СООТНОШЕНИЕ ИНТУИЦИИ И ЛОГИКИ В ПРОЦЕССЕ ПОРОЖДЕНИЯ НОВЫХ НАУЧНЫХ ИДЕЙ.

Новиков Н.Б.

На протяжении большого отрезка существования человеческого общества творчество являлось уделом единиц. Эта ситуация удовлетворяла общественные структуры прошлого. Современное же общество движется по пути передачи функций рутинного мышления машинам, ожидая от человека мышления творческого, продуктивного. Вопрос только в том, как скоро задача овладения навыками творческого мышления станет такой же обыденной, как задача овладения навыками арифметического счета.

Однако, несмотря на существование устойчивой общественной потребности в творческих личностях, общепризнанно отсутствие единого научно обоснованного понятия творческого мышления. Ведущие специалисты в области психологии указывают, что мы еще весьма далеки от более или менее хорошо разработанной теории творчества. Существующий дисбаланс между теорией и широко развивающейся практикой постепенно становится тормозом последней.

Одной из причин такого положения вещей является, по мнению исследователей, спонтанный, непредсказуемый характер творчества, что делает его неуловимым для естественнонаучных методов. Эта спонтанность связана не только с невозможностью прогнозирования момента озарения и решения исходной проблемы, но также со сменой самого предмета исследования и неопределенностью пути достижения успеха, в силу чего рожденная идея может быть напрямую не связана с решаемой проблемой. Уже древние греки пришли к осознанию того факта, что новая идея часто оказывается непредвиденным следствием, возникшим вне связи с целью данной познавательной деятельности. Учитывая данное обстоятельство, известный психолог Б.Скиннер даже определял научное творчество как искусство находить одну вещь, когда ищешь совсем другую.

Спонтанность рождения идеи означает, что процесс творческого мышления нельзя заключать в жесткое и ограниченное русло условий и требований данной задачи, данной проблемной ситуации. Истинное научное творчество предполагает выход за пределы этой ситуации, способность к продолжению познания за рамками ограниченных условий, то есть ситуативно не стимулированную продуктивную деятельность (Богоявленская Д.Б., 1983 г.).

В научной литературе широко распространено определение творчества как по процессуальной стороне — механизму осуществления мыслительного процесса, так и по

результату — продукту создания чего-то нового.

На наш взгляд, наиболее ценным и продуктивным является определение творчества по процессуальному критерию, то есть исследование процессуальной стороны творчества. Именно этот путь позволит выяснить, в каких формах предстает и преобразуется в мышлении ученого объективная ситуация, как происходит управление научным поиском, под действием каких факторов рождается новое решение и в каких случаях оно оказывается оптимальным, как восприятие нового результата и его оценка научной средой влияют на дальнейший ход деятельности отдельных ученых.

2.

Современные сведения о характере протекания творческого процесса достаточно противоречивы. Вместе с тем в этих сведениях можно выделить представление о логико-интуитивной природе творческой деятельности, связанной с порождением обьективно нового научного знания. Согласно этому представлению, научные открытия, расширяющие горизонт научной мысли, возникают благодаря совместному участию логических и интуитивных компонентов человеческого интеллекта. Но суть этих компонентов, механизм их действия и условия их проявления до конца не выяснены. В различных психологических исследованиях они трактуются по-разному, поэтому необходимо попытаться более подробно рассмотреть данный вопрос.

Современные ученые определяют логику как метод познания и доказательства, основанный на применении таких операций, как индукция, дедукция и аналогия. Эти логические операции хорошо всем нам известны, так как мы ежедневно пользуемся ими в своей повседневной деятельности. Индукция — это переход от частных фактов к общим выводам, дедукция предполагает переход от общих выводов к частным фактам, а аналогия характеризует переход от фактов к фактам или от заключений к заключениям. Если в индукции и дедукции степень абстрактности идей при переходе от одной мысли к другой изменяется, то в аналогии, то есть традукции, она остается одной и той же. Логическое заключение становится возможным тогда, когда имеются исходные посылки, так или иначе наводящие на вывод. Один и тот же индуктивный или дедуктивный вывод может опираться на разное количество исходных посылок. Чем больше этих посылок и чем лучше они соответствуют действительности, тем выше вероятность справедливости возникших заключений. И наоборот, чем меньше посылок и чем хуже они согласуются с реальностью, тем меньше вероятность прийти к правильному выводу.

