том, что больная иногда может находиться в беспамятстве, и ведет «из любопытства» постороннего человека (интервьюера) посмотреть на лежачего больного человека.

По работе А.Ю. пришлось общаться с иностранными студентами, когда свои дети уже были взрослыми. С глубокими эмоциональными переживаниями возвращается в то время, когда чужие дети очень в ней нуждались. Таким способом компенсирует нерастраченный по отношению к своим детям материнский инстинкт, направив его на чужих детей. Нашла для себя способ убедиться в свой востребованности даже публично, с помощью телевидения. Вынашивает решение об отправке письма в популярную телевизионную программу, чтобы бывшие студенты из другого государства узнали, «что мама их жива».

Следует своеобразной моде на религиозность (пора о душе позаботиться). В основном увлечена атрибутикой (иконы, крестики, православные календари и т.д.). На деле вера в Бога сводится к примитивному восприятию (проступок — наказание, хорошее дело — награда). Уверена в своей исключительности, ведь даже Бог всегда рядом с ней.

Относится к себе хорошо, как к исключительной, выдающейся личности. Называет себя «Королевой», «Феей», «Царь-бабой». За счет того, что общественная активность не снижается, чувствует себя молодой и полной сил, умной, яркой, заводной. О проблемах со здоровьем говорит вскользь. Активная жизненная позиция не позволяет останавливаться и зацикливаться на своем здоровье, на старости. Утверждает, что самое главное то, что не чувствует себя ненужной.

Таким образом, представленный феноменологический анализ позволяет выделить структурное описание основного переживания респондента А.Ю., раскрывающее сущность ее жизненного мира: собственная значимость, выделенность из окружения как подтверждение своей востребованности и «нужности». В итоге связь компонентов, составляющих главное переживание респондента, выглядит следующим образом: вся активность (прошлая, реальная, потенциальная) направлена на поддержание одного — осознания своей исключительности и полезности (см таблицу).

Рисунок — Компоненты переживания своей полезности во временной и

Рисунок — Компоненты переживания своей полезности во временной и

пространственной перспективах

Таблица — Компоненты переживания

Озвученный факт Переживания, связанные с озвученным фактом
В детстве была любимицей родственников и отца — самого значимого взрослого. Я — особенная.Мне не нужно образование, чтобы быть умной.Я достойна хороших мужей. Я выделяюсь из окружения. Я нужна детям. Я нужна людям.Из-за того, что я особенная, люди мне многое простят.
Образования не получила, но умная. Прожила бурную, яркую, интересную жизнь.
В собственной семье играла главные роли.
Много фотографий с известными людьми.
«Я — Королева!».
Выглядит моложе ровесниц.
Дети приезжают в гости.
Работала «не на совесть»,но имела определенный авторитет.
Ухаживает за лежачей соседкой.
Получает пенсию. Ее на все хватает. Я нужна государству, как достойный гражданин.
Верит в Бога. Бог всегда со мной, он меня не оставит, я нужна ему.

Основное переживание респондента можно представить в виде схемы, на котором наглядно представлено, из каких компонентов складывается ощущение своей полезности во временной и пространственной перспективах (рисунок).

Таким образом, целью феноменологически ориентированного исследования в психологии является получение ясных, точных и систематических описаний тех или иных аспектов переживания человека. Для познания жизненного мира человека, восприятия им внешней реальности и мира его самосознания недостаточно рационального языка категорий и абстракций. Необходимо приблизиться к адекватному пониманию тех смыслов, которые человек вкладывает в различные суждения и действия, его переживанию отдельных событий и жизни в целом.

В настоящее время в социогуманитарных науках значительное развитие получила область качественных исследований. Главными задачами современной методологической фазы развития качественных исследований является обмен опытом между учеными с целью выработки методологических оснований, а также необходимость систематической подготовки специалиста в данной области.

Основными принципами, на которых строятся качественные исследования, являются следующие: первичность текста, являющегося необходимым условием получения знания о социальном мире, включая и научные знания; гомологичность формы рассказа структуре жизненного опыта; интуитивная компетентность каждого человека относительно правил построения рассказа; определенный пространственно-временной контекст в котором описываются cсубъективные значения и смыслы повествования; присутствие в каждом тексте общепонятной системы знаков, наряду с чем-то индивидуальным, единственным и неповторимым; недостаточность одиночного высказывания, мнения индивида для анализа и построения гипотез.

Представленный пример феноменологического анализа интервью убедительно демонстрирует возможность и специфику качественной методологии для понимания переживаний пожилым человеком своего жизненного мира.

Список литературы

1. Улановский, А.М. Феноменологический подход как качественная исследовательская методология : автореф. дис…. канд. психол. наук: 19.00.01 / А.М. Улановский; Московский гос. ун-т им. М.В.Ломоносова. — М., 2005. — 15 с.

2. Бусыгина, Н.П. Феноменологическое описание и интерпретация: примеры анализа данных в качественных психологических исследованиях. / Н.П. Бусыгина // Московский психотерапевтический журнал. — 2009. — № 2. — С. 52 — 75.

3. Улановский, А.М. История и векторы развития качественных исследований в психологии / А.М. Улановский // Методология и история психологии. — 2008 — Т. 3, вып. 2. — С. 129 — 139.

4. Бахтин, М.М. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках: опыт философского анализа / М.М. Бахтин // литературно — критические статьи / М.М. Бахтин; сост. С. Бочаров [и др.]. — М.: Худож. лит. 1986. — С. 473 — 500.

5. Мамардашвили, М.К. Психологическая топология пути / М. Мамардаш- вили, — СПб.: Русский Христианский гуманитарный институт, 1997. — 571 с.

6. Квале, С. Исследовательское интервью / С. Квале. — М.: Смысл, 2003. — 301 с.

