ЭРГОНОМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ ВНИИТЭ И ЕГО ФИЛИАЛОВ КОТОРЫЕ СТАЛИ ПРЕДМЕТОМ ОСМЫСЛЕНИЯ ЕЩЕ В НАЧАЛЕ 30-Х

обезличенной России, в этом эгалитарном царстве нищих только государство обладает экономической силой, необ-

Ведущая и определяющая роль в развитии эргономи- ходимой для всякой крупной организации… Вот почему ки в стране принадлежала ВНИИТЭ и его филиалам, (и это одно из многих оснований) интеллигенция должна которые смогли выполнить ее достаточно успешно толь- отказаться от старой брезгливости к тому, что связано с ко благодаря тому, что им удалось вовлечь к решению государством… сохранить должную дистанцию от госу- новых научных и практических задач большое число уче- дарства при лояльной верности ему — это значит спасти пых и специалистов, работников промышленных, сельско- свободу культуры. Дело это требует большого такта и хозяйственных и других предприятий страны, включая и жертв, к которым мы не приучены историей» [72, с.6]. отдельных руководителей целых отраслей промышлен- Проявлениями не совсем обычных отношений пости. Этому не в малой степени способствовало фор- ВНИИТЭ и властных структур явились достаточная сво- мирование отделов и лабораторий эргономики именно в бода в определении новых для страны и не понятных для институте дизайна, явившего собой научно-исследова- большинства чиновников направлений деятельности ин- тельскую и проектную организацию нового типа и пред- статута, установление для него при сильной поддержке принявшего впервые в стране не застрахованную от ГКНТ режима относительного благоприятствования в неудач попытку заполнить вакуум между развитием тех- сфере международных научно-технических связей, о коники и культуры, побудить к повороту от промышленно- тором и помыслить не могли многие организации СССР го масштаба к человеческому. в то время. Достаточно привести следующее свидетель- Вакуум этот образовался за несколько лет индустри- ство: «Проклятием литературного поколения, вождем ко- ализации и приобрел гипертрофированные размеры в торого стал Твардовский, была изоляция. Все, что проис- последующие годы, будучи связанным, кстати сказать, с ходило в Европе, «нас» не касалось» [73, с. 116]. давно отмеченной буржуазностью марксизма, т.е. его

Сформировавшись в связке с дизайном и в сложном переплетении названных факторов и обстоятельств, эргономика явила собой научную и проектировочную дисциплину действительно нового типа и смогла уже в начале 80-х годов выйти на такие рубежи, когда стало возможным обсуждение вопроса о ее лидерстве в развитии проектной культуры. Ничего подобного нельзя обнаружить даже в тенденциях развития инженерной психологии и тем более других научных дисциплин и областей практической деятельности, связанных с изучением человека в труде и совершенствованием на этой основе техники, условий и самой трудовой деятельности. Возможно, инженерная психология в принципе не могла сформироваться как комплексная научно-техническая дисциплина в сложившихся в СССР структурах научно-исследо- вательских организаций, высшим приоритетом в деятельности которых являлась чистота монодисциплинар- пости.

В активной новизне, выходящей за принятые рамки и установившиеся представления, коренится объективная причина сложных взаимоотношений эргономики на первых этапах ее развития со смежными научными дисциплинами и областями практической деятельности. Их обостряли естественно возникавшие внутренние противоречия развития эргономики как новой научной и проектировочной дисциплины, а также изменения в постановке некоторых проблем, обусловленные во многом достаточно сложным контекстом ее формирования. Именно на эти уязвимые моменты становления эргономики обрушивалась вся мощь во многом оздоровительной методологической критики, которая, как ни парадоксально, иногда смыкалась каким-то образом с идеологическими и административно-бюрократическими нападками на нее.

