ПЕРЕХОД К ДИНАМИЧНЫМ ПЕРЕМЕННЫМ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СЕБЕ

Начало новому направлению исследований положил Эпстейн (Epstein, 1973), предложив понимать представления о себе как наивные теории, которые человек строит о себе. Несомненно, свойственное конкретному человеку наивно-рационалистическое понимание себя гораздо ближе к феноменам Я, чем разработанные психологией личности психометрические сетки, одинаково применимые ко всем индивидам. Впрочем, предложения Эпстейна до сих пор носят чисто программный характер. Традиционные исследования представления о себе строились лишь на основе одной из «двух дисциплин научной психологии» (Cronbach, 1957), т. е. ориентировались на личностную, а не на экспериментальную психологию и продвигались вперед с помощью корреляционно-статистических методов, а не через дисперсионный анализ. Лишь в недавнее время благодаря экспериментальному исследованию влияния представлений о себе с четко зафиксированным содержанием — так называемых схем Я — на переработку информации получила признание и вторая дисциплина. Упомянутые схемы Я представляют собой обобщенный, как бы концентрированный опыт, благодаря которому организуется и контролируется информация о себе в соответствующей области деятельности.

Все началось с преодоления господствовавшего ранее представления о том, что Я представляет собой неизменную и обобщенную структуру. Для того чтобы быть чувствительным к бесчисленному множеству ситуаций и гибко регулировать поведение сообразно их особенностям, образ Я должен быть поистине многоликим образованием или даже конгломератом образов, схем, представлений, типов, теорий пли целей (см. обзор: Markus, Wurf, 1987). Мнения о том, как конкретно организованы все эти содержания, весьма сильно расходятся. Одни авторы считают представления о себе просто узловыми точками в сетевой модели памяти (напр.: Anderson, 1976), т. е. хранящимися в виде отдельных высказываний. Другие видят в Я иерархическую структуру свойств (Kihlstrom, Cantor, 1984). Третьи кладут в основу систему «схем Я», причем схемы обладают двойственной природой и являются структурой и процессом одновременно (напр.: Markus, Sentis, 1982). Общим для всех этих толкований является представление о том, что образ Я есть нечто активное и выполняет функцию управления поведением. Исходя из этого новые исследования представлений о себе можно рассматривать как попытку ответить на мотивационно-психо-логические вопросы на языке динамических личностных процессов.

Исходя из различных точек зрения, исследователи выделяют разные виды представлений о себе. Так, есть центральные и периферические представления (Gergen, 1968), фактические, возможные, желательные и пугающие. Последние Маркус и Нуриус (Markus, Nurius, 1986) назвали «возможными Я». Наглядно представляя человеку желательные или нежелательные итоговые состояния, они обладают своей собственной побудительностью. Старое различение реального и идеального представления о себе нашло свое продолжение во введенном Хиггинсом, Клейном и Страумашюм (Higgins, Klein, Straumann, 1985) различении «реального Я», «идеального Я» и «должного Я». Расхождение между каждыми двумя из этих трех представлений о себе должно приводить к переживанию различных типов неприятных эмоций. Так, расхождение между реальным и идеальным Я должно «вести к депрессии, а между реальным и должным Я — к страху. Представления о себе могут относиться к прошлому, будущему или к текущему моменту. Еще одно различие относится к позитивным и негативным представлениям о себе. Последние преобладают у людей, находящихся в состоянии депрессии. Негативные представления о себе у людей, не испытывающих депрессии, практически не изучены. Большинство исследователей исходит из того/что люди стремятся сделать все, чтобы избежать негативного представления о себе (см., напр.: Tesser, Campbell, 1984). Однако похоже, что большинство позитивных представлений о себе также обладают негативными аспектами, смысл которых состоит в том, чтобы давать индивиду возможность самому прилагать усилия к исправлению себя.