Поскольку разные идеи вытекают из своих исходных посылок с разной степенью вероятности, нашу логику традиционно делят на строгую и нестрогую. В строгой логике исходные посылки однозначно определяют конечный вывод, а также существует гарантия истинности заключений в случае истинности исходных посылок. В нестрогой же, то есть вероятностной логике конечный вывод не вытекает однозначно из исходных посылок и нет гарантии достоверности заключений в случае достоверности исходной

информации. Для нестрогой логики, то есть для индукции и аналогии, характерно стремление путем обобщения уже имеющихся знаний выйти за его пределы, сформулировать новые положения, истинность которых еще не доказана. Поскольку вывод по неполной индукции и аналогии есть скачок, переход от известного к неизвестному и поскольку данные процедуры сознательно руководствуются принципом рассмотрения не всего количества предметов, а лишь части из них, поскольку выводы по неполной индукции и аналогии всегда носят вероятностный характер.

В неполной индукции переход от менее общего к более общему осуществляется в форме скачка, в котором и скрыта возможность ошибки, ибо достаточно одного противоречащего случая, чтобы все здание индуктивного заключения рухнуло. Если строгая логика, такая, как дедуктивное мышление, легко поддается аксиоматизации и формализации, то нестрогая логика не может служить надежным алгоритмом, введение которого в компьютер позволило бы автоматизировать процесс творческого мышления.

В противоположность логическим способам переработки информации интуиция определяется как прямое, непосредственное усмотрение истины без обоснования логическими доказательствами и аргументами. В интуитивной теории процесс возникновения идей описывается как процесс, не обусловленный исходными посылками, не имеющий той базовой информации, которая привела к рождению оригинального творческого продукта. Интуитивное озарение не расчленяется на промежуточные стадии интеллектуального поиска, в котором каждый последующий шаг рассуждения однозначно предопределен предыдущим и столь же отчетливо провоцирует последующие шаги. Интуиция действует так, как будто не нуждается в предварительном научении, не выражается через анализ и синтез, недоступна наблюдению с помощью интроспекции, характеризуется внезапностью, неосознаваемостью, способностью детерминировать разрывы и пробелы в поэтапном процессе переработки наличных данных, порождать свертывание и кристаллизацию ментального опыта, не поддается формализации и аксиоматизации.

3.

Анализ интеллектуальной деятельности выдающихся ученых и решения творческих задач обычными людьми показывает, что новые идеи и решения возникают в результате совместного участия логического и интуитивного мышления человека, благодаря взаимному функционированию логики и интуиции в конкретных проблемных ситуациях. На наш взгляд, ключевыми факторами возникновения новых научных идей являются вероятностная логика как частное проявление логических аспектов и интенциональный опыт как частное проявление интуитивных аспектов творческой деятельности. Интенциональный опыт позволяет понять, что для интуиции характерно не отсутствие посылок, а их наличие в виде личностных убеждений, предпочтений и верований, в том числе философских, религиозных, этических и эстетических умонастроений и

склонностей. Данные предпочтения и склонности отличаются от собственно научного знания меньшей степенью экспериментальной проверяемости и воспроизводимости, меньшей степенью зависимости от эмпирического опыта.

В реальном творческом процессе основная роль принадлежит не строго детерминированной логике, где действуют полная индукция и полная аналогия и каждое заключение однозначно определяется исходными данными, а вероятностной неалгоритмической логике, включающей в себя неполную аналогию и неполную индукцию и такие заключения, которые вытекают из своих исходных посылок лишь с определенной степенью вероятности. Этот факт находит признание все большего и большего числа психологов, философов и теоретиков искусственного интеллекта.

«Можно утверждать, — пишет А.В.С лавин, — что помимо формально-логических законов, выражающих детерминистские связи между элементами высказываний и их совокупностей, научное творчество опирается на некоторые принципы вероятностного регулирования, которые хотя и не гарантируют безошибочного решения любых задач, но обеспечивают продвижение поиска в нужном направлении. На наш взгляд, действие интуиции, не вступая в противоречие с логикой, опирается именно на эти статистические принципы мышления». (А.В. Славин, 1976 г.). По мнению Д.А. Поспелова, « логиков традиционно интересует лишь чрезвычайно узкий класс рассуждений, которые можно было бы назвать строгими, а остальные многочисленные формы человеческих рассуждений они не включают в свою компетенцию». Поспелов констатирует, что « строгие достоверные рассуждения, отвечающие самым полным ограничениям формальных логических систем, моделируют далеко не все виды рассуждений, которыми оперирует в своей деятельности человек. Многие виды научного знания базируются на рассуждениях нестрогих, носящих правдоподобный характер, или на выводах, использующих неполную исходную информацию» (Д.А. Поспелов, 1987 г.).