Дизайн и эргономика с их культурным гуманистическим потенциалом, направленные на преобразование технизированной предметно-пространственной среды труда, быта и отдыха людей и вплотную подводившие к задаче совершенствования социально-экономической жизни страны, сразу стали привлекательными видами научной и проектной деятельности для творчески мыслящих людей. ВНИИТЭ на этапе становления собрал в своих стенах целое созвездие талантливых ученых, проектировщиков, философов, методологов, деятелей культуры, чему не в малой степени способствовало то обстоятельство, что институт тогда представлял одну из отдушин, где еще не проявилась эффективность идеологии, определявшаяся М.К.Мамардашвили следующим образом: «Есть закон инакомыслия, по которому всякая идеология стремится в своем систематическом развитии к такой точке, где эффективность измеряется не тем, насколько верят в идеологию люди и сколь много таких людей, а тем, чего она не дает подумать и сказать» [74, с.62]. Не лишне напомнить, что после 50-х годов, времен оттепели, по стране опять поползли идеологические страхи, неустанные подозрения. Идеологическому сыску за каждым углом мерещились ревизионисты, абстракционисты, злобные антисоветские элементы.

Формирование ВНИИТЭ проходило в тот исторический отрезок времени, когда в какой-то момент, в самом начале 60-х, показалось, что освобожденные силы народа беспредельны, что теперь-то — после разрушения идола и идолопоклонства, после освобождения узников лагерей — ему все по плечу. Трудно словами передать атмосферу раскрепощения творческих сил, профессиональных поисков, самостоятельного отыскивания и наращивания знания, одухотворенной проектной работы, которая характерна была для становления института. В такой атмосфере не мог появиться и тем более удержаться практически ориентированный варвар-специалист, относящийся с презрением к высшим культурным благам, о которых писал Г.Федотов. Именно в этой атмосфере взращены были те ростки дизайна и эргономики, которые трудно было заглушить, хотя отчасти и удавалось, в последующие времена.

Говоря о духовной атмосфере, в которой создавался ВНИИТЭ, следует оттенить глубинные основания ее противоречивости, которые прежде всего связаны с тем, что человек, любой,— объективно или субъективно — всегда отмечен своим временем. «Люди, сейчас разоблачающие марксизм, должны понять, что он соответствовал их уровню развития. Очень многие люди с ним прекрасно жили. Но тут нужна оговорка. Философия — это не жизнь. В философии нельзя жить ни хорошо, ни плохо. Философствуя, философ понимает, что психоанализ дает человеку такую же иллюзию его персональной сложности и интересности, какую марксизм дает в отношении его исторической значимости. Я участник великой эпохи! Я участник великого движения! Вот это действительно противоположно самому элементарному самостоятельному мышлению» [54, с.290].

При ВНИИТЭ и его эргономическом отделе образовались неформальные объединения ученых и специалистов самого различного профиля — философов, методологов, культурологов и представителей многих других профессий. В эргономических подразделениях целенаправленно культивировалась установка, связанная с объединяющей функцией эргономики. Консолидация эргономических сил приносила положительные результаты и самое главное — рождала удивительную атмосферу человеческих отношений в среде эргономистов ВНИИТЭ и филиалов, когда каждый ученый, специалист, техник, лаборант чувствовал внимание со стороны другого и каждого, когда чувство это перерастало в дружбу или поворачивалось к ней, обретая крылья творчества и исключая равнодушие и безразличие. Организация, лад и согласие позволили отделам эргономики института, филиалов и им как единой системе преодолеть серьезные трудности и развить эргономику за какие-то 20 лет.

Что же представляла в организационном отношении эргономика во ВНИИТЭ и филиалах? В каждом из филиалов имелся отдел или лаборатория эргономики, работавшие по единому плану и под научным и методическим руководством отдела эргономики института в Москве, которое переросло в полнокровное партнерство и зачастую неясно было, кто кого направлял. Специализация отделов и лабораторий осуществлялась в двух направле- пиях: проблемном и объектном. Первоначально она формировалась в результате естественного разделения научной и проектной деятельности, обусловливаемого наличием кадров определенной специализации и квалификации, составом и качеством аппаратуры, приборов и оборудования для проведения исследований и разработок, а также устойчивыми и относительно длительными связями филиалов института с проектными организациями и промышленными предприятиями.