Почти все авторы исходят из представления о том, что в каждый данный момент доступными и осознаваемыми становятся адекватные данной ситуации аспекты представления о себе. При этом не исключается, что существуют и представления, закодированные невербально, которые, возможно в силу своей привычности, уже не осознаются, хотя и не являются вытесненными в собственном смысле слова. Во всяком случае, доступными всегда являются лишь те или иные частичные аспекты представления о себе. Их можно назвать текущим представлением о себе. Центральные компоненты представления о себе могут быть доступными постоянно, периферические же аспекты, носящие более гипотетический характер, для своей актуализации предполагают особые обстоятельства и ситуации. То, что раньше считалось способностью легко деформироваться (напр.: Gergen, 1971), можно объяснить изменением текущего представления о себе.

При такой динамической многоликости понятия «образа Я* не приходится удивляться, что вместо единой теории существует множество мини-теорий с небольшим радиусом действия. Тем не менее в развитии исследований в этой области имеются единые тенденции, некоторые из которых мы охарактеризуем ниже (ср. обзор Маркуса и Вурфа — Markus, Wurf, 1987). Они касаются трех областей: переработки информации, регулирования эмоций и Мотивационных процессов. Эти исследования отличает когнитивно-психологический подход, основывающийся на модели переработки информации.

Соотнесенность с Я влияет на переработку информации разными способами (ср. обзор Кнлстрома и Кантора — Kihlstrom, Cantor, 1984). Существует повышенная способность восприятия связанных с Я стимулов. В частности, Барг (Bargh, 1982), используя задание на дихотическое прослушивание (в каждое ухо поступает свой ряд слов и нужно сконцентрироваться на восприятии ряда слов, поступаю-

щих в какое-то одно ухо), обнаружил, что релевантные Я слова, поступающие в другое ухо, нарушают деятельность восприятия, хотя сам человек, как оказывается впоследствии, этих слов и не замечает. Как сообщает Нюттен-мл. (Nuttin, 1985), релевантными Я оказываются даже буквы своего имени. Он предлагал испытуемым пары букв, где один из членов пары был буквой, входящей в имя или фамилию испытуемого. Испытуемые должны были как можно быстрее сказать, какой из членов пары они предпочитают. И как правило, они, сами того не сознавая, указывали именно букву своего имени.

Стимулы, согласующиеся с представлением о себе, перерабатываются более эффективно. Маркус (Markus, 1977) разделил испытуемых в соответствии с их восприятием себя на «независимых* и «зависимых», а затем проследил, как они перерабатывают связанную с этим параметром информацию. По сравнению с испытуемыми, не отнесшими себя ни к одному из полюсов шкалы «независимая — зависимая личность», т. е. оказавшимися в ее середине («то так, то этак»), у отчетливо выраженных «независимых» и «зависимых» испытуемых решение о наличии у них соответствующего свойства характеризовалось меньшим латентным временем; такие испытуемые приводили больше конкретных примеров из своей жизни, выше оценивали вероятность соответствующих форм поведения и были менее склонны к принятию тех высказываний из теста, которые противоречили их схемам Я.

Релевантные Я стимулы лучше запоминаются и лучше узнаются по сравнению с аналогичными стимулами, относящимися к поведению других людей. Это было доказано в ходе многочисленных исследований (напр.: Markus, 1980; Nasby, 1985). Если речь идет об областях, релевантных Я, то человек также становится более уверенным и точным в своих предсказаниях, атрибуциях и умозаключениях (Anderson, 1984).

Кроме того, человеку нельзя внушить ничего, что не согласовывалось бы с его Я-концепцией.

Второй областью действия Я является регулирование эмоций. Типичное проявление этой регуляции состоит здесь в том, что Я защищается от негативных эмоциональных состояний. Побуждение к этому возникает, когда ставятся под вопрос убеждения индивида, относящиеся к себе самому (например, убеждение в своей компетентности в определенной области). Действенная контрмера состоит в этом случае в том, чтобы в текущем представлении о себе актуализировать все те факты, которые подтверждают наличие поставленного под вопрос качества (Markus, Kunda, 1986; Wicklund, Gollwitzer, 1982). Поразительная стабильность представления о себе основывается не на том, что человек просто не замечает противоречащей ему информации, но на процессах активного противодействия этой информации.