Отсюда видно, что решение проблемы в творческой ситуации осуществляется, как правило, на основе статистических принципов мышления и неполной исходной информации.

Интуиция может быть понята как фактор, дополняющий и сопровождающий многие нестрогие рассуждения человека, если связать ее с индивидуальным ментальным опытом субьекта, а именно с той его частью, которая представлена интенциональным опытом. С нашей точки зрения, одним из источников интуиции или, другими словами, одним из элементов интуиции является совокупность интенциональных представлений человека. Интенциональный опыт субъекта не исчерпывает все содержание понятия интуиции, но является одним из важных составляющих интуитивных механизмов творческой деятельности. Такой взгляд на интуицию возникает в том случае, если придерживаться теории ментального опыта как психологической основы интеллекта. Основные принципы данной теории разработаны М.А. Холодной (1997 г.). Согласно этой теории, человек воспринимает, интерпретирует и оценивает действительность на основе определенным

образом организованного субъективного опыта. Тип и способ репрезентации происходящих событий выступает в этой теории в качестве одного из базовых феноменов интеллектуальной жизни человека и его опыта в целом. Если главная функция интеллекта заключается в построении адекватных репрезентаций происходящего, то отличительной характеристикой интеллектуальной одаренности должна быть способность этой одаренности по-иному видеть, понимать и интерпретировать окружающую действительность. Каждый человек создает свою репрезентативную модель мира, в котором он обитает. Наша репрезентативная модель мира во многом определяет, каким будет наше миропонимание, насколько успешно мы будем постигать этот мир, какие возможности будут нам доступны. Различие между людьми, эффективно взаимодействующими с окружающим миром, и теми, чье взаимодействие неадекватно, в значительной степени определяется различием моделей мира в их сознании.

Как указывает Холодная М.А., ментальный опыт любого субъекта включает в себя три условия: когнитивный, метакогнитивный и интенциональный опыт. Интенциональный опыт представлен такими компонентами, как предпочтения, убеждения и умонастроения субъекта. На мысль о том, что интенциональный опыт является одним из элементов интуиции, наводит ряд обстоятельств. В их числе то, что интенциональный опыт, как и интуицию, определяют как субъективные состояния направленности ума, которые по форме выражения являются неопределенно переживаемыми и в то же время чрезвычайно устойчивыми чувствованиями. Они подчиняют работу интеллекта субъективным, изнутри выработанным ориентирам, которые определяют четко направленный выбор личностью определенной предметной области, средств ее изучения, источников получения информации, способов ее переработки. Интенциональный опыт как одно из проявлений интуиции формирует своеобразные взгляды человека на происходящее, его философские, религиозные, нравственные и эстетические убеждения. Интенциональный опыт обусловливает безотчетную уверенность личности в правильности выбранного пути, чувство гармонии и симметрии мира, ощущение направления поиска и ясности того, где нужно искать правильное решение.

Как возникают интенции? Несмотря на малоизученность механизмов формирования интенционального опыта, можно наметить подходы к решению данного вопроса. Изучение экстраординарных интеллектуальных достижений показывает, что мышление, в рамках которого разворачивается процесс порождения новых идей, имеет вероятностный характер. Решение сложных проблем в сфере науки опирается, как правило, на нестрогую логику, на использование процедур неполной индукции и неполной аналогии.

В этой логике новая идея вытекает из исходных посылок с определенной степенью вероятности. Эта исходная неопределенная степень истинности новой идеи создает условия для возникновения феномена субъективной (интенциональной) уверенности в ее правильности. Неполнота информации, от которой

отталкивается ученый, недостаток сведений, необходимых ему для правильного вывода, стимулируют в конечном счете вовлечение в творческий процесс элементов интенционального опыта — его философских, религиозных и нравственных убеждений, умонастроений и предпочтений. Именно в них и заключается сам феномен интуитивного познания, что позволяет снять с понятия интуиции налет иррациональности, беспричинности и непознаваемости. Отсюда видно, что исследование соотношения интуиции и логики в процессе порождения новых научных идей должно идти по пути анализа относительного вклада элементов интенционального опыта и процедур нестрогой логики в результативность творческого процесса. При этом необходимо рассматривать не только правильные научные идеи, но и ошибочные научные результаты деятельности ученых. Эти ошибочные продукты интеллектуальной деятельности могут быть обусловлены как нестрогой логикой, так и интенциональным опытом.