Что же касается бюджетных ассигнований, то за их счет финансировалось 80 — 90% общего объема работ отдела эргономики института в Москве и 10—20% — эргономических подразделений филиалов. В реальном исчислении это составляло относительно небольшие суммы и предназначались они в основном для заработной платы сотрудников.

Организация слаженной, взаимодополняемой и целенаправленной работы относительно малочисленных отделов и лабораторий эргономики, выполнявших долгое время обслуживающую дизайн функцию, представляла собой задачу не из простых, особенно если принять во внимание, что подавляющее большинство исследований и разработок филиалов формировалось во многом стихийно и зависело от его величества случая, связанного с добыванием заказов на хоздоговорных началах от промышленных предприятий и организаций страны, имевших, как правило, смутное представление об эргономике. Эргономика не могла развиться в полноценную научную и проектировочную дисциплину в калейдоскопе задач и мелких услуг, связанных с обслуживанием многочисленных дизайнерских разработок, которые к тому же нередко на первых порах только назывались так, а на самом деле сводились к исправлению по здравому смыслу элементарных просчетов и ошибок инженеров, допущенных ими при разработке промышленных изделий. Дизайнеры, перемалывая массу мелких поделок в смешные сроки и за ничтожную плату заказчика, неизбежно подталкивали эргономистов к механическому переписыванию рекомендаций из руководств и справочников, а нередко им прямо предлагалось написать пояснительную записку к уже выполненному проекту, чтобы придать ему видимость научности. Над учеными и специалистами эргономических подразделений нависла угроза деквалификации, а институт вплотную приблизился к опасной черте, переступив которую он мог лишиться высококвалифицированных сотрудников. В такой ситуации для эргономистов жизненно необходимо было самоопределиться.

Ученые и специалисты эргономических подразделений стали задумываться над стержневыми направлениями своей деятельности, вокруг которых можно было бы организовать хотя бы часть выполняемых ими работ. Задача эта не ставилась руководством института перед эргономическими подразделениями, более того, рассматривалась как стремление уклониться от выполнения основной обслуживающей функции дизайна. Впервые возникли конфликтные трения между дизайном и эргономикой, в основе которых лежала профессиональная дифференциация. Возникшие трения относятся к категории цивилизованных конфликтов, являющихся средством развития междисциплинарных областей исследования и проектирования. Культура конфликта вообще характерна для интеграционных процессов, в тигле которых формировался ВНИИТЭ.

Проведя циклы теоретических и методологических исследований, изучив отечественный и зарубежный опыт развития эргономики, а также проанализировав с ее позиций тенденции социально-экономического развития страны, ученые и специалисты института определили основные направления эргономических работ в системе ВНИИТЭ. Появившись в результате цивилизованного разрешения конфликта, эти направления не только стимулировали целенаправленное развитие эргономики, но и имели существенное значение для деятельности ВНИИТЭ в целом, позволив со временем перевести ее на качественно новый уровень. Все выполняемые и отбираемые эргономистами работы стали рассматриваться через призму этих направлений или, точнее, через тот возможный вклад, который они могли внести в их развитие. Существовала профессиональная неформальная договоренность о том, что там, где это возможно, эргономические работы должны иметь два результата. Один, который требовал заказчик-дизайнер, записан в договоре, а другой, дополнительный, давал хотя бы небольшое приращение к развитию результатов основных направлений эргономических исследований. Такие формы эргономической деятельности существовали до тех пор, пока в планах работ ВНИИТЭ и филиалов, наряду с дизайнерскими, не появились самостоятельные разделы, включавшие:

¦ теоретические и методологические исследования;

¦ разработку методов, технических и программных средств исследования и проектирования;

¦ создание базы эргономических данных с целью их использования для наиболее полного и всестороннего учета возможностей и особенностей человека (группы людей) в производстве, при розработке автоматизированных систем управления, оборудования для учреждений и сферы услуг, при формировании предметно-пространственной среды жилища;

