Интеллигентность как возможный ориентир профессионального развития психолога-практика

Само обращение к проблеме интеллигентности может у кого-, то вызвать усмешку: тема непопулярная (особенно в среде людей,’, «похожих на интеллигентов»). Если соотнести понятие «интеллигентность» с разными профессиями, то, прежде всего, образ интеллигента должен ассоциироваться с профессиями «врач» и «учи- -тель». Именно психолого-педагогические специальности затрагивают самые сложные гуманитарные аспекты развития личности как школьников, так и взрослых людей. Поэтому было бы странным не затронуть проблему интеллигентности при рассмотрений психолога как субъекта организации помощи человеку, самооП* ределяющемуся в социокультурном пространстве.

Традиционно выделяют следующие варианты понимания ин* теллигентности:

1) Интеллигент — это работник умственного труда. Хотя еслитакой человек оказывается негодяем, то вряд ли его можно назвать интеллигентом.

2) Интеллигент — это воспитанный, обаятельный человек, знающий, как вести себя в приличном обществе. Но сколько в миреобаятельных, изысканных и «хорошо пахнущих» ничтожеств.

3) Интеллигентность — это определенная нравственная позиция,это оппозиционность всему антигуманному, это неравнодушие ковсему, что происходит в обществе. Как писал известный философА. Ф. Лосев, «если интеллигент не является критически мыслящим общественником, то такой интеллигент глуп, не умеет проявить свою интеллигентность, т. е. перестает быть интеллигентом».Но если человек с развитой нравственностью не обладает образованием и элементарно невоспитан, то его также сложно назватьинтеллигентом.

4) Интеллигент сочетает в себе прекрасное образование и воспитание с активной нравственной позицией, т. е. он неравнодушен ктому, что происходит в обществе и во всем мире. Настоящемуинтеллигенту не только «до всего есть дело», но он, в силу своегообразования и положения в обществе, может хоть как-то повлиять на ситуацию и хотя бы попытаться улучшить ее.

5) 5. Интеллигентность — как развитое чувство долга перед своимнародом, перед обществом, которое лежит в основе такого важнейшего качества, как скромность. Такое чувство долга перед обществом, а также перед менее удачливыми людьми, которым по раз-ным причинам не удалось достичь жизненного и профессионального «успеха» — это результат понимания несправедливости в стартовых возможностях разных людей. Например, кто-то рождается вхорошей семье, в культурном центре, ходит в специализированные («элитные») школы и т. п., а другой рождается в семье алкоголиков, вдали от культурных центров, с детства погружен ватмосферу злобы и насилия. Естественно, у первого человека гораздо больше возможностей получить качественное образованиеи занять определенное положение в обществе, а второй человек,скорее всего, такого образования и воспитания не получит, иего положение в обществе будет не самым завидным.

бода, достигнутая современными демократиями», это «всего лишь обещание, но не исполнение обещанного», так как в итоге люди остаются зависимыми «от «анонимной власти рынка, успеха, об-щественного мнения, «здравого смысла» — или, вернее, общепризнанной бессмыслицы…» [12, с. 236—237].В случае его отторжения конкретной «тусовкой» он гораздо проще сможет устроиться в другой организации по профилю своей работы, чем артист или художник. В итоге те люди (традиционная элита, интеллигенция), которые должны быть выразителями свободной нравственной позиции, утрачивают в современном мире свое главное достоинство и превращаются лишь. в пустых (но обычно очень ярких) идолов массового сознания.

1) Как ни парадоксально, но наиболее отчетливо и трагично такая зависимость от «общественного мнения» (и от мнения «своей тусовки») проявляется именно у представителей так называемых творческих профессий (писателей, артистов, музыкантов… и психологов). Объясняется это тем, что в среде наиболее творческих и редких профессий жизненный успех и карьера человека во многом зависят от их согласия с господствующими в этой среде мнениями и нормами. Если творческий человек высказывает свою, иную нравственную позицию, то «тусовка» его обычно отторгает, отрицательное (презрительное) мнение о нем быстро распространяется в узком кругу «своих», «посвященных» людей, и такой смельчак просто не может реализовать себя как профессионал. И наоборот, в более массовых инженерных профессиях человек не зависит столь сильно от мнения своей профессиональной среды, так как в

Трагедия этих людей в том, что часто они вынуждены подстраиваться под примитивные вкусы обожающей их публики, хотя могли бы реализовать свой несомненный творческий потенциал более достойно. Как ни удивительно, но благодаря своему интеллекту, образованию и другим способностям они быстро находят варианты самооправдания и часто выглядят «вполне благополучными» и «довольными своей жизнью». Но это все «до поры, до времени». А впоследствии кто-то из них вполне может оказаться пациентом психотерапевта
.