На наш взгляд, наиболее адекватным методом исследования вопроса о взаимодействии интуиции и логики в научном творчестве является метод психолого-исторической реконструкции. Чтобы глубже понять закономерности интеллектуальной деятельности и выявить специфику творческого мышления в области науки, необходимо пути и способы возникновения объективно новых идей, воссоздать психологические и логические аспекты перестройки ментального опыта ученых, приводящей к появлению их новых взглядов на мир. Именно историческая ретроспектива дает ключ к познанию тех базовых информационных процессов, которые лежат в основе решения задач выдающимися учеными. От умения найти пути и способы осуществления психологической реконструкции этих процессов зависит глубина и уровень научного анализа истории выдающихся открытий, возможность изучения интеллектуального поиска в его целостности, в единстве его многообразных форм, во всей полноте его логико-психологического контекста. Принцип историзма как один из основных методологических принципов отечественной психологии всегда считался необходимым условием научного изучения любых психических явлений. Еще А.Р. Лурия указывал, что психология человека должна пониматься как историческая наука и что это положение является новым и еще недостаточно разработанным.

Отдельные аспекты историко-психологической проблематики нашли отражение в научных работах, посвященных анализу и реконструкции отдельных психических явлений, процессов, особенностей личности (Спицына Л., 1994 г., Барская А.Д., 1998 г., Харитонова Е.В., 1999 г.).

Метод психолого-исторической реконструкции относится к области исторической психологии, под которой понимается изучение различных закономерностей психики человека конкретной исторической эпохи через соотнесение их с явлениями материальной и духовной культуры.

Истоки всех проблем, возникающих в данном методе, связаны с принадлежностью двух родительских дисциплин — психологии и истории — соответственно

естественнонаучной и гуманитарной традициям. В этой ситуации задача психолога заключается в том, чтобы наиболее полно извлечь психологические данные из не психологических по своей природе источников.

В последнее время стали появляться работы, в которых предпринимаются усилия органичного и продуктивного соединения принципов и методов психологии и истории. Если раньше традиционный анализ содержательной стороны творчества приходился на долю истории науки, которая плохо использовала психологические модели, то в последнее время содержательный аспект появления идей и открытий описывается таким образом, что две эти дисциплины взаимно дополняют друг друга.

В психологии наметилась устойчивая потребность в психолого-исторических исследованиях, которые имеют ряд неоспоримых преимуществ перед другими методами изучения психических явлений. С помощью исторического метода некоторые исследователи уже пытаются изучать такие глубинные личностные образования, как мотивы, смыслы и ценности, обеспечивающие энергетический потенциал ученого и его устремленность к решению проблемы, к преодолению стереотипных подходов и схем мышления.

Целью применяемого нами метода реконструкции интеллектуальной биографии ученого является тщательный анализ жизни и личности ученого во взаимосвязи всех ее аспектов, а также реконструкция посылок тех новых идей, которые заносят его имя в список хранимых памятью персоналий.

Очень часто, сосредоточиваясь на предметном значении своих идей, ученый не осознает смысл их исходных посылок. Однако этот смысл незримо присутствует в его открытиях, в ментальном опыте этого ученого.

Внешняя завуалированность посылок, как правило, приводит к тому, что автобиографические признания людей науки не всегда бывают достоверными, не всегда передают действительную картину возникновения продуктивной догадки. Для компенсации этого недостатка необходимо проводить специальную проверку, состоящую в выявлении связи между высказываниями одаренной личности и другой переменной, характеризующей макроисторические обстоятельства зарождения новых научных представлений. Другими словами, законы творческого мышления можно изучать путем соотнесения данных двух областей — истории научных открытий и общей истории науки. Первая область изучает пути возникновения конкретного научного открытия, исходные посылки той или иной новой идеи. Вторая область анализирует линии развития науки в целом, хронологию и последовательность возникновения открытий, условия формирования научных эпох. Первая область складывается обычно из сведений автобиографического и эпистолярного характера, вторая — из сведений, которые содержатся в первоисточниках, в тех публикациях, где впервые излагается научное открытие.