¦ определение психофизиологических характеристик и функциональных особенностей различных видов профессиональной деятельности руководителей, операторов и диспетчеров в системах автоматизированного управления, рабочих массовых профессий, режимов и условий эффективного ее осуществления;

¦ разработку категории бытовой деятельности как особого предмета научного исследования;

¦ эргономические исследования и разработки автоматизированных систем управления, производственного, сельскохозяйственного, транспортного, -медицинского, строительного и другого оборудования, а также технически сложных потребительских изделий;

¦ разработку принципов и методов эргономической оценки промышленных изделий и стандартизации эргономических норм и требований;

¦ развитие всесоюзной, региональной и отраслевой систем проведения эргономических исследований и разработок с использованием многообразных средств и

форм распространения знаний о новой сфере деятельности, обучения и оказания методической помощи.

Определение перечисленных направлений работ со всей остротой обнажило проблему, которая возникла с первых дней основания эргономических подразделений. В отличие от других стран в СССР, как уже отмечалось, никто не готовил кадры эргономистов.

Во ВНИИТЭ и филиалах начала формироваться система повышения квалификации ученых и специалистов в области эргономики, которая решала многие задачи переподготовки кадров, определения единых принципов профессиональной квалификации, унификации профессиональных установок, исследовательских и проектных методов и процедур.

В содержательном отношении повышение квалификации ориентировано было на изучение первых ростков развития в нашей стране инженерной психологии как комплексной научно-технической дисциплины и опыта развития эргономики за рубежом, а также теории и практики дизайна. В качестве первых учебных пособий в системе повышения квалификации использовались: публикации в информационном бюллетене «Техническая эстетика»; подготовленные ВНИИТЭ совместно с другими организациями и изданные в 1967 г. «Инженерно-психологические требования к системам управления»; «Краткая методика художественного конструирования» (1966) и «Основы методики художественного конструирования» (1970), созданные дизайнерами при участии сотрудников отдела эргономики ВНИИТЭ и содержавшие разделы об основах эргономики. Существенную роль играли информационные издания ВНИИТЭ и переведенные на русский язык руководства и монографии по эргономике США, Великобритании, Франции и других стран. Изданный на русском языке в 1968 г. «Справочник по инженерной психологии для инженеров и художников-конструкторов» , по данным официального обследования, стал, наряду с изданиями ВНИИТЭ, настольной книгой специалистов, деятельность которых была связана с новой научной и проектировочной дисциплиной.

Формы повышения квалификации во ВНИИТЭ и филиалах: научно-методическое руководство, лекции и консультации, совместные работы сотрудников института и филиалов, обсуждение различных этапов выполняемых исследований и разработок, рабочие совещания, семинары и конференции, информационное обслуживание эргономистов и др. По существу система повышения квалификации стала первым в стране неформальным эргономическим университетом, притягательным учебно-методическим центром для ученых и специалистов. Обучая, учились и педагоги. Система смогла, если не решить, то существенно ослабить остроту проблемы подготовки кадров, едва ли не узловую для развития эргономики в стране.

Во многом благодаря теоретическим и методологическим исследованиям ВНИИТЭ эргономика получила в стране признание как научная дисциплина неклассического типа, являющаяся одновременно сферой знания и практической деятельности. Эти же исследования предопределили высокий профессиональный уровень и эффективность развития эргономики во ВНИИТЭ и его филиалах по всем другим направлениям. Их содержание составило концептуальный каркас данного учебника и нашло отражение почти во всех главах. Во ВНИИТЭ и филиалах особое внимание уделялось созданию автоматизированных и приборных средств для проведения эргономических исследований и экспертных оценок.

Невозможно в жестких рамках учебника проанализировать огромный массив разноплановых практических работ по эргономике, осуществленных, как правило, совместно с дизайнерскими разработками и на хоздоговорных началах. Поэтому назовем только некоторые из них (рис. 5-15).