Для ответа на вопрос о том, как люди с негативной Я-концепцией реагируют на позитивную (и тем самым противоречащую представлению о себе) обратную связь, исследователи противопоставляют друг другу тенденции к сохранению последовательного представления о себе и к повышению самоуважения (ср. обзор: Мо-reland, Sweeny, 1984). Результаты оказываются неоднозначными. Если угроза для Я отсутствует, люди обычно проявляют склонность к повышению самоуважения. Негативная же обратная связь перерабатывается таким образом, что ее ценность становится относительной и ее значение снижается (ср.: Greenwald, 1982). Тессер (Tesser, 1986) разработал теорию поддержания самооценки, согласно которой че-

ловек изменяет свое представление о себе, ориентируясь на те виды деятельности, где он добивается наилучших результатов. Кроме того, люди ищут себе для сравнения таких партнеров, сопоставление с которыми позволяет увидеть в благоприятном свете свои собственные преимущества (Lewikki, 1983).

Определенное влияние оказывает и предубежденность атрибуции. В том, что касается их сильных сторон, люди склонны недооценивать информацию о согласованности, т. е. о многочисленности людей, обладающих теми же качествами. И наоборот, по отношению к своим слабостям согласованность обычно переоценивается (Campbell, 1986). Здесь идет в ход весь арсенал атрибутивных предубеж-денностей, служащих поддержанию самооценки, о котором мы подробно говорили в главе 14 (см.: Miller, Ross, 1975; Bradley, 1978). Вопрос о том, в какой мере люди осознают, что они слишком искажают реальность в свою пользу и занимаются повышением своей самооценки, остается пока спорным. Как правило, это считается едва ли осознаваемым, и различие точек зрения относится лишь к тому, почему люди этого не осознают. Некоторые авторы видят в этом мотивированный самообман (напр.: Lazarus, 1983), другие же объясняют это автоматическим способом переработки информации когнитивной системой (Greenwald, 1984).

Наряду с переработкой информации и регулированием эмоций третья область проявлений Я состоит в его мотивирующей функции. Мотивационные состояние в тот или иной момент времени можно считать основывающимся (как мы это делали в данной книге) на конкретном и соответствующем текущей ситуации выражении какой-либо весьма обобщенной ценностной диспозиции (например, мотива достижения). Однако это текущее Мотивационной состояние можно понимать и как очень конкретное целевое представление, берущее свое начало в наборе обладающих побудительностью целевых состояний, характерном для данного человека на данном этапе его развития. Такого рода целевые состояния, относящиеся к тому, чем человек надеется или боится стать, Маркус называет «возможными Я» (Markus, Nurius, 1986). Таким образом, «возможные Я» — это предвосхищаемые определенные состояния своей личности, более или менее наглядно представляемые человеком, которые человек либо стремится реализовать или, наоборот, реализации которых он избегает. Каждый человек несет в себе целое множество таких «возможных Я». Следовательно, «возможные Я» представляют собой высокоиндивидуализированную систему «мотивов» в виде личностных целей различной степени реалистичности. В зависимости от конкретных стимулов в ситуации активизируются отдельные личностные Я, которые вполне могут находиться в рассогласовании с текущим или реалистичным представлением о себе. Это рассогласование между различными Я-концепциями и есть то, что мотивирует поведение в определенном направлении. С другой стороны, «возможные Я» как предвосхищаемые целевые состояния, обладающие высокой побудительностью, создают рамки интерпретации, внутри которых текущее представление о себе получает тот или иной смысловой оттенок. Мотивирующую функцию приписывает представлениям о себе также и Шленкер (Schlenker, 1985), который говорит в этой связи о «желаемых Я» (desired selves).