При автобиографическом изучении процесса рождения конкретных открытий, при

использовании результатов самонаблюдения и самоотчета ученых необходимо сопоставлять их высказывания с такой переменной, как факты общей истории науки. Подобное сопоставление нейтрализует субъективность некоторых автобиографических впечатлений творцов науки.

Общим стержнем применяемого нами метода реконструкции исходных посылок новых идей является поиск двух взаимосвязей-совпадений — совпадения времен возникновения посылок и новой идеи в истории науки и совпадения времен появления посылок и открытия в интеллектуальной жизни самого ученого.

В нашей работе наряду с указанным методом реконструкции в качестве дополнительного компонента использовался метод контент-анализа исторических документов, в котором ставилась задача выбрать адекватные формализуемые единицы анализа и подсчитать на их основе частоту встречаемости фактов влияния логики и интуиции на процесс возникновения научных открытий. Понимая под логикой открытия наличие экспериментально проверяемых и воспроизводимых научных знаний, а под интуицией наличие личностных (философских, эстетических и. т.д.) предпочтений ученого, которые менее воспроизводимы посредством физического эксперимента, но так же, как и первые определяют возникновение новой идеи, мы считали, что применение контент-анализа должно быть направлено на выявление таких признаков текста, которые свидетельствуют о логико-интенциональной природе новых идей.

4.

В качестве примера применения метода реконструкции интеллектуальной биографии ученого рассмотрим историю одного из эпохальных научных открытий великого английского физика и математика Исаака Ньютона, а именно историю открытия закона всемирного тяготения.

В свое время предлагалось достаточно много различных объяснений того, как появился на свет этот закон, согласно которому сила тяготения пропорциональна массам тел и обратно пропорциональна квадрату расстояния между ними.

Действительные причины, побудившие Ньютона сформулировать указанный закон тяготения, можно описать следующим образом.

О существовании силы тяготения между телами свидетельствовало вращение планет вокруг Солнца, открытое Коперником, закон ускорения свободного падения тел, сформулированный Галилеем, а также морские приливы и отливы, известные еще древним грекам. Незадолго до Ньютона для обьяснения всех этих фактов Иоганн Кеплер предложил идею тяготения между всеми телами. Он уподоблял это тяготение магнитному притяжению двух кусков железа, которое к тому времени уже интенсивно изучалось Марикуром, Гильбертом и другими.

Возникла необходимость сформулировать математический закон действия данной силы тяготения. Прямая пропорциональная зависимость между силой тяготения и массой

тела была очевидна. Однако оставалась неизвестной форма зависимости силы тяготения от расстояния. Одни ученые считали, что данная сила обратно пропорциональна первой степени величины расстояния, другие полагали, что — квадрату расстояния, третьи вводили даже куб расстояния. В период с 1608 г. по 1667 г. правильный математический закон действия силы тяготения пытались сформулировать И. Кеплер, Галлей, Буллиальд, Гюйгенс, Роберваль, Гассенди, Гук и Рен. Некоторые из них догадывались, что сила тяготения обратно пропорциональна квадрату расстояния. Логическим намеком на такую зависимость служили закон силы света, в котором сила света убывает пропорционально квадрату расстояния, формула площади сферы, где площадь поверхности сферы определяется квадратом радиуса, комбинация третьего закона движения планет Кеплера с законом центробежного ускорения тел Гюйгенса, откуда закон Ньютона вытекает автоматически. Кроме того, указанная зависимость подсказывалась тем, что сила притяжения Луны к Земле в 3600 раз меньше силы притяжения брошенного над земной поверхностью камня, притом что Луна удалена от Земли на 60 земных радиусов.