Эргономические исследования и разработки, связанные с созданием автоматизированных систем управления технологическими процессами в различных отраслях промышленности,— одно из основных направлений деятельности института и филиалов. Объектами эргономических исследований ВНИИТЭ, Харьковского, Армянского, Уральского и Белорусского филиалов были комплексное оборудование операторских пунктов управления и тренажеры для подготовки операторов химической промышленности, а также пульты управления панорамного типа для рабочего места машинистов магистральных тепловозов и водителей перспективных трамваев. Харьковским филиалом выполнено эргономическое и дизайнерское проектирование Единого центра управления движением поездов Донецкой железной дороги, а совместно с ВНИИТЭ разработан автоматизированный диспетчерский центр управления работой железных дорог СССР.

Институт проводил отдельные разработки, а долгосрочная программа эргономических исследований в области энергетики выполнена Белорусским филиалом. В частности, создано типовое оборудование рабочих мест диспетчеров энергосистемы для различных уровней управления Единой энергетической системой СССР. ВНИИТЭ и его Киевский филиал подготовили программу эргономического обеспечения создания и функционирования атомных электростанций, а Уральский филиал начал исследования на Белоярской АЭС. Институтом исследовалась деятельность пользователей системы автоматизированного проектирования (САПР), а также организация производственной деятельности на Московском производственном трикотажном объединении «Красная заря». Разработаны рекомендации по формированию систем «АСУ-кадры», САПР и их информационному обеспечению, а также для проектирования автоматизированного технологического комплекса по раскрою тканей.

ВНИИТЭ, Вильнюсским, Дальневосточным, Киевским и другими филиалами выполнялись эргономические исследования и дизайнерские разработки станков (рис. В15 цв. вкл.), в том числе с числовым программным управлением, и мини-ЭВМ, а также комплексов оборудования для гибких производственных систем.

Белорусским филиалом совместно с институтом и другими организациями проводились исследования и
разработки многих сельскохозяйственных тракторов и комбайнов, выпускаемых заводами СССР. Осуществлен цикл эргономических работ, связанных с автоматизацией тракторов и машинно-тракторных агрегатов (МТА) на базе электронной, микропроцессорной и вычислительной техники. Учеными ВНИИТЭ совместно со специалистами других отраслей выполнены эргономический экспресс-анализ макета кабины промышленного трактора Т-500 и эргономическая оценка комбайна «Дон». Ленинградским, Дальневосточным и Харьковским филиалами разрабатывались требования к информационным системам, оснащенным видеотерминалами. Белорусским филиалом изучались органы управления мембранного типа. Институтом и Азербайджанским филиалом разрабатывалась проблема семантической организации информации с целью обеспечения адекватного понимания содержания определенных задач управления.

Для выявления резервов повышения эффективности груда Грузинским филиалом разрабатывались социально-психологические критерии оценки конкретных условий профессиональной деятельности и шкалы социальных установок по отношению к значимым ценностям производственной среды. Их апробация проводилась при определении социально-психологических факторов устойчивости работников к стрессу в экстремальных условиях ликвидации аварий на объектах Мин- газпрома СССР, а также на вагоноремонтном заводе Тбилиси, при проектировании консультативно-диагностического центра и среды стационарных лечебных учреждений республики.

Эргономисты института и филиалов участвовали в дизайнерских разработках потребительских изделий: бытового электроинструмента, газовых и электроплит, кухонного оборудования, ножниц (рис. 5-16, 5-17), электробритв, велосипедов, мотоциклов и др. Осуществлялось эргономическое исследование медицинского обслуживания и всего комплекса оборудования поликлиник, а также обслуживания пассажиров вокзалов.

В результате разработки ВНИИТЭ, Киевским и Харьковским филиалами, совместно с другими организациями, основных принципов создания и функционирования банка эргономических данных определена его концептуальная модель, а также методика его использования в предпроектном эргономическом моделировании изделий машиностроения. Установлены виды языковых и информационных средств, которые необходимы для взаимодействия в диалоговом режиме пользователей базы данных. Банк был задействован в режиме практической
новых, реконструкции действующих предприятий, разработке технологических процессов и оборудования».