7. Журавлев, В.Ф. Нарративное интервью в биографических исследованиях / Социология: методология, методы, математическое моделирование. — М., 1993. — № 3 — 4. — С. 34 — 43.

8. Трубина, Е.Г. Рассказанное Я: отпечатки голоса / Е.Г. Трубина. — Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2002. — 272 с.

9. Schutze, F. Kognitive Figuren des autobiographischen Stegreiferzahlens / F. Schut- ze // Biographie und soziale Wirklichkeit. — Stuttgart: Metzler. — 1984. — S. 78 — 117.

10. Бахтин, М.М. Формы времени и хронотопа в романе. Очерки по исторической поэтике / М.М. Бахтин // Вопросы литературы и эстетики. — М.: Худож. лит., — 1975. — С. 234 — 407.

11. Горностай, П.П. Личность и время: Творчество как переживание / П.П. Го- ронстай // Психодрама и современная психотерапия. — 2003. — № 4(5). — С. 18 — 26.

12. Ковалев, В.И. Особенности личностной организации времени жизни /

B. И. Ковалев // Гуманистические проблемы психологической теории. — М., 1995. —

C. 179 — 185.

13. Леонтьев, Д.А. О времени: иллюзия ответов / Д.А. Леонтьев // Экзистенциальная традиция: философия, психология, психотерапия. — 2004. — № 1(4). — С. 113 — 118.

14. Некрасова, Е.В. Теоретико-методологические основания и гипотезы исследования хронотопических характеристик жизненного мира человека / Е.В. Некрасова // Вестник ОГУ. — 2002. — №7. — С. 66 — 70.

15. Семенова, В.В. Качественные методы: введение в гуманистическую социологию: учеб. пособие для студентов вузов / В.В. Семенова; Ин-т социологии РАН. — М.: Добросвет, 1998. — 289 с.

16. Улановский, А.М. Феноменологический метод в психологии, психиатрии и психотерапии / А.М. Улановский // Методология и история психологи. 2007 — Т. 2. — Вып. 1 — С. 130 — 150.

17. Готлиб, А.С. Познавательный потенциал «истории жизни» (life story) как стратегии качественного социологического исследования / А.С. Готлиб // Вестник Самарской Гуманитарной академии. Выпуск «Философия. Филология». — 2006. — № 1 (4). — С. 144 — 153.

18. Polkinghorne, D.E. Phenomenological research methods / D.E. Polkinghorne // Existential-phenomenological perspectives in psychology: exploring the breadth of human experience: with special section on transpersonal psychology / еd. by R.S. Valle, S. Hal- ling. — N.Y: Plenum Press, 1989. — р. 41- 60.

Январь 24, 2019 Психология развития, акмеология
Еще по теме
Захватошина Ольга Венедиктовна Тиенар Ольга Николаевна ОПЫТ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДОВ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ ОПЫТ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДОВ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ ЛИЦ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА (СВРДЛОВСКАЯ ОБЛАСТЬ)
ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДА СУГГЕСТИВНО-ОБРАЗНОЙ ТЕРАПИИ В ЛЕЧЕНИИ ПСИХОГЕННО ВЫЗВАННЫХ ДЕПРЕССИЙ У ПОЖИЛЫХ БОЛЬНЫХ
1.4.2. Полидетерминация жизненного мира и свобода человека
РАЗДЕЛ 2. ТРАНСКОММУНИКАТИВНЫЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ЖИЗНЕННОГО МИРА ЧЕЛОВЕКА В ТРЕНИНГОВЫХ ПРОГРАММАХ
УДК 159.Е.В. НЕКРАСОВА СТАНОВЛЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО МИРА ЧЕЛОВЕКА И ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ПРОСТРАНСТВО
Понежа Галина Александрова АКМЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ РЕСОЦИ- АЛИЗАЦИИ ПОЖИЛОГО ЧЕЛОВЕКА
2.1.2. ПРИМЕНЕНИЕ МЕТОДОВ ИССЛЕДОВАНИЯ ФУНКЦИЙ
ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКИЙ МЕТОД (PHENOMENOLOGICAL METHOD)
4.5.2. ПРИМЕР ПРИМЕНЕНИЯ ЭКОНОМЕТРИЧЕСКОГО МЕТОДА ЖОК ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ФАКТОРОВ, ВЛИЯЮЩИХ НА НАЛОГООБЛАГАЕМУЮ БАЗУ ПОДОХОДНОГО НАЛОГА С ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ
ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОСВЯЗЕЙ МЕЖДУ ПОКАЗАТЕЛЯМИ ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЙ МОРФОМЕТРИИ ГИППОКАМПА И ОСОБЕННОСТЯМИ ВЫПОЛНЕНИЯ ТЕСТОВ НА ПАМЯТЬ В ГРУППЕ ЗДОРОВЫХ ИСПЫТУЕМЫХ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА
СМЕТАНОВА Ю.В. ОБЩЕНИЕ С БОГОМ: ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ
4. ИННОВАЦИОННОЕ ПОВЕДЕНИЕ КАК ОТВЕТ ЧЕЛОВЕКА НА ПЕРЕМЕНЫ: МИР, МЕНЯЮЩИЙ ЧЕЛОВЕКА, И ЧЕЛОВЕК, МЕНЯЮЩИЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ И ОБРАЗ МИРА
СМЫСЛО–ЖИЗНЕННЫЕ ОРИЕНТАЦИИ ЛИЦ ПОЖИЛОГО И СТАРЧЕСКОГО ВОЗ-РАСТОВ
Глава ПРОЕКТИРОВАНИЕ ДЛЯ ПОЖИЛЫХ ЛЮДЕЙ
Добавить комментарий