ИЗМЕРЕНИЕ ТЕНДЕНЦИЙ «НАДЕЖДЫ НА УСПЕХ» И «БОЯЗНИ НЕУДАЧИ»

Для группы Мак-Клелланда и Аткинсона не осталось незамеченным, что в ключевых категориях анализа, используемых при измерении мотива достижения, часто смешиваются две разные мотивационные тенденции: «надежда на успех» (мотив Успеха) и «боязнь неудачи!» (мотив неудачи) (см.: Atkinson, 1987). Так, ключ для оценки результатов отражает категории, связанные и с успехом, и с неудачей, сводимые к единому количественному показателю. Здесь дает о себе знать первоначальная концепция, согласно которой мотивация достижения рассматривается по

аналогии с пищевой потребностью и, соответственно, создание ситуации неудачи приравнивается к обострению голода. Выполненный позже анализ стимулирующего воздействия успеха и неудачи на частоту появления связанных с ними содержаний не дал каких-либо однозначных результатов. Хотя в этих случаях увеличивалась частота соответственно позитивных и негативных эмоциональных состояний, но в том, что касается ожиданий успеха и неудачи, парадоксальным образом обнаружилась противоположная картина («эффект Поликрата»). В исследовании Скотта (Scott, 1956) было установлено, что в группе так называемых «уклонистов» более сильное побуждение приводит к меньшим значениям потребности в достижении, чем более слабое побуждение.

В противоположность этой выявленной неоднозначности эффектов побуждения факторный анализ категорий содержания и прежде всего взаимосвязей показателей потребности достижения с различными поведенческими переменными все больше подводил к необходимости различения двух мотивационных тенденций (см.: Heckhausen, 1963b, S. 40-48). Часто средняя треть, а временами и нижняя половина nAch оказывалась наиболее своеобразной, в сочетании с поведенческими данными указывая на наличие тенденции к избежанию неуспеха. В конце 1970-х гг. Соррентино и Шорт (Sorrentino, Short, 1977) вновь подвергли проблему «средней трети>> распределения экспериментальному анализу. Проведя четыре исследования и заново проанализировав предыдущие работы, они получили результаты, расходившиеся с теорией; в ходе исследований сравнивались группы сильно- и слабомотивированных (по показателю nAch) или мотивированных на успех и на неудачу (nAch по сравнению с TAQ) испытуемых, выделенные по медиане, а не по верхней или нижней трети распределения. Испытуемые со средними показателями мотива по их поведенческим характеристикам не соответствовали среднему положению между двумя крайними группами (верхняя и нижняя треть распределения). Авторы исследования предположили, что для испытуемых, попадающих в среднюю треть распределения, т. е. для тех; о ком обычно говорят «ни рыба ни мясо», характерна низкая стабильность (консистентиость) мотивации по отношению к разным ситуациям, поэтому их поведение больше обусловлено ситуационными детерминантами, чем у тех, чьи показатели попадают в верхнюю и нижнюю трети распределения (Bern, Allen, 1974).

Примером исследования, в котором нижние части распределения nAch отражают мотивационные тенденции избегания неудачи, служит работа Аткинсона, связанная с эффектом Зейгарник (Atkinson, 1953). Автор предлагал испытуемым задания, выполнение половины которых прерывалось до их завершения, в условиях трех типов: расслабляющих, нейтральных и ориентированных на достижение. Полученные результаты представлены на рис. 8.3. С ростом стимуляции, ориентированной на достижение, высокомотивированные испытуемые вспоминали больше, а слаоомоти-вированные — меньше незавершенных заданий. Но чем больше незавершенность связывалась с неудачей, тем больше проявлялся эффект Зейгарник у мотивированных успехом, исчезая у мотивированных неудачей.

У последних можно предположить наличие нейтрализующих эффект Зейгарник защитных тенденций, которые часто наблюдаются в ситуациях, затрагивающих самооценку (см. главу 5).