В 1974 г. учеными института и НИИ автоматической аппаратуры подготовлены и изданы «Эргономические основы организации труда» [125). В 1980 г. сотрудниками института и других организаций изданы и прошли апробацию в промышленности методические рекомендации «Оценка социально-экономической эффективности от внедрения достижений эргономики в организацию труда», а в 1982 г. совместно с учеными Научно-исследовательского института труда — межотраслевые методические рекомендации «Применение эргономических требований НОТ при проектировании оборудования».

Рис. 5-16. Эргономическая и дизайнерская разработка ножниц кулинарных и хозяйственного набора (слева направо): разделочные, для птицы, рыбные; малые, большие, универсальные (Белорусский филиал ВНИИТЭ)

ВНИИТЭ принимал участие в подготовке большинства государственных стандартов «Система «человек—машина»», а в семи из них

апробации и его совершенствования в научном и техническом отношениях.

ВНИИТЭ и филиалы совместно с другими организациями разрабатывали эргономические требования и методы их учета при проектировании, создании и эксплуатации машин, оборудования, автоматизированных систем управления и других объектов [77, 78]. Результаты этого направления работ нашли отражение в выпускавшихся изданиях «Эргономика. Принципы и рекомендации» [79 — 85].

Отдельным исследованиям и целым их циклам в эргономике и смежных с нею научных дисциплинах посвящены сборники трудов ВНИИТЭ серии «Эргономика» [86—124], издававшихся в 1970— 1990 гг.

Рис. 5-17. Эргономическая и дизойнерская разработка швейного набора ножниц (Белорусский филиал ВНИИТЭ)

Солидный задел, созданный исследованиями и разработками, результаты которых нашли отражение в сериях эргономических изданий, позволил ВНИИТЭ подготовить в 1979 г. «Руководство по эргономическому обеспечению разработки техники. Общие эргономические требования», а также разработать в 1977 г., совместно с другими организациями, полноценные эргономические разделы «Межотраслевых требований и нормативных материалов, которые должны учитываться при проектировании
ЯВЛЯЛСЯ головным разработчиком. С участием института, и его филиалов подготовлены многие другие государственные и отраслевые эргономические стандарты. Подготовлены и использовались в промышленности методические рекомендации «Эргономическая оценка уровня качества промышленной продукции и технологических процессов» (1980), «Эргономическая оценка шкал автоприборов» (1981) и «Эргономическая оценка качества изделий культурно-бытового назначения» (1980). В 1982 и 1990 гг. сотрудниками института подготовлены и изданы две книги по проблемам стандартизации в области эргономики и качества продукции [126, 127].

Подготовленная ВНИИТЭ программа разработки в 1981—1985 гг. системы стандартов эргономики и технической эстетики была утверждена Госстандартом СССР. Белорусский филиал совместно с институтом и другими организациями подготовил проект государственного стандарта «Система стандартов эргономики и технической эстетики. Эргономическое обеспечение художественного конструирования. Основные положения», который должен был стать одним из основополагающих в новой системе стандартов. В нем на основе теоретических и методологических исследований, а также обобщения накопленного опыта участия эргономистов в проектировании и разрешении реальных проблем, связанных с различным пониманием места эргономики в проектном процессе, выявлен комплекс эргономических проектных задач. Проект стандарта прошел предусмотренные Госстандартом СССР стадии обсуждений и согласований, окончательная редакция представлена ему в 1985 г. на утверждение, после чего следы его утеряны вместе с программой и планом создания новой системы стандартов. Тем не менее положения данного проекта стандарта использовались при эргономическом проектировании в системе художественно-конструктор- ских организаций страны, а также в других проектных институтах и конструкторских бюро.

Начиная с 1964 г., когда стал издаваться информационный бюллетень ВНИИТЭ, преобразованный затем в журнал «Техническая эстетика», в нем систематически публиковались статьи по эргономике, а в 1968 г. была введена постоянная рубрика «Эргономика». Журнал фактически стал центральным печатным органом в области эргономики, и престиж его среди специалистов был высок. В нем печатались концептуальные и программные статьи по эргономике, регулярно публиковались материалы о результатах эргономических исследований и разработок. Для него было характерно отсутствие узкой направленности и ведомственности.