Виклунд и Голвитцер (Wicklund, Gollwitzer, 1982) положили мотивирующую функцию Я в основу своей теории «символического восполнения себя*. Согласно этой теории, люди обладают потребностью выделять себя из своего окружения самодефинициями, с помощью которых они отличают себя от других людей. При этом они

чувствуют себя «полноценными» лишь в том случае, если эти самоопределения становятся известны окружающим и признаются ими. Если же при взаимодействии с другими людьми они остались «неполноценными», они предпринимают немало действий — в,том числе чисто символических — для того, чтобы восстановить свою «полноценность». Например, в одном из экспериментов испытуемые должны были написать сочинение об одном из своих увлечений. Если это действие оказывалось прерванным, то позднее, уже в другом эксперименте, они хватались за возможность вернуться к незаконченной теме. Таким образом, они стремились к полноте своего самоопределения перед лицом экспериментатора. Такое символическое восполнение себя может принимать различные формы: мы описываем себя преимущественно в духе самоопределения, пытаемся повлиять на других людей, чтобы они переняли подобающее мнение о нас, выставляем на всеобщее обозрение соответствующие символы (титулы, знаки отличия, дипломы), неохотно признаем свои ошибки. Толчок к созданию этой теории предъявления полного или неполного самоопределения дали исследования по возобновлению прерванного действия, осуществленные ученицами Левина Овсянкиной (Ovsiankina, 1928), Малер (Mahler, 1933) и Лисснер (Lissner, 1933).

Подводя итоги, можно сказать о новых подходах к исследованию представлений о себе следующее. Эти исследования являются порождением социальной психологии межличностных отношений и динамической психологии личности. В отличие от типичных ранее трактовок Я как конгломерата нескольких устойчивых личностных черт на первый план теперь выходит многообразие и изменчивость представлений о себе. Кроме того, подчеркивается побудительный характер Я-кон-цепции и ее роль в управлении поведением. Однако этим исследованиям пока еще не хватает своего рода сквозной мотивационно-психологической грамматики, которая выполняла бы ту же роль, какую модель ожидаемой ценности выполняет в традиционных исследованиях мотивации. Эта исследовательская область пока состоит лишь из многочисленных описаний феноменов и соответствующих мини-теорий. Ей еще только предстоит интеграция на основе общих теоретических по-| нятий. Установление связи с традиционными исследованиями мотивации пока еще не стоит на повестке дня.

Январь 24, 2019 Психология труда, инженерная психология, эргономика
Еще по теме
ПЕРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СЕБЕ В ИССЛЕДОВАНИЯХ МОТИВАЦИИ ДОСТИЖЕНИЯ
ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О СЕБЕ
ТРАДИЦИОННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О СЕБЕ
Панфилова Е.С. Представления о себе У родителя и ребенка
Панфилова Е.С. Представления родителя и ребенка о себе
ПАНФИЛОВА Е.С. ПРЕДСТАВЛЕНИЯ РОДИТЕЛЯ И РЕБЕНКА О СЕБЕ
Боголюбова О.В. Особенности представлений о себе высоко- и низкоуспешных педагогов
Методика на преодоление ограниченно-привычных представлений о мире и о себе
Ческидов А.Г. ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОЗАВИСИМОСТИ МЕЖДУ ПРЕДСТАВЛЕНИЕМ О СЕБЕ И САМООЦЕНКОЙ У ДЕТЕЙ МЛАДШЕГО ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА
ДИНАМИЧНОЕ И СТАТИЧНОЕ
ОБРЯД ПЕРЕХОДА
ПЕРЕХОД К РОДИТЕЛЬСТВУ
ПЕРЕХОД К СОПОСТАВИМЫМ ЦЕНАМ.
ПЕРЕХОДА МОДЕЛЬ
ОБРЯДЫ ПЕРЕХОДА (RITES DEPASSAGE)
1.6. «ПЕРЕХОДИМ К ПРАКТИЧЕСКИМ ПРИЕМАМ»
МОДЕЛЬ ПЕРЕХОДА К ГЛУБИННЫМ СЕМАНТИЧЕСКИМ УРОВНЯМ.
Добавить комментарий