Моултон (Moulton, 1958) использовал эффект Зейгарник в качестве внешнего критерия, повторно проанализировав рассказы по ТАТ испытуемых Аткинсона, у которых усиление побуждения к достижению никак не улучшало эффект преимущественного запоминания незавершенных заданий. Он ожидал, что в рассказах этих испытуемых будет чаще встречаться содержание, характерное для тенденции «боязни неудачи». Смена стратегии валидизации с варьирования побуждения на нахождение корреляций с релевантными мотиву внешними критериями позволила найти и вычленить те содержательные категории, которые в условиях достижения соотносятся с преимущественным запоминанием завершенных заданий. Новый ключ для оценки результатов включал не только выявленные ранее негативные категории. Частично им пришлось дать новые определения, частично ввести новые. Напротив, показатели мотива успеха в баллах были определены только на основании позитивных ключевых категорий nAch; со своей стороны они обнаружили линейную взаимосвязь с преимущественным запоминанием незавершенных заданий, причем более тесную, чем показатели nAch.

Попытки Моултона разделить эти две Мотивационные тенденции, однако, не имели продолжения и не были подвергнуты перекрестной валидизации. Вместо этого в американских исследованиях мотивации для выявления мотива избегания неудачи применялись опросники на тревожность, чаще всего экзаменационную (ТЛ реже АЛТ),

Обоснование такой практики дали Аткинсон и Литвин (Atkinson, Litwin, 1960; см. также ретроспективную работу: Atkinson, 1987). Вопросы, связанные с поведением, отражающим боязнь экзаменов, относятся не к мотиву как личностной тенденции избегания неудачи, а в лучшем случае к поведенческим симптомам, которые человек замечает у себя в ситуации, угрожающей ему неудачей (Atkinson, 1964, Р- 289). Кроме того, не было предпринято попыток выделить в экзаменационной тревожности два компонента: сомнение в себе и эмоциональность (Liebert, Morris, 1967), испробовав каждый из них по отдельности в качестве индикатора избегания

неудачи (Schmalt, 1982). Наиболее серьезный аргумент против применения TAQ связан с тем, что показатель этой методики смешивается с самооценкой своих способностей (Nicholls, 1984a, Ь). Поскольку высокие значения TAQ указывают на низкую оценку своих способностей, выделяемые с помощью этой методики как ориентированные на неуспех испытуемые отличаются от ориентированных на успех не только по значению побудительности успеха и неуспеха, но еще и по воспринимаемой сложности задания и связанной с ней субъективной оценке вероятности успеха.

Тем не менее, в англоязычных исследованиях показатели nAch обычно применяются в качестве индикатора мотива успеха, а данные ТА Q — в качестве индикатора мотива неудачи. Распределение обоих показателей чаще всего осуществляется по медиане. Испытуемым с показателями nAch, расположенными выше медианы, и показателями TAQ, расположенными ниже ее, приписывается «высокий результирующий мотив достижения». Сила мотива неудачи рассматривается при этом как сдерживающая сила, снижающая величину мотива успеха (nAch) (Atkinson, 1957, 1964). Однако понимание мотива неудачи как чисто тормозящего фактора вызывает возражения (Blankenship, 1984; Heckhausen, 1963b, 1968,1977а, 1984b; Schneider, 1973).

Январь 24, 2019 Психология труда, инженерная психология, эргономика
Еще по теме
МЕТОДИКА «МОТИВАЦИЯ УСПЕХА И БОЯЗНЬ НЕУДАЧИ» (А. А. РЕАН)
8.5. Анализ баланса личных успехов и неудач
ПОСЛЕДСТВИЯ АТРИБУЦИИ УСПЕХА И НЕУДАЧИ
Атрибуция успеха и неудачи, служащая сохранению самооценки
БОЯЗНЬ ОЦЕНКИ
БОЯЗНЬ НЕЗНАКОМЫХ ЛЮДЕЙ, СТРАХ ОТДЕЛЕНИЯ И ПРИВЯЗАННОСТЬ
СИЛА И ВЕРОЯТНОСТЬ БОЯЗНИ ВОЗМОЖНОГО НАКАЗАНИЯ
УСПЕХ ПОРОЖДАЕТ УСПЕХ
БОЯЗНЬ НЕЗНАКОМЫХ ЛЮДЕЙ И ТРЕВОГА ОТДЕ-ЛЕНИЯ
НЕУДАЧА МОЖЕТ И ДОЛЖНА ПОВЫШАТЬ МОТИВАЦИЮ
9.2. ДВА ТИПА ЛЮДЕЙ: СТРЕМЯЩИЕСЯ К ДОСТИЖЕНИЮ И ИЗБЕГАЮЩИЕ НЕУДАЧИ
Добавить комментарий