Эргономические статьи ученых ВНИИТЭ и филиалов эпизодически печатались на первоначальном этапе развития этой дисциплины в журналах «Вопросы психологии», «Социалистический труд», «Стандарты и качество» и некоторых других. Для эргономических публикаций всегда были открыты журнал «Вопросы философии» и ежегодник «Системные исследования».

С 1974 г. во ВНИИТЭ ежемесячно издается аннотированный библиографический указатель «Эргономика», включавший описание отечественной и зарубежной литературы и неопубликованных материалов по основным проблемам эргономики. Данное издание стало основным источником сведений об эргономической литературе в СССР для Международного центра информации по проблемам эргономики в английском городе Бирмингем. В серии информационных изданий ВНИИТЭ выпущено восемь обзоров о состоянии и тенденциях развития эргономики за рубежом. Издавались материалы всесоюзных эргономических конференций, первой конференции стран-членов СЭВ по проблемам эргономики и тезисы докладов ученых и специалистов нашей страны на последующих конференциях, а также тезисы докладов на секциях эргономики двух всесоюзных конференций по инженерной психологии.

Ученые института принимали активное участие в организации и осуществлении специализации в области эргономики отдельных групп студентов психологических факультетов университетов, в подготовке предложений по включению вводных курсов по данной специальности в программу обучения инженерно-технических кадров в целом ряде высших учебных заведений и организации первой кафедры эргономики в Московском институте радиотехники, электроники и автоматики. Подготовлены совместно с преподавателями МГУ и изданы в 1980 г. материалы к курсу лекций «Актуальные проблемы психологии труда, инженерной психологии и эргономики».

Январь 24, 2019 Психология труда, инженерная психология, эргономика
Еще по теме
Меденков ЭРГОНОМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ В АВИАЦИИ
8.2. ЭРГОНОМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ СРЕДСТВ ВВОДА ИНФОРМАЦИИ
7.9. Эргономическая разработка ВДТ рабочих
ЭРГОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗРАБОТКИ ВЫЧИСЛИТЕЛЬНЫХ СИСТЕМ
7.10. ЭРГОНОМИЧЕСКАЯ РАЗРАБОТКА КЛАВИАТУРЫ
ЭРГОНОМИЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ — СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ РАЗРАБОТКИ ПРОЕКТОВ И ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ С УЧЕТОМ ИХ ОТЛИЧИТЕЛЬНЫХ ПРИЗНАКОВ:
Миф 2. Ребенок до рождения, находясь в утробе матери, не подвержен психическим травмам, живет как в раю, и воспитывать его еще не надо
РАЗРАБОТКА ПИЛОТАЖНОЙ ВЕРСИИ ОПРОСНИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО САМООТНОШЕНИЯ И АНАЛИЗ ЕГО ФАКТОРНОЙ СТРУКТУРЫ
ВМЕСТО ВВЕДЕНИЯ Д&Г МИРА ЕСТЬ У ЧЕЛОВЕКА: ОДИН, КОТОРЫЙ НАС ТВОРИЛ, АРУГОЙ, КОТОРЫЙ МЫ ОТ ВЕКА ТВОРИМ ПО МЕРС НАШИХ СИХ.
2.1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЭРГОНОМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
Единство смыслового содержания и формы является еще одной важной характеристикой речевой деятельности. Мысль как предмет речевой деятельности имеет несколько характеристик:
РАЗРАБОТКА ИССЛЕДОВАНИЙ НА ОСНОВЕ ДРУГИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
2.5.1. МОДЕЛИРОВАНИЕ КАК СРЕДСТВО ВЫДВИЖЕНИЯ И ПРОВЕРКИ ГИПОТЕЗ В ЭРГОНОМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ
РАЗРАБОТКА ИССЛЕДОВАНИЙ НА ОСНОВЕ НАБЛЮДЕНИЯ
Добавить комментарий