СВЯЗЬ ОЖИДАНИЯ И ЦЕННОСТИ

В заключение нам остается рассмотреть вопрос о применимости (и мере применимости) модели «ожидаемой ценности» к поведению, побуждаемому мотивом власти, т. е. вопрос о существовании определенной связи между привлекательностью и ожиданием успеха (или трудностью достижения цели). Существует ли между ними обратная зависимость, как в случае мотивации достижения; либо, как в случае мотивации аффилиации, эта зависимость прямая; или же это зависимость какого-то иного типа? Принимая переживание власти в качестве переменной, релевантной привлекательности власти, мы должны прежде всего различать связанные с этим мотивом две цели — приобретение власти и ее применение. Что касается первой из них, то маловероятно, что привлекательность достигнутой власти определяется не абсолютными или относительными масштабами ее применения, а трудностью ее приобретения. В этом случае, очевидно, ожидание и ценность не связаны друг с другом. Нетрудно представить себе ситуацию выбора, в которой человек предпочтет действие, дающее маловероятное, но значительное увеличение власти, тому действию, которое принесет ему вероятное, но незначительное ее увеличение. Насколько нам известно, экспериментальные исследования этой проблемы пока еще не проводились.

Если говорить о второй цели — успешном применении власти, то ранее считалось, что ценность осуществленного изменения поведения партнера тем выше, чем серьезнее сопротивление, оказанное последним. Однако при ближайшем рассмотрении такая обратная зависимость представляется сомнительной, поскольку действия власти не следует смешивать с простым насилием и агрессией, при которых возбужденная в партнёре враждебность может принести агрессору известное удовлетворение. Весьма вероятно, что именно индуцированная в партнере и не отягощенная отрицательным отношением к субъекту готовность действовать повысит привлекательность. Однако степень привлекательности прежде всего определяется важностью для субъекта намеченного изменения в поведении партнера; таким образом, она опять-таки не зависит от ожидания успеха.

На сегодняшний день существует немного данных, касающихся этого вопроса. В исследовании Мак-Клелланда и Уотсона (McClelland, Watson, 1973) испытуемые играли в рулетку в ситуации, максимально приближенной к жизненной. Каждый испытуемый на глазах у всей группы делал ставки, выигрывал и проигрывал фишки и т. д. Авторы рассматривали эту ситуацию как релевантную проявлениям мотивов престижа и власти. Испытуемые могли по-разному делать ставки, при этом вероятность успеха колебалась от 0,58 до 0,04. Для участия в эксперименте были отобраны испытуемые с доминированием одного из трех мотивов: власти, достижения или аффилиации.

Как можно видеть из рис. 12.3, испытуемые с высоким мотивом власти предпочитали наиболее рискованные ставки, т. е. приносящие наи-

больший выигрыш, но дававшие наименьший шанс на успех. Иначе говоря, они ориентировались на величину ценности привлекательности и пренебрегали ожиданием. Испытуемые с высоким мотивом аффилиации вели себя противоположным образом, предпочитая низкий уровень риска и стремясь избежать открытого соперничества. Неожиданным оказалось поведение испытуемых с доминированием мотива достижения, выбиравших не низкие, как следовало ожидать в ситуации азартной игры (см.: Littig, 1963; Litwifi, 1966), а высокие степени риска (0,09).

3. Зависимость частоты ставок с различной вероятностью выигрыша от доминирования тех или иных мотивов (McClelland,

3. Зависимость частоты ставок с различной вероятностью выигрыша от доминирования тех или иных мотивов (McClelland,

Watson. 1973, p. 133)

В одном из дальнейших исследований Мак-Клелланд и Тиг (McClelland, Teague, 1975) подтвердили неадекватность применения модели «ожидаемой ценности» к поведению, побуждаемому мотивом власти. В проведенном исследовании каждый испытуемый мог выбрать, чтобы померяться силой рук, партнера равной силы, более сильного или более слабого и проверить свою силу на глазах у остальных испытуемых. Люди с низким мотивом власти выбирали только соперников или равной силы, или более слабых; испытуемые с высоким мотивом власти предпочитали соперников равной силы или более сильных. Они могли выбирать более слабых партнеров, если в их мотиве власти преобладала прежде всего личностная ориентированность, что согласуется с более ранним предположением Мак-Клел-ланда и Уотсона: «Похоже, что люди с высоким личностно-ориентированным мотивом власти склонны к хвастовству, представляя или выдавая себя за больших любителей риска, чем они оказываются на деле в ситуации создаваемого публичным соревнованием стресса» (McClelland, Watson, 1973, p. 131). Лишь у испытуемых с низким мотивом власти оценки шансов на успех находились в обратном отношении к силе партнера. В своих самоотчетах они отметили, что, проигрывая более сильному противнику, чувствуют себя менее задетыми. Оба этих момента, соответствующие модели «ожидаемой ценности», отсутствуют у испытуемых с выраженным мотивом власти. Даваемые ими оценки шансов на успех не зависят от силы соперника, а проиграв, они чувствуют себя тем сильнее задетыми, чем большую

значимость они придавали победе над данным соперником. Таким образом, многое свидетельствует о том, что степень удовлетворения мотива власти, а тем самым и сила побуждения зависят исключительно от степени привлекательности и не связаны с оценкой вероятности успеха.

Январь 24, 2019 Психология труда, инженерная психология, эргономика
Еще по теме
Признание ценности мудрости против признания ценности физических сил
ОЖИДАНИЯ
6.2.1. ОЖИДАНИЕ И
ОЖИДАНИЯ
ОЖИДАНИЯ КОНТРОЛЯ
5.1.1. ОЖИДАНИЕ
9. Теория ожиданий В. Врума
СТОЛКНОВЕНИЕ ОЖИДАНИЙ С РЕАЛЬНОСТЬЮ.
ВОПРОС ОБ ЭФФЕКТАХ ОЖИДАНИЯ
КОНТРОЛЬНЫЕ ГРУППЫ ЛИСТА ОЖИДАНИЯ
ОЖИДАНИЕ И ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОСТЬ
ВЫБОР: МАКСИМАЛЬНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ОЖИДАНИЯ И ПОБУДИТЕЛЬНОСТИ
ОЖИДАНИЕ, КОНТРОЛЬ И МОТИВАЦИЯ СБЛИЖЕНИЯ
КРАТКОВРЕМЕННЫЕ ОЖИДАНИЯ.
УПРАЖНЕНИЕ «БИОГРАФИЧЕСКИЕ ОЖИДАНИЯ».
ОЖИДАНИЕ И ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ В РАМКАХ ТЕОРИИ S—R
В ОЖИДАНИИ СКИННЕРА
«ЛОЖНЫЕ ОЖИДАНИЯ»
Случайные величины и их математические ожидания.
Добавить комментарий