Деградация отечественной интеллигенции имеет множество причин, в том числе и подверженность влиянию культуры «массового общества». Бывший госсекретарь США 3. Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска» (1998) предлагает свою концепцию культурного превосходства Америки: «…В области культуры, несмотря на некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира…». Утверждая свою культурную экспансию, отмечает 3. Бзежинский, Америка «широко полагается в этом

При этом второй человек (с менее удачной профессиональной судьбой) будет даже приносить пользу обществу и часто в ущерб самому себе создавать возможности для того, чтобы кто-то с более благоприятными стартовыми возможностями получил образование и стал интеллигентом. К сожалению, часто благополучие одних людей строится на относительном неблагополучии других людей, а всякие рассуждения том, что каждый является «кузне-Чом своего счастья», справедливы лишь для отдельных случаев. Например, в условиях нынешней России одни специалисты (боль-Ишнство врачей и учителей) получают мизерную зарплату, а дру

421
на косвенное использование влияния на зависимые элиты», т. е. на интеллигенцию [2, с. 36—37]…

гие «специалисты», связанные с легализованной спекуляцией (с тем, что называют «бизнесом»), получают в десятки раз больше. Но ведь даже человеку, не очень разбирающемуся в экономике, ясно, что это явно несправедливо.

К сожалению, несправедливость буквально пронизывает все,что связано с построением карьеры и достижения жизненногоуспеха. Например, в большинстве случаев совершенно разные возможности имеются для построения карьеры у тех психологов,которые живут в Москве, и у тех, кто оказался жителем отдаленных провинциальных городов (а в некоторых городах вообще сложно приобрести качественное психологическое образование, даженесмотря на обилие коммерческих психологических институтов иих филиалов). И если интеллигент не понимает своего долга передтеми, за счет кого он выстроил свой профессиональный успех, то это уже не настоящий интеллигент (например, образованный и Iвоспитанный человек заявляет, что «он никому и ничего не обя- Изан», и «ему наплевать на тех, кто не сумел добиться успеха», !!надо, мол, «меньше жаловаться и больше работать»).

Еще А. Блок *писал, что «одно только делает человека человеком — знание о ^’социальном неравенстве». \

Но понимать мало, надо еще стремиться хоть что-то сделать < для того, чтобы у всех людей расширились возможности получить * хорошее образование и воспитание, и для сокращения социального I разрыва между «благополучными» и «менее благополучными» слоями ц общества, и для того, чтобы как можно больше людей имели воз-можность приобщиться к ценностям культуры.

Некоторые авторы считают, что «самым гениальным (страш-^ ным) преступлением сталинского режима» было превращение оте-1 чественных интеллигентов в «узких специалистов», когда образо-* ванному человеку было небезопасно размышлять о происходяще вокруг: от него требовалось только качественное выполнение основной работы, а за «лишние» размышления — репрессии с. 148]. Благодаря этому в России сформировался особый тип «об-,> разованных и воспитанных» специалистов, которым «наплеват* на все, что происходит вокруг» (в просторечье их называют «по-, фигистами»)… Например, среди таких людей неприличными счи-ч таются «разговоры о политике», о судьбах «этой страны» и т. п.^ Еще А. Данте говорил о том, что «самые раскаленные места В? аду предназначены для тех, кто в эпохи великих испытаний со-/ хранял нейтралитет», а великий гуманист XX в. А. Швейцер ПИ-‘ сал, что «спокойная совесть — это изобретение дьявола»… СтраШ- г но, когда такими людьми оказываются педагоги и психологи.

Если раньше интеллигент опасался репрессий со стороны властей, то сейчас, при относительно слабой официальной власти, >современный интеллигент больше всего на свете боится так назЫ-у^ваемого общественного мнения. Э. Фромм писал о том, что <<св°*' ин-

Еще во второй половине 40-х гг. тогдашний директор ЦРУ США»в своей работе «Размышления о реализации американской послевоенной доктрины против СССР» писал: «Посеяв там хаос, мынезаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их вэти фальшивые ценности поверить. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибелисамого непокорного народа на земле, окончательного, необрати- Цмого угасания его самосознания… Хамство и наглость, ложь и об- шман, пьянство и наркомания, национализм и ненависть к русско- Iму народу — все это мы будем ловко и незаметно культивиро- ;вать… и лишь немногие будут догадываться или понимать, что происходит… Но таких людей мы поставим в беспомощное поло- жение, превратим в посмешище, найдем способы оболгать и объя- вить отбросами общества». §

Уже в наше время другой важный военный чиновник США, Iшеф военной разведки Дж. Клэппер восклицает: «Как низко пали $русские!» [цит. по: 6, с. 45]. Конечно, главная причина нравствен- щной деградации интеллигенции не во «внешних врагах», а в нас самих. Проблема — как осознать и пережить это, как использовать такой «опыт» для нравственного возрождения и собственного лич- постного самоопределения? 1