Первоначально Ньютон мог опираться только на аналогию с законом силы света. Именно она подтолкнула его к мысли о том, чтобы поставить в формулу тяготения квадрат расстояния. Другие посылки и доводы появились чуть позже. Уже отсюда видно, что одно и то же открытие может определяться несколькими посылками. Это вносит значительную ясность в споры историков науки, которые часто ошибочно подчеркивают значение одной исходной посылки в ущерб всем остальным. Обнаруживается также, что смысл вероятностной логики, детерминирующей возникновение научного открытия, заключается в применении неполной индукции и неполной аналогии. Закон силы света, на который опирался Ньютон в условиях недостатка необходимой информации, относится к его закону всемирного тяготения как аналогичный, очень похожий, но не тождественный закон. Поэтому первый ни в коем случае не доказывает справедливость второго, а лишь намекает на вероятность его справедливости. Именно поэтому логика, в которой используется метод аналогии, называется вероятностной.

Наличие исходных посылок, стимулировавших открытие Ньютона, свидетельствует о том, что механизм творческой догадки Ньютона, его способность к переходу от известного к неизвестному не являлись продуктом внезапного, ничем не детерминированного бессознательного озарения. Обусловленность открытия Ньютона совокупностью фактов и сведений, существовавших в науке до 1667 года, убедительно показывают такие историки науки, как П.С. Кудрявцев, Б.И. Спасский, С.И. Вавилов и

ДР-

После знакомства с логическими компонентами открытия Ньютона возникает

вопрос, каковы же интуитивные, то есть интенциональные компоненты открытия Ньютона. По-видимому, они заключаются в тех философских, этических и религиозных предпочтениях ученого, которые внесли свой вклад в объяснение обнаруженной силы тяготения. Согласно данным С.И. Вавилова и М. Льоцци, сформулировав зависимость

между силой гравитации и расстоянием, Ньютон стал размышлять над причиной тяготения. Он хотел выяснить, какая среда является переносчиком гравитационных воздействий. Сначала, исходя из аналогии с распространением звука в воздушной среде, Ньютон решил, что переносчиком тяготения между планетами и Солнцем являются испарения и сгущения эфирной жидкости. Но затем он объяснил природу тяготения вездесущим богом. Как пишет П.С. Кудрявцев, причина заключалась в том, что сам Ньютон был сыном своего времени. Вспомним, что со школьных лет он занимался богословием. Позже в свои работы по оптике и механике он стал вводить богословские отступления. На вопрос, чем наполнено пространство, содержащее тела и свободное от них, Ньютон отвечает, руководствуясь своими религиозными убеждениями. «Полная истина в том, — пишет его современник Грегори, — что он верит в вездесущее божество в буквальном смысле». Историк физики Марио Льоцци по этому поводу заметил, что это уже не гипотезы — физические или метафизические — это чистая теология. Недаром некоторые современные критики, отмечает Льоцци, считают Ньютона великим мечтателем, тут же оговаривая, что именно мечтатели творят (М. Льоцци, 1970 г.). У Ньютона были и другие интенции, но они относились к другим его открытиям, поэтому мы не касаемся их в данной работе.

Итак, логическими посылками закона тяготения Ньютона были закон силы света, формула площади поверхности сферы и третий закон Кеплера в комбинации с законом Гюйгенса. Интенциональной же основой его достижения явилась идея о божественном переносчике гравитации.

Таким образом, применяя метод реконструкции интеллектуальной биографии ученого, можно шаг за шагом выявлять особенности их творческой деятельности, а также конкретный вклад логики и интуиции в возникновение их новых идей.

Январь 24, 2019 Социальная психология
Еще по теме
ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ МЕТОДОВ ПОИСКА НОВЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ ИДЕЙ И РЕШЕНИИ
Логика и интуиция в творческом мышлении
СООТНОШЕНИЯ РАЗЛИЧНЫХ РЕГУЛЯТОРНЫХ ЛОГИК.
Решетников М. М. О НАУЧНЫХ ПОСТУЛАТАХ НА ОСНОВЕ НЕДОКАЗУЕМЫХ ИДЕЙ
ГЛАВА СЕМАНТИКА И ПРОЦЕССЫ ПОРОЖДЕНИЯ РЕЧИ
2.2. Соотношение интегральных и метакогнитивных процессов
ПРОЦЕСС НАУЧНОГО ОТКРЫТИЯ
7.1 Восприятие и порождение речи
НАУЧНО-ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ТОЛЕРАНТНОСТИ У СТУДЕНТОВ МЕДИЦИНСКИХ КОЛЛЕДЖЕЙ В ПРОЦЕССЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ
ПОРОЖДЕНИЕ ОДНИХ ЭМОЦИЙ ДРУГИМИ.
Добавить комментарий