Не дай бог самим психологам оказаться в положении таких $псевдоинтеллигентов! Самое страшное — это не использовать шанс Iпомогать людям находить свое место в обществе и в культуре, ^опираясь на знания, опыт и возможности своей профессии (пси- 8холог-профконсультант). Человека, который не использует свои,1возможности, в просторечье называют дураком. Есть смысл крат-1ко рассмотреть эту ситуацию, которую условно можно обозначитьЦкак «психологический феномен дурака» [11, с. 56—64]. Щ

Вопреки распространенному мнению «дурак» — это не столько;*обозначение врожденного или приобретенного слабоумия илйЦинтеллектуальной ущербности (что отмечается даже в некоторыщтолковых словарях). «Дурак» — понятие оценочное, и никакой»!уважающий себя психиатр или психотерапевт не станет называнЦслабоумного этим словом. Ц

Но если дурак — это человек, не использующий свои возможное^ти для совершения каких-то значимых дел, а наибольшими воз^:можностями обладают как раз образованные, интеллигентны^люди, да еще занимающие определенное положение в обществещто получается, что именно у них наибольшая опасность (рискЩстать дураками. Ведь сами по себе способности и таланты смыслйне имеют, они важны именно как средство для совершения бла-Цгородных дел. ж

Еще А. Адлер считал, что главное для человека — быть ПРИНЯЖ

тым в обществе, найти в нем свое место и «содействовать получию других», т. е. реализовать сопричастность с общество

И наоборот, если человек не удовлетворен своим положением в обществе и не может внести свой вклад в общее дело, в культуру, то он будет преодолевать чувство собственной неполноценности стремлением к превосходству над другими людьми, в том числе демонстрируя свои (неиспользованные!) возможности. В свое время Ф. Ларошфуко говорил, что «нет глупцов более несносных, чем те, которые не совсем лишены ума». Зато Ф. М. До-стоевский отмечал, что «дурак, познавший, что он дурак, это уже не дурак». Но как это осознать человеку, имеющему высшее гуманитарное образование и сдавшему все экзамены по психологии (ведь он уже по определению «умный»), которого не очень-то беспокоит то, что происходит в мире, в стране и в культуре (для него культура — это стремление посещать престижные богемные «тусовки»). Такой психолог «выше всякой там политики», его не волнует будущее страны и ее народа, а сам народ воспринимается им как «быдло с заточками» (именно так характеризовали некоторые современные СМИ тех обездоленных пожилых людей, которые пытались защищать свои социальные права и достоинство, используя законное право на демонстрации). Еще в прошлом веке В. Белинский с сожалением заметил: «Моральное равнодушие — болезнь слишком образованных людей».

Иными словами, самый страшный грех для образованного человека, да еще с высшим гуманитарным образованием — это социальное, моральное равнодушие, а для психолога — это первый признак профессиональной несостоятельности, ведь он по роду своей профессии как раз и должен помогать человеку самоопределяться в обществе, в социальном мире и в сложном ценностно-смысловом «пространстве» культуры…

Именно в этом в высшей степени проявляется профессиональное и личностное достоинство психолога-профессионала, когда он осмеливается не только размышлять над тем, что ему «не положено», но и пытается реализовать лучшие, самые благородные свои идеи в профессиональном творчестве, опираясь при этом на свою профессиональную и человеческую совесть.

Поэтому важнейшей проблемой для самих психологов является осознание реальной опасности стать «профессиональными Дураками» (близко к тому, что К. Маркс называл «профессиональной идиотией», или узкой специализацией, ограниченностью своего жизненного кругозора), т. е. риск превратиться в образованных специалистов, разбирающихся в различных концепциях личностного развития человека, знающих много умных и трудновыговариваемых слов и т.п., но не умеющих (или боя-Щихся) использовать все это для помощи человеку в подлинном личностном и профессиональном самоопределении.

Январь 24, 2019 Психология труда, инженерная психология, эргономика
Еще по теме
12.4. Интеллигентность как возможный ориентир профессионального развития психолога-практика
К.Р. Карамян ЭСТЕТИЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО СОЗНАНИЯ И РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГА-ПРАКТИКА
ВОЗМОЖНОСТИ СОВМЕСТНОЙ РАБОТЫ ВРАЧА И ПСИХОЛОГА В ПРАКТИКЕ «АСТМА-ШКОЛЫ»
РАЗВИТИЕ РЕФЛЕКСИИ КАК ФАКТОР СТАНОВЛЕНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ СТУДЕНТОВ-ПСИХОЛОГОВ
Интеллигентность как модель поведения: психосемантический анализ
ДАНИЛЕНКО О.И., КАЛИНИЧЕВА А.Б. ИНТЕЛЛИГЕНТНОСТЬ КАК МОДЕЛЬ ПО-ВЕДЕНИЯ: ПСИХОСЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
ТЕМА 12. ПСИХОЛОГ-ПРАКТИК КАК СУБЪЕКТ ТРУДА
Психология труда как наука и социальная практика
ГЛАВА XII. ПСИХОЛОГ-ПРАКТИК КАК СУБЪЕКТ ТРУДА
Глава 1. Психология труда как наука и социальная практика
Добавить комментарий